Воспитание истинности

-Это уже третья неделя. -Я умею считать. -Ты уверен, что у него получится? -Ешь кашу, зайчик. -Юнги не вылезает из палаты. -Он винит себя. -Почему ты не пускаешь меня к Чимини? Я смогу, я правда попробую. -Если вдруг ему станет плохо, ты можешь растеряться, Гуки, - спокойно сказал Тэхён, присев рядом со своей тарелкой удона с говядиной, и выловив ещё на пути к столу мясо палочками. -Я не могу есть. Кусок в горло не лезет, когда думаю о Чимине. -Тебе надо набираться сил. С ним всё будет в порядке. -Откуда ты так уверен, Тэ? - Чонгук отставил тарелку, склонив голову набок, и сощурился, - Ты такой спокойный, под какими ты успокоительными? -Ни под какими. Я просто знаю, что всё будет в порядке. Это неизбежно. Как и то, что Чимин теперь... -Я читал про СПИД, - полушёпотом сказал Чонгук, сжав ладонь в кулак от волнения, и уставившись пустым взглядом на тарелку перед собой. Тэхён дожевал говядину, и спокойно выловил второй кусок, промычав в ответ: -И что ты читал? -Тебе нужно больше еды, Тэ. Тебе нужно сбалансированное питание, а не то, что ты ешь. -Я ем мясо, - буркнул Ким, уже жалея, что сказал Чонгуку хоть что-то. -Мяса недостаточно. Тебе нужен белок не менее четырёх раз в день, но ты обязан доедать хотя бы крупу, фрукты, овощи, а ты ешь один только белок. Ты поэтому такой худой, да, Тэ? -Я всегда был таким худым, и всегда таким буду. Хочешь кусочек? - омега протянул истинному кусочек мяса с жиром на срезе, и тот покачал головой, глядя на него серьёзно: -Ешь. -Я им ем. Чонгук слабо улыбнулся, дотянувшись до салфетки в салфетнице, и перегнулся через стол, чтобы осторожно подтереть соус с уголка рта Тэхёна. Взгляд его остановился на желанных, полных губах, измазанных в соусе. И почему Тэхён всегда так соблазнительно ест? Это чистой воды провокация: надувать губы, как куколка, и делать это блядски невинный взгляд, запихивая себе в капризный ротик кусок мяса больше ладони. -Ты замер. -Я...прости, я задумался, - Чон прокашлялся, сев на место, и дёрнул носом, вздохнув,- Хосок знает? -Да. -Твою иммунную систему надо укреплять. -Она крепче стали, - усмехнулся омега, подтягивая поудобней свои бесконечные ноги в смешных носочках с утятами. -Я не знаю, насколько крепка сталь, но я хотел бы ходить на тренировки вместе с тобой, если ты позволишь. Чтобы укреплять твою иммунную систему. -Я не люблю спорт. -Я заметил. -Гуки, я не спортивный человек,я люблю полежать на диване, - омега облизнулся, отправив с аппетитом в рот ещё один кусок говядины, и Чон встал с места, взяв свою тарелку. Подойдя к нему, Чонгук поцеловал омегу в нос, встретившись с его удивлённым взглядом: -Подумай о здоровье. -Я думаю. -Слопать кастрюлю мяса - не шибко прекрасный результат. -Не учи меня, Гуки, я много лет жил в том состоянии, в котором нахожусь. -Прости, - Чон пошёл на попятную, виновато опустив глаза. -Всё в порядке. Я сам способен разобраться в том, что мне нужно, Гуки. Не переживай об этом. -О чём ещё мне не переживать? - развернулся альфа, наблюдая внимательно за каждым его движением. Тэхён встал со стула, одёрнув брючки, и пожал плечами, донеся до раковины свою тарелку с лапшой, - Зачем ты её всегда кладёшь, и никогда не ешь? -Надеюсь, что потянет, но не тянет. -Как ко мне? -Не начинай. -Я ещё не н... -Чонгук, хоть раз, просто согласись со мной. -Хорошо. Я соглашусь с тем, чтобы забить на твоё зрение, на твои диагнозы, на твои внутренние переживания, которые ты передаёшь только Юнги, на всё забью. Только ты скажи мне, Тэ, - альфа закончил мыть посуду, выключил кран, и развернулся к нему, облокотившись ладонями о железный каркас раковины, разглядывая Тэхёна, который с головой влез в морозильник за мороженым, - Ты только скажи мне, тебе самому будет от этого хорошо? Омега остановился, едва улыбнувшись, и забегал глазами между мятным и клубничным мороженым. Чонгук слишком молод, чтобы переварить информацию. Голова слишком горяча, характер чересчур импульсивен, требователен. Доминант с каждым днём берёт своё, и Тэхён одёрнулся от страха, вздрогнув: если Чонгук узнает о том, что он всё же доминант, ему конец. Доминант из него всё без остатка вынесет. -Давай придём к компромиссу? - Худые пальчики потянулись за обеими упаковками мороженого, и вытянули их из полки. Чон подошёл медленно, явно готовый к компромиссу, и прикрыл дверцу морозильной камеры за Тэхёном, который встал, не заметив, как соблазнительно при этом оттопырил по привычке мягкую попку, обтянутую брючками от позы. Чонгук даже сощурился, чтобы успеть урвать хоть один момент, чтобы заметить хотя бы очертания трусиков под натянутой тканью, хоть что-то, чем можно было бы потешить свои фантазии позже. Но нет. Ничего. И это вызвало в нём удар ниже пояса: Тэхён что, вообще белья не носит?! -К к-к-какому? -Всё в порядке? - сразу же отреагировал Тэхён, нахмурив бровки, словно и не он виноват вовсе, и достал две тарелки из полки. Пошуршав упаковками, он разделил мороженое на равные части так, чтобы обоим досталось и то, и другое, и пододвинул тарелку к Чону, которому впору было бы ткнуться в холод лицом от осознания: там никаких трусиков! Вообще! -Д-да? -Гуки? -Да, я...какой к-компромисс? -Я буду делиться тем, что по моему мнению будет требовать волнения. -Ты называешь это компромиссом? -Разве нет? - округлил глазки Ким, пихнув в ротик огромную ложку мороженого и даже не пискнув от холода, прожёвывая его смачно. Сладко. Вытягивая и складывая при этом сочные губки бантиком. Издевательство. -Я хочу тебя. -Что? -Я сказал, я хочу тебя. На всех поверхностях. В данный момент- на этой, - рыкнул Чонгук, почувствовав, что у него лопнуло терпение, и поднял Тэхёна, словно пушинку, усадив на кухонную столешницу. Альфа ухмыльнулся, встретившись наглым взглядом с его ошарашенным, и грубо притянул к себе за талию, шепнув ему в линию подбородка, - Обхвати меня ножками, Тэ. Давай, не бойся. Я же знаю, что ты хочешь. -Ч-чонгук! -Не бойся, малыш, я не слечу с катушек. Я просто хочу хоть немного твоей ласки. Мне будет достаточно этого. Тэхён выронил ложку из пальцев, облизнув холодные от мороженого губы, и раскраснелся от робости, замотав кудрявой головой. Свитерок его съехал на плечо, и он тут же подтянул ткань, стараясь не встречаться взглядом с Чоном, который прижал его своим телом. Безвылазная ситуация, ничего не скажешь. Наверху- кухонные шкафчики, под задницей- кухонная столешница, сзади- кухонная стена, а впереди...а впереди- любовь его жизни. Чонгук, выжидающе смотрящий на него, беспрерывно наглаживающий его бока, словно уговаривая. И когда он только вымахал так?! Тэхён хныкнул, попытавшись ускользнуть от чувственно сминающих его бока рук, но Чонгук лишь строго цыкнул в ответ: -Ну же, Тэ, это ведь не секс даже. Ты не заразишь меня ничем. Не бойся себя. -Чонгук... -Да-а, мой сладкий малыш? - тягуче прошептал Чон, пуская табун муравьёв по его коже, и Тэхён всхлипнул, не выдержав, и оплёл его шею худенькими руками, разрыдавшись ему в сгиб шеи, - вот так, родной. Вот так. Вот это уже компромисс. Аккуратно стащив его со столешницы, Чонгук перенёс омегу на диван, всё так же крепко стискивая в объятии, и улёгся первым, поверх себя уложив лягушонком Кима и сцепив руки за его спиной в замок. Тэхён, у которого нахлынуло девятым валом, даже на секунду не прекратил свои рыдания, бормоча что-то несвязное в перерывах между затяжными всхлипами, и Чонгук распустил свой феромон, окутывая его спокойствием, старательно выцеловывая кудрявую макушку с какой-то дурацкой детской заколочкой. Скучает по Чимину. Тэхён не может не. Стащил его заколочку, чтобы запах омеги всегда был при нём. -Мой нежный...До чего же ты хрупкий, Тэ... - пробормотал Чонгук, утирая его щёки от слёз и вынуждая смотреть себе в глаза. Тэхён отвёл взгляд в сторону, но он даже не настоял на том, чтобы заставить смотреть на себя вновь: Чонгуку сегодня и этого достаточно. - Вот так, поплачь. Тебе надо выплакать весь свой страх, малыш. Ты всё делаешь правильно. -Зачем... Зачем ты так с-со мной...- хлюпнув носиком, Тэхён трогательно потëрся им о шею подростка, крепче ухватившись за его шею и подтянувшись повыше. -Потому что я люблю тебя, а ты- меня. Может, Чонгук действительно пробует быть взрослым. Пробует вести себя, как взрослый. Жить иначе, смотреть на жизнь сквозь призму серьёзного , взрослого альфы. Не выпускника старшей школы, а хотя бы уже студента. И, хватаясь за любую возможность, альфа урчит утробно, распространяя вибрации по всему телу Кима, который расхныкался на нём, как настоящий малыш, сдавшись ему на радость. -Я бы хотел, - рука его не блуждает по желанным частям тела, а лишь степенно растирает хрупкую спину, на которой даже сквозь свитер можно посчитать все позвонки омеги, - Готовить тебе самостоятельно. Чтобы ты ел всё, а не только мясо и мороженое. -Я ем ры-ыбу, - заныл омега плаксиво, даже не ожидая, что собственный голос проозвучит столь уныло. Чонгук на это закатил глаза: -Твоей ры-ыбы недостаточно, Тэ. Я решил: буду учиться на шеф-повара. -Но разве ты.. -Плевать. - альфа насмешливо щëлкнул его по носу, поцеловав в висок после, - Я больше не буду выбирать между профессиями. Врачом мне не стать, мы оба знаем. Но я хочу быть полезен тебе всю жизнь, малыш, всю жизнь, пока я дышу, я хочу делать то, что позволит тебе поддерживать здоровье. И если это будет не спорт, что ж, значит, мне суждено повышать свои кулинарные навыки. -Чонгук, - Тэхён поднял на него свои глаза, помутневшие от слёз, и выпятил сентиментально нижнюю губу, дрожа ей, - Чонгук, ты же...ты же... -Я всё для тебя сделаю. Да, сначала я должен вырасти для тебя, в твоих глазах. Но я начну сегодня же, моя птичка, - Чон сдержанно поцеловал его в щеку, и вскинул бровь, опустив взгляд туда, где рука поползла в неверном направлении. Или всё же в верном? Туда, где полы свитера Тэхёна, что покраснел безбожно, заёрзав. - Можно просто под свитером погладить, Тэ? Я не буду лезть в твои...- трусики, которых нет? - вниз. Тэхён неуверенно кивнул, неотрывно наблюдая за ним, и самостоятельно направил руку Чонгука на свою поясницу, крепко удерживая их там и шепча: -Не ниже, ладно? -Не ниже, - уверенно подтвердил Чонгук, зашевелившись под ним в поисках более удобного положения, и принялся гладить его поясницу по часовой стрелке, кончиками пальцев ощущая тонкие, немного длинные волоски на его теле даже там. Он посмотрел на Тэхёна, который сжался весь, словно в ожидании апокалипсиса, и потянулся свободной рукой к его кулачку, чтобы разжать тот и сплести с ним свои пальцы. - Хорошо? -Мгм. -И мне хорошо. И нам будет только лучше. Только не отталкивай меня, Тэ, - в тысячный раз повторил Чонгук, коснувшись губами линии его подбородка и покосившись в сторону пульсирующей вены на шее, прикрытой неизменно дикими локонами омеги. Он подавил в себе рык, прикусив губу, и вздохнул обречённо, облизнувшись после, - Тэ? -Д-да? -Как думаешь, когда я стану зарабатывать достаточно, мы сможем с тобой жить в этом доме, а Чимин - с Юнги? Омега настороженно поднял голову, сосредоточив взгляд на его доверчивых глазах, и сощурил свои: -Я не знаю. Это будет только дразнить тебя. -Но тебе нравится, когда я раздразнён. Хочешь сказать, что нет? -Я...Я-я... -Я знаю, что ты оканчивал кулинарную школу, но планирую взять всё, что возможно, от образовательной системы. Выкачаю из неё все соки, но стану шефом твоей мечты. А ты...ты подождёшь меня? -Я стар для тебя. -Вино становится богаче и ценней с возрастом, а у меня, знаешь, всегда был кинк на тех, кто постарше, - нахально ухмыльнулся Чон, оставив всю широкую ладонь на его пояснице, и прижав его к себе максимально близко: так, чтобы Тэхён почувствовал, как окреп его член в штанах, - Чувствуешь, малыш? -Чонгук, это н-неправильно. П-прекрати. -А ну, а ну, - Чон рассмеялся заливисто, не предвещая беды, и позволил Тэхёну слезть с себя поспешно, тут же ухватившись за его талию из-за спины, и оставив звонкий поцелуй на холке омеги, который стыдливо пискнул, завертевшись,- мышка ты маленькая, вот кто, Ким Тэхён. Но я стану альфой твоей мечты. Вот увидишь. Чон выпустил из захвата Тэхёна, сыто причмокнув, и улыбнулся широко, наблюдая за реакцией старшего. Тэхён, замельтешив, засеменил сначала к обеденному столу, чтобы стащить с него свой мобильный, на ходу подтягивая брючки, даже не подозревая, что делает ситуацию ещё хуже, обтягивая тканью мягкую, сочную попу. После этого, под пристальным взглядом Чонгука, Ким побежал рысцой в свою спальню, и Чонгук выдохнул грустно ему вслед: -На каждую мышь найдётся свой кот. Я тебя ещё присвою, маленькая мышка. Ты и есть моя судьба. Мы с тобой связаны. Я чувствую. -Вот так, Чимини, вот так, родной, сейчас я поправлю тебе подушку, и всё-ё будет хорошо... -Вам бы отдох... -Отдыхаю тут. -Но хот... -Я никуда не уйду. - заверил Мин, даже не смотря в сторону врача, который вкатил какие-то очередные препараты. - Ему поможет это всё? -Вы сами видели, наш пациент уверенно идёт на поправку, - врач заполнил шприц, приподняв его повыше и выпустив лишний воздух с капельками препарата, подбородком указав в сторону показателей, за последнюю неделю улучшившихся значительно, - Всё-ё буде-ет... так, вы не могли бы отодвинуться, а то мне неудобно так колоть. -А? - рассеянно отреагировал альфа, тут же тряхнув головой, и стиснув в ладони тёплые пальчики омеги, - Да, да, конечно. -Мгм, спаси-ибо, - привычно, нараспев ответил врач, пристроившись аккуратно, и вколов нужный препарат. Он слабо улыбнулся, натянув на иглу от шприца защитный пластик, - хороший у вас сынишка. -Это не сын. -Но в документах... -Сын, то есть, - Юнги цыкнул, крепче сжав пальцы Чимина инстинктивно, - не сын. Воспитанник. Приёмный. -Вы так за него переживаете. Всем бы таких приёмных. -Считаете? - усмехнулся альфа: господин доктор, вы и представления не имеете, насколько звезданутое у нас семейство. -А то, уже все санитары отметили, между прочим. - шприц полетел в кейс, и мужчина поправил маску на лице, деловито сверив показатели на мониторе с документами при поступлении, - Так, ну, по моим прогнозам, у крохи сильный рывок в положительную сторону. Можно сказать, повезло несказанно, знаете? Такое иногда бывает, когда пациент влюбляется в стенах больницы, и идёт на поправку галопом. -Чимини не конь! -Не конь , конечно, вы на ладошки - то его гляньте. Можно сказать, крадётся к выходу из комы кошачьими шажочками. Оно и хорошо: тише едем- дальше будем. -К чему мне быть готовым, когда он...когда он откроет глаза? -В первую очередь - полная аниридия, - врач покрутил ручку между пальцев, отметив время и дату в свежем листе, и присел на стул рядом с заметно напрягшимся Юнги. -Я не уверен, что понимаю врачебные термины, доктор. -Полная аниридия - это довольно редко диагностируемая патология, господин Мин,- задумчиво произнёс врач, нахмурив брови,- Может быть, вы знали его родителей до усыновления? -Нет. Нет, я...я никогда их не встречал. Это имеет отношение? -Полагаю, это имеет прямое отношение к данному диагнозу, господин Мин. Дело в том, что чаще всего, оно является генетическим. Скажите пожалуйста, какого цвета глаза у Чимина в привычной для него жизни? Юнги вздрогнул, стиснув челюсти, процедив с трудом: -Ореховые. В...в пом-мещении - т-тёплый шоколад, а на солнце...н-на солнце ореховые. -Мы проверяли его глаза не раз за эти недели. Если внутренние органы Чимина в порядке благодаря вашей реакции, глаза при ударе головой пострадали каким-то необычным образом, ведь...у него даже ни одной царапины на лице, - врач окинул вопросительным взглядом Юнги, который отвёл взгляд, нервно зачёсывая длинную прядку мягких волос любимого омеги. Повязку уже сняли, и Юнги выдохнул с облегчением в ту же секунду, как только получил доступ к многострадальной, бесценной макушке. -Я прижал его лицом к груди. -Однако, удар, пришедшийся на затылок, спровоцировал серьёзные последствия. Боюсь, диагноз Чимина отныне неизменен: полная аниридия обоих глаз. Да, она посттравматическая, но глаза Чимина... -Он не будет видеть? -Первое время, есть вероятность, что он будет видеть размытые силуэты. Мы скидываем подобную удачу на выброс адреналина пациентов, в основном. Чимин будет чересчур чувствителен к солнечному свету. Стремительное ухудшение зрения в его состоянии просто неоспоримо. Юнги сглотнул тяжело, заиграв желваками и желая разгромить всё в палате, а в первую очередь - самого себя. За то, что не уберёг любимого. За то, что посмел его не уберечь. -Как это...как это выглядит? Как глаукома, или... -Вовсе нет, - вздохнул устало врач, посмотрев на часы: смена наконец подходит к концу, и можно по-человечески отдохнуть в кругу семьи. - Полная аниридия предполагает отсутствие радужной оболочки глаза. В случае Чимина - полное её отсутствие. Он будет бояться света. Вы должны быть готовы к этому. -Есть ли какое-то лечение? Любые деньги, любая сумма, я всё отдам. -Лечение аниридии может иметь лишь косметическую цель, господин Мин. Чимину можно будет носить контактные линзы, которые компенсируют отсутствие радужки. Так, просто: чтобы в обществе не возникало дискриминации и буллинга. Он сейчас у подростков, сами знаете, - хмыкнул мужчина, почесав ручкой затылок, и цыкнув: сам на прошлой неделе за сынишку- третьеклассника заступался в школе. - Возможно ещё и хирургическое лечение заболевания — имплантация искусственной радужки. Для Чимина это будет дополнительным стрессом. После комы в наркоз, знаете ли, не каждый осилит. -Понимаю. Сколько придётся ждать? -Точно не могу сказать. Всё зависит от состояния нашего пациента. Вы должны быть готовы морально к тому, что человек, пролежавший в коме так долго, восстанавливается в четыре раза медленней. Это будет тяжёлым процессом, господин Мин. Вы должны будете показывать стойкость за двоих. Чимин - омега в подростковом возрасте. Его гормоны будут перешкаливать. Его обида на жизнь и отчаяние будут неизменно сводиться к безысходности. У нас подобное уже встречалось не раз. Заранее вас предупреждаю: многие пациенты его возраста не выдерживали период реабилитации, попадая под влияние депрессии. -Вы имеете ввиду... -Именно то, о чём вы подумали. Вам надо быть на чеку постоянно. Круглосуточно. Прячьте все острые предметы в доме. Не оставляйте его в комнате одного. Контролируйте каждое его действие. -Чимин никогда не посмеет, он жизнь любит, он... -Поверьте, господин Мин, я таких никогда не посмеющих видел в жизни не раз. Итак, о хорошем, - прокашлялся мужчина, старательно отпихивая от себя воспоминания о годах стажировки и ужасах, которые приходилось видеть поначалу, - Чимин будет учиться жить заново. -То есть? - потупил взгляд Юнги, всё ещё мысленно находясь на прошлой теме. -То е-есть, вам нельзя пугаться того, что он не сможет ходить первые месяцы. Это вполне вероятно. Мышцы его не атрофировались, однако, им определённо точно нужны будут массажи и растирания. Питание с ложечки первое время - наше всё. Жидкие рисовые каши, компоты из чернослива для проходимости жкт, одним словом- больничное питание на первых порах. -Чт...что с речью? -С речью...с речью сложно будет первое время. Мрт не показывает каких-либо чрезвычайно серьёзных результатов удара, не считая зрения. Частичная амнезия нам обеспечена. Чимин вряд ли будет помнить последние моменты особенно стрессовой ситуации, а значит - самой аварии. Оно и лучше. Нечего такому ангелу в таких воспоминаниях копошиться. Юнги заторможенно кивнул, ставя галочки около каждого пункта на память. -Что с палатой делать? -Ничего особенного. На самом-то деле, подержим его около недели после пробуждения, - улыбнулся мужчина,- для общих осмотров и тому подобного. А потом можно и домо-ой...Он у вас славный малый, и мы будем скучать по этой кнопке. Чимин, знаете ли, всех тут в себя влюбил даже глазок не открывая. Но такие места, как больница...не место ему здесь. -Я обустрою всё дома. -Прекрасно. Мой номер телефона у вас уже есть, звонить вы мне сможете в любое время, господин Мин. Чимин обяз...что такое?! - доктор осёкся, подскочив со стула, как только услышал запиликавшие быстрей показатели на мониторе, и схватил запястье Чимина, поспешно отсчитывая пульс с шокированным взглядом. Юнги, сжимавший вторую ладошку Чимина всё это время, прижал её к своим губам, оставив поцелуй болезненной надежды на тыльной её стороне, взглядом отслеживая каждое движение врача, пока, не веря своим глазам, не опустил взгляд вниз: туда, где пухленький мизинчик омеги зашевелился еле заметно, предвещая счастье. -Чимин?! Чимини, Чимин, кроха, ты слышишь меня? - Юнги запаниковал, перебегая взглядом от пальчика к врачу, который усмехнулся довольно: -Честное слово, господин Мин, не будь вы его приёмным родителем, я бы подумал, что этот котёныш в вас влюбился, пока вы держали его за руку. - Мин округлил глаза непонятливо, встав с месте и пошатываясь от усталости, когда мужчина хмыкнул , указав на Чимина, медленно приоткрывшего веки, - принимайте своего ангелочка, господин Мин. Только не пугайте его своей паникой. -Ч-чимин?!