codependency

натягиваю кожу посильнее, надавливаю. наблюдаю, как та расходится под давлением холодного метала, как медленно выступает алая алая — это почти завораживает, почти приносит удовольствие. то самое, забытое-закрытое, оставленное в дальнем ящике с пометкой: никогда не открывать, потому что иначе оно тебя поглотит, пережует с костями и не оставит ничего, кроме воспоминаний.  удовольствие это граничит с болью, с истерикой и слезами на дрожащих руках — упс, я и забыла, что может быть так неровно. я и забыла, что капли стекают вниз по бёдрам, расплываются на белом постельном и въедаются в память / душу, как слабость и горечь текилы, как последний экзамен, заваленный из-за недосыпа и депрессии, как пять шотов водки подряд, запитой редбулом за баснословные деньги в клубе, куда пускают по фотке и выносят на носилках с передозом сладости.  сладость моя приносит мне же вред — и я даже не чувствую, что она запретная. больше нет. она тёплая и уютная, кутает меня в свои объятья, запах подростковых проблем и максимализма. сладость шепчет на ухо: «я так скучала», и, боги, я почти признаю, что тоже.  оно даже не ощущается, как ошибка.  хотя это она и есть. чёрные буквы на металлическом складываются в слова, чернила когда-то в будущем перекроют моё разочарование в себе, но никогда не исправят. правки вносятся в документы, правки мечутся меж колонтитулами вордовских файлов, правится-катится солнце, скрытое серыми облаками, справлюсь ли я?  когда-то да.  когда-то я перестану разочаровать других и окончательно разочарую себя, когда-то в будущем, без использования ‘will’, лишь сплошное ‘she could’ve’. третья форма, обязательства и ответственность, искривленная розовым фильтром на экране телефона, укрытого трещинами и мелкими сколами. сукровица пачкает одежду, пачкает стопку окровавленных ватных дисков, пачкает принципы и режим, пачкает стабильность и внутренности: и внутри так больно, но никто не обещал обойтись без ран. и хочется остановиться на секунду, чтобы спросить себя же: а этого я хотела? зависимость шепчет: да, конечно. нет ничего такого в этом. разум в противовес на чашу кладёт доводы и аргументы: оно не поможет. семь лет не помогало.  и я знаю. я знаю каждую из этих сторон, я знаю, какого это — сомневаться. знаю, как держаться и не срываться. знаю, как хорошо ощущается срыв и как тяжело прийти в норму. знаю, что это глупо и плохо. знаю всё это, но здравствуй, моя сладость. я скучала.