Outlast this day

В тот момент, когда мы закрылись в комнате, мы просто, казалось даже, дышать перестали. Полнейшая растерянность и жуткий страх поселился в моём теле, и сам управлял им, как ему хотелось. Пока парни сидели, вжавшись в угол, я сделал несколько осторожных шагов в сторону середины этого помещения, в котором мы остановились, и да, со страху мы выключили все фонарики, дабы тот, кто там ходил, не смог заметить нас, хотя я думаю, если бы он хотел, то давно уже заметил. Самые странные и жуткие теории пробирались в мою голову. Я тешил себя мыслями о том, что это, может, охрана какая то или полиция засекла нас как то с посёлка этого. Но факт того, что из ячейки в этом морге пропало тело, которое точно там было, оно лежало на боку ногами вперёд, это я помню, хоть убейте, не давал мне покоя. И зашли мы, когда второй раз, ну точно же этот морг был, ну не мог я перепутать, ориентировался по разбросанному инвентарю на столе, ну там скальпели, шприцы да всякие зажимы. Я остановился чуть дальше средины комнаты и слушал, слушал то, что происходит там, в коридоре, а шаги то приближались, то отдалялись, плавно переходя слева направо и наоборот. В гробовой тишине этого помещения было слышно лишь отдышку ребят и бешеный стук сердца, казалось, что сейчас оно выпадет на пол и перестанет стучать навсегда. Сколько мы не лазили по всяческим подземельям и бункерам, такого никогда не было. Да, встречались с другими ребятами, убегали от охраны, от ментов, но здесь что то иное, я это чувствовал тогда, чувствовал ещё в самом начале, как только переступил порог этой проклятой железной двери, что здесь что то не так, но моё гребанное любопытство и упорство ребят завели нас сюда. И отсюда надо как то выбираться, хватит уже с меня приключений. Да как выбраться то? Мы час проходили по коридорам, час сука! Мало того, что пометок наших не нашли, так и выхода тоже, хотя я больше, чем уверен, что мы по любому проходили по тому коридору, через который вошли сюда, в общем, я не знаю, что делать. Позади с коридора, всё так же раздавались шаги. Они были совсем рядом, такое чувство, что тот, кто там ходил, знал, что мы здесь, и только ждал того момента, пока мы выдадим себя каким то неосторожным движением или звуком, но мы сидели как мыши. – Парни, а что за шаги там? – еле слышно дрожащим голосом прошептал Олежка. – Полиция, может? – Ага, ФСБ сразу брать нас приехали в эту глушь, – в ответ прошептал Марк. – Так, а что это за сука там ходит тогда? Я никогда не слышал, чтобы люди так ходить могли. Он как будто ноги волочит по полу. – Может, инвалид какой? – улыбаясь, прошептал Кирюха. Он у нас всегда был бесстрашным разговорчивым парнем, который клал на всё и на всех, но сейчас его бесстрашие испарилось, тогда, когда совсем рядом, за дверью, послышался тот самый крик, тот крик, который мы слышали вот буквально двадцать минут назад, вдали коридора. Теперь он уже был совсем рядом, и что я могу сказать, у меня чуть ноги не подкосились от него, я, правда, чуть не упал на холодный сырой пол. Но Марк схватил меня и протянул к себе, придерживая чтобы я не упал. Этот крик раздавался уже дольше вот вот в нескольких метрах от двери, и после того, как он прекратился, опять раздались отдаляющиеся шаги, вроде как в правую сторону, в сторону того морга. После этого, за дверью наступила тишина, но она совсем не внушала доверия ни мне, ни ребятам. Мы всё также стояли в ступоре ещё, наверное, минут десять, затем, полностью убедившись, что за дверью вроде как нет никого, стали перешептыватся. –Вы слышали? Сука, что за нахер там, в коридоре? – Может, псих какой то залез, местный? – Да ты слышал, как он орал? Как зверь какой то! Ты голос этот слышал вообще? – запаниковал Серёга. – Да тише ты, чего паникуешь? – успокоил его Марк. – Мы тут как бы все в шоке сидим, если ты не заметил, давай лучше не обсуждать, что или кто там был и как круто он кричал, а всё таки думать, как выбираться. – А что думать то? – сказал я. – Ты план этих тоннелей знаешь, что ли? Нам ничего не остаётся, кроме того, как в тупую идти по этим коридорам и надеяться найти выход. – И то так. Кирюха уже вообще замолчал, он не шутил и не улыбался. Ещё немного подождя, мы включили фонарики. – Так, сейчас я выгляну, надеюсь, там никого нет. И как можно тише пробираемся, если кто то кого то заметит не нашего, то сразу же ищем комнату и забегаем в неё, благо тут их много. Все возьмите друг друга за руки, и ни в коем случае не разделяемся, – скомандовал Марк. – Взялись? Там вроде чисто, пойдём. Мы вновь вышли в коридор. От того жуткого крика ноги просто отказывались меня нести. В горле пересохло и с каждым моим вздохом больно покалывало в груди, хотелось пить, но я боялся даже движение лишнее сделать, чтобы не дай бог не издать лишнего писка, поэтому водички выпью, когда уже выберемся, надеюсь, что выберемся. Мы шли перепуганные, как котята, лишь иногда осторожно оглядываясь, нет ли за нами никого. Я шёл предпоследним, за мной же Кирюха, он крепко схватил меня за руку, как в последний раз, блин. Пройдя ещё немного дальше, Марк остановился, за ним остановились все. – Тсс. Вы слышали? – Чего там? – прошептал мне сзади Кирилл. – Да хрен знает, опять те самые звуки. Мы подошли ближе друг к другу, и я понял, о чём говорил Марк. Звук раздавался такой, как будто уже не из коридора, а скорее всего из какой то из тех комнат. И да, это были те же тяжёлые шаги, но к ним прибавились ещё просто тяжёлое дыхание, и шуршание какими то железками. Скорее всего, это был всё тот же медицинский инвентарь. – Давайте назад, парни. – Ага, в комнату? А вдруг там такое же? – отозвался Олежка. – А что делать то тогда? – вновь запаниковал Серёжа. И вот после этих его слов раздался ещё один звук. Это уже были ни шаги, ни крики. Это было что то похожее на скрип металлической дверью, и мне сразу в голову ворвалась мысль о тех небольших дверцах, которые запирали холодильные камеры в морге. Ну, других металлических дверей здесь не было, хотя, может, мы ещё не видели их, не знаю. В общем, постояв так немного и не услышав других звуков, мы вновь пошли дальше. Шли прямо, наверное, минут пятнадцать и вышли в совершенно другой коридор, как будто переход такой резкий произошёл. Совершенно другое помещение, мы здесь ещё не были, но тут также по обе стороны было расположено множество дверей, а вдали опять разветвление, лишь фонарик Марка доставал туда, и это можно было заметить. – Ну и что дальше? – прошептал Серёга. – А у нас много вариантов? – ответил Марк. – Прямо идём. – Сдаётся мне, что мы сейчас забредем ещё дальше, мы ведь здесь не были ещё, – сзади меня послышался голос Кирилла. – И правда, сейчас забредем, хрен знает куда, и что потом делать? – уже отозвался Олежка. Мы остановились. – Хорошо, ваши предложения? – Давайте пойдём назад и будем искать выход всё таки в той области где-то. – Ну, окей, пойдёмте, – прошептал Марк, и мы развернулись в обратную сторону. И я вновь чуть не свалился с ног, как и все мои друзья. Особенно Кирилл, который шёл последним и, развернувшись, стал первым в нашей, так сказать, колонне. За нами кто то следил, тихо крался, чтоб мы не слышали или что, я не пойму, потому что, как только мы развернулись, кто то резко шмыгнул в другую сторону коридора. Опять шаги унеслись прочь от нас в ту сторону, с которой мы пришли, и в свете фонаря я мельком заметил, и не один я, что там действительно кто то пробежал. И в конце коридора вновь хлопнула дверь, это тоже было видно в свете фонаря. – Вы видели это? Это... Вы видели? – пятился назад Кирюха. И всё бы хорошо, если бы уже за нами опять не раздался тот самый крик, и звуки уже не удаляющихся, а приближающихся шагов. Мы же бросились в обратную сторону, именно туда, где мы видели кого то. Бежали уже не колонной, а просто перепуганной до смерти кучей человечины. – Сюда! Сюда! – крикнул Марк, открывая случайную дверь. – Быстро, быстро! А я то слышу, шаги ну очень быстро приближаются, а затем произошло это. Мы забегаем в комнату, темно было, не видно, что там внутри. И внезапно раздаётся крик, уже не тот крик, который мы слышали, а человеческий, и он отдаляется в коридоре. Панический крик, который просто за несколько секунд превратился в хрип, и я смотрю, а нас четыре человека забежали в комнату: я, Марк, Олежка и Кирюха. Я выхватываю у Марка фонарик, открываю дверь и свечу в коридор, что то очень быстро тащило Серегу по полу в неизвестном направлении. Повторюсь, очень быстро, это всё происходило за считанные секунды. Мы даже среагировать не успели, и да, я видел что там было. Оно даже немного обернулось. Почему оно? Да потому что это был не человек, мать твою! Я вообще не пойму, что это было. Это была как будто какая то тень, очень тёмная, настолько тёмная и густая, что её можно было увидеть в свете фонаря. Может, это и не тень была вовсе, а что то более, материальное, я не знаю. Я же говорю, очень быстро двигалось оно, я не успел толком разглядеть, лишь мельком увидел. – Господи, что это за тварь такая? Куда мы залезли вообще? Меня резко затащили в комнату, и Марк вставил какую то арматуру или трубу в дверную ручку, а хрип Серёжи удалялся где то в коридоре, так что его уже было не услышать. Сказать, что все стояли в шоке, это ничего не сказать, это был не то, что шок, это была паника, особенно у Кирилла. – Пацаны, Серёжу забрал кто то. Кто то утащил его, хер знает куда, – развернувшись, прошептал я. – Я видел! – дрожащим голосом говорил Олег. – Я видел это, я чувствовал, как в нашу бегущую кучу, как будто конечность чья то вонзилась и просто... Просто выхватил его. Из его глаз потекли слезы. Я подошёл к Олеже и заключил его в крепкие объятия, пытаясь успокоить, хотя у самого сердце болезненно сжималось. Марк же просто стоял и молчал, выпучив глаза на дверь. – А кто это был, никто не рассмотрел? – внезапно отозвался он. – Да какая разница, кто это был? До тебя не дошло, что мы зашли не туда немного, и нам тут не рады? – Это не человек был, – перебил я панический крик Кирилла. – Это не человек. Это нечто другое. Я успел немного задеть его лучом фонаря. – И, что ты увидел? – Я... Я не знаю, что это. Тебе недостаточно того факта, твою мать, что это не человек? Это, какая то, блядь, паранормальщина бродячая. Тебе недостаточно, что здесь по коридорам кто то бегает и визжит, да трупы проподают со своих мест прямо у тебя под носом?! – уже наехал я на Марка. – Достаточно. – Так что делать то будем? – Да выбираться нужно, что делать... – Выбираться? А Серёга? Тут оставить его хочешь? – Давай так, до утра его ищем, если же нет его, тогда валим. Сколько времени сейчас? Я глянул на часы, они больше не шли. И ладно бы у меня одного, часы перестали идти у всех. Телефоны, повербанки и фонарики тоже уже были на грани. – Да как так то? Заряжали же полностью, они не могли так быстро сесть. Без света нас здесь по одному растаскают всех. Что же делать? Что же делать? – уже чуть ли не плача, бормотал Кирилл. И буквально после этого его бормотания раздался очень громкий удар в нашу дверь. И опять тот крик, нет, не Серёжи, а тот зловещий визг. А дверца то у нас не особо крепкая, ещё пара таких ударов, и на этом можно заканчивать. Нас окутал животный ужас, который в то же время, в спешке заставил нас искать пути отступления. Мы светили фонарями по всей комнате, и в луче ещё работающего фонарика я заметил небольшую дверцу. – Сюда! Сюда все! Открыв эту дверь, мы вбежали внутрь и заперли её. Перед нами вновь образовалось что то наподобие коридора, по которому мы и побежали, оставив за собой жуткие стуки в дверь и пробирающий до мурашек рёв, но самое страшное это было осознание того, что их там несколько. Тогда, в том коридоре, когда Серёгу забрали, крик раздавался одновременно с обеих сторон, и не один я это заметил, а что, если их тут не двое, не трое и даже не десять, а намного больше? От одних только мыслей об этом я покрывался мурашками, но я шёл, как и другие ребята. Этот коридор был уже намного меньше тех, по которым мы бродили немного ранее, и в нём уже приходилось идти друг за другом, по-другому никак вообще. – Парни, нам нужно как то выйти в ту сторону, с которой пришли, ведь туда Серёгу утащили. – А что, если он мёртв уже? – заикаясь, сказал Олежка. – А что, если жив? – перебил Марк. – Не оставлять же его тут. Нужно найти. Нужно найти... Коридор этот, казалось, никогда не закончится, господи, какой же он был длинный, и конца не видно. Просто сплошная тьма, которая с каждой минутой окутывала нас всё сильнее и сильнее, так как фонарики начали тускнеть, а зарядить их попросту было негде. Не знаю, мы оказались в очень непростой ситуации, выхода из которой сейчас я просто не видел: ни с ситуацией, ни с этого проклятого подземелья. Я уже полностью убедился в том, что живёт здесь что то поистине жуткое, что то страшное и непонятное. Версии про полицию, охрану и других сталкеров, просто отвалились сами по себе. Мы шли по этому узкому коридору ещё минут пятнадцать, и только сейчас я понял, что этот коридор, судя по всему, был предназначен для того, чтобы трупы по нему возить. С чего я это взял? А с того, что вышли мы обратно в морг, может, конечно, это не так было, а всего лишь мои догадки. Войдя обратно в морг, даже в такой сложной ситуации, мы вроде как даже успокоились немного, и даже взбодрились, пока Марк не сказал, что это не тот морг. Я осмотрелся вокруг, и действительно, это было уже не то помещение, расположение столов, холодильников было иное. И тут как будто чище было, что ли, плитка другая. Но самое важное вот что. Пока мы тут ходили, осматривались, я услышал лёгкие постукивания из одной ячейки в холодильнике, а затем человеческий голос, хриплый такой и тихий тихий. – Парни, тихо! – Помогите! Помогите кто нибудь, пожалуйста! – Слышишь? –прошептал Марк. – Голос вроде на Серёгин похож. Мы бросились к этой ячейке, но, когда мы открыли её, господи, Марк попятился назад, я же скованный стоял и смотрел, на парня что лежал в этой ячейке. Да, это был Серёжа, да вот только то, что с ним произошло... Это было ужасно! На его шее был сильный порез, из которого ручьём лилась кровь. Половина лица его была исписана царапинами. Он практически захлебывался собственной кровью. Всё его лицо было в крови. Кирюха чуть ли в обморок не упал, Олежка также стоял рядом с Марком и просто молча охреневал от происходящего. Отойдя от ступора Кирилл начал его доставать. Взяв Серёгу на руки он отнёс его к одному из столов и посадил на него. – Есть бинты у кого? – Да... Да, сейчас. – заикаясь произнёс Олежка и начал трясущимися руками рыться в рюкзаке. Он всегда был самым чувствительным среди нас. Кирилл стоял крепко сжав ладонь Серёжи. Марк выхватил у Олежи найденый бинт и быстро подошёл к парням. Он начал плотно перебинтовывать Сережину шею. Закончив с этим Марк посмотрел на него и тихо спросил. – Идти сможешь? Серёга ничего не ответил и лишь слегка кивнул головой. – Серёг, кто это был? Кто с тобой это сделал? – Мы зло разбудили, и оно нас не отпустит отсюда. Выхода нет, они мне так сказали. – Кто они, Серёг, ну кто? Но Серёжа молчал. Господи, у меня не произвольно покатились слезы, но мне пришлось собрать себя в кучу, потому что из коридора снова послышалось множество шагов, тех самых тяжёлых, шаркающих шагов. Шёл не кто то один, а их было несколько, и двигались они именно в нашу сторону. Именно это заставило меня как можно быстрее найти хоть какое то место, чтобы спрятаться.