Forgive me father for I have sinned

Эстетика на работу от прекраснейшей: https://t.me/exituslet4lis/9?single

Август вышел из подсобного помещения в основную часть храма, чтобы убедиться, что он ничего не забыл привести в порядок. Как пастор он предпочитал следить за всем самостоятельно. Большинство свечей уже погасли, и он собирался уже было затушить все остальные и закрыть храм до завтрашнего утра, как вдруг его внимание привлекла светлая макушка. Подойдя ближе, он понял, что это не кто-то из его паствы решил на ночь глядя замолить грехи или попросить у Бога помощи. Это был служка, который, кажется, талантливее всех пел в церковном хоре. Да и в целом он был таким старательным, исполнительным, трудолюбивым, что Август уже давно хорошо запомнил его. Юноша, похоже, усердно молился: что-то быстро шептал, стоя на коленях перед распятием, и то и дело с покорностью склонял голову. Он был явно слишком увлечен, чтобы заметить хоть кого-то рядом, так что Августу было слегка неловко прерывать его единение с Господом и своими мыслями. С другой стороны, служки редко так яростно молятся. Быть может, у него случилось что-то по-настоящему серьезное, и ему нужна помощь. - Дмитрий, - вкрадчиво позвал он, подходя ближе. Юноша ожидаемо сильно вздрогнул и резко обернулся. Бледные щеки тут же залились румянцем, хотя, казалось бы, что может быть такого постыдного в том, что тебя застали за молитвой. Это всегда дело благое. Особенно, если ты находишь на это время после дня, полного усердного труда. - Простите, святой отец, - негромко произнес юноша и поднялся на ноги. Он все еще выглядел очень смущенным и, кажется, совершенно не знал, куда себя деть. - За что же? - Август изогнул бровь, внимательно смотря на служку. Не надо было слишком задумываться о его поведении, чтобы понять, что его что-то очень сильно гложет и, похоже, довольно давно. Правда, видимо, своим чувствам он давал волю лишь тогда, когда думал, что его никто не видит. - Ты хочешь поговорить? - спокойно спросил он, встав рядом с юношей. - Я не хочу Вас задерживать, - негромко ответил тот, смиренно склоняя голову. - Я спросил тебя совсем не об этом, - Август усмехнулся и покачал головой. Эти мальчики порой бывали просто невероятно милыми. Вечно алеющие, боящиеся сказать что-то не то, старательные и послушные. - Если тебе необходимо поговорить, мой долг - выслушать тебя. Может, я даже смогу помочь тебе советом. - Если честно, я просто не знаю, как о таком говорить, - Дмитрий неловко перемялся с ноги на ногу, поднял глаза, но тут же вновь опустил их. Интересно, что же такое творится в этой прекрасной светлой головке, что служка настолько сильно боится открыть правду. И как он только раньше не замечал такое поведение? Хотя, признаться, Дмитрий был ему крайне симпатичен, и порой Август не отказывал себе в удовольствии понаблюдать за тем, как юноша усердно работает. Быть может, он столько и вкладывал сил в работу потому, что это помогало ему не думать о чем-то настолько запретном и стыдном, что, похоже, он бы лучше сгорел на месте, нежели кому-то признался. - Разве ты не доверяешь мне? - Август слегка улыбнулся и, сжав пальцами подбородок парня, заставил его приподнять голову и посмотреть в глаза. Чудесно. Алеющий голубоглазый ангелочек в смятении. Хоть сейчас пиши с него икону. - Конечно, я Вам доверяю. Просто... - Дмитрий слегка прикусил губу. Ему явно хотелось вновь отвести глаза, спрятаться от такого пристального взгляда, но он не мог заставить себя мотнуть головой, чтобы освободиться от хватки цепких пальцев. - Я боюсь говорить о таком. Это так... так стыдно. - Ну что ты, мальчик мой, - Август словно бы невзначай перед тем, как убрать пальцы, погладил Дмитрия по щеке. - Здесь тебе не должно быть стыдно или страшно говорить. Я могу пообещать тебе, что все, что ты мне расскажешь, останется только между нами. И нисколько не повлияет на мое к тебе отношение. Даю слово, - Дмитрий посмотрел на него так наивно и доверчиво, что Август с трудом преодолел желание запустить пальцы в его светлые волосы и притянуть его к себе поближе. - Хорошо. Спасибо. Я бы правда хотел поговорить, - наконец, после недолгих сомнений произнес Дмитрий. - Пойдем со мной, - Август приобнял его за плечи и повел за алтарь в подсобные помещения. Решив, что наиболее подойдет комнатка, где была небольшая кушетка и пара скамеек, на которых они могли бы с комфортом расположиться, он провел юношу именно туда. - Садись, не стесняйся. Когда Дмитрий с идеально ровной спиной сел на одну из скамеек, складывая руки у себя на коленях, Август не сдержал легкой улыбки. Нет, мальчик определенно слишком сильно зажат для разговора о том, что бы там ни было. Взяв с полки бутылку терпкого красного вина, Август наполнил им две кружки, одну из которых протянул своему собеседнику. - А разве мне можно? - неуверенно спросил Дмитрий, принимая кружку из рук мужчины. - Можно, - Август сел на скамейку напротив юноши и сделал небольшой глоток. - Не бойся, никто не узнает. Дмитрий робко кивнул и все же поднес кружку к своим губам. Он сделал пару довольно крупных глотков, и тут же его щеки вновь заалели. Совсем неопытный мальчишка, но от того только более трогательный. Август понимал, что лучше не торопить юношу, хотя, если честно, ему было ну очень интересно узнать, что же такое терзает его невинную душу. Еще несколько мгновений прошли в спокойном молчании. Наконец, Дмитрий сделал еще один глоток и поднял на Августа глаза. - Я чувствую себя таким неправильным, грязным, порочным, - начал он, покачав головой. Дмитрию одновременно хотелось просто сбежать, лишь бы не продолжать этот томительно-тяжелый разговор, но и, в конце концов, уже просто открыться кому-то и сбросить со своей души груз этой страшной тайны. К тому же Август смотрел так искренне заинтересованно и сопереживающе... - Я понял, что меня привлекают мужчины, - совсем тихо проговорил он и поспешил сделать еще пару глотков. Вино горячило и расслабляло. С ним было проще говорить о том, что терзало его. - Вообще все мужчины или какой-то конкретный? - Август с интересом смотрел на юношу. Вот это очень занятно. Кто бы мог подумать, что этот нежный голубоглазый ангелочек уже и сам был готов к падению без лишних подталкиваний. - Конкретный, - кажется, Дмитрию уже хотелось взвыть от того, как ему было неловко, но в то же время уже так сильно хотелось открыться. К тому же, Август отреагировал так спокойно, словно в этом не было вообще ничего преступного. Юноша ожидал чего угодно, но только не такой реакции. Он думал, что на него будут кричать, унижать, называть порочным, говорить, что стыдно быть таким как он. В лучшем случае назначат епитимью, в худшем же - прогонят и больше никогда не пустят такое отвратительное создание на порог церкви. - Мне очень нравитесь Вы. Я так много о Вас думаю... Думаю о Ваших руках, о том, как пристально смотрят Ваши глаза, как Вы могли бы обнять меня, - он запнулся, понимая, что и так сказал уже куда больше, чем следовало. - Только лишь обнять? Ну же, не бойся. Я не стану осуждать тебя, - Август отставил в сторону свою кружку с вином и подался чуть вперед, любуясь нежными красными щеками. Никогда бы не мог подумать, что в этом тихом омуте пляшут такие черти. Он уже точно знал, чем закончится этот разговор, главное, чтобы юноша перестал настолько сильно бояться того, что так жаждет. - Как Вы можете так спокойно относиться к этому? Любой другой уже осыпал бы меня проклятиями и выгнал вон, - Дмитрий растерянно смотрел на предмет своего обожания. Все происходящее казалось ему каким-то совершенно нереальным, сном. Разве мог сам пастор настолько спокойно говорить с ним о таких вещах? - Как хорошо, что я не любой другой, правда же? - Август поднялся и подошел к юноше. Он медленно провел пальцами по светлым волосам, слегка сжал несколько прядей на затылке и потянул, заставляя немного откинуть голову назад. Признаться, он сам еле сдержал глухой стон, столкнувшись взглядом с этими широко распахнутыми полными невинности голубыми глазами. - Я тоже этого хочу, Дмитрий, - спокойно и уверенно произнес он. - Вы тоже? - Дмитрий никак не мог отвести взгляд от прекрасного лица, на которое так часто засматривался, надеясь, что никто этого не замечает. Возбуждение, которое он так долго старался унять усердными молитвами, сейчас кольнуло его так, что он даже вздрогнул и застонал. - Я... Я совсем ничего не умею, - смущенно произнес он. - Я знаю, - Август чуть улыбнулся и погладил юношу по щеке. - Я скажу тебе, что нужно делать. Для начала встань на колени, - Дмитрий послушно соскользнул со скамейки и встал на колени перед мужчиной. Ему было немного страшно и волнительно, но при этом так хотелось сделать все, что скажет ему Август, что никаких сомнений у него не было. - Расстегни мои штаны. И возьми в руку мой член, - спокойно сказал он, наблюдая за тем, как, ужасно краснея, Дмитрий выполняет его указания. - Вот так, - выдохнул Август, когда нежные пальцы сомкнулись на его члене. Без лишних подсказок Дмитрий начал медленно поглаживать его, делая твердым, и мужчина довольно сощурился, чуть откидывая голову назад. - Умница. Теперь возьми его в рот. Так глубоко, как получится, - чуть хрипловато произнес он, внимательно смотря на юношу. - Не торопись. Дмитрий удобнее устроился перед ним на коленях и сперва очень неуверенно коснулся губами головки члена. Августу сильнее всего хотелось просто нажать на его затылок и протолкнуть член в самое горло, но он понимал, что напугает этим юношу. А ему хотелось, чтобы они оба сегодня получили удовольствие. Чтобы этот чудесный мальчик еще не раз вернулся к нему. Так что он лишь очень ласково погладил Дмитрия по затылку, показывая, что все в порядке. Немного приободрившись, юноша шире открыл рот и слегка подался вперед. Вроде в этом даже не было ничего неприятного. Осмелев, он начал плавно двигать головой, позволяя Августу направлять его легкими нажатиями на затылок. Тихие стоны и вздохи мужчины только больше заводили его самого, но он очень старался сперва сделать хорошо Августу, совсем не думая о себе. Август внимательно посмотрел на юношу: плотно сжатые припухшие губы, красные щеки, весь дрожащий от собственного возбуждения, тихо сопящий от усердия - кажется, кончить можно было от одной лишь этой картины. Мужчина несколько раз посильнее толкнулся в податливый влажный рот, после чего мягко заставил Дмитрия отстраниться. Он протянул юноше руку и помог подняться, тут же медленно проводя большим пальцем по приоткрытым влажным губам. - Давай-ка разденемся, - мягко произнес Август и начал неторопливо избавлять юношу от одежды, стараясь как можно чаще касаться теплыми пальцами обнажающейся кожи. Такая белая... точно молоко. Все больше Дмитрий казался ему самым настоящим ангелом. Пальцы юноши дрожали, и он никак не мог справиться с пуговицами на вещах Августа, так что, едва Дмитрий остался полностью обнажен, мужчина сам взялся за остатки своей одежды. Как только, наконец, они оба остались обнаженными, Август властно развернул юношу спиной к себе и прижал к своей груди. Такой нежный и разгоряченный... Потрясающе. Он коснулся шеи Дмитрия, провел ладонью по его груди и, наконец, скользнул еще ниже, сжимая пальцы на члене юноши. Наградой ему был громкий протяжный стон, и Августу пришлось второй рукой покрепче прижать юношу к себе, почувствовав, как у того подогнулись колени. - Тебе нравится, когда я так трогаю тебя? - жарко прошептал он в ухо Дмитрия, медленно поглаживая возбужденный член и одновременно с этим покрывая влажными чувственными поцелуями тонкую шею. - Да! - невольно вскрикнул юноша, когда Август стал потирать головку его члена большим пальцем, одновременно с этим еще крепче прижимая к себе. - Ты хочешь, чтобы я был в тебе? Хочешь заняться любовью? - продолжил мужчина мурлыкать в ухо Дмитрию, наслаждаясь тем, как по такому поразительно чувствительному телу проходят волны дрожи от малейшего касания. - Очень хочу, - нисколько не сомневаясь, ответил юноша. Впрочем, кажется, в таком состоянии, когда возбуждение буквально затуманило ему разум и кружило голову, он был готов согласиться вообще на что угодно. - Хороший мальчик, - Август ласково прикусил ухо Дмитрия и мягко подтолкнул его к кушетке. - Ложись на живот. Так в первый раз тебе будет удобнее. Не без удовольствия понаблюдав за тем, как юноша, подрагивая, подошел к кушетке и послушно лег, как ему сказали, Август ненадолго отошел, чтобы найти на полках масло, которое можно было использовать как смазку. Взяв необходимое, он подошел к кушетке и, коленом разведя бедра Дмитрия, устроился между ними. Он вылил масло прямо между ягодиц юноши и стал медленно растирать его пальцами. - Расслабься. Я не сделаю ничего, что тебе не понравится, - сказал он, с улыбкой наблюдая за тем, как возбужденный юноша ерзает на кушетке, томно постанывая. Когда Дмитрий смог выполнить его просьбу, мужчина аккуратно протолкнул в него два пальца и стал неспешно подготавливать. Невыносимо. Этот ангел словно бы напрашивался на то, чтобы схватить его за бедра, одним рывком натянуть на свой член и трахать, пока он будет кричать и все сильнее сжиматься. Август с трудом сдерживал свои желания - юноша действительно нравился ему. И очень уж не хотелось, чтобы эта ночь стала у них последней. Сочтя, что Дмитрий уже достаточно готов, он убрал руку и удобнее устроился между раздвинутых ног. Август чуть сжал свой член у основания и ткнулся головкой между ягодиц юноши. - Пусти меня. Тебе будет хорошо, - негромко произнес он, второй рукой ласково поглаживая подрагивающие бедро Дмитрия. Когда тот смог снова расслабиться, Август плавно толкнулся внутрь и сам не сдержал громкого стона, оказавшись в такой тесноте. Стараясь сразу не сорваться на быстрый рваный темп, он наклонился и стал покрывать влажными поцелуями спину юноши, вслушиваясь в его тихие обрывистые стоны. Совсем скоро Дмитрий уже полностью разомлел под ним от поцелуев и ласковых касаний, и был готов пустить любовника глубже. Уперевшись ладонями в кушетку, Август стал постепенно двигаться, каждый раз постепенно проникая все глубже и глубже. Дмитрий стонал под ним так сладко и призывно, что было почти невозможно поверить, что еще совсем недавно он краснел и не мог вымолвить и слова. Когда юноша стал сам двигать бедрами навстречу любовнику, Август понял, что больше можно не сдерживать себя и начал двигаться быстрее, немного резко. Ему доставляло невероятное наслаждение чувствовать, как Дмитрий вздрагивает от чувственных глубоких толчков, невольно сжимается и как ласковый котенок старается прижаться как можно ближе. - Тебе хорошо? - низким голосом спросил он, вновь обхватывая ладонью член Дмитрия и начиная ласкать в такт себе. - Да... Так хорошо, - практически проскулил юноша, срывая с губ любовника усмешку. Август стал практически уже вбивать в кушетку нежное тело, не переставая гладить возбужденный член, все чаще нажимая на влажную головку. Надолго Дмитрия из-за таких настойчивых ласк не хватило - скоро он сильно кончил в руку мужчины, содрогнувшись всем телом, и практически рухнул на кушетку. Август аккуратно вышел из слишком сильного сжавшегося любовника и несколько раз провел ладонью по своему члену, кончая на слегка покрасневшие ягодицы. - Ну как ты? - он лег на кушетку и притянул Дмитрия к себе, неторопливо поглаживая влажные светлые волосы. - Божественно... Ой, - юноша тут же сильно смутился, поняв, что сказал что-то не то. Август лишь тихо рассмеялся и приник с поцелуем к его нежным губам. Это определенно было божественно.