Доминика. История потерянной принцессы.

      Время – удивительная вещь. То несётся вприпрыжку, то вдруг начинает тащиться медленно-медленно, будто телега с неисправной осью. Королеве Марии и королю Якову было знакомо и то, и другое. Девять лет пролетели, словно бы их и не было, хотя каждый день по отдельности тянулся ужасающе долго.              Других детей у супругов за это время не появилось. Лучшим учёным Тридцатихолмия удалось выяснить, что туриас действует лишь единожды, а потом хоть в чай кидайте, хоть варенье варите – ничего кроме сладковатого вкуса и лёгкой помощи при простуде от этой ягоды ждать не стоит.              Какой бы горькой ни была потеря первой и единственной дочери, супругам удалось справиться с утратой. Они не опустились в пучину отчаянья, утягивая за собой окружающих и всё королевство заодно. Наоборот – Тридцатихолмие процветало, как никогда. По всему королевству отстраивались города и деревни, открывались школы и академии. Яков Тур активно заключал торговые договоры, поднимал экономику, издавал новые справедливые законы… Даже придворный летописец начал склоняться к тому, что король “вполне может стать достойным гордого народного прозвища”. Но не сейчас. Подождать бы ещё пару десятков лет, и вот тогда-а…              Однако Яков и Мария Тур не только зарывались в государственные дела. Внимая совету герцогини Елизаветы, они пытались просто-напросто жить. Ведь как может быть счастливым королевство с несчастливыми правителями?              Вот и сейчас король с королевой ехали на пикник в лес – этому развлечению они регулярно предавались раз в несколько месяцев. День выдался летний, солнечный, одеты супруги были просто, людей с ними ехало немного. За прошедшие годы король Яков отрастил небольшую русую бороду, а в светлых волосах королевы Марии появилось несколько почти незаметных серебристых прядей.              Проезжая по улицам небольшого городка, королева приметила компанию странствующих циркачей. За годы супружества король Яков успел заметить, что его жену в равной степени привлекает абсолютно любое творчество. Будь то заезжий театр мирового уровня, исколесивший добрую половину Союзных Королевств, или оборванный шарманщик, непонятно каким образом попавший к ней на глаза. Муж с улыбкой махнул рукой, чтобы карету остановили.              Сойдя на брусчатку рыночной площади, королевская чета направилась в сторону переносных деревянных помостов, на которых, собственно, и выступали циркачи. Они забавляли народ по отдельности. Один паренёк жонглировал спелыми краснобокими яблоками, количество которых загадочным образом постоянно менялось, двое мальчишек в ярких костюмах показывали акробатические трюки, рядом усатый музыкант играл на расстроенной гитаре, компенсируя недостаток мелодичности громким голосом и резвостью ритма.              Внимание короля неожиданно привлекла девчонка лет одиннадцати-двенадцати. Её симпатичное дерзкое личико обрамляли слегка вьющиеся рыжие волосы, неровно остриженные чуть выше плеч, а на талии красовалась цветастая юбка с разрезом поверх узких штанов, какие часто носят уличные танцовщицы. Она сидела несколько в отдалении, скрестив ноги и размашисто жестикулируя. Судя по всему, девочка уже отплясала все свои номера, так что теперь просто делилась историей из жизни. Рассказывать она явно любила, и народ действительно собрался вокруг неё небольшим кругом, невольно привлечённый простой, но харизматичной манерой повествования. У девочки был звонкий голосок, а говорила она с едва заметным акцентом, по-южному смягчая согласные:              – ...Так вот, она с остальными детьми не работает! Ходит, знаете ли, светленькая вся, разодетая, читает или ракушки собирает где-нибудь подальше от всех. Ей Атаман или ещё кто ерунду блестящую подарил – маленькая такая подвеска, кругленькая, – а она её крутит и крутит, аж в глазах рябит. Постоя-янно! Говорят, серебряная вещь, дорогая, хотя как проверишь? С ней ведь близко и не общался никто! Принцесска, одним словом, – чуть насмешливо заключила девочка. Кто-то из собравшихся вокруг людей негромко отпустил шуточный комментарий, раздались весёлые смешки. – Так вот, возращаюсь к теме – история ведь не про неё, а про Атамана. Однажды года так полтора назад…              Циркачка хотела было продолжить, но её неожиданно окликнул жонглёр, как раз окончивший развлекать публику. Они с пареньком переглянулись. Девочка прервалась, поднялась на ноги и, пользуясь случаем, резво начала собирать монеты в поношенную шляпу:              – Господа уважаемые, не расходимся! Завтра на этом же месте всё обязательно дорасскажу! Или о чём другом поболтаем, заявки принимаются! Морские легенды, лесные сказки, предания южных горцев, истории из жизни кочевников, последние слухи, новости… Представление тоже будет, не переживайте!              Никто переживать и не собирался: в городах, подобных этому, площади никогда не пустуют, на смену одним актёрам, циркачам и сказителям тут же приходят следующие. Тем не менее, народ посмеивался, некоторые даже кидали в шляпу кое-какую мелочь.              Король Яков не мог понять, чем же его так заинтересовал этот незамысловатый отрывок повествования. Мало ли в мире светленьких девочек с круглыми серебряными подвесками? Как будто его люди не перевернули пол мира, пытаясь найти хотя бы намёк на след пропавшей дочери! Тем не менее, что-то внутри не давало ему покоя. Интуиция? Призрачная надежда? Или же вместе взятое? Очнувшись от секундного наваждения, Яков Тур жестом подозвал сказительницу к себе. Та подошла и весело протянула шляпу:              – Сколько сможете или лучше чуточку больше!              Король молча развязал кошелек и опустил в шляпу золотой. Девочка раскрыла рот от удивления, порывисто схватила монету, взвесила в руке и со знанием дела попробовала на зуб.              – Я и подумать не могла, что "чуточку больше" окажется настолько щедрым! Вам случайно сказительница или циркачка не нужна? – девочка тут же вцепилась в мимолётную возможность неплохо подзаработать. – Я все могу: рассказывать, петь, на гитаре малость играю (правда, гитары нет, но если надо, найдётся), на руках стою и танцую даже, вам показать?.. А еще… – пальцы на одной руке закончились, и она приготовилась загибать на второй.              – Что за историю ты сказывала? О какой “принцесске”, и где ты её слышала?              – А, это... Брат мой, вон там фокусничает, видите? Он на Свободные Земли ходил к Атаманским шахтам, пробовал счастья искать. Ну и была там одна... Еще один золотой, и мы с Патриком расскажем всё, что душе угодно! – девчонка выудила из толпы невысокого паренька, который уже заканчивал обходить толпу, собирая медяки заплечный мешок.              Тот кивнул и вопросительно взглянул на неброско, но явно дорого одетых господ.              Мария Тур, всё это время внимательно наблюдавшая за происходящим, обратилась к мужу:              – Дорогой, а не взять ли нам их с собой на пикник? Там они и расскажут спокойно, и развлекут...              – ...всего за два золотых, – вставила девочка и широко улыбнулась. Патрик снова молча кивнул.              – Хорошо, – выдохнул король. – У вас здесь родственники-товарищи есть, переживать не будут?              – Не-а, мы тут сами по себе, – тряхнула головой девочка.              Король Яков кивнул. Супружеская чета села в карету, а циркачей усадили к ехавшей с ними прислугой. Те удобно устроились на корзинах с подстилками и скатертями.              – Никогда бы не подумал, что буду развлекать самого короля, – задумчиво проговорил Патрик, запуская руку в растрёпанные тёмные волосы. У него был такой же акцент, как у сестры, но немного более выраженный. Светлые глаза девочки округлились, брови взметнулись вверх.              – Короля?!              – А, ты не заметила? – отрешенно произнёс её брат. – У него перстень с гербом дорогущий и профиль, как с монеты.              – И ты молчал?! Знала бы, пять золотых попросила... шесть... семь...              Она сокрушенно вздохнула, но уже через пару минут с интересом высовывалась в окно и пыталась завязать диалог с молчаливыми слугами. Те отдыхали перед грядущей работой и недовольно шикали на надоедливую девчонку.              Королевский пикник расположился на светлой лесной поляне. Неподалёку журчал ручей, по сторонам гордыми стражами возвышались сосны и шелестели кудрявой листвой раскидистые клёны. В тени разбили два небольших шатра, а для королевской четы на залитой солнцем траве расстелили узорчатый ковёр. Туда же принесли несколько подушек и пару блюд с мелкими канапе и гренками. На разведённом поодаль костре тем временем уже вовсю кипело приготовление основных блюд.              Юные циркачи для приличия подождали, пока король с королевой расположатся поудобней, а после направились к ним.              – Ваше величество! – вдохнув полную грудь воздуха, начала девочка. – Мы и не подозревали, что вы король! Вернее, Патрик заподозревал, но... – она наткнулась на смеющиеся глаза короля Якова и перевела дух. – Так вот, два золотых авансом?              – После рассказа получите. Присаживайтесь, можете угощаться, – король указал рукой на край ковра по другую сторону от расставленных блюд. – Как твоё имя?              – Ника, – ответила девочка, уже успевшая запихнуть в рот первую гренку. – Ника Сваран. Мы с Патриком пришли с юга, в этих местах совсем недавно. Прошлым летом я месяц работала на корабле, а Патрик тем временем ходил к Атаманским шахтам. Собственно, вы про это хотели послушать. А поче...              Брат толкнул локтем девочку в бок и нахмурился. Пока король добр и желает слушать, лишние вопросы ни к чему. Ника пожала плечами, а мальчик начал рассказывать, очень медленно и внимательно подбирая слова.              – Может быть, вы слышали про Атаманские серебряные шахты, у нас про них стали говорить не так давно. Находятся на Свободных Землях – у юго-западной части побережья. Говорили, что там можно быстро заработать, вот я и решил попробовать. Атаман нанимает детей и молодёжь, но труд там непростой. Добыча серебряной руды идёт в шахтах, при свете факелов... Платят хорошо, очень даже, но много заработанных денег уходит там же на починку одежды и обуви. Те, кто этим промышляет, берут неприлично дорого. Да и не продержишься долго. В случае резкой нужды неплохое место, но...              – А как же девочка? – неожиданно для себя спросила королева Мария.              – Девочка? Дочь Атамана. Правда, не думаю, что родная: не похожи они совершенно. Хотя, кто знает? Может, в мать пошла. Тихая такая, отдельно от всех, одевается хорошо – вот и зовут Принцесской. Возрастом, как Ника, или постарше. Волосы светлые, длинные... ростом вот так, – Патрик указал ладонью чуть ниже уровня своих глаз.              – А имя? Как..?              – Доминика, – ответил мальчик. Королева подавила сдавленный возглас, а король сжал кулаки. Глаза циркачки загорелись.              – А-а, я поняла! Вы же про свою дочку подумали, да? Только вы это к сердцу близко не принимайте, насчёт имени. Знаете ведь, тогда в честь принцессы каждую вторую девочку Доминикой называли. У меня вот четырёх подруг так зовут, путаница жуткая! И меня тоже...              – Тебя? – удивился король.              – Я сократила имя, – пояснила девочка. – Не в обиду будь сказано, но так себе радость с половиной сверстниц в тёзках ходить. И чем только родители думают, когда такие имена выбирают?.. Извините, я не о вас, – она поспешно исправилась.              Королева нервно вцепилась в края своей накидки, пытаясь унять волнение. Король потёр лоб. Не чувствуя необходимости скрывать мысли от и без того посвящённых в тему детей, он задумчиво заговорил, в первую очередь обращаясь к жене:              – Да уж... Как бы то ни было, есть большая вероятность того, что атаманская дочь и есть наша Доминика. Первая из проблем, она же причина: Свободные Земли на то и свободные – у меня нет над ними власти. И возможности проводить там поиски у нас практически не было. Любое вторжение моих воинов, пусть даже в небольшом количестве, будет расценено Союзными Королевствами, как нарушение договора. Вторая проблема: я не имею понятия, чего может потребовать Атаман, если узнает, что его приёмный ребёнок – королевская дочь. Возможно, он даже обзаведётся определённым влиянием, чего допускать не хотелось бы...              – ...А ещё вполне возможно, что он уже всё знает, плетёт хитроумный заговор и просто поджидает своего часа, – оскалившись жутковатой улыбкой, ввернула предположение Ника. Патрик снова едва заметно толкнул её локтем.              – Во-первых, я не исключаю и этот вариант, а во-вторых не советую больше перебивать старших, когда они говорят, – бесстрастно произнёс король Яков, про себя добавив "особенно, если эти старшие правят страной и наделены властью над твоей жизнью, маленькая разбойница". – К тому же, у нас нет полной уверенности в том, что мы не ошиблись. То есть, прежде чем что-то решать, девочку должно проверить моё доверенное лицо. Ты что-то хочешь добавить?              Патрик вежливо кивнул, опуская чуть приподнятую ладонь.              – Если вы хотите послать шпионов, то это должны быть либо очень молодые люди, либо дети. Не знаю, что за этим стоит, но Атаман нанимает только их…              – ...И именно поэтому мы согласны взять на себя это бремя и отправиться в составе разведывательной группы! Если что, Патрик не сильно старший, его перебивать можно, – наткнувшись на пронзительный взгляд короля, пояснила Ника. – Мы уже знаем подробности дела, да и Патрик уже бывал в шахтах, людей и место знает. С посторонними обещаем держать язык за зубами!              Король Яков качнул головой и вопросительно посмотрел на мальчика, о согласии которого Ника поинтересоваться не соизволила. Тот пожал плечами:              – Да я, собственно, не против, ваше величество. Мы действительно можем быть вам полезны.              – Что ж, я подумаю над этим. После пикника поедете с нами во дворец, там уже будут решаться детали. К слову, вы готовы к обещанному представлению? Помнится, дело шло о двух золотых...              – Вы сказали, деньги после рассказа, – Ника церемонно протянула вперёд перепачканную в соусе ладонь. Король Яков усмехнулся и достал кошелёк.              – Два золотых и еще столько же авансом за сотрудничество. Напоминаю, что этот разговор должен оставаться в тайне.              – Обещаю, будем немы как рыбы, – Ника довольно подбросила на ладони увесистые монеты, наслаждаясь их тяжестью и приятным звоном. – А представление сейчас будет! Момент!              Девочка увлекла брата в сторону, чтобы еще раз обговорить детали выступления и порядок номеров.