Футболка

— Не понимаю твоей любви к этой херне. - вздохнул Хван, перелистывая странички какого-то старого, немного потёртого подросткового журнала, выпуск в котором был посвящён Тейлор Свифт, поэтому Хан и купил его у довольно странного парня из другой страны, переплатив за доставку и отдав на это последние деньги, чтобы потом гордо поставить журнал на полочку и периодически любоваться фотографиями своей любимой певицы. - У неё же песни… ну ни о чём! А ты за какие-то бумажки с её фотографиями готов почку продать. - продолжал бормотать Хёнджин, бегло читая абзац, в котором певица рассказывала о своём детстве.  — Не ты ли месяц назад ехал в другой город в грозу, лишь бы быстрее получить свою посылку с диском группы Death? - хмыкнул в ответ Джисон, вороша немного растрепавшиеся волосы старшего, что сейчас лежал головой на его коленях, пытаясь вглядеться в цветастые картинки и увидеть в них то, что так сильно привлекало его парня, но, как бы он ни старался, видел лишь розовую бурду для маленьких девочек.  — Это другое. - стушевался Хёнджин, закатывая глаза. Сходясь с Ханом он знал, что будет туго, ведь вкусы в музыке у парней не совпадали от слова совсем, на почве чего у них ещё в самый первый день знакомства на чьей-то вечеринке уже зародился конфликт, ибо юноше не понравился включённый Хваном метал, и тот обозвал эту музыку «набором каких-то стрёмных, неестественных звуков», за что потом чуть не огрёб от разозлённого Хёнджина. Тот, в свою очередь, узнав, что младший является сторонником поп-музыки, а в особенности Тейлор Свифт - чуть ли помер от смеха, назвав её песни «смазливой мешаниной для малолеток», чем уже сам спровоцировал поток оскорблений с чужой стороны. В итоге их с этой вечеринки выгнали, и лёгкая вражда насчёт музыкальных вкусов осталась даже после начала отношений.  — Другое или не другое, но в этой обсессии мы с тобой очень похожи. - пожал плечами Хан, хихикая с выражения лица возлюбленного, что не очень хотел признавать схожесть их отношений к своим любимым исполнителям. - Не забывай, ты обещал подарить мне футболку с Тейлор на рождество, так что почку продавать предстоит уже не мне.   — И я очень жалею, что согласился… - вздохнул Хёнджин, переворачиваясь на живот и утыкаясь лицом в чужие бёдра, пытаясь уйти от мыслей о том, что ему придётся контактировать с какими-то ещё фанатами поп-музыки, помимо Джисона. На эту его реакцию младший лишь усмехнулся, понимая, что реагировал бы также, если бы ему пришлось выискивать по интернету оригинальный мерч дэс-метал групп, однако мучения возлюбленного казались ему довольно забавными. * * * — Я надеюсь, это не дохлая крыса? - хмыкнув, спросил Хан, вспоминая, как случайно постирал единственную хёнджинову белую рубашку со своими красными носками, из-за чего старшему пришлось защищаться в универе, косплея Барби из недавно вышедшего фильма, (осветлённые на тот момент волосы только ухудшали ситуацию) на который его, к слову, Джисон тоже затащил. После такого Хван пригрозил подарить своему парню на рождество мёртвого грызуна, в качестве мести за постоянно слышащиеся в универе «Привет, Барби!» в его сторону. — Я хотел… Но не нашёл их в магазинах, а живых крысок мне было слишком жалко. - пожал плечами его возлюбленный, передавая в чужие руки розовую (непонятно, то ли как месть за рубашку, то ли просто потому, что Хан в его понимании очень любил всякие «розовые сопли») коробку с красивым бантиком. Решив не медлить, младший аккуратно развязал бант, снимая с коробки её крышку.  — Охуеть! - тут же слетело с губ Хана, стоило тому разглядеть под множеством каких-то бумажных конфетти чёрную футболку с коллажом Тейлор Свифт, которую можно было приобрести лишь во время её «Eras» тура, на который он, к сожалению, не попал. Не церемонясь, юноша перевернул коробку, вываливая всё её содержимое на поверхность дивана, на котором они с Хваном сидели. Проигнорировав лежащие вместе с футболкой новый чехол, носки с принтом сыра и кучу зарубежных сладостей, Джисон развернул свою прелесть, сразу же натягивая ту на себя. - Пиздец, Хёнджин-а… Господи, она такая классная! - глазами-звёздочками глядя на своего парня, пищал он, разглаживая чуть смявшуюся ткань. — Я рад, что тебе нравится. - мягко улыбнулся ему старший, довольный тем, что его подарок пришёлся получателю по вкусу. А как мог не прийтись? Он все имеющиеся в интернете сайты перерыл, лишь бы найти хоть одного человека во всей Корее, который достаточно помешан на Тейлор Свифт и имеет её мерч, да ещё и готов его продать. (Хан бы свои журналы и альбомы даже за шикарные апартаменты на Гавайях и три миллиарда долларов не продал бы)  — Спасибо большое… Я тебя очень люблю. - чуть ли не плача от счастья благодарил Хан, заползая к Хёнджину на колени и обнимая, не зная, как ещё выразить своё счастье. — Не за что, Хан-и. Я тебя тоже люблю. - хмыкнул парень, утягивая юношу в сладкий поцелуй, на который тот с энтузиазмом ответил. - А теперь, пожалуйста, никогда её при мне не надевай. Я уже вдоволь насмотрелся на её физиономию. — Ну Хёнджин-а-а-а! * * * — Хёнджин-а-а-а-а… - протянул Джисон, жмуря глаза и нетерпеливо ёрзая на постели, потому что ощущения чужих пальцев внутри было совсем недостаточно для юноши, что уже вовсю хныкал от возбуждения, окутавшего его с головой. - Ну хватит уже, просто войди в меня, пожалуйста… — Не знаю, не знаю… Хорошо ли ты попросил? - ухмыльнулся старший, вместо исполнения чужой просьбы лишь специально надавливая кончиком указательного пальца на разбухшую простату, заставляя Хана дёрнуться и громко застонать, руками вцепляясь в простыни. От этой картины Хёнджин и сам был готов скулить, настолько красиво выглядел его парень, когда нуждался в касаниях и, конечно же, в его члене. — Нормально я попросил! - заявил Хан, пытаясь самостоятельно насадиться на фаланги партнёра, что просто издевался над ним, играясь с чувствительной дырочкой лишь двумя пальцами, которых было слишком мало, чтобы кончить, но и слишком много, чтобы вообще не обращать на них внимания, из-за чего Джисон мог лишь просить о большем, кусая губы в попытке не выдавать своего желания звуками.  — А я вот так не думаю, - состроив скучающее выражение лица, ответил парень, теперь уже, наоборот, намеренно не касаясь чувствительного комочка нервов внутри любимого. - мне твоё «Трахни меня уже, блять, Хван Хёнджин» показалось не очень уж убедительным. И, судя по тому, что ты и сейчас не хочешь попросить вновь, похоже, тебе не очень-то и нужно то, о чём ты просишь, я прав? Хван с ним игрался, причём так, как не мог бы никто другой. От его голоса по коже шли мурашки, а собственный стояк чуть смешно дёргался, позорно испуская ещё смазки. Джисону нравились эти издевательства, пускай он и старался этого не показывать, чтобы не тешить слишком сильно чужое эго. Тем не менее, когда его именно вот так вынуждали просить, ничего, кроме стонов и мольбы, с губ практически не срывалось, потому что юноша буквально тёк от властного и требовательного возлюбленного. — Не прав! - практически капризно возразил Хан, сжимая руки в кулачки и чуть дрыгая ногами, пиная воздух рядом с Хёнджином, словно ребёнок. - Я хочу… — Тогда будь убедителен. - сверкнул зубами в улыбке Хёнджин, продолжая толкаться внутрь, избегая касаний к простате, чтобы его мальчик не кончил слишком рано и без его разрешения, не успев даже толком выпросить его. - Мне ведь и наскучить может, а тогда уже тебе самому придётся что-то с собой делать… Но нам обоим этого не хочется, верно? Так что будь хорошим мальчиком и попроси достойно, чтобы я понял. — Сволочь… - стиснув челюсти, ругнулся Джисон, понимая, что без этих просьб его сегодня не трахнут, либо сделают это тогда, когда он уже будет не в себе и провалится в саб-спейс, что, конечно, всё равно будет приятно, но не так, как ему хотелось бы. - Хён… Ну пожалуйста-а-а… - начал юноша, строя своему парню щенячьи глазки, стараясь выглядеть настолько очаровательно, насколько это было возможно. — Ещё. - подначил Хван, в награду за хорошее поведение на секунду касаясь чувствительного бугорка, вызывая у младшего рой мурашек по всему телу. — Хёнджин-а-а-а… Прошу, войди в меня уже… Мне н-нужен ты… - захныкал Джисон, раздвигая ноги в стороны и придерживая те руками, полностью раскрываясь перед возлюбленным, который, будучи довольным его поведением, тут же прильнул к чужим губам с мягким, развязным поцелуем, как бы награждая юношу. — Ещё. - войдя во вкус, восхищённо прошептал парень, наблюдая за таким послушным и нуждающимся партнёром.  Хан уже готов был плакать от того, каким медленным был старший. Чего Хёнджину не хватало в джисоновых мольбах, если тот и так изворачивался, как мог, из-за съедающего желания? Настоящий изверг. — Х-хёнджин… - всхлипнул младший, протягивая руку к собственной промежности и хватая чужую за запястье, внимая из себя длинные, тонкие пальцы Хвана, которые, как бы хорошо и умело не разрабатывали его стенки, сейчас должны были исчезнуть, заменившись на что-то побольше и поприятнее. - Трахни меня так, чтобы я забыл, как разговаривать. - выдохнул юноша, за плечи притягивая к себе Хёнджина, стараясь убедить его в том, что он достаточно послушен и заслуживает наконец быть заполненным. — Негодник. - ухмыльнулся Хёнджин, решив, что с его парня и правда хватит. Собственный стояк уже продолжительное время упирался в ткань одежды, отчего в его же интересах было поскорее закончить с дразнениями и перейти к самому интересному. — Ты неплохо постарался для меня, Джисон-а. Думаю, ты заслуживаешь мой член. - любовно шептал Хван, одной рукой оглаживая подрагивающие бёдра любимого, второй ища где-то в многочисленных карманах джинс квадратик презерватива, парочку которых он заранее припас, зная, что у них будет за ночь. - Я даже не вошёл, а ты уже выглядишь таким затраханным… - хмыкнул он, рассматривая то, как выглядел Хан. Растрёпанные, раскидавшиеся по подушке волосы, полуприкрытые, всё ещё чуть блестящие от влаги глаза, взгляд которых смотрел то ли в никуда, то ли прямо на Хёнджина, пронизывая насквозь своей незамысловатой мольбой. Красные щёки и приоткрытые, искусанные губы, которые так и манили оставить на них далеко не один поцелуй, чего он не делал, продолжая любоваться внешним видом юноши, постепенно спускаясь взглядом всё ниже. Хан был очень красив, и столь же красивы были его были его острые ключицы, столь же красива была его вздымающая от недостатка воздуха грудь, столь же красив был его напряжённый от возбуждения живот, частично видневшийся из под ткани футболки, что задралась от активных движений, оголив часть медовой кожи. Мешала только сама футболка. Точнее не она, а то, что на ней было изображено. Старшему нравилось иногда оставлять на Джисоне что-то из одежды во время секса, ведь то, как он выглядел, пряча горящее лицо в ткани, было слишком очаровательно, но не в этом случае. Коллаж из чёртовой Тейлор Свифт, напечатанный на чёрной ткани вообще не поддерживал настрой, только отвлекая своим видом, учитывая, сколько денег и нервов Хван потратил на то, чтобы достать эту футболку, и насколько сильно ему не нравилась эта исполнительница. Хотелось просто сорвать её с возлюбленного, чтобы она не мозолила ему глаза, но также имелся вариант и получше.  — Перевернись на живот, Хан-и, хочу видеть твою задницу. - прошептал парень, привлекая внимание витающего в облаках, скулящего Джисона, вдобавок легонько шлёпнув того по головке стоящего члена, дабы тот пошевеливался. Капризно хныкнув что-то себе под нос, младший покорно развернулся, утыкаясь лицом в смятые простыни, соблазнительно выпятив зад. Удовлетворённый тем, что ему не придётся лицезреть эту «поющую ни о чём дуру», Хёнджин довольно облизнул губы, укладывая ладони на упругие ягодицы, которыми его партнёр невольно покачивал от нетерпения. - Умница. — Меньше слов, больше дела, Хёнджин-а. - в ответ буркнул Хан, стараясь не выдавать то, какой приятной для него была подобная похвала. А ему, конечно, нравилось. Ему всегда нравилось, когда его хвалили, но с его возлюбленным это было ярче, ведь каждое брошенное «молодец», «умница» или, если повезёт, «хороший мальчик» щёлкали какими-то тумблерами внутри юноши, отчего он распалялся и краснел пуще прежнего, даже если казалось, что уже некуда. Этим же он нехило так тешил самолюбие старшего, поэтому старался как можно меньше выдавать положительный эффект таких слов. Благо сейчас, когда Хван не мог лицезреть его красное лицо, слезящиеся, зажмуренные в попытке обуздать животный скулёж глаза можно было не прятать. — Терпение, милый. - пытался унять чужую непоседливость Хёнджин, разрывая упаковку от резинки и раскатывая латекс по члену, параллельно взглядом буквально съедая узкую талию и округлую задницу Джисона. Стоило горячей даже через презерватив головке прижаться к растянутому входу и плавно скользнуть внутрь, как по комнате тут же пронёсся высокий, протяжный стон младшего, наконец ощутившего долгожданную заполненность. Хёнджин и сам еле сдерживал вой, словно у щенка, потому что ощущения горячих, узких стенок были просто крышесносными.  — Блять, как хорошо, боже… - горячо шептал юноша, сжимая простыни в руках до треска, совершенно не волнуясь о их сохранности, ибо единственное, о чём он мог думать - как бы получить больше стимуляции, да только Хёнджин вместо нужных Хану фрикций застыл внутри него, поглаживая чужие дрожащие бёдра. - Н-ну двигайся уже, придурок! — А волшебное слово? - попытался вновь поиздеваться старший. — Яйца оторву, если не пошевелишься и не выебешь меня наконец. - сквозь зубы прошипел Джисон, глядя на своего возлюбленного убийственным взглядом. Бытиё послушным, конечно, приносило юноше удовольствие, однако последнее, чего ему хотелось, это ещё как-то продлевать своё ожидание. Решив послушаться, Хван, переместив ладони на талию младшего, медленно выскользнул из него, тут же входя обратно практически на всю длину, устанавливая размеренный, дразнящий темп толчков. Голова шла кругом от чужой узости, вкупе со сладостными стонами, срывавшимися с губ Джисона. — О-ох, д-да, вот так… - выдохнул тот, кусая губы от ощущения того, как правильно его заполнял чужой член. Наконец Хан получил то, что так долго ждал. - Быстрее, Хёнджин-а… — Не спеши, детка, растягивай удовольствие. - прошептал парень, понимая, что если сразу начнет вдалбливаться внутрь младшего, то не сможет подарить ему тонны удовольствия и ввести в то нуждающееся состояние, когда тот трясётся от нетерпения и умоляет его двигаться резче, лишь бы получить больше. И не важно, что он уже был таким мгновение назад, когда умолял старшего хотя бы войти. - Это не десятиминутный перепихон в туалете. У нас целая ночь на двоих, так что не торопись и наслаждайся. - наклонившись, Хван поцеловал юношу во взмокший затылок, стараясь усмирить его нетерпение. Джисон на такое лишь немного расстроенно проскулил, мозгом, однако, понимая, что его любимый прав.  — Не волнуйся, если мы не будем спешить, это не значит, что тебе не будет хорошо. - ухмыльнулся Хёнджин, после чего аккуратно вышел из Джисона, и, пока тот не успел начать возмущаться, вошел обратно, чуть изменив угол проникновения, чтобы головкой попасть точно по простате. Хана буквально подбросило на простынях от неожиданной стимуляции, что было приятно и для него, и для его партнёра. - Нравится? — Н-нравится… - пискнул юноша, невольно вскидывая таз навстречу таким желанным движениям, что приносили ему миллион удовольствия, несмотря на то, что всё ещё были размеренными и неторопливыми. На том и порешили, ведь больше говорить никто из парней не желал, разве что с придыханием шептать имя любимого. Казалось, что время вокруг тянется бесконечно, специально замедлившись, дабы позволить им вдоволь насладиться друг другом. Комнату постепенно наполняли донельзя вульгарно звучащие звуки шлепков и хлюпанья, частично смущающие, но гораздо более возбуждающие. Хван всё продолжал медлить, специально нарочито неспешно двигаясь внутри Джисона, лишь бы сильнее его подразнить и растянуть момент. А у того внутри всё огнём горело от подобных манипуляций. — Хёнджин-а… - через какое-то время заскулил младший, пытаясь посмотреть на своего возлюбленного через плечо. - Ну пожалуйста… Я хочу быстрее, Хёнджин-а. - всхлипнул Хан, надеясь, что его просьбы будут услышаны. Конечно, медленный секс был прекрасен, однако для жадного до ощущений юноши неспешных ласк было просто недостаточно, чтобы кончить и насладиться интимом в полной мере.  Отказать такому открытому и нуждающемуся возлюбленному было невозможно, поэтому старший, довольно улыбнувшись и вновь чмокнув того во взмокшую спину, наконец, покрепче сжал талию Джисона в руках и перешёл на быстрый, рваный ритм, начав буквально вдалбливать того в матрас. Юноша от такого чуть ли не кончил сразу, а колени и вовсе разъехались в стороны из-за того, с какой силой в него стал вколачиваться Хёнджин. Комната, по ощущениям, слилась в одно большое месиво, из которого нельзя было вычленить хоть что-то, кроме сплошного пятна белых простыней. Хан, как мог, старался получить всё больше и больше, хаотично подмахивая бёдрами навстречу чужим и шепча сотни обрывистых просьб. — Ты слишком торопишься. - хихикнул Хван, однако темп не сбавил, продолжая с силой толкать внутрь младшего. — Ещё, ещё-ё… Хёнджин-а! - не обращая внимания на чужое замечание, простонал Хан, уткнувшись лбом в постель, чтобы хоть как-то себя глушить. Всё тело крупно дрожало, а член и вовсе готов был взорваться от скрутившегося в животе узла возбуждения, пока внутри горячо пульсировал чужой ствол. - Пожалуйста… И Хёнджин дал ему ещё, одной рукой притянув Джисона к себе, вынуждая подняться, а другой окольцовав тяжелый и липкий от предэякулята член, потому что просил его парень просто очаровательно - смаргивая слёзы и растягивая его имя. Оргазм юноши неумолимо приближался, и Хван чувствовал это по тому, как крупно он вздрагивал и как громко стонал, сжимая чужой член в себе так, что впору было завыть. Собственный финал также был близок, ведь сдерживаться, когда рядом твой возлюбленный и каждая клеточка тела чувствительна до предела - невозможно. — Ты такой красивый, Джисон-а… - вдруг выдохнул прямо на ухо младшему Хван, вынуждая того чуть ли не красными пятнами пойти от смущения (хотя, казалось бы, какое смущение в подобной ситуации), возникшего из-за неожиданного комплимента с чужой стороны. А Хёнджин и правда не мог не сказать этого, настолько прекрасным выглядел в его глазах именно такой, до предела открытый и чувствительный Хан, отдавшийся ему полностью не только из-за возбуждения, но и из-за любви. - Ты в любом виде для меня прекрасен, но вот так, когда тебе хорошо - ты особенно великолепен. - завороженно меж стонами шептал парень, наблюдая за реакцией возлюбленного и продолжая вытягивать из того хныканье и скулёж, ибо дрочка и толчки, несмотря на красивые речи, ни на секунду не прекращались. — Я-я… я так кончу, Хёнджин-а… - проскулил Джисон, через плечо заглянув в чужие глаза, такие же стеклянные, как и его собственные. - Можно? - одними губами попросил он, дрожащими ладонями скользя по чужим бёдрам в попытке ухватиться за них. Как бы сильно Хёнджину не хотелось бы продлить этот момент, оттянуть окончание, он понимал, что этим только помучает своего любимого (что, конечно, в итоге будет приятно, однако в процессе может показаться чем-то излишне жестоким), поэтому решил, что не разрешить такому послушному Джисону кончить было бы преступлением.  — Можно, Хан-и. - улыбнулся старший, ускорив движения как бёдрами, так и рукой, надеясь встретить оргазм партнёра как можно скорее. Так и случилось, стоило ему ещё и с силой прикусить местечко между шеей и плечом, оставляя краснеющий след от зубов на коже Хана, который, не выдержав подобного, кончил, окропляя ладонь возлюбленного, собственный живот и частично футболку семенем, ведь по телу словно разряды тока прошлись. С губ неконтролируемо срывались короткие, громкие, скулящие стоны, которые юноша не мог остановить, чуть ли не в судороге бившись из-за оргазма.  — Вот так. Хороший мальчик. - горячим шёпотом хвалил Хёнджин, некоторое время продолжая ласкать чужой член, зная, насколько его ненасытному парню нравится сверхстимуляция. То, как он при этом сжался вокруг него было поистине крышесносно, из-за чего Хван чуть не начал видеть звёзды перед глазами. - Потерпишь ещё чуть-чуть, милый? - намекая на собственный оргазм, спросил он, не прекращая фрикций. Ответом стали активные кивки, ибо издавать хоть какие-то звуки, помимо скулежа, Джисон был просто не в состоянии.  Убедившись, что младший действительно сможет потерпеть, Хван прижал его к себе, не очень разборчиво, но достаточно горячо шепча ему на ухо различную похвалу, вкупе с его низкими стонами посылавшую мурашки по телу юноши. Не выдерживая подобного, Джисон, наполовину развернувшись, утянул возлюбленного в смазанный поцелуй, стараясь хоть так его заткнуть, ибо поток таких слов сводил Хана с ума, особенно вместе с продолжающимся толчками, что уже стали хаотичны и потеряли свой ритм. В следующее мгновение Хёнджин сам отстранился, тут же лаская слух младшего протяжным, красивым стоном, одновременно с этим кончая в презерватив. Наблюдать за ним в этот момент действительно ощущалось, как что-то не из этого мира, потому что кончая, выглядел его парень всегда невероятно, с этими его растрёпанными волосами и приоткрытыми в стоне пухлыми губами. — Молодец, Хёнджин-а. - заботливо шептал Хан, поглаживая парня по голове и невольно выдыхая от лёгкого чувства облегчения после прекратившихся толчков. Стараясь не причинить дискомфорта чуть зависшему после оргазма возлюбленному, юноша мягко перебирал его волосы, давая время прийти в себя. Когда же Хван в своей привычной манере принялся расцеловывать его шею и спину, Джисон понял, что с ним всё отлично. Выйдя из него, Хёнджин ловко стянул презерватив с уже подупавшего члена, завязывая и кидая в стоящую в углу мусорную корзину, предназначенную именно для таких случаев. Закончив с этим, парень развернулся обратно к Джисону, успевшему сменить своё положение на кровати и присесть, ожидая, когда партнёр обратит на него внимание. Схватив того в большую охапку, старший нежно прижал Хана к себе, укладывая голову тому на плечо и довольно улыбаясь, даже без слов понимая его состояние и ощущая то же самое. Оба любили после близости просто некоторое время сидеть и обниматься, ничего не говоря, ибо словами нельзя было описать моральное и физическое наслаждение, испытываемое парнями. Это было чем-то вроде их собственной маленькой традиции, через которую они заботились друг о друге после секса и выражали свою благодарность за подаренное удовольствие. — Всё хорошо, Хан-и? - всё-таки через какое-то время спросил Хёнджин, чуть отстраняясь и заглядывая в глаза возлюбленному. — Более чем, Хёнджин-а. Ещё немного посидим, и можно будет поменяться. - хихикнул юноша, намекая на второй раунд, сопровождающийся сменой позиций. И нет, Хван был не против. Кто он такой, чтобы отказывать очаровательному Хан Джисону, пусть тот и намекал на то, что в ближайшее время будет вдалбливать его в какую-нибудь поверхность? Правильно - никто. — Сними тогда футболку, а то ещё больше заляпаешь. - улыбнулся старший, взглядом указывая на красовавшиеся на одежде Хана пятна его же семени, успевшие уже частично впитаться в ткань. Стоило парню на это указать, как вся теплота во взгляде Джисона испарилась, сменяясь нечитаемым, холодным выражением. — Что ты сказал…?  — Сними футболку… а то ещё больше… заляпаешь… - медленно и с перерывами говорил Хёнджин, не уверенный, останется ли живым после каждого своего слова. Потому что только в этот момент до него дошло: это не простая футболка. Это ебучая футболка из официального мерча Тейлор Свифт, которую больше не достать, ведь тур, в котором продавались такие футболки, давно прошёл.  — Хван Хёнджин… Ублюдок… - резко несвойственным для себя голосом заговорил Хан, пугая и так неспокойного парня ещё сильнее. - У тебя есть ровно пять секунд, чтобы начать убегать, ибо я не буду тебя щадить после того, как ты и твои извращённые желания испортили самую важную вещь в моей жизни.  И Хёнджин побежал. Полуголый, растрёпанный, но побежал. В другой конец квартиры. С надеждой, что, возможно, Джисон всё-таки любит его чуть больше, чем эту чёртову футболку.