Особенные

             Арендованный чёрный автомобиль разряда «настоящий паркетник» ехал по трассе, собирая на себя лучи летнего солнышка и дуновения ветерка с юга, с моря, куда люди в транспортном средстве, собственно, и направлялись. Двое детей на задних сиденьях постоянно хихикали, тыкая друг в друга пальчиками в попытках защекотать, так что машину аж немного закачало. — Святослав, Олеся! Угомонились, — Кир недовольно зыркнул на них, глядя назад с переднего кресла, и прищурил очи. — Ещё раз я увижу, что вы снова начинаете беситься… — Да оставь ты детей в покое, пусть играются, — Серёжа мельком глянул в зеркало заднего вида, улавливая виноватые лица. — Они всю дорогу играются, хватит уже, — сплитовый сложил руки на груди, поворачиваясь обратно. — Сегодня ты им ничего не скажешь, а завтра они будут у тебя на голове прыгать. — О Господи, — он лишь покачал головой, придерживая руль. — Ты забываешь, что дети — это дети, они хотят дурковать и смеяться, беситься, сходить с ума и стоять на ушах. А мы уже который час едем, и у них нет возможности выйти на улицу, — Акумов кинул взгляд на спидометр. — Если бы я ехал хотя бы сто двадцать… — Нет! Ты будешь ехать максимум сто, и это не обсуждается, — Курседов психовал, пристукивая ступнёй по коврику под ногами. — Не хватало ещё, чтобы нас потом с асфальта всех соскребали. — В таком случае, сиди и развлекай Святика с Леськой, мой ты правильный водитель, никогда в своей жизни не ездивший больше шестидесяти в час, — язвительно процедил Акумов, имитируя тон своего мужа. Тот лишь тяжело вздохнул, закатив глаза, и откинулся на подголовник. — Папа Кир, а как вы с папой Серёжей познакомились? — мальчик и девочка уже, казалось, успели позабыть, что пять минут назад их строго утихомирили, а потому уцепились за сиденье сплитового, выглядывая вперёд. Святик заинтересованно смотрел на него, улыбаясь: — Вот у Маши из «Б» класса мама поехала в Египет, а там познакомилась с её папой, и у них были... как там она сказала... «две недели незабываемой любви»!       Серёжа рассмеялся, косясь на хлопающего ресницами Кира, но сразу же осёкся, стоило карим уголькам гневно на него посмотреть. Смешно ему, называется. — Обычно мы познакомились, на улице, — Курседов попытался усадить детей обратно, но те вместо этого ухватили его за руки, принявшись тянуть на себя. — А где? — Леська трясла его левую ладонь, заламывая пальцы. — В парке просто. — А когда? — не унимался Святик, крутя ему запястье, так что Кир с усилием вырвал свои ценные ручки, удивляясь, откуда в двенадцатилетних детях взялась такая сила. — Давно, вас ещё и в проекте не было, — он повернулся обратно, прикрывая очи, но его резко дёрнули за волосы сверху, хихикая. — А у вас были «две недели незабываемой любви»? — Ничё у нас не было! — Кир безуспешно пытался отцепить проворные маленькие ручонки, вырывающие ему и без того сожжённые выпадающие волосы. — Познакомились и поженились, понятно? — Фу-у-у, скучно! — дети наконец-то отстали от него, разочарованно усаживаясь на места. — Да, это было, ну, очень скучно, — протянул Акумов, ехидно улыбаясь. Познакомились и поженились, а как же. Только так.

***

      Позднеобеднее солнышко ласково накрыло зелёный парк мягкими лучами, радуя всех гуляющих и отдыхающих в вечер пятницы. Молодые мамочки и папочки с колясками сновали туда-сюда, дети бегали и веселились, молодёжь гоняла на роликах, где-то играл бедный студент консерватории на гитаре, а кто-то пел в летнем караоке в отдалении. Серёжа поморщился, сидя в тени огромного раскидистого дуба, на низенький заборчик вокруг коего даже была приколочена табличка, что деревцу уж стукнуло семьсот лет. Он тяжело вздохнул, поднося к губам стеклянную бутылку с крепким пивом, и прикрыл глаза, отпивая. М-да, жизнь так прекрасна, но жаль, что лишь в сказках. На подушечках осталась соль от арахиса из одноразового пакетика, которым он успешно закусил алкоголь. Июльский вечер, ему двадцать и он с превеликим удовольствием морально разлагается, когда должен был бы гулять со своей второй половинкой или пересчитывать миллионы долларов в пентхаусе. А говорила мама, учись, не то на кассе сидеть будешь. Накаркала, блять, ведь так и получилось.       Мимо прошёл странный парень с пластиковым планшетом и прикреплёнными к нему листами; большие карие глаза мазнули по нему взглядом и устремились снова вперёд, однако спустя мгновение человек остановился, резко меняя курс движения на сто восемьдесят градусов. Акумов удивлённо наблюдал, как к нему подсаживается интересной наружности юноша, легонько растягивая пухлые губы в улыбку. — Здравствуйте, а Вы не заняты? — он посмотрел на атрибуты аристократической пьянки на деревянной поверхности, вновь переводя взгляд на Сергея. Тот заторможенно моргал, пытаясь сообразить, чего от него хотели. — Э-э-э... типа нет. — Отлично! — человек отщелкнул лист, протягивая его черноволосому. — Меня зовут Кир, я представитель модельной агенции. У Вас внешность, ну, прям вот то, что нужно для парочки фотосессий. Не хотите подзаработать?       Тот вперился в бумажку с логотипом и текстом о том, что срочно требуется мужская модель для фотосессии-промоушена новой коллекции какого-то бренда, о коем он ни разу не слышал, а если и слышал, то особого внимания не обратил. Курседов продолжал, тыча ему под нос ручку: — Всего два сета, это недолго, вам сразу заплатят и никто ничего не потребует! — Акумов нахмурился, вчитываясь в описание внешности и параметров, практически идеально совпадавших с его, кроме одной детали. — Не выйдет ничё, — он отдал недоумевающему Киру листок, на котором остались крошки от арахиса. — Там написано, что нужен бета. — А, ой... — сплитовый пристально посмотрел на Серёжу и, видимо, что-то смекнув своё, вновь ткнул ему бумажку: — Да не переживайте, омеги нам тоже подходят.       Акумов скривился, потянувшись за пивом. Вот вечно найдётся какая-нибудь хуйлуша, которая испортит всё и без того хуёвое настроение. — Ну, и прекрасно, идите ищите дальше. — Я второй час уже по улицам бегаю, имейте сострадание, а? — Кир тыкал ему бумажку с ручкой, хмуря густые брови. — Чего Вы отказываетесь? Вам деньги не нужны? — Серёжа усмехнулся, прикладываясь к бутылке. — Хотя бы из элементарной солидарности, я Вас как омега омегу прошу, Вы можете согласиться, чтобы я не бегал ещё чёрт знает сколько? — Блять, представитель модельной агенции Кир, отвали. Я альфа, понял? Потому давай, иди отсюда, — он замахал на него рукой, словно прогонял надоедливую кошку, трущуюся об ноги. Сплитовый в растерянности опустил руки, недоверчиво глядя на собеседника. — Послушайте, вот Вы даже наврать мне пытаетесь, а зачем? Никакой Вы не альфа, — он расстроенно поджал губы, отворачиваясь. Вдруг ему под нос сунули пластмассовую карточку, раздражённо тыча поближе к глазам. — На, читай, видишь, чё в паспорте написано? — Серёжа, удостоверившись, что Курседов успел разглядеть нужную строчку, спрятал удостоверение обратно в кошелёк. Тот удивлённо посмотрел на него, по всей видимости, оценивая. — А... Извините тогда. Просто от Вас так странно пахнет, вот я и ошибся, — он покрутил в руках бумажку, задумчиво покусывая губы. — Знаете, Вы нам всё равно подходите. Дело в том, что коллекция-то для омег, но... никто ведь не узнает, что Вы — не омега. По внешнему виду и даже запаху уж точно, — Кир вдруг спохватился, виновато шаркая ногой по асфальту. — Вы не воспринимайте, как оскорбление, мне срочно сегодня нужно найти модель, иначе меня с работы выпереть могут. Потому я в Вас так и вцепился, — он откинулся на спинку, обречённо усмехаясь. — И вот по итогу единственный человек, подходящий требованиям, оказывается альфой, н-да. — Ну ты и нытик, конечно, — Серёжа фыркнул, наскоро утерев горлышко бутылки тыльной стороной ладони. — На, выпей, полегчает. Вообще можешь набухаться, короче, и тогда не страшно, когда увольняют, потому что ты один хер с бодуна и тебе уже похуй, лишь бы отпустили и отстали.       Курседов глотнул, отдавая выпивку, и по-свойски запустил руку в пакет с орешками рядом. — Какой хороший совет. Видно, что проверен на практике, — он набрал целую горсть, закидывая в рот под взор вытаращенных травянистых глаз. — Я, это, угощусь тогда? — Нихуя себе, да ты не угощаешься, ты жрёшь.       Он пожал плечами, утирая губы, будто ничего не произошло. Акумов покачал головой, уже начиная жалеть, что продолжил говорить с этим чудиком. — А ты знал, что пиво оно альфам не полезно? Там типа гормоны какие-то, вся фигня. — Тебе чё, бутылку отдать? — Серёжа накрыл ту рукой, подтягивая ближе к себе. — Слышь, представитель модельной агенции Кир, ты халявщик, оказывается. — Ладно, шучу. Я просто искренне помочь хотел, чтоб ты не портил здоровье, — он ехидно посмеивался, пристукивая планшетом по острым коленям. — От тебя и так альфой не пахнет, наверное, задуматься стоит. — Да пошёл ты, — черноволосый пихнул его в плечо, отпивая. — У меня такое с рождения. — Вот как... не повезло. Соболезную, — Кир ловко выхватил у него бутылку, скоро прикладывась. — Но аромат, в общем, приятный. Домом пахнет. — Очень смешно, — Серёжа снова протёр стекло, допивая остатки светлой жидкости. — Нет, правда, — Кир принюхался, глубоко втягивая воздух носом, и поднял вверх указательный палец. — Запах гречки с морковной поджарочкой, м-м-м, — он мечтательно прикрыл очи, неосознанно придвигаясь ближе. — Вкусно-вкусно, я такое люблю, — он вздрогнул, одёргивая себя, и неловко кашлянул, отодвинувшись и чуть-чуть краснея. — Да, запах этой гречки, — Сергей поставил бутылку под ноги, исподлобья взирая на Кира. — Ладно, — тот встал, протягивая ему руку, и поднял уголки мягких губ в грустной улыбке. — Спасибо за компанию. Пойду искать дальше, мне с работы вылетать всё же не хочется... — Я согласен. — Чего?.. — Согласен, говорю. Давай сюда листок, где там надо подписывать? — Кир сразу же просиял, усаживаясь обратно, и отдал бумажку с пишущим средством. Акумов оставил инициалы и небольшую роспись на бланке, возвращая тот, а взамен получая информационную листовку. — Спасибо! — сплитовый бережно прищёлкнул лист к планшету, чуть ли не подпрыгивая от радости. — Я ведь даже имя твоё не спросил... А в паспорте не успел разглядеть. — Сергей. — Красивое имя. Подходит к запаху гречки с морковочкой, — он рассмеялся, глядя на насупленного собеседника. — Ты что, комплексуешь? Вкусно же пахнет. Сразу аппетит появляется. — Может, и вкусно, только не для альф такие ароматы, — он удручённо высыпал на ладонь остатки арахиса, протягивая ту сплитовому. — На, бери половину, халявщик. — О, благодарю, — он прикоснулся к тёплой руке, аккуратно ссыпая себе часть лакомства и отчего-то краснея, словно маленькая неопытная омежка. — У меня вот типичный запах, вообще не особенный. — Зато приятный, — Акумов тоже принюхался, чувствуя, как странно обострилось обоняние, а ноздри окутал мягкий аромат, никуда не желая деваться. От Кира пахло чем-то алкогольным и сладким, очень похожим на тирамису. — Правда? А многим не нравится. Говорят, такой приторный и слащавый, фи, — он показательно скривился, забавно морща нос. — И зря. Тирамису — вещь вкусная, я его люблю.       Серёжа замолчал, ощущая, как к скулам липнет противная жаркая краска неловкости. Кир сидел, смущённый не меньше, и странно косился на уткнувшегося в асфальт человека. Между ними образовалось некое напряжение, нарастающее с каждой секундой. Вдруг Серёжа тронул его руку, осторожно прикасаясь, и негромко проговорил: — Слышь... Хочешь, я тебе пива ещё куплю? И орешков. — Ну, можно... — Курседов раскрыл пальцы, позволяя накрыть свою ладонь полностью, и ощутил шершавую кожу, нежно соприкасающуюся с его. — А фисташки купишь? Они мне больше по вкусу. — Халявщик, сука. Куплю, — черноволосый ухмыльнулся, сжимая его руку. — С приправой или просто с солью? — Просто с солью, — Кир озорно взглянул на него, сверкая весёлыми бликами в глазках-бусинках. — Не люблю сложностей и разных химических специй.       Акумов кивнул, засмотревшись на резкие черты лица перед собой, и что-то внутри одобрительно заурчало, желая поластиться к сплитовому ближе, но внешне Сергей остался спокоен. Ну, по крайней мере, ему так казалось — даже когда чужая ладонь не покинула его за весь вечер, пока не пришло время расстаться у подъезда Кира, что снова застенчиво шаркнул ножкой, махнув рукой на прощание и скрывшись в подъезде. Но и тьма не скрадывала адский румянец, расползшийся милыми пятнами по кончику носа и щекам. Вот вам и пошёл в отчаянии искать модель для парочки фотосессий на улице, называется…