Какие твари обитают во тьме?

Обитель тварей.

Дело о маньяках: первое.

Там, где пахнет смертью.

Помните ли вы времена, когда боялись темноты? Помните ли, как избегали смотреть вглубь, лишь бы не встретиться там с кем-то глазами? С тем, от кого прятались под одеялом, страшась вытащить даже ногу. Закрывали окна шторами, чтобы не увидеть их лица. И правильно делали, ведь их стоит бояться, тварей, что обитают в самых тёмных уголках мира. Они поджидают вас. 2 мая 1999 года. Слухи о недавно произошедшем убийстве распространялись быстрее, чем умирала сама жертва. По известным данным, жертвой оказался молодой парень лет двадцати. Его тело было сильно обезображено: отсутствовали глаза, разрезан рот, в определённых участках тела срезана кожа. Однако вместо кожи пришили лоскутки ткани, воткнув внутрь вату, словно в тряпичную куклу. Ноги сломаны, некоторые кости и вовсе чуть ли не превращены в труху. Мышцы отрезаны. Парень умирал долго и мучительно. По почерку убийства было понятно, что орудовали одни и те же маньяки, которые каким-то образом не оставляли после себя улик, указывающих на их личности. Единственное, что оставалось – обезображенные тела. Их прозвали «ночными тварями» по причине того, что орудовали они только ночью, убивая любого, кто задержится допоздна и попадётся в их цепкие смертельные руки. Они наводили страх одним лишь своим упоминанием.

ههههه

В колледже все только и щебетали о новом убийстве, чем давили на нервы Минхо. Он ждал своего «друга» Хёнджина. По правде говоря, он не любит людей, но Хвану как-то удалось втиснуться в окружение старшего, оставшись там. Он особо не напрягал Минхо, да и почему-то не вызывал отторжения, поэтому тот и согласился на дружбу с ним. —Минхо, извини, что заставил ждать. Меня попросили передать какие-то бумажки, поэтому припозднился, —потирая свой алый затылок, проговорил Хёнджин. —Ладно, пошли уже, не могу долго находиться в этом муравейнике, —с недовольной интонацией произнёс Ли. —Опять об убийстве щебечут, настолько недалёких мыслей в жизни не слышал, как сегодня. —Да ладно тебе, будь чуть проще. Всегда было интересно, а чего ты людей-то так не любишь? Хёнджин закинул руку на плечо старшего, отчего тот дёрнулся, будто током прошибло. —Тем более глянь сколько девочек на тебя западает, да и парни, кстати, тоже, —Хёнджин игриво подвигал бровями, чем заставил уголки рта Минхо дёрнуться вверх. —Как по мне, люди мерзкие существа, которые могут лишь долбиться в одни и те же ворота, как бараны. Поэтому людям я предпочитаю котов, они хотя бы не будут действовать мне на нервы, —Минхо вошёл в аудиторию и сел на своё место, доставая тетрадь и канцелярский нож. —Зачем он тебе? —Хёнджин недоумённо посмотрел на предмет в руке Минхо, который тот перекидывал из руки в руку. —Успокаивает. «Ну, ладно», —подумал красноволосый и сел рядом. Но его глаза постоянно цеплялись за предмет в руке старшего, в особенности за лезвие. Оно красиво блестело под лучами солнца, будто сделано из хрусталя. Минхо то и дело вытаскивал, а после прятал лезвие, наблюдая за глазами Хёнджина. Они красивые, зелёного цвета. Его зрачки перемещались то к ножу, то к своей тетради, пытаясь определиться, что же выбрать и что интереснее. —Так сильно понравилось лезвие? —спросил Минхо, чем вытолкнул Хёнджина из мира мыслей. —Красиво блестит, не так ли? —Да, свет красиво на него падает, —шёпотом, чтобы преподаватель не услышал, ответил Хёнджин. —Мне ещё нравится то, насколько оно аккуратно, как кисть. —Скальпель был бы ещё более грациозным, —Минхо ухмыльнулся. —Оно выполнено аккуратнее и делает красивые разрезы. Ты же операции в фильме видел? Хёнджин кивнул. —Ну вот, значит точно видел насколько элегантно он раскрывает плоть. —Тебе нравятся ножи? —Хёнджин напрягся после слова «плоть», но из уст Минхо оно прозвучало как-то сладко? —Хм, возможно. Особенно их лезвия и то, какие они острые. Просто представь, насколько красиво на них будет смотреться… — с каждым словом Хёнджин всё больше напрягался, так как они звучали слишком опасно. Но как же он был рад, что речь старшего была прервана соседом, который попросил ручку, так как его перестала писать. Минхо на это резко вытащил лезвие, из-за чего раздался характерный звук. Хёнджин вздрогнул, поэтому, чтобы не злить старшего ещё больше, быстро передал соседу то, что ему было нужно, и вернул своё внимание к другу. Однако на идеальном лице, на которое спадали бордовые волосы, не осталось ни капли нервозности. —Так что ты там говорил? —с мягким тоном произнёс Хван. —Ничего. Слушай, ты сегодня домой опять на автобусе вернёшься? —Минхо откинулся назад и прицепил свои глаза к Хёнджину. —Думаю, что да. —Давай я тебя в этот раз подвезу? Проедемся с ветерком, —Хёнджин кивнул, чем вызвал на лице старшего довольную улыбку. —Ну вот и отлично, в таком случае сразу после пар несёмся к моей машине.

ههههه

—Спасибо, что подвёз, до завтра! —поблагодарил старшего Хёнджин и вышел из машины, направляясь к дому. Минхо смотрел ему вслед, как в кармане завибрировал телефон. Он взял трубку, на той стороне был слышен хриплый и режущий слух голос. —Коллекционер, твоя очередь, сегодня снова охота, —после этих слов на лице Минхо заиграла улыбка. —Уже еду. Из чистой трассы дорога ушла вглубь леса, погружая машину всё глубже и глубже в чащу. Свет клочками проникает сквозь листву, и тут перед глазами предстаёт старый особняк. Он находился в чаще так, что его территория была укрыта зарослями, образуя «забор». Снаружи он выглядел заброшено, в каких-то местах лестница уже обвалилась, а лозы обвили поручни. Окна на втором этаже разбиты, а на первом забиты досками. Минхо поднялся по целой части лестницы и потянул за ручку двери, после чего та отворилась. Если снаружи дом разрушен, то внутри время будто остановилось, не прикасаясь к помещениям. Шахматная плитка осталось целой, хоть и с красными разводами. На стенах висели картины, а деревянная мебель даже не сгнила. Но больше удивляла винтовая лестница, которая так и не обрушилась, не представляя никакой опасности. Зайдя внутрь, в глаза Минхо сразу бросилась та самая лестница, ведущая наверх. Туда ему и нужно. Он поднялся на второй этаж и прошёл через несколько комнат. Ему нужна была комната с буквой «К» и нарисованным глазом на двери–это его главное место. В этой комнате хранилось единственное, что ему нравилось в людях–его коллекция, состоящая из глаз. Он любил в людях только их глаза, в особенности, когда они запечатывали в себе страх и боль, пока он медленно, но верно вырезал их своим скальпелем. Минхо взял в руку одну из баночек, всматриваясь в содержимое. Глаза были голубыми и свежими. Редко встретишь такой чистый цвет. —Хоть какая-то была польза от той туши, —произнёс Минхо и опустил веки, вспоминая произошедшее пару дней назад. То, как он вопил и бился в агонии. —Прекрасное зрелище. Он поставил банку обратно, как услышал стуки в дверь, ровно пять. —Кто из вас оказался настолько смелым? —с нарастающей агрессией сказал Минхо. —Тот, кто с удовольствием сделает из тебя лучшую куклу, когда ты сдохнешь, —с улыбкой на лице произнёс веснушчатый парень с чёрными, как смоль, волосами, проходя в комнату. —А, Феликс, это ты, —закатил глаза Минхо. —Ты этого никогда не сможешь сделать, максимум тебя зарежу я. —Сука, сколько раз я говорил тебе не называть меня так! –белки глазных яблок Феликса налились красным, а руки сжались в кулаки. —Ладно, так уж и быть, Кукловод. Минхо не воспринял ор младшего всерьёз, так как не считал это нужным, однако, если начнётся драка по этому поводу, то в особняке появятся ещё два трупа. —Ну вот и славно, —Феликс сразу же вернул ангельскую улыбку, чем вызвал нервный смешок со стороны Ли старшего. «Выглядит, как ангел, а внутри самый настоящий бес». —Коллекционер, я же пришёл к тебе с одним делом. Я купил керамические глаза, но не заметил, что радужка совсем не выглядит настоящей. Можешь, пожалуйста, зайти ко мне и исправить? —Я, по-твоему, художник? Как я тебе радужку-то сделаю настоящей? —Но ты лучшие всех разбираешься в глазах, ну, пожалуйста, —протянул Феликс. —Ладно, отдай их мне, завтра принесу уже готовые, —согласился Минхо и последовал за Феликсом, подходя к комнате, на двери которой была распята кукла. Комната Феликса была настоящим безумием: у стола сидели забальзамированные трупы людей, полностью перешитые по частям и с керамическими глазами, на стенах прибитые гвоздями куклы, а на полках шкафов лежали швейные принадлежности вместе с ампутированными конечностями. Минхо подошёл к тумбе, на которой лежали глаза, и начал их рассматривать, прикидывая, какой цвет лучше подойдёт, как около него в деревянную поверхность тумбы со всего размаху воткнули нож. —Чего это ты промахнулся? Жертв обычно с первого раза закалываешь, а тут со спины не смог, Хирург. Джисон поджал губы, пятясь назад, однако ему пришлось остановиться, так как его спина встретилась с преградой под названием грудь Феликса. Тот положил руки на плечи старшего и направил взгляд на Минхо. —Ну вот, мой план не сработал, эх, решимости бы тебе побольше, Хирург, цены бы тебе не было, —вздохнул Феликс и отпустил Хана. —Так значит ты заставил Хирурга напасть на меня, не боишься Организатора? —поднял бровь Минхо. —Он не заставлял, просто я ему должен, вот и… —Вот и бегаешь, как собачонка на привязи, эх, Хирург-Хирург, он тебя использует, а ты ведёшься. —Увы, Коллекционер, он делает это добровольно, жаль только нерешительный, но руки у него золотые, даже убивать не хочется, —усмехнулся Феликс. –Ладно, Хирург, можешь идти. Хан кивнул и вышел из комнаты, оглядываясь, и без слов, одним лишь взглядом, просил прощения у кошатника. —Это те глаза, которые тебе нужны? —взяв в руку пару глазных яблок, спросил Минхо. —Да, они. —Хорошо, тогда я заберу их, увидимся внизу, —хотел было выйти Хо, как остановился, услышав голос Феликса. —Кстати, а кто тот красноволосый парнишка? Красивый, представляю, какая из его трупа получится прекрасная кукла, —прикрыв глаза, проговорил Феликс. —Тронешь–останешься не только без глаз, но и без конечностей, —процедил Минхо и захлопнул дверь. —А может и не кукла вовсе, тварь тоже отличная выйдет. С первого этажа начал доноситься звук пианино, по клавишам которого быстро перебегали ловкие пальцы, наигрывая что-то из классики. Минхо ненавидел это, так как мелодия значила то, что их лидер прибыл в особняк, а значит и попыток убийств друг друга больше не будет, что расстраивало. Организатор, самый старший из них с зачёсанными назад коричневыми волосами, некоторые пряди которых выбивались из причёски, был главным, ведь собрал всех тварей вместе. Он развидел зачатки безумства в каждом, разрешая творить, что вздумается, но лишь по его приказу. Убивать без его разрешения нельзя, так как он подсчитывает подходящее время и подходящее место, а дальше уже выбранные им люди могут выплёскивать свою кровожадность сколько им влезет. Минхо спустился вниз и вошёл в гостиную, где на бордовом диване уже сидел Дизайнер, мальчик с лисьими чертами лица, и шил себе что-то, слушая игру Организатора. Минхо считал Дизайнера вторым по чокнутости в их компании после Феликса, ведь все вещи он шил себе далеко не из ткани, а из человеческой кожи, считая это прекрасным материалом. Ли старший старался не прикасаться к его вещам, так как брезговал. Увидев старшего, младший улыбнулся и начал махать ему, здороваясь. Он похлопал по свободному месту около себя, приглашая Минхо сесть рядом. —Привет, Коллекционер, давно не виделись, как поживал после последней охоты? Глянь, что у меня выходит, скажи же красотища?—Дизайнер начал показывать ему браслет, на которую пришивал заклёпки. —Ага, красиво, —сказал Минхо чисто для приличия. —Поживал нормально, только все эти насекомые в колледже достали. —Эх, бедненький, ты только держись, хорошо? В случае чего, всегда можешь позвать меня, и человек, который тебя выбесил, быстренько превратится в прекрасную сумку, я могу даже отдать её тебе, чтобы ты мог злорадствовать, —светло-голубые глаза самого младшего из их компашки засияли от понимания того, что он может помочь старшему таким образом. —Спасибо большое, если кто-то начнёт навязываться, то обязательно тебе скажу. —Ура! —вскрикнул Дизайнер и обнял старшего за шею, чем заставил Минхо сморщиться от неприязни. Звук клавиш прекратился, значит Организатор закончил играть никому не известное произведение. Это ознаменовало то, что всем пора в гостиную, так как Чан выберет тех, кто в этот раз отправится на охоту. Из подвала поднялся Архитектор, накачанный мужчина с чёрными кудрявыми волосами, весь измазанный в крови, но с хищной улыбкой, явно замучил ещё одну жертву. С кухни пришёл Дегустатор, малец с щенячьими чертами, который, как обычно, отваривал человеческое мясо себе на ужин. Со второго этажа спустились Кукловод и Хирург. Каждый сел кто на диван, кто на кресло, кто на стул, ожидая ответа Организатора, коим являлся Чан. —Пойдут Дизайнер, Кукловод и Хирург. Остальные, можете быть свободны, —произнёс Чан, чем вызвал радостный восклик со стороны выше перечисленной троицы. —Отлично, Хирург, покажешь наконец свою решимость? —приблизился к лицу Джисона Феликс, чем заставил бледную кожу старшего покраснеть. —Да, хорошо. —Ура, если эти двое в команде, то улов точно будет крупным, —обрадовался Дизайнер. Минхо вздохнул, понимая, что зря приехал, раз на охоту выйдет не он. Он встал и направился к выходу, намереваясь заехать к Хёнджину, который обладает прекрасными художественными навыками, чтобы раскрасить радужку глаз. Правда, он скроет, для чего ему эти глаза, и кому они нужны. На улице уже начинает темнеть, а в лесу тьма ощущается острее, хотя Минхо не страшно, ведь это его «дом». Он завёл машину и направился к Хёнджину, предупредив о своём прибытии. Пришлось включить фары, чтобы хоть что-то увидеть посреди чащи и не сбить какое-то животное. Дверь отворилась, впуская Минхо в дом Хёнджина. Помещение было светлым и даже уютным, что не пришлось по вкусу Ли старшему, так как тот любил мрачный интерьер и вместо ламп–свечи. С кухни шёл запах выпечки, которая решила разбудить голодных волков в желудке Минхо. —Привет. Ты чего это так поздно решил ко мне заехать? —поприветствовал старшего Хёнджин, который показался Минхо слишком нервозным. —Один мой знакомый, который занимается созданием кукол, попросил детализировать керамические глаза, чтобы они выглядели, как настоящие, вот только я плохо рисую, хоть и разбираюсь. Поэтому я и пришёл к тебе, всё же ты художник у нас. —Ах, вот в чём дело, конечно, где эти глаза? —Минхо протянул Хёнджину глазные яблоки. —Ничего себе, по форме очень напоминают настоящие. —Ага, —произнёс Минхо, как его живот заурчал. —Ты голодный, что ли? Проходи, мама как раз перед уходом испекла пирог, —Хёнджин потянул Минхо на кухню, где стоял яблочный пирог. —Спасибо, твоя мама работает в ночную смену? —Ага, поэтому до утра я один дома, —Хёнджин поставил перед Минхо кружку чая с долькой лимона. —Я отнесу глаза в комнату и вернусь, хорошо? —Хорошо, —сказал Минхо и начал оглядывать кухню. Та была небольшой, с холодильником, усыпанным кучей магнитов, и шкафами фиолетового цвета. Минхо оглядел гарнитуру, как увидел торчащую тряпку из шкафчика раковины. Он бы не придал этому значение, если бы тряпка не была с кровью. Это была именно она, старший был в этом уверен. У Ли закрались подозрения насчёт Хёнджина, поэтому он решил зайти к нему в комнату, чтобы поймать с поличным. Минхо поднялся на второй этаж дома и устремился в комнату с открытой дверью, откуда слышалось копошение. Он заглянул туда и увидел мольберт, на котором стоял холст. Он был покрыт тёмно-алой «краской», хотя Минхо сильно сомневался, что это она. —Ой, Минхо, ты чего это? —Хёнджин дёрнулся, увидев старшего в дверях, и его глаза забегали, что не осталось незамеченным. —Просто хотел посмотреть на твою комнату, да и смотрю ты тут новую картину пишешь? —Минхо бесцеремонно прошёл в комнату, чем заставил Хёнджина ещё больше нервничать. —Новая краска? Минхо увидел в небольшом тазике тёмно-красную жидкость и макнул туда палец, как он и предполагал, кровь. Он обернулся к младшему и увидел, что на его лице застыл страх, смешанный со злостью. «А он не так прост, коим казался. Надо расспросить, возможно, я нашёл новую тварь», —подумал Минхо. —Хёнджин, ты же не собираешься этой ночью выходить на улицу, да? —Хёнджин, понимающий, что его раскрыли, ошеломлённо посмотрел на старшего, так как разговор пошёл в другое русло. —Н-нет, а что? —Вот и отлично, не выходи, сегодня будет опасно, хотя с твоими навыками тебе и бояться не стоит, как-то кровь достал же, да и она явно не твоя, ран на твоём теле нет, —Минхо ухмыльнулся, подходя вплотную к Хёнджину. –Говори, где спрятал труп? —Закопал на заднем дворе… —Хёнджин избегал взгляда старшего, так как в них появилась какая-то дикость. —Молодец, вот только улик оставляешь много, но ничего страшного, твари быстро учатся, —Минхо отошёл и сел на кровать. —Твари? Погоди, ты говорил, что сегодня ночью нельзя выходить, потому что опасно, потом заявляешь, что твари быстро учатся, а утром вообще о скальпелях завёл речь, неужели ты…тварь? —глаза Хёнджина испуганно смотрели на старшего, так как убийцы это одно, а другое, когда перед тобой сидит зверь, небрезгающий уродовать жертв. —Бинго, мой славный друг. Вот только не бойся, убивать и вырывать твои глаза не стану, хотя уже давно жуть, как хочется. Судя по тому, что ты смог убить человека без всяких угрызений совести, выкачал из него кровь, чтобы достать материал для художеств, ты прекрасно сможешь стать тварью. А если не желаешь, увы, придётся сказать Архитектору, чтобы косточки твои потом служили для него материалом для искусств. —Хорошо, я согласен, но я не думаю, что смогу мучить жертв, —неуверенно произнёс Хёнджин. —Не волнуйся, Дегустатор тоже не мучает жертв, лишь отрезает куски после их смерти, поэтому не ты единственный. Тогда завтра едешь со мной, и я за тебя ручаюсь, чтобы ты стал превосходной тварью, —Минхо направлялся к выходу из комнаты, но остановился. —Ах да, не забудь ещё глаза завтра принести, иначе Кукловод вытащит тебе кишки. Кошмарных снов, наш дорогой Художник.