Жизнь фальшивой принцессы, соблазнившей пятерых мужчин

      Лавинию разбудил деликатный стук в дверь. Неуверенный голос робко поинтересовался:       - Ваше высочество, подавать ли вам завтрак?       Девушка заворочалась на кровати, потерев руками глаза. Она не сразу поняла смысл вопроса, но потом вдруг резко подскочила. В мыслях внезапно пролетели вчерашние события и девушка пришла в ужас: она по-прежнему тут! Это не сон, и не видение! Она действительно попаданка! И когда она успела заснуть?!       - С-секунду!       Она слезла с кровати, чувствуя утренние позывы тела. Как тут ходят в туалет? Вот смеху то будет, как слуги будут наблюдать за ней, не знающей, в какую дверь следует зайти. А в своей способности подождать, пока слуги накроют на стол, и уйдут, Лавиния не была так уверена. Она покрутила головой, ища заветную дверь. В комнате оказалось их три, не считая той, за которой ждали слуги. Лавиния сделала ставку на ту, которая ближе к кровати и широкому окну. Вбежала туда и - о, счастье - это и правда была комната для гигиенических процедур. Выглянула в свою огромную комнату и крикнула:       - Да, подавайте!       Быстро закрыла дверь и уселась на деревянный «трон», делая свои дела и рассматривая комнату. Нежные бирюзовые обои с розовыми цветами, деревянный лаковый пол. По центру - пушистый круглый ковер. Возле стены: столик с кувшином и небольшим тазом. Круглое зеркало в широкой раме с причудливыми узорами. Деревянный изящный столик со стеклянными баночками, рядом мягкий пуфик. Деревянная ширма, расписанная цветами, такого же стиля комод. Лавиния глядела на это все и думала, что попала в декорации какого-то исторического фильма.        Еще одно удивление подстерегало ее, когда она случайно опустила взгляд на свои ноги: их равномерно покрывали мелкие черные волосы. Девушка собрала складками сорочку, оголяя свой живот. Никогда в жизни она не видела настолько заросшего паха. Слишком привычная избавляться от волос везде, кроме головы, она смотрела на это с ошеломлением в глазах. Залезла рукой в длинный свободный рукав сорочки, и убедилась, что подмышки ее имеют также весьма естественный вид. Природная красота!        Закончив с туалетом, Лавиния с содроганием в сердце подошла к умывальному столику. Из зеркала на нее смотрела девушка восемнадцати-двадцати лет. Не писаная красавица, но и не уродка. Светлая кожа холодного оттенка, карие миндалевидные глаза. Лицо чуть круглое, небольшой нос, нежно-розовые губы. Еле заметные серые веснушки. Черные пушистые длинные волосы ниже лопаток — растрепанные ото сна. Лавиния хотела их пригладить, но поняла, что еще не мыла руки, и опустила их в таз. Теплая вода приятно согрела кожу. Видимо, слуги утром посещают эти комнаты, чтобы все подготовить для хозяйки. Умылась, и занялась своими волосами. Шевелюра оказалась довольно жидкой: Лавиния, пока руками причесывала пряди, оставила на ладони с десяток волосинок. Девушка покачала головой. Почему она не превратилась в прелестную деву без единого изъяна, которую бы все боготворили? Эх, сказки-сказки… Она засмеялась над собой — ей ведь крупно повезло! Проснись она в теле какой-нибудь крестьянки, то на третий день бы уже дала дубу! Так что и внешность её, и обстановка, были весьма хороши. Есть, чему завидовать!       В огромной комнате принцессы на резном круглом столике девушку ждал завтрак: пышный омлет, консоме, канапе, яйцо на серебряной подставке, нарезанные фрукты. Все красиво оформленное, на фарфоровых блюдах, ободок которых был затейливо изрисован. Был бы у Лавинии телефон, она бы с радостью сфотографировала этот вид — выглядело очень эстетично. Рядом стояла служанка, держащая горячий чайник над сервировочным столиком. Рядом была еще одна, более взрослая женщина-служанка. Обе они явно волновались, но старались скрыть свои чувства. Вежливо поклонились.       - Прошу, принцесса.       Лавинию не надо было уговаривать — все пахло так аппетитно! Она с радостью уселась на мягкий стул и принялась за пышный омлет. И поразилась вкусу — будто в высококлассном ресторане! Конечно, она была в растерянности. До сих пор не понимала, кто она и где находится, однако снова ощутила благодарность за то, что это неизвестное место столь щедро к ней. Служанки покорно ждали, склонив головы. Это напомнило ей кое-кого.       - Моего… питомца уже покормили?       Служанки недоуменно переглянулись. Поклонились с еще большим уважением:       - Мы слышали, что принцесса сама кормит своего питомца…        Лавиния ложкой мягко отломила кусочек омлета. Вот как. Значит, он ест обычную еду. Но на столе была довольно «лёгкая» пища, ни одного куска мяса — и это, судя по всему, обычный завтрак принцессы. Так чем же она кормила Багета? Сомнительно, что небольшой чашкой консоме и нарезкой фруктов. Девушка оглянулась по сторонам: а где он, собственно? Вспомнила вдруг, как еще ночью сказала ему уйти в другую комнату. Неужели до сих пор сидит там? Лавиния быстро поднялась и пошла к резным дверям, за которыми вчера скрылся «ее питомец». Уже открыв дверь вспомнила, что могла попросить об этом служанок, а не делать все сама. Да уж, не самая «правдивая» из нее принцесса.       Молодой мужчина сидел на полу, недалеко от двери, рядом с мягким бордовым диваном. Вся комната была обставлена ими. Большие окна, тяжелые шторы в цвет мебели, камин из красного блестящего камня, на стене — картины с пейзажами. Правда, сейчас Лавинию мало интересовала обстановка: она смотрела на молодого мужчину, и не понимала, почему он сидит на полу, а не на том же диване. Похоже, настоящая принцесса не позволяла ему даже этого. И дико было смотреть на то, как его шею по-прежнему сковывал тяжелый ошейник. Массивная и длинная цепь звонко звякнула от движения — молодой мужчина быстро поднял голову, глядя прямо на Лавинию.       - Выходи, пойдем есть.       Багет покорно двинулся за ней. Служанки вздрогнули, когда в комнате появился голый мужчина на цепи. Лавиния решила, что нечего пугать этих женщин и махнула рукой в их сторону.       - Всё, идите, потом позову.       Села на свое прежнее место, наблюдая, что будет делать Багет. Он же бесшумно двинулся в угол между окном, дверью в уборную и её кроватью. Сел там на ноги, упершись руками в пол. И замер. Лавиния удивилась. Может быть, он вообще не хочет есть? И она спросила его об этом. Багет склонил голову.       - Как пожелаете, хозяйка.       Лавиния была озадачена. Почему он снова неопределенно говорит? Однако все на свои места расставил внезапный звук урчания его живота. Лицо Багета покраснело. Даже человеческие его уши стали красными. К слову, сейчас у него не было вчерашних пушистых ушей. Он выглядел, как обычный человек, только цвет волос и глаз были специфическими. Лавиния улыбнулась.       - Иди поближе.       Он глянул на нее исподлобья, и нерешительно двинулся в ее сторону. Цепь тащилась за ним, неприятно позвякивая. Наконец, он сел на ноги возле столика, с некоторой опаской поглядывая то на девушку, то на стол с едой.       - Будешь консоме?       - Буду.       Лавиния вздохнула. Предложи она ему кусок дерева на тарелке, он был бы согласен с такой же готовностью. Она взяла суповую чашку в руки и дала ему. Он на мгновение растерялся. Лавиния решила, что он попросту не знает, что это за жидкость такая.       - Это бульон из мяса. Пей.       Пока он пил, подняв руками чашку, Лавиния размышляла о том, что нужно попросить слуг приносить больше мяса. Затем она отдала Багету все тарелки с канапе и фрукты. Сама же доела омлет, яйцо и запила все это ароматным травяным чаем. И решила, что нужно что-то делать с этой неприятно звякающей цепью — зачем она вообще? Если бы Багет хотел убить ее, то сделал бы это: руки у него свободны. Скована только шея. Но как ей снять этот ошейник? Лавиния встала, пошла к главной двери. Багет растерялся, сидя рядом со столом:       - Хозяйка?..       Лавиния ничего не ответила, озадаченная тем, как тут вообще вызывать слуг. Нет ни телефона, ни кнопки вызова. Она заглянула за дверь, в надежде позвать кого-нибудь. Коридор был пуст.        - Хозяйка? - снова обеспокоенно позвал Багет, тревожно глядя на нее.        Лавиния вздохнула.        - Ничего-ничего, просто… - она замолкла, случайно зацепившись взглядом за ручной колокольчик, стоящий у нее на прикроватной тумбе. Вот оно! Очевидно ведь! И она громко в него позвонила. Через минуту тут же прибежал перепуганный слуга:       - Да, ваше высочество!..       Лавиния пальцем указала на Багета.       - Снимите с него ошейник и уберите цепь.       И Багет, и слуга ошалело уставились на нее. Кажется, слуга перепугался еще больше:       - Что, простите?..       Лавиния терпеливо повторила свой запрос. Слуга смотрел на нее с выпученными глазами. Увидев, что девушка серьезна, взволнованно закивал, и побежал за людьми и инструментами.       - Хозяйка хочет снять с меня цепь?.. - нерешительно пробормотал Багет, явно не веря в происходящее. Лавиния обернулась к нему.       - А ты хочешь ходить в цепи?       - Нет, - быстро ответил он, но тут же сразу стушевался, опустив голову, - как пожелает хозяйка…       Лавиния хмыкнула. Этот хмык был так похож на тот, который она слышала вчера. Точно. Молодой красивый дворянин, который называл ее по имени. Лавиния нахмурилась, вспоминая его слова. «Помогать не буду», «отец тоже». Значит, брат настоящей принцессы? Неужели принц?       В комнату вошло несколько слуг. Одни стали убирать посуду, другие с поклоном подошли к Лавинии, держа в руках одежду.        - Позвольте сопроводить вас в гардеробную…       Лавиния ахнула. Точно, она же в ночнушке. А выйти из этих комнат в любом случае придётся. Ей нужно понять, где она, в каком положении, и что делать дальше. Следом за служанками зашли здоровые мужчины с инструментами в руках. Лавиния как можно более строже произнесла:       - Снимите с него цепи, и не пораньте его. Багет, сиди смирно, и жди меня.       И вышла в другую дверь, окруженная прислугой.        И опять никто не дотрагивался до ее кожи. Будто от прикосновения этот человек сгорит в огне, умирая в страшных муках. Лавиния покорно стояла, пока две девушки расправляли складки на её светло-фиолетовом платье, а третья осторожно затягивала шнуровку на ее спине. Очень странные ощущения. И чуть ранее, когда они сняли с нее ночную сорочку, оставив голой, тоже было не по себе: все таки стоять в чем мать родила перед незнакомыми одетыми девушками — то ещё удовольствие. Или, возможно, к этому быстро привыкаешь?       Что успела отметить Лавиния: во-первых, она, оказывается, не носила ни трусов, ни панталонов. Лавиния покопалась в своей памяти. Интересное дело: она, вроде бы, не знала местных порядков, но, как только видела их в действии, сразу же понимала, что на самом деле была в курсе. Похоже, это память доставшегося ей тела? Во-вторых, ей не укладывали волосы, и не надевали украшения. Лавиния не понимала, почему, но четко знала, что прошлая делала это исключительно сама. Так что слуги низко поклонились сразу после того, как поставили перед ней на мягкий ковер сверкающие туфельки на низком каблуке в тон платья. И Лавиния поняла, что с их стороны работа окончена.       - Да, хорошо. Спасибо. Оставьте меня.       Служанки еле заметно вздрогнули, и быстро покинули гардеробную. Лавиния вздохнула с облегчением. Теперь можно спокойно рассмотреть эту комнату. А то с таким любопытством пялиться на «свои же» ряды платьев и изысканный туалетный столик со всякими необычными баночками было бы очень странно. Комната была такой же большой, как и ее спальня. Несколько рядов элегантных платьев по стенам, по центру небольшой пьедестал с тремя зеркалами, на полу пушистый ковер.             Туалетный столик с большими зеркалами и фарфоровыми фонариками. Три огромных шкатулки на небольшом комодике рядом. Лавиния открыла первую и ахнула от увиденного: она никогда не видела столько драгоценностей! Серьги искусной работы, сверкающие колье, ожерелья, кольца с камнями, затейливые броши и заколки с жемчугами — чего только не было в этих шкатулках! Сколько же стоят эти богатства? Этим можно целую страну несколько лет обеспечивать! Взволнованная Лавиния дрожащими руками выудила небольшие сережки-капельки с сияющим сиреневым камнем. Она подозревала, что они одни могут стоить целое состояние — как такое можно спокойно носить?! Однако ходить без драгоценностей благородной даме нельзя, и девушка решила украсить хотя бы уши.        Вдруг из спальни с тяжелым звоном что-то упало, мужской голос зло выругался. Лавиния заволновалась. Хотела быстро покинуть гардеробную, но непривычный наряд и новая обувь не дали сделать это так просто. Что ж, красота требует жертв. И замедления скорости.       В центре комнаты сидел Багет, который потирал здоровой рукой свою шею, а рядом скакал здоровый мужик на одной ноге. Другие ухмылялись с его плясок, скручивая тяжелую массивную цепь. Лавиния посмотрела на огромный раскрытый ошейник, который, похоже, упал аккурат на пальцы этому неудачливому человеку. Увидев Лавинию, все резко замолкли. Прыгающий сразу же перестал прыгать. Поклонился:       - Ваше высочество, сделали, что приказано.       - Хорошо. Цепь забирайте с собой, мне не нужна.       Сидевшие мужчины помялись, но по-итогу подняли цепь с ошейником вдвоем. Первый открыл дверь, и они двинулись из комнаты. Лавиния невольно подивилась тому, что один человек не смог нести ее, а за Багетом эта цепь таскалась, будто веревка.       В открытую дверь вежливо постучал седовласый мужчина в белых одеждах. Вчерашний главный врач.        - Ваше высочество, приветствую вас. Я приготовил вам лекарство. Выпейте его пожалуйста.       Лавиния кивнула. Лекарство так лекарство. Хоть она и не чувствовала себя больной, но перечить врачам у нее не было привычки. Седовласый мужчина замер в страхе на мгновение, увидев на полу совершенно свободного от оков Багета, но быстро пришел в себя. За ним двинулась служанка с подносом. Лавиния послушно выпила лекарства, сидя в кресле. Добросовестно отвечала на вопросы о своем самочувствии. Краем глаза следила за Багетом, который по-прежнему растерянно сидел на полу и потирал израненную от железного ошейника шею. Лавиния недовольно сжала губы. Что этот молодой мужчина делает? Так ведь инфекцию занесет! И она обратилась к седовласому мужчине:       - Скажите, а есть мазь для заживления ран?       Он на мгновение растерялся:       - Вы где-то поранились?!       - Нет, не я. Это я… ему.        И она кивнула в сторону Багета. Слуги с удивлением посмотрели на нее. Даже Багет выглядел пораженным. Седовласый мужчина снова уточнил:       - Мне обработать все раны вашему пантеринаи?       Вот значит как эти люди-звери называются. Лавиния припомнила, что вчера два парня, обрабатывающие Багету запястье, чуть души возле него и не отдали. Ответила:       - Посмотрите на его спину и шею. Если можно обойтись мазью, то дайте мне, я сама.       Кажется, этой репликой она ввела всех в священный ужас. Лавинии как-то даже неудобно стало. Первым пришел в себя местный врач: приблизился к неподвижно сидящему на полу Багету. Обошел его, потер подбородок.       - Да, можно обойтись мазью. Повреждения неглубокие, - он внимательно посмотрел в глаза Лавинии, - если желаете, завтра вам пришлю состав с рецептом нанесения.  Лавиния кивнула.       - Благодарю.       Мужчина отошел от Багета, и учтиво поклонился. Как только за ним и служанкой закрылась дверь, Багет растерянно пробормотал:       - Хозяйка действительно хочет сама обработать мои раны? Своими руками?..       Она с интересом посмотрела на него. Она не понимала всю гамму эмоций, которые отражались на его лице. Ему приятны ее прикосновения, или ненавистны? Может быть, действительно стоило его доверить местным врачам? В дверь снова постучались. Лавиния нахмурилась — что за проходной двор!       - Мы прибыли по приказу его высочества, принца Целестина. Разрешите войти!       Лавиния удивилась. «Целестин»? Такое знакомое имя! Где же она могла его слышать? Неужели это имя вчерашнего ночного гостя? Красивый молодой дворянин и брат настоящей принцессы.       - Войдите!       Комнату заполнило около десяти мужчин. Лавиния аж поднялась от неожиданности, а Багет явно напрягся, хоть и продолжал сидеть на полу. Из толпы вышел полненький мужчина в сюртуке. Поклонился уважительно:       - Ваше высочество, по приказу его высочества мы прибыли заменить все ковры в вашей спальне. Желаете ли вы переехать в другие покои? Лавиния удивилась. Только немного привыкла к этой обстановке и снова менять?       - Нет, благодарю. Мне нравится здесь. А ковры меняйте, - ответила она, вспомнив, как вчера слуги терли мягкий ворс от темных капель возле её кровати. Кажется, так и не оттерли. Она пристально уставилась на прибывших к ней слуг: не верилось, что на замену ковров требуется столько народу. Полненький мужчина снова с уважением поклонился, и продолжил:       - Также его высочество приказал забрать вашего питомца на допрос в темницу для выяснения всех подробностей вчерашнего ночного инцидента. И несколько мужчин двинулись в сторону Багета. Он подскочил на ноги, напрягся всем телом. Лавиния быстро вытянула руку в их сторону.       - Нет, стойте!        - Принцесса Лавиния, - вежливо начал говорить полненький мужчина, - это приказ его высочества. Мы не будем сильно его пытать, не стоит волноваться… И мужчины снова двинулись к отступившему на шаг Багету. Лавиния повысила голос:       - Нет, я сказала! Никому не двигаться! - все это ее порядком начинало раздражать. Она сама не понимала, почему так яростно оберегала этого молодого мужчину-зверя. Может быть, потому, что он был таким же чужим здесь, как и она сама? Все смотрели на него с неприязнью и страхом. Хотели то убить, то отрезать руки. А у него не то что прав, одежды даже нет! Лавиния подивилась сама себе — что это, тот самый «комплекс спасателя»? Она ведь и сама в непонятной ситуации…       Она громко и решительно заявила:       - Нет, я сейчас же поговорю с его высочеством Целестином! Багет все мне рассказал! Нет нужды спрашивать. Ведите меня к брату! Мужчины переглянулись в нерешительности. Лавиния повернулась к «своему питомцу».       - Багет, иди в ту комнату и не выходи, пока я не приду!       И грозно двинулась на перепуганного полненького мужчину, сверкнув глазами:       - Ну?! Ведите! А эти люди пока пусть меняют ковры! И только попробуйте зайти в соседнюю комнату!       Мужчина кинул быстрый взгляд на мужиков и решил, что не стоит раздражать принцессу. Ведь она была очень непредсказуемого и дурного нрава — если что, потом уж лучше выговор от его высочества получить, чем пострадать от нее.       - Да, принцесса, пройдемте. Я провожу. Сделаем, как пожелаете…       Лавиния хмыкнула и двинулась за этим мужчиной.       Первые пять минут девушка не могла скрыть своего изумления, рассматривая коридоры: на стенах картины, живописные барельефы; на потолках люстры из хрусталя и золота, а мраморный пол поражал своим зеркальным блеском. Поднявшись по широкой лестнице, украшенной золотисто-синим ковром, они ступили в другой коридор, не менее богато украшенный. Все, кто шел навстречу, низко кланялись Лавинии. Она было хотела кланяться в ответ, но припомнила, что в этом нет нужды. Принцесса может склонять голову только перед членами императорских и королевских кровей, а также перед великими послами других стран.       По ее ощущениям, они уже шли минут пятнадцать, и конец маршрута не наблюдался. Лавиния не ожидала такого размаха: слишком уж привыкла к жизни в простой трехкомнатной квартире со своей семьей. И сейчас она чувствовала себя больше в музее, чем в реальном месте, где проживали люди.        Периодически попадалась охрана. Много охраны. Лавиния задумалась: даже если бы Багет растерзал ее, то как бы он сбежал? Она с каждым шагом все больше убеждалась, что скрыться незамеченным, не зная этой территории, практически невозможно. И понятно, что его убили бы на месте, если бы поймали. Возможно ли, что он просто терпит свою «хозяйку», выжидая удачный момент? Лавиния нервно улыбнулась сама себе. Даже суток не прошло, как она оказалась тут, а уже успела напортачить? Ведь совсем не факт, если она умрет в этом мире, то сможет проснуться дома в своей любимой постели на подушке из бамбукового волокна.       Они ступили в коридор с изумрудными шелковыми обоями и белыми колоннами. Наконец ее сопровождающий остановился возле широкой резной двери и постучался. Лавиния была вне себя от счастья: наконец-то пришли! А то она уже порядком устала перемещаться по этим огромным пространствам. Из-за двери раздался голос. Гордый и властный.       - Войдите!       Полненький мужчина осторожно отворил дверь, и, кланяясь, объявил свою спутницу:       - Ваше высочество, принцесса Лавиния! Желала столь страстно увидеть вас, не смел отказаться!        И Лавиния вошла.