Грязный панч.

А я все учусь любить без чувств.

А тебя ебет, что я с кем-то ебусь?

⋆⋆⋆⋆⋆

— Братан, нормально все. Уже можешь идти и досыпать. — Проговорил Давид, когда скорая помощь уже собиралась уезжать. Врачи, конечно, интересовались о происшествии. Но никому не нужны проблемы с заявлениями и всей этой хуйней. Был сделан общий вывод — упал. Поверили? Блять, нет. Там пиздец, а не обычные ушибы. Спрашивал ли кто-то лишнее? Нет. Никому не нужны лишние запары. — Бля, было бы куда. — Смирился со своей судьбой. От квартиры ключи в общаге. Он же планировал, блять, вернуться. Руслан чутка изменил планы Кашина. Он всегда их меняет, когда не надо. — В общагу и пиздуй. Дверь на крайняк выбить можешь. — Подметил Деймур, которого вновь укладывают на кушетку. Не любил брюнет всю эту возню: «Так не вставайте!», «что вы! Лежите!» — Душно. Интересно будет тогда, когда Арине придётся объясняться. Сразу понятно, что она его со всей любовью в гроб уложит.

★Морозы — Мосты★

Парни попрощались, улыбнувшись друг другу. Теперь быстрый шаг вновь направлен к общежитию. Осенний морозец бьёт по коже, заставляя ее на глазах краснеть. Руки в замочке приблизил Данила ко рту, начиная их согревать горячим дыханием. Так и дышать на холоде было менее неприятно. Где-то очередной лай своры собак, где-то шумят люди, а машин становится только больше. Правильно, время то — шестой час утра. Шанс, что Руслан не спит и услышит весь гнев крайне мал. Сука, какой он ебанутый. Данила чует какой-то пиздец. Не может шатен ничего не сделать. Слишком уж с головой не дружит, что сказать. Раньше он таким не был. Был намного спокойнее, по крайней мере, старался таким быть. Мысли: «что же мог сделать Руся?» — засели пластинкой. В голову летели все варианты. Начиная от пожара всего общежития, заканчивая мелкой шалостью. — Как же с тобой.... Сука. Невозможно. — Шепчет Кашин под нос, заходя в привычное здание. Охрана впустила сразу, как только Данила показал пропускной. Бег по ступенькам на третий этаж, а следом и их комната напротив. Бледная рука сразу поднялась, начиная стучать по древесине. — Впусти, блять. — Рычит Кашин, начиная стучать сильнее. — Я же знаю, что ты не спишь. — Продолжает говорить охуевшим гонором. Злится? Блять, конечно! Его не впускают в собственную комнату, а он, черт побрал, спать хочет. — Я что писал? Ночуй на улице. — Послышался злобный голосок с другой стороны двери. — Нехуй вести себя уебком. — Продолжает цедить Тушенцов. На такие слова Даня в ахуе брови поднял, замечая нихуевый такой контраст. Уебок говорит не вести себя уебком. Вау! — Уебок из нас сейчас ты. — Прыскает рыжеволосый, ударив в дверь ногой и запустив по ней импульс колебания. — Сука, если откроешь, то обещаю не бить ебало. — Попытка договориться почему-то стала успешной, и щеколда несколько раз стукнула. Блять. Значит он реально хуйню натворил? Напротив стоит Тушенцов в домашней одежде, а за ним немножко-множко-пиздец-хаос. Валяется матрас, рядом часы (если их так можно назвать, ибо от них остались только: оправа и стрелки). Когда Даня сделал ещё один шаг внутрь, то Руслан значительно отошёл. На другой конец комнаты, начиная прижиматься к подоконнику. Это вызывало недопонимание до того момента, как Данила не оглянулся. Одежда, вернее ее остатки, лежали вместе с ножницами на полу. Шкаф весь перерыт, его кровать — вообще пиздец. Вот теперь Руслану стремно. Он слышит уставший и тяжёлый вздох, а не привычные крики. Бледные ладони прижимаются к лицу, будто кожу стягивают с нее. Голубые глаза вновь осмотрели весь пиздец, подтверждая, что Руслан... Кто? Слов уже нет. Еблан? Да. Но этого, сука, мало, чтобы описать такие поступки.

Сложно. С ним сложно все. Без него, сука, ещё сложнее.

— Нахуя? — Вытягивает мучительно рыжеволосый, проходя мимо этого ужаса. Он сел на свою кровать. Блять, он слишком заебался реагировать на эти выходки. — Нехуй уходить, не объясняя причину. — Смело продолжает Рус. Все мы знаем, что если Даня поднимется с места — смелости не останется. — Ты мне кто, чтобы я объяснял тебе что-то? Я вот этот момент проебал. — Пассивно-агрессивный настрой. Попытки сдерживаться, дабы с кулаком не налететь. Может Данила ему мозг отбил? — Блять, — начал Руслан, спускаясь с подоконника. Подошёл к Даниле, начиная смотреть сверху-вниз, — ты? Ты для меня Даня. Я для тебя Руслан. — Звучит, словно бред сумасшедшего. Может так и было? Даня, а не Данила. — Ты что-то принял? — Хмуря брови, задался вопросом рыжий. — Ага, твою возможность дать по съебам. — Карие глаза видят, как лицо с веснушками неприятно искажается. Щеки изнутри начинает кусать со всей силой, глаза закрываются, а дыхание все тяжелее и тяжелее. Будто его шею сейчас передавливает желание въебать Тушенцову. Что значит "будто"? Так и есть. — Ты можешь... Хоть иногда, сука, не быть таким жалким эгоистом? — Толчком выговаривает Кашин. Руслан замолчал. Тихо наблюдает за чужим состоянием. — У меня друга лучшего на скорой увезли. Ты.. бл-я-ять.. — Психует. Голова резко откидывается к стене, а глаза он все жмурит сильнее. — Научись думать не только о себе. — Ты тоже этому научись. — Отсекает шатен. — Че, блять? — Глаза резко открываются. Брови нахмурились молниеносно. — Я за эти дни успел перерешать твои проблемы. Отдал за тебя бабки из своего кармана, а ты после этого что сделал? Скинул мой ноут. Сейчас я опять впрягаюсь за тебя, а прихожу и вижу.. Вот... — Руки сразу указали на всю комнату, рисуя виртуальный шар. — Вот это, блять! Я вижу свою одежду, на которую приходилось деньги откладывать, блять! Ты можешь вести себя нормально, а не как капризная истеричка, которую всю жизнь не трахали? — Выдох. Что сделал — то сделал. Окей, блять, спокойнее. Главное — это дыхание. Вдох. Выдох. Да нет, это же реально пиздец! — Давида на скорой увезли? — Тише спрашивает Руслан, заметно замявшись. Ого, а ему может быть стыдно? — Знаешь че, Руслан? Вот теперь тебя это ебать не должно. — Данила рухнул на кровать, выговаривая следующее. — Убирай свое дерьмо сам. Лучше уснуть до самого вечера, дай Боже. Даня это и сделал. Уснул под шаги шатена и его уборку. Больше никто друг другу и слова не сказал. Тушенцов слишком легко из этого говна вылез? Возможно. Но Даня обещал, что ебало бить не будет, поэтому обещание и сдержал.

⋆⋆⋆⋆⋆

16:34

Когда Даня проснулся от бесконечного потока уведомлений, то заметил, что в комнате вновь порядок, а Руслана нет. Сбежал, Даня уже все выучил. Куда тот рванул? Неизвестно. Никому и ничего не говорил. Тогда с чего вообще был доеб? Он сам никогда не говорит причины ухода, максимум, что скажет: «Вышел покурить» — наизусть. ★Нон стоп — Пошлая Молли★ Московский Вокзал. Тушенцов стоит, упираясь спиной в колонну. Ногу поджал одну, пачкая белое покрытие своей подошвой. Огромный поток людей, но шатен высматривает только одного. Стоит меньше пяти минут, а уже устал. Изо дня в день ругаться — это пиздец. Не умеют иначе, потому что даже попробовать не пытались. Видит знакомое лицо, сразу в улыбке начиная расплываться. Это был друг с Москвы. Андрюха Замай. Познакомились на тусовке по репосту и начали хорошо ладить. Вот там ругани не было никогда. Парни очень схожи, понимают юмор, имеют свои шутки и дохуя историй. Приехал Андрей на пару дней, ибо родители были в Питере, а тот встретиться хотел. Старше Руслана на несколько лет, но не разумом. Друзья поприветствовали друг друга дружескими объятиями. Сразу с уст полетели шутки встречные, которые настроение подняли двоим парням сразу. — Бля-я-я, и как ты тут? Со скуки не помер? — Протягивает лысый парнишка, поправляя лямки рюкзака. — А то смотрю на тебя, ты даже схуднул. — Тушенцов на это с усмешкой отмахнулся. — Да тут скучать времени нет. — Проронил он. Не врет. Каждый день мозги кипят. — У-у-у. Ну давай свою экскурсию по районам спальным. Весь центр знаю. — Пожал плечами в конце парень с голубыми глазами. Вновь появился лёгких смех. — Че, каждую перетрахать уже успел? Скорострел. — Выговаривает Тушенцов, докер на голове поправляя. — Тебе вся Москва досталась, там ты всех переебал точно. — На такую тонкость Руся глаза закатил, в лицо фак показывая. Обстановка дружеских отношений, где нет возможности даже за что-то прицепиться, заставляет забыть весь пиздец. Заставляет забыть, что утром он рвал чужие шмотки из-за вспышки ревности-агрессии-обиды. Просто вспышка всего существовавщего. Сейчас голова кипит точно также, как и утром, но на нее внимание Рус не обращает. Замай отлично отвлекает, говоря очередные сплетни из Москвы. Сказать, что Руслан был тихим там — лучше промолчать, чтобы не позориться. Запой был практически все то время, сколько он там прожил. Почти ежедневные тусовки, почти ежедневный секс по пьяне. Там и наркотики он больше принимал. Отрывался? Забывался. Вина за то, что он сам потерял что-то очень дорогое, только на дно тащила. Каждыми днями, каждыми ночами. — Эу, братанчик. — Лысый парнишка вырвал из мыслей. — Того самого Даню покажешь то? Все уши выебал им. Я даже думал, что ты пидор, пока баб поочерёдно ебать не начал. — Начинает он смеяться, а вот Руслану не очень смешно. — Покажу. Мы в компанию заглянем. Они, как мы приедем, сто процентов уже все соберутся. Только с ним не шути так, опасненько для здоровья. — Вот теперь Руслан сам улыбнулся. Своим же словам. — Это он тебя так? — Немного нахмурил брови, спрашивая шатена. — Поругались. Всегда ругаемся. Это уже привычное наше состояние. — Говорит так, словно это должно быть нормой для всех. Замай такого прикола не понял, но в личное лезть не горел желанием. Хоть и ебнутым был, но границы знал отлично. Возможно это и есть та причина, почему они все ещё не ругались. Даня не умеет не лезть, ему всегда надо знать все. С Даней таким становится и Руслан, только у Данилы это более адекватно.

⋆⋆⋆⋆⋆

★Не перебивай — БЛАЖИН★ — Не орать, блять!? Этот идиот все мои шмотки в лапшу превратил! — Вставая с лавочки в беседке, рыжий гневно рявкнул. Сейчас было ещё тепло, поэтому собирались на привычном месте. Каждому понятно, что потом все в парадную завалятся. А если еще и дождь обещанный начнётся — то будут сверкать пятками. На такие яростные возгласы в смех пришли все. Он смог переодеться, но для этого пришлось идти на квартиру и искать чистые вещи. На нем сейчас темно-зеленая толстовка, сверху чёрная дутая куртка, но осенняя, о чем с виду не скажешь. На ногах голубые джинсы, которые были свободными на несколько размеров из-за снижения веса. На коленях были потёртости и дырки, а белые нитки забавно спускались по швам. Сегодня парень раздаёт стиля, что на него не похоже. У того просто выбора нет, это единственная чистая и нормальная одежда. — Да зато смотри, какой моднявый! — Пытается поднять настроение Каплан, на что получает максимально недовольную гримасу и фак. Фишка, кстати, спизженная у Руса. — Я подкинуть могу вещей, ну, если прям надо. — Говорит Кузьма, а Данила от такой помощи только истерично усмехается. — Чтобы он и их в пиздец превратил? Сука. У меня на него нервов не хватает, блять. — С этими словами Данила шумно сел обратно, спиной упёрся в железную опору, с которой уже даже ржавчина готова была отпасть. — Вы похожи на замужнюю пару, которая не сошлась в быту. — Добавляет Власов, начиная с Кузьмой и Онешко от смеха лопаться. Даня тоже хотел лопнуть, но от злости. — Да рот ебал, с ним проще вдовцом стать. Мозги никто трахать не будет, а он в гробу поспит. — Поддерживает шутку. Он сам ей сдался, начиная легонько смеяться. Только смех этот резко запнулся, когда на горизонте Данила увидел Руса с кем-то. — Пиздец, это ещё че за хуй? — Бубнит Кашин, бровь приподнимая. Руки потянулись к карманам куртки, оттуда тот достал пачку с зажигалкой. Через несколько маневров — сигаретка уже тлела на губах с привкусом колы без сахара. — Саламчик. — Проговорил Руслан, начиная здороваться со всеми кроме Кашина. Как обычно, в принципе. Даня только взгляд поднял, начиная новое лицо изучать. — Дружбан мой с Москвы. Андрюха или Замай, как удобно. На пару дней тут. — С дружком у Руса даже речь изменилась, что мерзко пиздец. Рыжий свои глаза закатил, переводя их цель с неизвестного на телефон. Пока рука лысого шла по другим, узнавая имена, Данила успел вникнуть в какую-то интересную статью про музыку и ее ёмкость. Не заметил, как рука оказалась рядом. Хотелось жать ее? Нет. Но мнение о себе сильно говнить не хотелось, вдруг он хороший человек. — Даня Кашин, обращайся, как хочешь. — Протягивая руку в ответ, тот проговорил. — Наслышан о тебе. — С усмешкой добавляет Замай, крепко пожимая руку. Слова заставляют невольно нахмуриться и перевести взгляд на Тушенцова, что было замечено Андреем. — Чего сразу на него так смотришь? Может от других уши нагрел. — Держит тот дружелюбие, убирая свои обе руки в карман. Когда от руки с веснушками отстали, Даня показушно ее протер об куртку, бровью вздрагивая. — К чему доеб? — Решается тот наплевать на репутацию. — Да так, к пустому месту для тебя, скорее всего. По поведению могу сказать только это. — Ага... "Пустое место для тебя" — на Руслана отсылка? Да все это поняли. Тушенцов сам глаза расширил. Весело, однако. Многое ли он знает? Жевалки начинают на скулах вести свою игру, выдавая с поличным неприязнь и агрессию, которая готова проснуться. — Не к пустому месту для меня, к сожалению или к счастью. — Вытянул он, взгляд продолжая мрачный держать. Момент, когда айсберги в очах готовы взорваться от градуса — худшее, что можно наблюдать. — Да вы че оба? Сразу шеи друг другу грызть? — Шутит Илья, а Рус только усмехается. Илья-то знает больше, чем кто-либо. Про все поцелуи наслушался. А значит, что видит больше, даже чем Руслан. — Я ещё не начинал. — Жмёт Даня плечами, а Замай только улыбку натягивает. — Бля, Рус, прав ты был, когда говорил, что с ним не шутить. — Кашин на такое высказывание от лысого глаза сощурил, опять на Руслана начиная смотреть. Пиздец, что за дом два? Заебали уже. — Руслан же шутит. Вещи там режет шутки ради, да, Русь? — Теперь из себя гниль пускает рыжий. Да опять проебывается со своим "Русь". В какой это раз? Второй, вроде. Видит смену эмоций на смуглом лице. Тот в ахуе стоял, честное слово. Ему было проще поверить, что это чайка мимо летела и высказала, да чайки рядом не нашёл взглядом. — Че, реально? — С удивлением говорит Замай. Для него это другой Руслан, уж точно. — Ага, шутник хуев. — Нехуй ночью сваливать. — Нехуй истерить по пустякам, я уже сказал причину. — Надо ее говорить, когда уходишь. — А по ебалу не надо? — Сам себе въеби, уебок. — От уебка слышу.

...

★Днями-ночами — pyrokinesis, МУККА★ Ну... Мелкая ссора... Сцепились языками... Бывает, да? Правда на глазах у других они впервые так. Все затихли, пока эти оба друг на друга таз с говном очередным вываливали. Юлик решил чутка ситуацию разбавить кашлем, на что те оба обернулись. — Может оба, ну... Ебла нахуй закроете? — Хотел это сказать Онешко, но сказала Даша. Парни только нахмурились на это, а следом друг от друга взгляды оторвали. Не помогло. — Специально, блять, в квартиру вернусь. От тебя подальше буду. — Выговаривает Кашин, когда к нему Тушенцов садится. Замай уже успел поверить, что это не тот Даня Кашин, о котором пиздел Руслан все три года. Может второй найдётся? Увы, нет. — Ага, хуй тебе с повидлом. — Толкая рыжего локтем в бок, Тушенцов все больше хмурился. — Допиздишься. — Шепчет Данила, убирая телефон в карман джинс. — И че будет? Опять ебало разукрашивать собрался? Скучно. — Вокруг ведь вновь тишина из-за этих двоих. Снова все взгляды на них пустили, а им что? Похуй. Они всегда и везде будут видеть только друг друга. — Я тебя ненавижу нахуй. — Выдыхая, говорит Кашин. — Взаимно, Данила. — Данила? Ого, стал Данилой? — Даня. — Поправляет рыжий. В глазах карих замечает замешательство. — Руся. — Со стороны все напоминает повторное знакомство или ситуацию, где два психа друг другу мозги трахают. Да вот на деле это... Как собственный язык. Сокращают дистанцию оба? Неужели новый уровень, а не пинки по хуям? — Хорошо. — На такое Тушенцов глаза расширил. Взгляд направил на Илью, который старался всеми силами не спалиться из-за радости, что Руслан станет меньше ебать мозги. Но кто, мать вашу, слишком чуткий во внимание? Данила. — И что ты ему рассказал, а? — Послышался шепот возле уха, который заставил волну мурашек проснуться и начать путешествие по телу. Путь держали с пяток до щек. Смущение не вовремя, его нужно скрыть. Шатен отвернулся, руки в карманы убрал, чтобы на ощупь найти там пачку чапмана, да не успел он ее сам достать, как Даня в очередной раз без слов свою протягивает вместе с зажигалкой. Как им удаётся молча друг друга понимать? А вот когда говорят, то на двух разных языках для друг друга. Волшебные идиоты. — Бля, ты до сих пор эту парашу куришь? — Шутливо выговаривает Замай, заставляя Русика улыбнуться.

⋆⋆⋆⋆⋆

1 августа 2016 года

★Ханнамонтана — Пошлая Молли★ Неон вокруг, много девушек в открытой одежде, чьи бедра постоянно жмутся к паху, заставляя кровь туда спускаться. Пьяное тело, нетрезвые мысли и неосознанные действия захватывают все вокруг. Захватывают попытки разглядеть в мире что-то разумное и что-то яркое без спирта. Алкоголь — тоже наркотик, только немного другой. Он даёт расслабление и чувство, что ты нужен хотя бы ему. Ты для него сосуд, который нужно заполнять градусом. Слишком много веса на столе, поэтому приходится пачкать свою карту, чтобы построить свою белую полосу удовольствия. Нельзя мешать алкоголь с этим, но на все "нельзя" у Руслана Тушенцова свое "можно". Теперь почти моментальный приход, от которого ноги напоминают пружины. Заставляют упасть на большой диван к девушкам, одна из которых грязно садится на колени, мучает его губы своими, прикусывая и оттягивая. Руслан только и может отдавать желаемое, потому что желает сам. Минуты мерзкой ласки могли прекратиться, но нет. Брюнетка спускается на пол, напрягает свои колени в колготках в сеточку, а руками расслабляет мужской ремень с тяжёлой металлической бляшкой, которая обсыпана переливающимися стразами. Стягивает джинсы и нижнее белье, проходится языком по гладкой коже лобка, а следом спускается все ниже. И всем будет плевать на минет, который делают на чужих глазах. Аморальное общество или аморальная пара для соития? Аморальные тут все. Зелёные глаза смотрят сквозь слезы на лицо, выражающее эйфорию, и дама продолжает брать в рот все глубже и глубже, увеличивая темп, а также издавая влажные звуки. Тихий мужской стон, семя попадает в рот и его сглатывают. — Вот это привычное для Руслана. Вот это, сука, почти каждый его день на протяжение трех лет. После этого человек забудет ценность любви, забудет, что такое хрупкость человеческих чувств. Втрахивая блондинку в кровать — Руслан думал, что это просто секс. Трахая на столе девушку с каштановыми волосами — Руслан думал, что это грязно. Вылизывая грудь очередной брюнетки — Руслан забыл значение слов "искренность" и "невинность" Такой человек может ставить чужие чувства в приоритет? Маловероятно. Его могут этому научить? Да. Каждый? Нет. Даня? Только он и сможет. Сможет научить всему. Да Дани сейчас нет. Сейчас есть бухой Руслан, которому отсосали и ушли. Видимо, за красивую мордашку. — Йо-оу, ты че один? — Говорит Замай, садясь рядом. Смотрит, как шатен джинсы застегивает и усмехается. — Ого, опять минет на халяву? Да ты самец пиздец. — Ебал я этих шлюх во всех смыслах. Грязные мрази, которых жизнь не уважает. — Ворчит тот, голову в конечном итоге на диван сбрасывая. — Ты ахуел?! — Послышался какой-то женский голос из-за спины. — А ты кто? Если трахались, то тоже шлюха. Если шлюха, то иди нахуй или отсоси. Идет? — Выговаривает Руслан, в мерзкой улыбке расплываясь. Получает на это порцию оскорблений и криков, но забивает хуй. Он знает, что задел за живое, а ложь живой быть не может. — Жёсткий ты, на лучше, выпей. — Со столика окола дивана Андрей берет бокалы с крепким. Руся выбирает из какого будет пить, а следом жидкость попадет в рот, в горло и в желудок, где смесь всего говна. — Не я жёсткий, жизнь такая. — Смеясь, Руслан рукой глаза прикрыл. Кажется, сейчас он осознает, что он в полной пизде. Москва его уничтожила во всех смыслах. Сел на тяжёлые наркотики, марафонил почти по месяцу, в запоях вечных. Учится заочно из-за тиков и приступов, но на хаты даже очки не собирается брать. Ебануто эгоистичный казус человечества. — Ты часто скучаешь по прошлому? — Резко начал лысый, заставляя открыть тяжёлые глаза. — Я скучаю только по Дане. — Скучать — это одно. Это знаешь, как было бы хорошо, если бы человек был здесь. В твоём случае это... Страдание. — В цель попал, отчего к сердцу стала ближе чужая рука. Ощущение, что это сердце способны сжать, чтобы оно не подпускало к себе никого и никогда. Страдание? Даже если так. По друзьям разве так страдают? Тут страх объявиться. Тут запрет писать. Если напишет? Наказание. Отец ловил с наркотой его, а Руслан ловил его с браком оружия, которое он продаёт. Руслан никуда не подаст на него, а отец смело может испортить жизнь одной бумажкой с нужной подписью. Все слишком в пизде. — Давай закурим? — Говорит Тушенцов, из кармана с трудом достав пачку чапмана с вишней. — Бля, ты до сих пор эту парашу куришь?