Грязный панч.

7 Декабря 2013 года

Дети, бегающие по коридорам, не дают сделать лишний шаг в сторону. Визг мелких, недовольные возгласы старших. Учителя, которые не могут держать ребят в узде только и делают, как кричат речи про дисциплину, на которые хулиганы клали огромный и жирный. Данила всегда изображал на лице какую-то подлость, даже в том случае, если ему было побоку на все окружение. Тяжёлые шаги, которые ширкают по школьному полу, направляются в раздевалку. Он переобуваться? Нет. Постоит несколько минут между вешалками, получит ими же по затылку, повесит куртку и пойдёт сливаться с толпой ребят, чтобы его не заметили дежурные учителя. Поднимается по главной лестнице, рассматривая лица учащихся. Да вот в спину толчок получает, не сильный, а просящий внимания. Сразу ясно, кто это. Кашин на пятках развернулся, поправляя рюкзак на плече. Смотрит, а перед ним Тушенцов. Хмурится, весь искрится пассивно-агрессивным настроем. — Я тебе ору, блять, уже минут пять. Подождать не мог? Индюк. — Ворчит Руслан, выравнивая шаг с Даней, который устремился на подъем по лестнице. — Прости, Русик, я в мыслях лихачу. — Мямлит ржавый, взгляд на пол спуская. — Слушай, мне тут пацан сказал, что ты за спиной моей что-то говоришь. Про меня. — Говорит неуверенно, будто боится получить плохую реакцию, которая не вписывается в планы дня. Страхи оправданы. — Идиот? Максимум говорил, что со мной везде ходишь. Тот типа шутить начал, что ты как собачка, а я посмеялся. — Для Руслана в этом не было чего-то обидного. Для него это обычные шутки, но шатен никогда не учитывал, что люди могут быть разными. — Мне неприятно. Надо мной ржут все, как ебланы. — Продолжает Данила, получая в ответ только парочку хлопков по плечу. Видит взгляд равнодушный, в котором мелкий огонёк власти мелькает. Понимает, что разговор окончен. — Ладно, прости? — Даня в очередной раз просит прощения за то, где не виноват. Но ругаться не хочется, терять не хочется. Лучше сожрать, хоть это потом и аукнется. — Да забей, погнали лучше в учительскую. — Теперь на смуглом лице появляется хищная и довольная усмешка. Такая смена эмоций заставила Даню прийти в недоумение. — Зачем? — В чайник харкнем, мне физичка, сука ебаная, две двойки поставила за поведение. — На такое рыжий расплывается в улыбке, скидывая с уст «ляяя, погнали».

⋆⋆⋆⋆⋆

★Зависимость — pyrokinesis★

Суббота - 21:34 - 26 Октября.

Коли выпадает случай: то одни винят других, что с теми ничего путного не

получится.

Это выглядит все в купе. Так, как будто бы глухих осуждают слепые люди. И, не понимая, скалят, как бешеные, клыки.

Свой же тянут поводок, но всем вешают ярлыки.

Но какой ты ни пришей таки — самые великие из нас способны выбирать ошейники.

⋆⋆⋆⋆⋆

— А ты в себе разберись, каждый от чего-то зависит.

Пойми, он ничего не решает. —

— Хочешь сказать, что все будет иначе?

Все будет также. —

Зачем нам это все?

Я не знаю. Я не знаю. Я уже ничего не знаю.

...

— Да любви вашей нет! Это глупость и ебаный бред, проще нахуй послать! — Доказывает Кашин Давиду, который сдерживал смех. Все знали позицию Данилы. Не верит и все. А как он объяснит отношения других? Опыт. Все это опыт. Как опишет брак? Безысходное положение людей, которые хотят детей. Не видел он в любви ничего. Не понимал этот термин, не понимал тезисы по этой теме. Его мнение оставалось прежним долгое время. — Да остынь, полудурок! Мы в парадной, а не на улице. — Перекрикнул друга Онешко. Он вздохнул, откидывая голову на пошарпанную стену, от которой голубая краска готова отклеиться пластом. — И че? Похуй, рот не затыкай мне. — Умерив пыл, Даня вновь сел на ступеньку, где был Руслан. Втыкал в телефон, играя там во что-то свое. Ему вообще плевать было на слова рыжего. Сам такого же мнения, чему возмущаться? — Сразу видно, сил набрался! — Иронии захотел добавить Кузьма. — Блять, Никитос! — Прокричал Даня, дотягиваясь до того, чтобы по ноге слабо дать. — Лихачит уже, погляньте! Че за допинг? Кто из могилы достал? — Шутит уже Хованский. — Мать святая богородица отсасывала, пока спал. — Отшутился ярко, заставляя смех подняться. Даже Тушенцов отвлёкся от игры. — Молодые люди, мы вам всем домом не мешаем? — Внезапно послышался строгий пожилой голос. Все ребята утихли, оборачиваясь на бабушку. Рыжий потянулся к макушке своей, начиная волосы мучать. Делал вид, что не при делах. Давид того коленкой пнул, ибо сидел на ступеньку выше, заставляя проблему разрешить. Голубые глаза моментально закатились, а вздох безнадеги вырвался с губ. — Просим глубокие извинения, больше не будем тревожить, клянусь отцом. — Последнее сказал специально, заставляя других напрячься, чтобы не засмеяться. Пожилая женщина только ахнула, рукой отмахиваясь. Ушла в квартиру со словами «Бог вам судья». От таких слов поперхнулся Руслан, который этого бога во все щели и по кругу. — Ну че, отец в какой раз в гробу перевернулся? — Шутит Давид, получая порцию смеха. За окном темно. Тучи усугубили ситуацию, сгущаясь на небе. Захватывали все звезды, умудрились захватить луну. Фонари не включают какой год, чтобы сэкономить на свете. Там глаза выколоть мало. Кажется, что даже так будет светлее. Время постепенно подходит к одиннадцати часам вечера-ночи, поэтому ребята постепенно начали расходиться. Руслан избегал сегодня Данилу весь день, а все после глупой шутки, которую рыжий уже и забыть успел. Но тот нет, тот показывает свой характер сквозь обиду. Как же с ним сложно, сука. Данила устал находиться в бурных разговорах, поэтому поднялся с места где-то в двадцать минут двенадцатого. Какого было его удивление, когда следом встал Руслан, также начиная со всеми прощаться. Вышли они из подъезда вместе. Данила достал пачку сигарет, а следом и табачную палочку. Видит щенячий взгляд на сигаретах и без слов понимает, что Тушенцов их в общаге забыл. Томный выдох и пачка уже протянута шатену. — Бери, пока дают. — Промямлил Даня с зажатой губами сигарой. Руслан показушно голову отвернул, что смешок вызвало. Блять, вот гондон. — Сука, сейчас насильно возьмёшь. До трех считать? — Постарался старший показать раздражение, но получил на это только фак и агрессивное отбирание пачки. Пальцы в наколках шустро взяли сигаретку, отдавая пачку обратно. Наблюдает, как Данила прикуривает, а следом руку протягивает. Правда рыжий заметить не успел ладонь, поэтому их совместный розжиг погрузился в карман куртки. Только потом обернулся, недовольно цокнув. — Ты и ее забыл? Пиздец ты растяпа. — Ругается, но не так, как обычно. Скорее так, словно близкий человек отчитывает. Вновь в карман тянуться не хотелось. Глаза наблюдают, как шатен сигарету губами сжимает. Чтобы тот не опомнился, Данила быстро к лицу приблизился. Сигаретой к чужой прижался, смотря на кончики, чтобы подловить нужный момент. Неловкое молчание, ибо в мыслях нет даже вопросов. Просто ступор, который шатен не показывал видом. Стоит, будто вкопали его ноги в асфальт, да глазами хлопает. — Пошло? — Шепетом пробормотал Данила, бровь вопросительно поднимая. — Да. — Ответ краткий, что есть силы. Заставляет отстраниться сразу же. — Долго мозги молчанкой трахать будешь? — Сразу добавляет Кашин, когда они отошли от места. — Сколько захочу, столько и буду. — Отвечает так, словно плевать. Хочется в глаза Руса посмотреть, которые молчать не умеют, да не время. — Ты меня заебешь. — Исправь меня. — Ты о чем? — Поменяй меня, если таким я тебя заебу. — Блять, ты серьёзно? Еще и на это обидку кинешь? Проще от тебя по съебам дать, чем изменить. — Не-ет. Я от тебя не уйду. — С ехидной усмешкой говорит Тушенцов, резко останавливаясь на половине пути. — Будешь до конца жизни меня терпеть. — Добавляет тот, когда собеседник остановился и встал напротив. — Угроза? Теперь месть будет такая? — Недовольно возражает Кашин, сигару оставляя между пальцев. — На другую тебе будет похуй. — Тушенцов слишком много себе позволяет, а Данила молча терпит. Понимает, что когда-то все слова эти вновь приведут к скандалу. — А если мне будет похуй на тебя? — Вскидывая брови, проговорил Даня. — Тебе не будет похуй на меня. — Мне уже похуй на тебя. — Ты не умеешь врать, Дань. — А ты не умеешь ценить. Тишина. Руслан замер ненадолго, но вскоре тот обошёл старшего, начиная держать отдельный путь. Данила пошёл следом, но догонять не стал. Был на два шага дальше, чтобы, в случае чего, вновь рядом идти. Да не было причин выравнивать темп, поэтому до комнаты они дошли отдельно друг от друга. Когда в комнату зашёл Кашин, Руслан уже переодевался. Да так дышал злобно... Хуже, чем материнское наказание тишиной. Теперь рыжий не собирается вновь начинать диалог. Он просто начал делать все то же самое, но перед этим закрыл дверь на щеколду. ★Колыбель На Судный День — PHARAOH★ Их дни напоминают сплошную каторгу. Качели? Да тут уже американские горки. То тепло, то холодно. Играют в вечные гляделки и прятки, которые чередуются между собой. Руслан прямым текстом сказал, что Даня обречён на отсутствие покоя. Может когда-то они выйдут на новый уровень? Не будут страдать хуйней, например? Данила втыкал в свой телефон, листал бесконечную новостную ленту. Лежал, одну руку протиснув под свою голову. Все было тихо и спокойно, даже про Руслана на миг забыл. Но этот миг испортил сам Тушенцов. Не до конца поняв, что произошло, Данила обернулся к стене. Следит, как туда укладывается Руслан, поворачиваясь лицом к лицу. Картина заставила нахмуриться и чутка дёрнуть головой, спрашивая, что за пиздец он решил устроить. Ответа не было. Вот гад, блять. — Так, понял, тебе нужно внимание. Заебался в тишине сидеть, но первым не собираешься говорить. — Выговаривает Кашин, немного отодвигаясь, чтобы у шатена больше места было. — Но можно было просто что-то в меня кинуть. Не додумался? — А ты не додумался, что я просто сюда хочу? — Ворчит шатен, взглядом начиная пилить. — Я могу лечь на твою кровать, а ты будешь на моей. Идет? — Сразу замечает, как взгляд становится у Руса более твёрдым. — С тобой. — Как отрезал. Тушенцов, словно демонов из себя выгоняя, вздохнул шумно, а на выдохе недовольно прокряхтел. Видит каплю иронии в голубых глазах, готовясь к шуткам морально. Но рыжий решил промолчать, зная, что такая близость, которая по инициативе Руслана случилась — на вес золота. Остаток времени перед сном две пары глаз смотрели в один экран, изредка смеясь над мемами или глупыми роликами. Но все подходит к концу. Рыжий действительно думал, что Рус сейчас обратно к себе пойдёт спать, да ошибся. Когда телефон уже был поставлен на зарядку, а голова рыжего спустилась ниже на подушку, Руслан проговорил. — Все сходят с ума по-своему. Знал об этом? — Намекаешь, что мы психи? — От такой ситуации едет крыша. Руслан лежит рядом, собирается спать, блять, рядом. Да ещё и спрашивает что-то на своём, на философском. От такого появилась истеричная усмешка, ее невозможно контролировать. Они оба едут крышей. — Да. — Пробубнил уже сонно. Глаза были закрыты и, видимо, очень даже расслаблены. Веки не дрожали, а тики не думали захватывать мышцы... Даня даёт такую гармонию ему? Обстоятельства? Почему так хорошо? — Спи лучше, гений. — Басистым и немного хриплым голосом высказал Кашин, завершая разговор.

⋆⋆⋆⋆⋆

Уснул он не первым, первым вырубился сосед по комнате. Рыжему оставалось слушать звуки в попытке уснуть. За окном лай собак и звуки машин. Гул ветра, который не собирался затихать ни на секунду. Под ухом тихое и умиротворенное дыхание Руслана. Он захватил чужое тело сразу, как уснул. Уложил голову в изгиб шеи, руки подобрал под собственную грудь, а одну ногу закинул между коленей Дани. Ржавым нагло пользуются. Словно он — это личная вещь Тушенцова, у которой нет права стать чьей-то еще. Нет возможности даже позу сменить. Данила тот ещё амбал, но не с Русланом, по крайней мере сейчас. Тот слишком тихий, слишком, блять, милый. Даже противно от такого. Противно, что такое есть в мыслях Дани. Правда... Организм на Руса иначе работает. Игнорирует мысли и погружается в крепкий сон. Сон, где нет ничего лишнего, кроме сладкого сопения под ухом. Возможно это чересчур для них? Возможно. Им находиться рядом трудно? Трудно. Хотят ли они быть рядом? Хотят. Плевать, что ненависть берет контроль в свои руки. Плевать, что они могут резко взорваться. Плевать, что вечные побои — это уже обычай. Сука, им плевать на все. Главное быть сейчас рядом, быть на одной кровати и тихо спать. ★Я ненавижу людей — Грязь★ Сон был крепким до беспамянства. До звонка. Резко по комнате разошлась песня, заставляя вздрогнуть и сразу подняться. Руслан, который от этого лицом воткнулся в подушку, начал сквозь сон возмущаться. Его хриплый сонный голосок, похожий на рычание дикого зверька, послышался из-за спины. — Сука, выруби эту парашу и ложись обратно. — Ругается. Смешно ругается. А что? Без Дани прохладно и неуютно. Да вот рыжий не послушался, а потянулся к смартфону. Видит, что звонит Давид. Время, блять, позднее. Почти пять утра. Ясно будет каждому, что что-то случилось. Даня поднимает трубку. — Родной, че стало? — Голос сонный, точно такой же, как и у Руса. — Блять... Я в фарш, братан. На улице какие-то ебланы выловили, ебало в мясо, а я встать не могу. Арине не хочу звонить, сам понимаешь. — Тот еле говорит, а с каждым словом появляется отдышка. Ударили те ублюдки еще и в солнечное сплетение, видимо. Глаза у Дани резко насторожились, а сам парень проснулся моментально. — Так... Скинь локацию свою, я сейчас подскочу. Постарайся на лавочку куда-то сесть, я хуй знает. — Выговаривает тот, начиная вставать. Пока говорил — телефон плечом прижимал к уху. Открыл свободной рукой шкаф, вытаскивая оттуда спортивные штаны, футболку и олимпийку. То, что быстро можно надеть. — Сорян, что разбудил. — Прокряхтел тот. — Ты ебу дал прощение просить? Я сбрасываю. Жду локацию и лечу. Телефон, после сброса, был откинут на пустую кровать Тушенцова. Быстрые сборы из-за очередного стресса заставляют голову кружиться, а в глазах темнеет. Низкий гемоглобин не даёт себя забыть, что как раз не кстати. От вечных догадок, кто это мог быть, его отвлек голос. Уставший, спросонья, недовольный немного, но по большей части встревоженный. — Ты куда? — Растирая ладонью глаза, выронил Руся с уст. — По делам. — Отвечает на скоростях, будто стероиды выжрал во время сна. — По каким? — Продолжает Тушенцов. — Ебать тебя не должно, Руслан. Спи и не еби мозг сейчас. — Сука. Прыскает максимально грубо. Он не хотел говорить это таким тоном, но опомнился слишком поздно. Заметил, как в чёрных бусинах копится разочарование. ★Ненависть — ЩЕНКИ★ — Я тебя ненавижу. — Тихо и монотонно высказал Руслан, начиная вставать с кровати. — Я тебя тоже. — Также тихо ответил Даня. Звучит, мать вашу, слишком уж правдоподобно. Дверь открывается, рыжий уходит с громким хлопком, в очередной раз оставляя Руса одного. Внутри кипит все. Ревность? Блять, она тоже была. Он не знал, к кому Даня рванул. Причину — тем более. Но, сука, откуда в коллекции чувств всплыла ревность? Ей тут не место явно. Ее тут вообще не ждали. — Да пошёл ты нахуй, ебаный... Блять... Кто ты нахуй? Как тебя еще назвать, сука! Я все свои слова уже проебал! Какой ублюдок. Уебок, нахуй! Сын шлюхи, блять. — Взрывается на ходу. Как только вспоминает его, так изнутри все на узел готово затянуться. Слишком много эмоций, слишком много гнева. Проступок невелик. Но, когда ты буквально спишь с человеком, а потом получаешь такое отношение, то может элементарно всплыть ощущение дешёвой шлюхи, которую бросили после траха и денег не дали. Слишком грязно и мерзко. Слишком, блять, больно и неприятно. Взрыв. С тумбы одной рукой Руслан все сметает, а следом переворачивает свою кровать вверх дном. Все постельное белье на полу, матрас откинул к стене, задевая настенные часы, которые сразу же падают на пол, разбиваясь в миг. Осколки разлетелись по полу, но это не волнует шатена. Сейчас ему хочется выпустить все, что он чувствует. Был бы тут Даня — можно было бы избить. У Русика явные проблемы с выдержкой. Он слишком требовательный, а когда не получает то, что хочет — готов на любое дерьмо, лишь бы сделать также больно, как больно сделали ему.

Месть — за местью. Панч — за панчем. Ненависть — за ненавистью.

Это же ебаный круговорот. Данила все еще держался, не начинал мстить в ответ, хотя мог и может до сих пор. У Тушенцова идея. Идея, которая убьёт между ними, возможно, многое. Импульсивность у него страшная, правда далеко не приносит хороших плодов за собой. Руки в спешке находят ножницы, а дверца шкафа раскрывается. План ясен? Ясен. Перерезать шмотки к хуям, чтобы он больше так не сбегал без оправданий. Футболка за футболкой. На полу полосы ткани, напоминающие радужную лапшу. Зато гнев отпускает. Руслан эгоист в такие моменты, а сейчас такие моменты появляются из раза в раз, поэтому эгоистом приходится быть постоянно. Он уже смирился, что его лицо будет в самом хуевом виде. Уже смирился, что может от чужих рук в своей крови захлебнуться. Да и плевать. Если Даня его убьёт — хуже кому? Дане. Ему же срок сидеть, а не Русу.

⋆⋆⋆⋆⋆

★Prime-crime — LIL THE NEEL★ Шаг сменяется на бег, когда Даня покидает общежитие. В телефоне локация, хорошо, что недалеко. В кармане спортивных штанов ножик-бабочка, который мешал, ибо вечно бился об ногу. Ночь, холодно. Даня не надел даже куртку, слишком спешил. Воздух в груди разрезал все. Холодные потоки кислорода раздражали слизистую рта и носа, поэтому бежать было невыносимо вдвойне. Поворот, ещё один поворот за угол, который был изуродован ебучими рисунками и координатами. Бег по прямой и на глаза попадает фигура. Давид сидел на бордюре, согнувшись в букву зю. Сплевывал сгустки крови, голову держал между раздвинутых ног, чтобы не испачкать одежду сильнее. Замечает, что к тому Даня подбегает и старается подняться, да не получается. Слишком болит нога, на которую он принял больше ударов. — Блять, пиздец тебя помотало. — Нервно говорит Данила, садясь на корточки напротив друга. Поднимает аккуратно кровавое лицо, рассматривая побои. Там невозможно даже что-то разобрать. Бровь разбили в говно, глаз поплыл, походя на глаз демона. Губы все распухли, скулы? Скулы вообще пиздец. Только лоб был более менее цел. — Я не рассмотрел их. — Речь понять максимально трудно. Подозрение на перелом челюсти. — Забей, братан, я разберусь. — Лил старается держаться уверенно. Привык, что на его реакцию и состояние ровняются. — Не смей лезть, блять.. — Начал кашлять. Неужели ещё и ребра не в порядке? — Тебя бы в больничку надо отправить. Я скорую вызову, мы не дойдём. — Продолжает гнать свое. — Лил, не лезь. — Шепчет уже Деймур. А Даня иначе не сможет. Данила не умеет друзей в беде оставлять. И плевать ему будет, если его роже достанется сильнее. — Буду. Я буду лезть. Кто главный? Я. Пока я главный, моих, сука, и пальцем не должны трогать. — Это он ещё не знает, что его паренька убили. — Дань.. Помнишь у Сокола наш был? Его убили. — Теперь знает. Лицо сразу бледнеет. Трупов он видел много. И своих парней, и чужих. Но каждый раз реакция одна. Нужно что-то придумать в срочном порядке. — Ладно... Он сам напросился туда, зачем сожалеть? — Говорит рыжий, начиная набирать скорую. — Отдав деньги, мне показали его голову. — От воспоминаний становится дурно. Тошнота пробирает все тело. — Сказали, что следующая голова.. Руслана. — Вытягивает из себя с опаской. Почему не сказал раньше? Потому что Даня был в говно. Смотрит на Данилу, который все сильнее и сильнее вводит себя в крайность. Брови хмурит, начиная без действий смотреть в экран. — Мы не выйдем оттуда без крови. — Продолжает Деймур, понимая всю ситуацию. Понимать ее не хотелось. Не хотелось в этой ситуации, сука, быть. — Не думай об этом сейчас, ладно? Руслану ничего не сделают. За его сохранность в ответе я. — Экран телефона и вызов скорой уходят на второй план, когда уши ловят мучительный стон. — Дав, держись, лады? Я все решу. Если сделаю только хуже, то максимально отстраняю вас. Я тебя сюда затащил. Я сюда затащил Руслана. Решать буду сам. — Теперь экран вновь включается. Звонок в 112 и вызов скорой на место. Заняло от силы две минуты. — Сука, какой ты... Сумасшедший, блять, — возмущается Деймур, — на Руслана у них есть план. Я не знаю какой. Но убери его от всех дел с наркотой.

Блять.

Сука.

Все максимально хуево.

Руслан Тушенцов

«Можешь спать на улице, уебок.»

Нет. Вот ТЕПЕРЬ все максимально хуево. — Да я ебал его рот! — Резко вскрикнул Данила, показывая Даве телефон. Такое сообщение заставило друга посмеяться с трудом, хотя Даниле было вообще не до шуток. — Какой же он даун, блять, у меня не хватает на него нервов. — Продолжает рыжий, поднимаясь с корточек. Парень со всей силы пинает какой-то камень, а потом вновь падает на корточки. Телефоном бьёт свою макушку, придумывая новые обзывательства в адрес Русе. Слов уже нет таких, чтобы описать уебанские поступки Тушенцова. Сначала делает, а потом с невинными глазками сидит. Мразь, блять!