Грязный панч.

Среда - 15:23 - 20 Ноября.

★болезнь — cold carti★

Наконец-то прозвучал хлопок двери, который оторвал Руслана от просмотра ютуба. Шатен быстро поднялся с постели, а следом выбежал в тапках рыжего к прихожей. — О, полон сил? — Спрашивает Данила, из кармана куртки три коробочки с таблетками достав. — Почитаем способ применения, и ты будешь пить их. — Добавляет тот, в руки смуглые таблетки отдавая. — Да понял я, понял. — Недовольно отвечает Тушенцов, начиная на кухню идти. — Все? Паники пока нет? — Вслед говорит Даня, стягивая верхнюю одежду и обувь. Пошёл следом, но для начала зашёл в ванную комнату, чтобы помыть руки. Глянул на себя в зеркало, печально взгляд на осмотр лица отправив, а следом звучит тяжёлый выдох. Уставший, с каплей смирения и с морем переживания. Кожа лица сталкивается с холодной водой, после руки притягивают махровое полотенце к лицу, чтобы его осушить от влаги. Вновь взор на зеркало. Замечает синяки под глазами, что появились от недосыпа. С каждой секундой все сильнее хочется срезать собственное лицо. Теперь тревожность стала сильнее. Не только за Руслана, но и за то, что вообще между ними происходит. Потрахались, сейчас лелеят друг друга, вечно присматривая за решениями каждого. Вроде все хорошо, нет ссор, больше спокойствия и тишины между ними. Хорошей тишины. Да вот... Мысли забиваются новыми вопросами. Рыжий не знает, думает ли Тушенцов вообще об этом, но складывается отчётливое впечатление, что шатена все устраивает, кроме кошмаров и страха, которые сейчас за ним по пятам блуждать готовы. Сзади послышались шаги. Рыжий наконец-то оторвал свой взгляд от собственного отражения, повернув голову к источнику звука. В дверном проёме стоял Руся, глазами с подозрением бегая по старшему. — Что случилось? — Начинает диалог рыжий, дабы это "подозрение", которое тут ни в пень ни в колоду, убрать. — Это я должен спросить у тебя. — Бурчит тот, заслонив проход. Недолго постоял, да в комнату зашёл, дверь за собой закрывая. — Бля, Русь... — Отчеканил Данила, садясь на бортик ванны. Лоб протёр, а следом голубые глаза, наполненные серьёзностью и стойкостью, были направлены прямиком на Тушенцова. — Мне кажется или мы проебали момент обсуждения нашего траха? — А че тут обсуждать? Потрахались и потрахались. — Уже настороженно звучит тональность голоса. Давление сразу поднимается от диалога. У Руслана ведь на всё всегда одна защитная реакция: напор с агрессивным подтекстом. — Ну... Бля, для тебя это похуй? — Ироничный смешок слетел с губ. Блять, уже мозг плавится от Руслана. Уже все плавится от одного, мать вашу, Руслана. — Да, а не должно быть? — Хмурит свои брови темные, спиной к стене прижимаясь. — Стой, ты сейчас к чему вообще? Мы просто потрахались же. Это нет смысла даже вспоминать. — Словно обычная вещь. Замечает, как взгляд Дани мельком меняется, да прочесть его не может. — А... Ну раз так, то без б. — Холод. Серьёзно? Холод? Кашин руками свои ноги потрепал, поднялся, начиная дверь ванны открывать. — Ты куда? — Спросил Рус, но за последний день этот вопрос стал слишком привычным. — Гулять. — Словно отрезал. — Ты даже не поел! И там холодно! Да и кто днем выйдет?! — Тушенцова будто подменили... Взрывается на пустом месте, а если ещё к этому добавить тот факт, что рыжий куда-то собрался — все, пиздец. — Обойдусь, бро. — Бро? На это Руслан опешил. Его никогда в жизни так быстро не удивляло какое-то единственное выражение. Парнишка брови в удивление поднял, а глаза выпучил, будто перед ним не Даня, а дракон. Бро, блять. Ну вообще сказка. Шатен стоит, упирая руки в бока, да без слов наблюдает за недовольством сожителя. Даже и слова как-то подобрать трудно... Голова с удивлённым лицом несколько раз в сторону повернулась, в надежде, что такой трюк, которые обычно делают милые собачки из-за недопонимания, поможет. — Так... Ладно, когда придёшь? — На вопрос Руслана, который уже звучал спокойно, Кашин просто, сука, хлопнул дверью и ушёл. — Ахуеть не встать... — Под нос пробубнил Рус, руку к затылку протягивая. Весело, конечно. В мыслях остался только один вариант событий: Данила попсихует и придет. Ну не мог же он на такой пустяк разозлиться?.. Или для рыжего это вовсе не пустяк?

⋆⋆⋆⋆⋆

★Малолетняя любовь — ФОГЕЛЬ★

Руки шустро принимают удобное положение в карманах, сжимаются в крепкий кулак, следом оставляют силы и расслабляются. Возможно это неправильно, что он ушёл... Но Руслан же вечно уходил, так чем Даня хуже? Он не хочет сейчас начинать скандал, он не хочет начинать очередную ссору из-за того, что между ними непонятный арт-хаус. Если Тушенцова устраивает то, что между ними — вопросов нет. Значит Данила будет держать исключительно такой уровень. Сам бегать не собирается.

Бегать?

Именно, блять, бегать. Ну нихуя это не "обычная" тяга к шатену с трудным характером. Даня его.. — Эу! Рыжий, ты че тут ходишь? — Сбоку послышался крик знакомый. Данила на обращение повернулся, немного брови приподнимая. Из мыслей вырвали нагло. — О, Дав, саламчик. А ты че не дома? — С усмешкой говорит Данила, начиная идти к другу. — Да с Ариной поругался, выгнала меня... — Послышался вздох, а после брюнет глаза закатил. Как только Даня подошёл, то те пожали руки. — Руслан там как? Отошёл после вчерашнего? — Он? Да пиздец он. Вот сейчас таблетки будет пить, чтобы спать нормально. Ужасы, вся хуйня. — Выговаривает шустро. — А на улице че забыл? Дела какие-то или как? — Добавляет Деймур, за парламентом руки в карман убирая. — С Русланом поругался и по съебам дал. Ну не поругался... Ушёл, чтобы не было срачки короче. — Рука с веснушками приняла ответную позицию, начиная доставать из кармана сигареты и зажигалку. — Бля... Хуево. — Подтвердил он фактом, пуская взгляд на осмотр всех, кто вокруг ходит. — Че, вместе отшельничать будем? — Уже менее внятно говорит, губами сигарету сжимая. Протянул руку к Дане, ожидая, пока тот сам прикурит и зажигалку отдаст. — Да. Делать все равно нехуй. — Усмехнулся, тягу делая. — Может соберём пацанов? Юлика там... Никитоса, Антона... Илюху тоже. — Предлагает Данила, пока сигара перемещается в сжатые меж собой пальцы. — Бля, варик ахуенный. Ты соберёшь или мне тоже позвонить? — Давид уже начал к телефону тянуться. — Да зови, хули. Я ща Юлику и Кузьме звякну, ты остальным. Сборы заняли от силы час. И вот все парни наконец-то греются в парадной родной, обсуждая разные темы, да пиво дегустируя из горлышка. Все спокойно, вечные шутки, постоянная ностальгия с историй разных. Все просто замечательно, что и вызывало подозрение. Руслан даже не задрачивал бесконечным потоком сообщений. Хотя чему тут удивляться... Илья же гуляет. Как это связанно? Коряков сразу же написал Руслану, что Даня с ними. А следом постоянный доклад, что рыжий делает. Кашин об этом прекрасно знал, но не смел даже возмущаться. Если Тушенцов заебывает с тем, чтобы ему каждый шаг Дани докладывали, то шатену явно не похуй. Если это не очередной приступ его эгоизма, конечно.

Илья 17:57

Пиво купил кста

Руслан 17:57 Он норм себя ведёте? Ну настроение

Илья 17:58

Не, он хмурый какой-то. Поругались?

Руслан 17:58 Не успели, он ушёл

Илья 18:00

Че у вас успело произойти?

Руслан 18:01 Ну... Кое-че было, после чего даже это не обсуждалось хз, он хотел обсудить, а я чет напрягся и сказал хуйни ну он и ушёл

Илья 18:02

Кое-че это че?

«прочитано»

Ну да, ожидаемо. Тушенцов кинул в игнор, показывая всем видом, что вопрос был лишним. Илья со вздохом убрал телефон обратно в куртку, а следом на себе ощутил тяжёлый взгляд. — Ты чего вздыхаешь? — Добавляет Данила, отпивая глоток алкогольного напитка. — Да так, Рус просто про тебя спрашивал. — Спокойно Илья отвечает. Оказывается, что этого ответа было вполне достаточно, чтобы рыжий забил на происходящее. Кашин лишь начал подкидывать в обсуждение новые темы и ситуации, громко смеясь с шуток Онешко.

⋆⋆⋆⋆⋆

23:41

★Кошка — SIDXKICK★

Немного пьяное состояние, хоть и мысли здравые. Расслабление по всему телу разбежалось, но на ногах Данила стоит уверенно. Сейчас тот поднимается по лестнице. После восьми вечера телефон был готов взорваться от сообщений Тушенцова. «Где ты?» «Когда домой?» «Почему не читаешь?». И многое другое, что могло отменно капать на мозг. Во входную дверь прозвенел звонок, который заставил Руслана подняться с дивана и поставить на паузу фильм. Шатен шустро подбежал к двери, открыл ее, да виновато встал посередине прихожей. Руки по швам, ноги вместе, глаза любознательно следят за хмурой фигурой. — Ты эт, сорян... — Говорит Тушенцов, от чего рыжий уже ахуеть успел. Лицо с веснушками к Русу повернулось, а брови вопросительно изогнулись. — Ну... Я днем спизданул хуйню конкретную.. — Добавляет Тушенцов. — Я привык хуйню с твоих уст слышать. — Все тот же холод звучит. Это заставляет Руслана немного на иголки встать, ибо тот действительно не понимает, что ему следует сейчас делать, чтобы рыжий так его не обливал ледяной водой. — Дань, бля... Меня самого напрягает хуйня, что между нами происходит. — Продолжает Руся, захватив все внимание Кашина, что только снять обувь успел. — И я не знаю... В ту сторону я думаю или нет — Уже тише выговаривает. Щенячий взгляд стремительно следит за тем, как к нему подходит Данила. Рыжий немного наклонился, продолжая требовательно смотреть, мол: «Продолжай». — Мы же явно не знакомые, тем более не друзья, да? — Шатен вокруг да около ходит, заставляя глаза закатывать. — Русь, давай попробуем быть парой? — Данила обогнал. Видел и знал, что Тушенцов не дружит с откровениями и серьёзными темами, Даня понимал прекрасно, что тот клонит именно в эту сторону, да слова найти не может. — Бля, вот даже не начинай шарманку, что мы убьём друг друга, что у нас всегда ебанутые ссоры. Я это прекрасно знаю и без тебя. Мне просто нужно твоё.. — Кашин не успел договорить, как Рус его перебил. — Я согласен. Только есть дохуя критериев, которые ты делать будешь, ясно? Я заебался от того, что ты не говоришь мне свое местонахождение и то, кто с тобой. — Говорит все с таким лицом хмурым, будто лопнуть готов. Согласие его было сложно заметить в потоке недовольства, но Даня услышал прекрасно. Даня сейчас от этого отойти не может. — А ещё никакого Сокола. В целом никакой нелегальной хуйни. — Продолжает диктовать Рус, а улыбка сама появляется, когда он удивление и ступор видит на лице с веснушками. — Да ты ебнулся.. — Прошептал Кашин, спуская голову тому на плечо, уткнувшись лбом. — И последний критерий в том, чтобы ты меня простил за все. — Уже тише диктует Руслан, но эти слова все равно заставили рыжую голову подняться. Рыжий хотел переспросить то, что отчётливо услышал. Он не успел.

★во снах — тринадцать карат★

Тушенцов предвидел этот момент, сразу вовлекая в поцелуй. Да тут грехом будет, если отстраниться захочешь. Руки с веснушками начали стягивать куртку с себя, которая была изначально нараспашку. Сейчас уже все равно, что она скинута на пол. Руслан усмехнулся слабо с того факта, что какой-то ебучий поцелуй может украсть все внимание рыжего. Так ведь было каждый чертов раз.... Каждый раз Даня терял свой характер, стоило Русу только губами прижаться. Да вот если раньше во всем ощущалась грязь, то сейчас уже как-то иначе. Не только из-за неторопливых касаний, но и из-за самой мысли, что они наконец-то все решили. Они вместе, блять. Оба обречены на общий крах, но зато обрели хоть какой-то островок спокойствия в океане вечных перепалок. Две фигуры перебрались в спальню, а жадные прикосновения стягивали друг с друга одежду, заставляя оторваться от губ. — Сегодня твоя оригинальность закончилась на спальне? — Язвит шатен тому в губы, хитрыми глазами по лицу бегая. — Сегодня моя оригинальность закончилась на том, чтобы предложить тебе отношения. — Также язвит Данила, руками обнимая чужой торс, а ладонями пробегая по пояснице нежно. Взаимный контакт взглядов, а не попытки скрыть чувства в действиях. Лёгкие соприкосновения, тяжёлое дыхание куда-то в шею. Руки, что вечно готовы бегать по смуглой коже. Мягкая постель, одеяло, которое напоминает сейчас снежный ком. Подушки, которые Данила положил под Руса: одну под голову ему незаметно положил, когда Тушенцов полусидя опять губы терзал. Вторая подушка была убрана под поясницу Руса, что следом добавит удобства. Сколько бы Тушенцов не выпрашивал поцелуя, Даня все равно отстранялся, но не со зла и не для мести. Ему хотелось не только сладкие губы целовать, но и всего Руслана. Дорожка влажных поцелуев идет с шеи до груди, заставляя чужое тело обмякнуть под таким напором. Да вот шатен почти сразу же вздрогнул, ощущая горячий и мокрый язык на сосках. — Блять, да ты придурок? — Мучительно протягивает, начиная ерзать. Тело само убегало от этой приятной "щекотки" эрогенной зоны, на что Данила пустил смех. Его одна рука прижала Руслана к кровати сильнее, а язык наконец-то начал свои хитрые и ехидные манипуляции по ориоле груди, вырисовывая различные круговые узоры, а следом создавая влажный вакуум ртом, что выбивало шумное дыхание вперемешку с тихими стонами. Когда тело снизу перестало ерзать, то рука с груди начинала плавно спускаться ниже, поддевая резинку домашних шорт вместе с резинкой нижнего белья. У Тушенцова это вызвало слабый ступор. Слишком непривычно, что удовольствие Кашин растягивает. Слишком приятно, что сейчас все идёт не к очередному грязному траху, а к чему-то большему.

★Провода — просто Лера★

Ладонь протиснулась тому в трусы, дразня поглаживая орган, заставляя возбуждение практически сразу же привести член в стоячее положение. Карие глаза закатались даже не от ноющего ощущения снизу живота, а от самого факта, что теперь действительно можно расслабиться. Мокрый язык Кашина начал вести влажную тропинку от груди к самому низу. Оставлять засосы возле паха, пока руки стягивают одежду, оказалось верным попаданием, ибо это заставило ноги Руса сводиться и сжимать меж собой Данилу. — Бля, ты чего? — Немного недовольно пробубнил Даня, когда Тушенцов на локти приподнялся. — Наблюдать хочу, чтобы потом ровно также стебать. — Гордо ответил, а взгляд уловил деталь, которая заставляла растаять. Он бы никогда не подумал, что Данина рука с татуировками слишком ахуенно смотрится между смуглых ляшек. Пальцы рыжего немного впиваются в кожу, а следом слегка поглаживают, лишь бы больше тепла отдать. — Я так нагло не пялился. — Усмехнулся рыжий, наконец-то одежду скидывая на пол. — Тебе просто слишком идёт этот ракурс, может ты тут почаще будешь? — Шепчет Тушенцов, растягивая на лице улыбку. — Лучше бы сказал, что любишь, а не к члену своему напрашивал. — Добавляет с усмешкой, на что шатен глаза закатывает. Поцелуи рассыпались по лобку и внутренней стороне бедер, там Данила умудрился и укусы оставить, чтобы жизнь малиной не казалась. Такая ласка казалась чем-то нереальным, чем-то, что заставит самостоятельно ластиться навстречу к губам и влаге. Даня, смотря на ответную реакцию, улыбнулся во все тридцать два зуба, а следом провел языком по всей длине, да манило это бешено, забирая силы возмущаться. Мокрые движения окутали головку, выделяя ей больше внимания. Рука издевательски дразнила, сжимая машонку, поднимая тем самым градус ощутимости. Только начал, а уже заставляет вздрагивать. — Если ты сейчас кончишь, то я ахуею. — Издевается, блять. Да от одного взгляда на эту картину можно уже излиться, стоит только во время дрочки ее вспомнить. Ртом захватывает горячую плоть, начиная водить вверх-вниз, помогая языком, что вообще с ума сводило. Руки также помогают. Одна держит темп, следом за ртом поспевая, а вторая бедра ласкает, сжимая, следом поглаживая. Обстоятельства явно теперь удачные, а не по пьяне и не тогда, когда они готовы друг друга убить. — Дань, не мучай, блять... — Протяжно говорит, на гласных звуках в стон все выводя тихий. Кашин взгляд поднял, буквально насильно заставил держать зрительный контакт. — Я тебя ненавижу, понял? — Прошептал Тушенцов, а следом вскрикнул, прогнувшись в спине, что заставило рыжего взять всю длину. Данила немного нахмурился, задерживая дыхание, дабы не было рвотного позыва от резкости. — Блять, ебучие тики! — Возмущается Тушенцов, руку к лицу протягивая, дабы спрятать момент, когда рот с хрустом раскрывается. Данила вздрогнул бровью, но дело свое не закончил. Тот одну руку, что ласкала бедра, переложил на торс шатена, начиная постукивать в разных местах. Руслан помнит сквозь сон, как Даня это делал, чтобы его успокоить. Данила вновь старается, чтобы тот расслабился. На моменте отстраняется, чтобы отдышаться, да говорит. — Я к ним привык, Русь. Все ахуенно, можешь не прятать. — Низким тоном проговаривает, а сам усмехается, когда решается немного приподняться. Он положил руки под его ноги, приподнимая слегка смуглое тело для удобства, ибо подушки стало мало. Руслан немного спустился, откидывая голову назад и томно вздыхая, успокаивая нервные импульсы на лице, да и себя. Очередные прикосновения, снова ласки, снова ощущение тепла и этот паршивый вакуум, который управляет действиями Тушенцова. Словно командует им, заставляя двигаться навстречу. Рука с рунами потянулась к рыжим локонам сразу, как Руся словил первый намёк на то, что скоро он словит пик. Запутавшись пальцами в этих волнистых локонах золота, Руся с силой прижал голову Дани вплотную к лобку, ощущая, как кожа горит из-за горячего дыхания рыжего. Вновь рука управляет, поднимая чужую голову. Сам Руслан согнулся, начиная с трудом дышать. Руки стали не слушаться, а ноги слабо вздрагивать. Данила сам прижался, беря в рот весь размер. Мгновение и по стенкам горла стекает сперма, что заставило Данилу немного нахмурмиться. Отстранился он не сразу, но шустро, показывая шатену фак, заставляя смеяться. Хотя Даня сам принял инициативу, что тому в рот излиться могут, поэтому пусть не возмущается. Рыжий быстро до ванной добежал, сплюнул остатки семени, да рот сполоснул. Он не брезгливый. Просто хочется Руса целовать чистым ртом. Он уважает его. Теперь это можно сказать твёрдо и честно. Сзади шаги неряшливые. Шатен, пока шёл, белье натягивал. Забавная картина, конечно. — Я люблю тебя, кстати. Так же говорят? Да? Правильно? — Нагружает резкостью Руслан, не дав возможность опомниться.

Я люблю тебя, кстати.