Роман с привкусом смерти

      Кабинет Босса Портовой мафии как всегда имел свою особенную атмосферу. Всё на своих местах. А тишину, в которой каждое слово автоматически прибавляло в своëм весе, нарушали лишь шелест бумаги и стук карандашей друг об друга, когда Элис решала выбрать другой цвет для своего рисунка. Именно в этой атмосфере принимались решения что кому-то приносили проблемы, а кому-то мешки денег. Чуя стоял напротив стола, держа в руках папку с расчётами, аналогичную той что лежала перед Огаем. Наверное он был одним из немногих, кто приходя в этот кабинет не покрывался холодным потом и не искал своë сердце, где-то на уровне пяток. Накахара чувствовал себя в этом месте достаточно спокойной и порой даже расслабленно, что наверное нормально для человека являющегося практически правой рукой Босса, и сорванцом грязно ругающимся при нëм же, в прошлом. — Идея простая, — начал Чуя — Мы возвращаем схему с выращиванием камней. Только теперь на новом уровне, за счёт появления Сумико в наших рядах. — Продолжай — Мори чуть прищурился, сцепив пальцы. — Её дар позволяет стабильно держать высокие температуры, что даëт возможность оптимизировать и удешевить синтез, при этом не теряя в качестве. Налаженные ещё в прошлом связи, дадут возможность уже в ближайшем будущем выйти на рынок и за следующие пару кварталов подлатать дыры в бюджете, полученные из-за "Майских событий". — Семь лет назад... Всë новое, хорошо забытое старое, да, Чуя-кун?.. — негромко, рассматривая и отодвигая в сторону бумаги, сказал Огай, после с лëгкой улыбкой подняв взгляд на парня — Мне нравится то как идея выглядит на бумаге, однако насколько она осуществима в реальности? Ты уверен, что владение даром у Сумико выросло до нужного уровня? Не смотря на то что это ваш совместный проект, всë же в основном он будет держаться на ней, как я вижу. — Если бы я не был уверен, я бы не осмелился предложить столь амбициозную идею, босс. Вполне вероятно, что первые партии будут не самой удачно пробой пера, но это допустимые издержки, на фоне того какой результат мы получим в итоге. — Раз уж ты так говоришь, я тебе верю. В таком случае возникает ещё один вопрос, — Мори постучал пальцами по столу — Если Сумико имеет настолько полезный потенциал в таком производстве... может, стоит отправить еë под управление Мацубары? Там ей наверняка нашли бы применение и помогли бы раскрыть дар. — Не думаю что еë перевод это хорошая идея — однозначно ответил Накахара, даже не думая. — Я не говорю о полном переводе. Скорее о том чтобы сделать Сумико универсальным сотрудником, а не ограничивать полевыми задачами. — Не в нынешней ситуации, когда на неë итак оказывается много давления. — Заботишься, Чуя-кун? — В первую очередь я забочусь об организации и оцениваю риски. Не хотелось бы чтобы всë рухнуло, только из-за того что на один винтик было слишком много нагрузки. — Разумеется, — Мори отметил это почти невидимым кивком, будто услышал куда больше, чем было сказано — Но не противоречит ли это твоим же словам о еë готовности к новому проекту? Чем он отличается от помощи инновационо-исследовательскому подразделению? — Тем что проект контролирую я. А я, как еë старший наставник, прекрасно осведомлëн о пределах еë выдержки. — Одобрено, — через пару секунд внимательного молчания сказал Огай и поставил свою печать на документе — Начинайте подготовку, мне уже скорее хочется увидеть, что же из этого выйдет. — Всë сделаем, босс. Чуя уважительно склонил голову и развернулся на выход, в мыслях представляя не самое счастливое лицо Сумико, когда она узнает, во что он еë втянул. Но так нужно было. А вот кому, вопрос уже другой.

///

      Сумико сидела головой лëжа на рабочем столе, словно в ожидании какого-то чуда. Словно пузырëк крови, который ей должны были принести, действительно сможет исправить жизнь к лучшему, а не временно заглушит ощущение полного истощения. — Уверена что тебе нужно именно это? Может просто дунешь? — рассматривая какие-то бумажки, заговорил Кэтсеро, в кабинете которого и сидела девушка. — Я говорила, что завязала — с лëгким раздражением ответила Бэцумия, с таким каким обычно отвечают на докучающие вопросы. — Сильно тогда по шее получила? — усмехнулся парень — Косяк значит под запретом, но упарываться кровью нормально. Это очень странная логика, не находишь? Сумико мельком кинула взгляд на Кэтсеро, тот его уловил и принял за ответ без ответа. Что-то в его голове щëлкнуло. — Подожди... Ах-ха-ха — парень отложил бумажки и хохоча откинулся на спинку стула. — Чего ты ржëшь? Обкуренный что-ли? Кошмар, ты бываешь вообще трезвый? — подняв голову начала бухтеть одарëнная. — Накахара-сан об этом не знает? Боги, ах-ха-ха, нет я абсолютно трезв, просто это умора. Бэцумия ты словно трудный подросток, — парень сел ровнее, протирая глаза с еле выступившими слезами. — Придурок... — под нос буркнула Сумико. — Позволь узнать, а какая мотивация у всего этого? Ради чего ты держишь это в тайне? — Уж точно не с тобой я буду об этом секретничать. — Давай честно, тебе в целом не особо с кем есть об этом секретничать. — И об этом мне ты говоришь? Тот кому кроме меня больше некому было плакаться о своих хахалях? — А-а-ам, ладно, один-один. И всë же... — не успел закончить он фразу, дверь открылась. — Какие люди — протянул Ито, стоящий на пороге кабинета с пузырьками крови в руке — Куколка, так это для тебя? Знаешь я приятно не удивлëн. Бэцумию передëрнуло стоило услышать этот голос. "Из всех возможных людей, почему, блять, именно ОН" Это возмущение прекрасно читалось в еë взгляде, что давил на Кэтсеро. Тот сам недоумевая пожал плечами. — Ито, а-а-а ты чего тут делаешь? — спросил парень, скептично взбросив бровь. — Я абсолютно случайно перехватил эту прелесть у твоего посыльного — прошëл Такеши внутрь с довольной улыбкой до ушей. — Прям случайно. — Прям случайно. Я и сам собирался заглянуть к тебе. Куколка, ты чего молчишь? Не рада меня видеть? — парень остановился за спиной у Бэцумии и чуть наклонился в сторону, да бы поглазеть на неë. — Вспоминаю все известные мне прокляться, чтобы разом кинуть их в тебя — отодвинувшись в противоположную сторону, с призрением в глазах, ответила она. — Всë шипишь, шипишь, а коготки выпустить смелости так и не хватает — утвердительно, с оттенком самодовольства сказал Ито и поставил на стол три колбочки крови. И только сейчас одарëнная обратила внимание на «спрятанную» в пиджаке руку, которая по всей видимости была сломана. — Ты разве не на больничном должен быть? — вмешался в эти воркования Кэтсеро — Больничный это непозволительная роскошь, тем более что рабочая рука то цела — притворно опечалено произнëс Ито, пожав плечами. — Тогда какого фига я сейчас разбираюсь в этом всëм? — возмутился парень указывая на папки с отчëтами, о содержании которых можно было только догадываться. — Потому что ты очень ответственный и сочувствующий коллега решивший позаботиться о калеке. — Калека это уж точно... — усмехнулась Бэцумия. — Ой, кто там щебечет? — Ты где руку сломать умудрился? Ещё и с пальцами. В прачечной с другими извращенцами за трусы дрался? — Очень остроумно, куколка, но чтобы их достать мне не надо ни с кем драться. А это просто неудачная стычка после свидания. — И как с такими вводными Коë-сан тебя саморучно ещё не прибила — бурчал Кэтсеро. — Свидание? — Конечно. Вообще мне по вкусу брюнетки, но то была такая занимательная русая девица... — И очевидно умом тронутая, раз добровольно осталась с тобой в одном помещении — перебила Сумико, а где-то там слегка усмехнулся и Кэтсеро. — Бэцумия, не тебе уж точно об этом заикаться, — в своей манере сказал Ито, потянувшись здоровой рукой к кулону сердца на еë груди — Знаешь очень мило, что ты его всë ещё носишь. — Руку свою убрал, — резко сменила тон разговора девушка, отмахнувшись от руки Такеши и тут же направив на него отросший коготь — а то и без неë останешься. — Эй, давайте вы мне тут мозги делать не будете, и свалите решать свои проблемы где-нибудь в другом месте? — всполошился хозяин кабинета. — Какие проблемы? Никаких проблем. Да, Бэцумия? — невозмутимо с чувством собственного превосходства говорил Ито — Выпей кровушки, успокой свои нервишки. Если осмелишься, конечно. От сдерживаемого желания, одним лëгким движением перерезать извращенцу глотку, еë уже слегка потрясывало. Этот его тон, взгляд, надменная улыбка. Что-то внутри прямо таки призывало расчитаться с ним. Жажда. Нет, почти звериный голод. И всë же взяв волю в кулак, мельком взглянув на заветные пузырьки крови, одарëнная встала с места и пошла на выход. — Que le diable t’emporte! — уходя сказала она и, сорвав с шеи кулон, кинула его на пол.

///

      Чуя быстрым шагом шёл по коридору, на ходу просматривая сообщения в телефоне. День снова растянулся до неприличия, а список дел, казалось, только рос. Он уже почти прошёл мимо, когда знакомая фигура заставила его резко остановиться и оглянуться. Сумико. Одного взгляда хватило, чтобы понять: вымотанная, взвинченная и движимая чистым упрямством. То есть, как обычно в последнее время. — Стоять, — Накахара убрал телефон, развернулся и шагнул за ней, уверенно преграждая путь — И что ты здесь делаешь? Тон был спокойным, но недовольство скрывать он даже не пытался. Взгляд скользнул по её лицу, считывая напряжённую мимику. — Я, кажется, вполне ясно сказал держаться подальше от этого крыла. Чуя чуть нахмурился. Не из-за злости, а потому что последние дни и без того натянули нервы до предела. Неделя почти без встреч. Пара коротких звонков, несколько сообщений среди бесконечной работы, и всё. И вот теперь он видит её именно здесь, в той части здания, где ей сейчас меньше всего стоило появляться. — Здравствуйте, Накахара-сан. Прошу прощения были некоторые причины. Я уже ухожу. Быстро объяснилась Сумико и хотела было идти дальше, но еë остановили, взяв за локоть. — Через час, у меня, обсудим твои «причины». — Прошу простить, но боюсь я не смогу явиться, — виноватым взглядом посмотрела девушка на Чую — Позвольте зайти к Вам позднее. Мафиози несколько секунд молча смотрел на неё, не убирая руки с её локтя. За такую наглость, выпорол бы её, не знай он о вероятных причинах, по которым она так неслась сломя голову. И тем не менее, на этом контрасте между знаниями и ситуацией, официальный тон резанул слух. «Накахара-сан». Каждый раз, когда приходилось контактировать по работе публично, Чуя вдруг осознавал как же странно ему слышать это обращение к себе с её стороны. Будто между ними снова выросла привычная дистанция, словно её сонного «не уходи» вообще не было. Разумом он понимал, почему он звала и будет так его звать всегда, но понимание не отменяло неприятного ощущения. — Позволю… — он чуть прищурился. Ответ прозвучал ровно, без тени раздражения, хотя во взгляде всё ещё читалось недовольство. Чуя отпустил её локоть, но лишь затем, чтобы провести пальцами по её запястью, коротким почти незаметным жестом. Единственным, который мог позволить себе здесь, в коридоре, где у стен, как водится, были уши и весьма богатая фантазия. — Но не слишком поздно — сказал он уже тише, так, чтобы это прозвучало не как приказ, а как настойчивая просьба. — Благодарю. Кратко поклонившись на прощание, она упархнула к лифту, но будучи уже не резкой, на взводе, а отяжелëнной печалью.

///

      До знакового мероприятия оставалась чуть более двух недель. Сказать что все причастные к этой свадьбе были на ушах, ничего не сказать. Согласование меню, встречи с декораторами, примерки платья, дегустация десерта, пересмотр бюджетов, рассылка оставшихся приглашений, заказ свадебных журналов, предсвадебная фотосессия. Куча таких ничтожных и в то же время таких важных дел, что одно за другим высасывали к концу дня всю жизненную энергию. После одного из таких суматошных дней, когда солнца уже не было на небе, молодожëны переступили порог просторной квартиры. Сугияма, с пакетом недоеденых пробников начинок торта, ловко снял свою обувь и прошëл дальше, а вот Бэцумия только и смогла, что стянуть туфли и скатиться по входной двери. — ...и всë же твоя эта аллергия очень проблематична. Начинка пломбирного, сливочного крема с ягодами, точно бы всем понравилась. Да, не сезон, но зато универсальный вариант... — продолжал мужчина рассуждать по начатой ранее теме. Однако стоило оказаться в пространстве закрытом от чужих глаз и ушей, так Сумико стало так глубоко плевать на этот торт и прочую белиберду. Она продолжала молча сидеть у порога, уставившись на красивую люстру в холле. Действительно красивую. Что-то среднее между показной роскошью и современным минимализмом. Сними эти стеклянные подвески и люстра смотрелась бы всë также лаконично. Но с ними всë же было лучше. Придавали они свету какую-то текстуру, объëм, не давая сплошняком заливать всë пространство вокруг. — Жëнушка, ну что с тобой? На тебе лица нет. Расслабься. Я уверен те начинки, которые мы утвердили сегодня, будут не менее вкусными — говорил вернувшийся в коридор Сугияма, видимо обратив внимание на то, что девушка как-то не спешит присоединяться к нему в столовой комнате. — А? — перевела одарëнная взгляд с люстры на него. — Ясно. Дело не в торте, да? —Торт? А, да, сделать его кольцом вокруг фонтана это классная идея, — вставая с пола, как-то невпопад сказала Сумико — Сейчас, пол часика и я уйду, не переживай. — Тебя никто и не выгонял. Вообще-то я наоборот спрашивал какой чай заваривать. Думал, доедим эти пирожные сегодня, чтобы не пропали. Но ты видимо меня не слушала. Голос Сугиямы звучал для неë странно. Интонация, с которой он разговаривал с ней, была странной. Вроде отстранëнная, но в ней не ощущалось грубости или безразличия. В то же время и лëгкости, живости, как при общении с другом там тоже было недостаточно, что уж говорить о нежности возлюбленных. Наверное, наиболее подходящим для описания этой речи было офисное взаимодействие между коллегами. Что-то такое официально-неформальное, когда вы друг другу никто по сути и связывает вас лишь одно место работы. — Я сегодня уже объелась, так что откажусь. — Ты же сама предложила забрать домой. Куда мне предложишь это девать? — опираясь на межкомнатную перегородку говорил мужчина, пока взглядом следил за еле идущей к креслу Сумико. — Съешь сам. Или любовничка своего пригласи. — Я не идиот, чтобы звать «любовничка» сюда. Я же здесь живу. К тому же мы оба не любители сладкого. А вот ты да, насколько я знаю. — Тебе так надо чтобы я осталась? Раз придумываешь эти отговорки. Неужели не надоела тебе за эту последнюю неделю? — М-м-м нет, не надоела. По сути именно вдвоëм мы толком времени не проводили. — А ты хочешь? — с лëгким любопытством спросила девушка, не будучи уверена в том какой ответ она желала услышать. — Считаю это в меру необходимым, для правдоподобной имитации счастливой пары. Пригласи тебя или меня на какое-нибудь интервью, то и слова же друг о друге не скажем — Сугияма сел в соседнее кресло, расслабленно положив руки на подлокотники. — Вопросы интервью всегда обсуждаются и утверждаются заранее. Тебе ли не знать. — Боги, какая же противная душнила. И как он тебя терпит? Бэцумия ничего не ответила, приняла вопрос за риторический. Или из-за внезапно возникшего стыда? Человек вроде ведь правда пытался с ней по-доброму, а она брыкалась. Было неприятно ловить себя на подобном. Неужели этот шаблон поведения настолько глубоко сел в голову, что уже на автомате проявлялся? Надо это контролировать, а то потом сама же и будет плакаться о вселенском одиночестве. — Кстати говоря, как... — начал говорить хозяин квартиры, но его перебили. — Прости, Дайске. И оба замолчали. Она потому что не знала, а что ещё сказать. Он, вероятно, по той же причине. — Ты совершенно не та Софи Хиноде, о которой я знал и слышал, — вдруг сказал мужчина — «Хареонна», «настоящая Агэ-ман», «находка для любого мужчины», говорили мне, когда узнавали, что я на тебе женюсь. Но за те немногочисленные разы, что мы оставались вдвоëм, я видел абсолютно противоположное. Потому и хочется разобраться, где же истина. — Дайске, я... — стыдливо опустила Бэцумия голову, теребя русый локон. — У тебя явно есть какая-то большая тайна, груз которой приходится тащить. Я понимаю. Рассказывать не прошу. Но и за дурака меня держать не надо, — в этот момент их взгляды ненадолго пересеклись — Иди. Удерживать насильно я же тебя не буду. Возьми тогда уж пирожные с собой, доешь сама или со своим любовничком — то ли случайно, то ли специально передразнил еë Дайске, в ответ на что Сумико даже усмехнулась.

///

      В кабинете Чуи было непривычно тихо. Не той мёртвой тишиной ночного штаба, а спокойной, почти домашней. За окном уже давно стемнело, город светился россыпью огней, а в комнате мягко горели несколько ламп разбросанных по кабинету. Коё сидела в кресле напротив, как всегда элегантно скосив ноги, спрятанные под кимоно, и лениво покачивая в пальцах бокал вина. — Значит, снова камни, — с лёгкой улыбкой протянула она — Ностальгируешь? Чуя хмыкнул, откинувшись на спинку дивана. — Скорее вспоминаю, что мы когда-то делали деньги из смелых авантюр, а не только из трупов и угроз. — Какая скучная и взрослая, для тебя, фраза. Не находишь? Неужели стареешь? — Не начинай, — он сделал глоток вина и устало прикрыл глаза на пару секунд — Но схема правда рабочая. Даже слишком. Стоило задуматься о ней ещё раньше. — Схема с Сумико в роли печи. — Грубо, но по сути да, — Накахара усмехнулся краем рта — Её дар, в совмещении с моим, идеально подходит для выращивания кристаллов. Если набить руку можно создавать уникальные экспонаты, что будут стоить миллионы йен за камень. Самое приятное, что нужные контакты у нас уже есть. Нужно лишь… напомнить им о нашей старой дружбе. Коё медленно покрутила бокал. — И ты снова берёшь это на себя. — А на кого ещё? Большинство нынешних идиотов даже не понимают, что синтез камней не ограничивается ювелиркой. — Зато ты понимаешь. — Я достаточно долго этим занимался. Ненадолго между ними повисла тишина. Коё чуть улыбнулась, глядя куда-то мимо него. Куда-то в прошлое, по всей видимости. — Помню тебя тогда. Только семнадцать исполнилось. Весь в пыли, злой как нечестивый дух и таскающийся с теми необработанными кристаллами так, будто это твои личные дети. Чуя фыркнул. — Потому что половина схемы тогда чуть не разваливалась ещё до продажи. Провалиться с этими камнями, означало потерпеть значительные репутационные потери, на этапе только-только начавшегося подъёма. — Ох, как ты орал на технологов… Мне казалось ещё немного и ты их убьёшь. — Сестрица, уж тебе то стыдно не помнить, почему я так орал. То занижение параметров было наглейшей выходкой. — И теперь ты фактически строишь новый бизнес вокруг своей девушки. Как романтично — она улыбнулась в свойственной себе манере и отпила вина. Мафиози бросил на неё короткий взгляд поверх своего бокала. — Не начинай и ты тоже. — Но это правда забавно — Коё мягко усмехнулась — Тогда ты тащил процесс исключительно своим даром. Теперь рядом появилась девочка, способная расплавить половину города, и ты сразу увидел финансовый потенциал. — Я увидел возможность быстро поднять организацию. Остальное уже бонусом. — Конечно-конечно — она отпила вина, явно ему не веря. Чуя покрутил бокал в руке, наблюдая за тёмно-красными разводами на стекле. Этот скептицизм Озаки, как-то неприятно укалывал. Думая об этом всё больше и больше, он уже и сам начинал терять истинный смысл, цель сего мероприятия. Ради чего же он всё-таки решил вернуться к старому, не смотря на то что помнил причины по которым ранее лавочка была закрыта. Ради организации? Себя? Или якобы её блага? — Мори уже намекнул, что хочет перетащить Сумико в исследовательское крыло. — А ты? — А я не в восторге, — Чуя тихо выдохнул и отвёл взгляд к окну — Она и так сейчас еле держится. А у Мацубары люди либо становятся фанатиками, либо разваливаются на части. — Иногда и то, и другое сразу, — спокойно заметила Коё. — Вот именно, — он замолчал ненадолго, потом устало потёр переносицу — Последнюю неделю мы почти не пересекались. Я в этой афере по уши, она в своей свадьбе и прочем цирке. И каждый раз, когда вижу её, ощущение такое, будто она ещё немного и просто перегорит. Коё посмотрела на него внимательнее обычного. — Ты слишком переживаешь. — Кто-то должен. — Чуя, — мягко одёрнула она парня — Ты не сможешь решить за неё всё. На это мафиози только тихо усмехнулся. — Знаю. Раздражает до невозможности — и снова сделал глоток вина.

///

      Бэцумия постучалась в дверь знакомого кабинета, прекрасно понимая, что скорее всего будет получать по шее. Та неспешно открылась, девушка зашла внутрь и увидев, что Чуя не один, сразу склонилась в поклоне. — Коë-сан, Накахара-сан, добрый вечер. Вы хотели меня видеть? В моменте стало ещё более стыдно, за такой поздний визит. Но теперь уж ничего не оставалось кроме как стоять с сумкой и фирменным пакетом сладостей, что скромно прижимались к ногам. — Добрый. Ты время видела? — Да, Накахара-сан. — А я о чëм просил? — Прошу прощения, я могу всë объяснить. Чуя сидел за столом, держа в руке бокал вина. Увидев её, он медленно поставил его на стол. — Можешь, — он указал рукой на свободное кресло напротив Коё — Садись. Сама же Коё, наблюдавшая за этой сценой с неизменно аккуратной улыбкой, приветственно склонила голову. — Добрый вечер, дорогая. В её голосе не было ни осуждения, ни строгости, ни любопытства, только некоторая лёгкость, свидетельствовавшая о том что она очень рада что её рабочий день закончен. В отличии от некоторых. Бэцумия же послушно присела в кресло после чего Накахара продолжил говорить. — Но сначала ответь на один простой вопрос, — он сцепил пальцы перед собой, опираясь локтями в колени — Почему после всего что произошло, после того как я прямо попросил тебя не появляться в той части здания, ты всё равно пошла именно туда? Разговор, казалось, обещал быть не простым. Судя по ровной интонации, у кого-то сегодня был тоже тяжёлый день, который всё никак не мог закончиться. — Я не пытаюсь устроить тебе допрос. Но когда ты из раза в раз игнорируешь мои просьбы, ты словно провоцируешь меня. Озаки тихо отпила вина, наблюдая за ними с невозмутимым спокойствием. Она явно не первый раз была свидетельницей подобных не самых приятных разбирательств. — Надеюсь ты понимаешь это. Сумико, конечно, чувствовала свою провинность, однако присутствие при этом опросе Коë, как будто дополнительно утяжеляло вес проступка. Не смотря на хорошие взаимоотношения между самим Чуей и его бывшей наставницей, девушка не была уверена в том насколько могла быть честной и откровенной в своей речи. Да, она в курсе про напряжение между Бэцумией и Ито. Да, она в курсе про секрет с Хиноде. Но всë же что-то сдерживало. Какое-то лëгкое недоверие, на фоне того, что всë же первоочередно женщина была Исполнителем. Подчинëнной Огая. В случае если Сумико скажет что-то не то, немало вероятно, что она доложит об этом боссу. Ведь, как характерно, работа для портовых стоит выше личных отношений. По итогу собравшись Бэцумия всë же заговорила: — В одном из недавних заданий, мои подчинëнные привели и передали «дознователям» некоторых потенциально полезных людей. Я ходила полюбопытствовать о том, действительно ли с них был прок. Только и всего. Конечно же это было враньëм. Частичным, но враньëм. Еë люди правда отправляли кого-то на допросы, но Бэцумии сейчас было так на это всë равно. А секрет о своей тяге к крови хотелось бы держать подальше от управляющей верхушки. Даже если один из еë представителей твой парень. Тем более, если один из еë представителей твой парень. Повисла короткая тишина, потом Чуя тихо выдохнул через нос и кивнул. — Понятно. Коротко, без дополнительных вопросов. Кажется кто-то не сильно уверовал в её ложь, но всё же решил отложить разбирательства на потом. — Выпьешь? — предложил ей мафиози. — Невежливо будет отказаться выпить в такой компании, Накахара-сан. Накахара поднялся с дивана и пошёл к шкафу, в котором прятались бокалы, чтобы взять третий, для Сумико. — Ой, оставим эти официальности. Мы не на собрании. — Извините, Чуя-сама, но я не могу себе позволить фамильярничать с Вами, чисто из уважения к персоне Коë-сан. Всë же считаю это неподобающим поведением с моей стороны. С лëгкой улыбкой произнесла девушка и тут была полностью честна. Ну или почти. Всë же роль наверное играл всë тот же страх сказать или сделать что-то не то, что очень легко когда переходятся границы неформального общения. Этого страха у неë совершенно не было при Сакамото, Моримоши или Масаши. Да даже при Саито или Аварон она, наверное, смогла бы это себе позволить. Потому что в их лояльности, снисходительности, была какая никакая уверенность. — Хах, слышала сестрица? Твой авторитет, по всей видимости, выше моего — сказал Чуя разливая на них троих остатки вина. В голосе не было настоящего недовольства, только лёгкое, почти обречённое ворчание человека, который уже понял, что спорить бесполезно. — Мне даже это немного льстит. Но, Чуя, не стоит давить на просто воспитанную девочку. — Я и не собирался — сел он обратно в кресло — А это я так понимаю подкуп, чтобы я точно не сердился. Накахара кивнул на пакет из кондитерской что стоял рядом с Бэцумией. Напряжение в комнате немного спало. Не исчезло совсем, но стало терпимым. —Вы почти угадали — сказала одарëнная, положив коробку на стоящий перед ними столик — Это пирожные. Дегустационные образцы тортов, если быть точнее. Одна из причин того почему же я задержалась со своим визитом. Сумико раскрыла коробку, в которой удобно опускались стенки, для более лëгкого доступа к десерту. Из пакета также были взяты два набора приборов. Девушка положила их перед Чуей и Коë, даже и секунды не задумавшись. — Угощайтесь. Я уже съела ранее подобный набор, поэтому не голодна. Очередная полуправда. Ела ли она эти пирожные ранее? Да. Была ли она такой уж сытой? Нет. Но воспитание не позволяло поступить иначе, будь оно не ладно. Накахара посмотрел на пирожные, но притрагиваться к ним пока не стал. — Значит, это остатки с репетиции чужого счастья. Сказано было с усмешкой, но они с Коё обе слишком хорошо знали его, чтобы не услышать за этой фразой ревнивое раздражение. Они обе переглянулись и улыбнулись, после чего Озаки неспешно поднялась со своего места, разглаживая складки кимоно. — Как бы соблазнительно это ни выглядело, сладкое на ночь в моём возрасте уже преступление против собственного организма — она посмотрела на Сумико и чуть склонила голову — Спасибо, дорогая. Затем перевела взгляд на Чую, и в этой лёгкой улыбке читалось гораздо больше, чем она произнесла вслух. — Не засиживайтесь слишком долго. Чуя только фыркнул, прекрасно понимая, что его бывшая наставница уходила вовсе не из-за сахара. — Спокойной ночи, сестрица. Дверь за ней закрылась мягко и почти бесшумно. Мафиози ещё несколько секунд смотрел на коробку с пирожными, потом всё же взял одно из них и отломил небольшой кусок. — Вкусно. Пауза. — Но мне всё ещё не нравится, что ты проводишь вечера, выбирая свадебные торты с другим мужчиной. — А должна была с другой женщиной? — переводя взгляд с закрытой двери на Чую, идиотски пошутила Бэцумия, тем самым наконец-то разорвав эти оковы приличий. Накахара несколько секунд смотрел на неё, будто всерьёз обдумывал услышанное. Потом коротко фыркнул и покачал головой. — Нет. Это было бы ещё страннее. Уголок его рта дрогнул в лёгкой усмешке. В ней читалось это «наконец-то этот этикет отброшен». Чуя отложил вилку и протянул к ней руку. — Иди сюда. Девушка с радостью поднялась с кресла и подошла к любимому. Тот сразу мягко притянул её к себе, обнимая и устраивая на своих коленях. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, наслаждаясь долгожданным моментом, что создавал ощущение безопасности и тепла. — Я скучал по тебе — сказал он негромко, пока большой палец медленно гладил её по боку через ткань одежды. — Я тоже соскучилась. — Устала, да? — практически риторический вопрос задал Накахара. — Угу... Всю жизнь из меня высосали. Ты не представляешь, как оказывается сложно просто решить вопрос с украшением столов... — Боюсь, что какое-то представление я об этом всë же имею — усмехнулся мафиози, продолжая поглаживать Бэцумию. — Хах, ну да, точно — ответила девушка вспомнив про факт того что вообще то Чуя переодически прикладывал свою руку к организации важных для мафии мероприятий — Дурдом. Из-за этой беготни снова не смогла съездить в Нагою к маме. Уже второй год подряд. Так стыдно. Знаешь, я думала может уже потратиться и просто перенести в какой-нибудь колумбарий поближе, но... Как-то это бездушно получается что-ли. По карточке приходить и молиться. Так хоть есть какая-то связь в землëй, природой...миром, в конце концов. А не безлико пылиться на полочке, среди сотен таких же ячеек. Он чуть опустил голову, коснувшись виском её ключиц. — Ты не перестала её любить только потому, что не смогла доехать. А колумбарий... Понимаю, о чём ты, — Чуя ненадолго задумался, явно подбирая слова— Могила ощущается... живее, наверное. Будто человек всё ещё занимает какое-то место в мире, а не превращается в табличку с номером ячейки, — он тихо усмехнулся себе под нос — Хотя, если честно, мне кажется, мёртвым уже абсолютно плевать, куда именно мы к ним приходим. Это скорее для живых ритуал. В кабинете повисла спокойная тишина. — Съездишь позже. Если хочешь, я поеду с тобой. — Со мной? — с лëгким удивлением переспросила девушка — Это мило, но думаю не стоит. Придëтся брать полноценный выходной, а то и два. Всë в порядке, я справлюсь сама. — Хочешь остаться там с ночевкой? — Ну, обычно я делала так, да. Мне нравилось гулять по городу и фантазировать. Представлять то какой могла бы быть жизнь. Я ходила по улицам, высматривала дом, в котором мы могли бы жить, школу, в которой я могла бы учиться, университет. Приглядывала ресторанчики или иные места, куда мы бы часто заглядывали... Сумико говорила об этом с грустной улыбкой на лице и взглядом устремившимся куда-то в эти самые несбыточные фантазии. От рисования этих картин в голове, на душе появлялся сладко-горький привкус, который почему-то хотелось смаковать как можно дольше. Пальцы парня медленно продолжали поглаживать её, но во взгляде и голосе словно появилась лёгкая тень настороженности. — Сумико… Это прозвучит грубо, но тебе, наверное, пора перестать туда ходить именно за этим, — короткая пауза — За жизнью, которой не случилось, — он опять чуть нахмурился, подбирая слова — Память о матери это одно. Но каждый раз снова прокручивать в голове «а вот если бы»… это немного другое. Просто… тебе уже не пятнадцать. У тебя есть настоящая жизнь сейчас. От слов Накахары что-то внутри неприятно кольнуло. Она поделилась чем-то сокровенным и в ответ получила это. Наверное больнее всего было от того что эту неудобную правду, произнесëнную парнем, Бэцумия понимала и сама. Понимала, но всячески отвергала и отворачивалась, предпочитая дальше закапываться в эскапизме. — Это не так просто и... — через несколько секунд молчания начала негромко говорить девушка, но была прервана на полуслове. — И тем не менее ты это уже в какой-то мере сделала. Дяди то в твоих фантазиях нет. Эти слова прозвучали в моменте довольно жëстко, но при этом отрезвляюще. — Это другое — попыталась Сумико начать оправдываться. — Это родственник, так же умерший в той аварии — продолжал давить парень. — Мы с ним не были настолько близки. Они с отцом несколько лет после свадьбы вообще не общались и на момент аварии... — И тем не менее на похоронах ты видела и его гроб. Сумико, давай честно, воспоминаний у тебя в голове о них обоих одинаково мало. Если вообще есть. Единственное, почему один человек ушëл в забвение, а второй продолжает играть для тебя роль, это то что рядом со вторым есть приписка «мама». А по «маме» принято страдать больше. Бэцумия откровенно опешила от слов мафиози. Она явно не ожидала получить такой словесной пощëчины. Однако вполне вероятно, что нуждалась в ней. — Может ты и прав... — произнесла девушка как-то отстранëнно, уже без той меланхолии, с которой говорила ранее. При этом она не стала отстраняться непосредственно от Чуи. Продолжала сидеть у него на коленях. Что наверное всë же намекало на то, что Сумико понимала о чëм говорил парень и не держала на него зла. — Кхм. Мы съездим в Нагою, но заниматься этим мазахизмом я тебе не дам. Пора прекращать усложнять себе жизнь на пустом месте, иначе так можно и саму себя в могилу свести. — А в могилу мне ещё рано... — как бы продолжила она мысль Чуи. — Вот именно — ответил мафиози — Зато точно пора домой и спать. Не доедим мы сегодня твои пирожные, останутся на нестандартный завтрак. Девушка посмотрела на столик с почти не тронутым десертом и слегка улыбнулась. — Да, надо бы пойти поспать. Бэцумия встала с колен Накахары и приступила к тому, чтобы собрать коробку с пирожными обратно, параллельно находясь в обдумывании слов Чуи. — Сумико, — окликнул еë парень — Всë же хорошо? Ты на меня не сердишься? — Нет, не сержусь — обернувшись, кратко ответала одарëнная и протянула Чуе свой нетронутый бокал вина. — Супер, — он взял бокал из еë рук, также подняв и другие два — Я рад что мы друг друга поняли. Вино из своего бокала Чуя допил, а содержимое других, за не имением раковины, вылил в горшок к цветку. Решение может и не из лучших, но вероятно лучше чем ждать утра, когда Аварон придëт на смену разбираться с лишней посудой в его кабинете.