(Not) an erroneous phenomenon

***      

      День начинался в тишине, нарушаемой лишь тихим тиканьем часов. Ранним утром Петунья Дурсль проснулась, быстро привела себя в порядок и спустилась на кухню, чтобы приготовить завтрак для своего любимого мужа и ненаглядного сыночка. В это время на кухню неслышно проскользнул восьмилетний мальчик. Его черные волосы торчали во все стороны после сна, а зеленые глаза сонно оглядывали кухню. Петунья обернулась и недовольно скривилась. Фыркнув, она отвернулась к плите. - Умойся и иди в сад. Цветы нужно полить, – сказала она, не глядя на племянника. - Хорошо, тетя, – тихо ответил ребенок и поспешил в ванную. Вскоре проснулись и другие обитатели дома, и кухня наполнилась привычным утренним шумом. Вернон Дурсль, как обычно, читал утреннюю газету, недовольно ворча себе под нос, если новости ему не нравились. Дадли, пухленький мальчик с розовыми щеками, с аппетитом поглощал мамину стряпню. Сама Петунья время от времени что-то щебетала мужу, попивая чай. Вернон поблагодарил жену поцелуем в щеку, отложил газету и пошел собираться на работу. Дадли убежал в свою комнату, чтобы вскоре выйти одетым и отправиться на улицу – сегодня ночью выпал снег, чем немало обрадовал детвору Литтл Уингинга. Петунья осталась на кухне наедине со своим ненавистным племянником, который что-то долго возился в саду. Набрав в грудь воздуха, она гаркнула так громко, как только могла. Петунья всегда гордилась своим громким голосом. - Гарри! – Черная макушка показалась в дверном проеме через минуту. - Да, тетя? - Ты полил цветы? – Гарри кивнул. – Тогда… эмм… уберись в гостиной. - Хорошо, тетя Петунья, – кивнул Гарри и отправился в гостиную. Сначала он протер пыль, потом помыл пол и пропылесосил ковер. Петунья ушла из дома, отправившись к подруге, живущей на соседней улице. Это случалось не каждый день, но каждый раз миссис Дурсль задерживалась у подруги все дольше и дольше. Однажды она пробыла у нее целых пять часов, так что у Гарри всегда хватало времени и на уборку, и на отдых. Закончив с уборкой, мальчик взял с полки книгу и залез с ногами на диван. За такое его, конечно, отругали бы. "Как ты смеешь, грязный мальчишка, пачкать чистую мебель?!" – взвизгнула бы тетя, а дядя прогнал бы его в чулан под лестницей, где Гарри жил сколько себя помнил. Спокойствие в этом доме редко длилось долго. Зачитавшись, ребенок не заметил, как вернулась тетя Петунья. Дверь закрылась, по паркету раздались тихие шаги. Потом раздался крик: - Какого черта ты делаешь на диване?! Гарри вздрогнул и посмотрел на тетю. За сломанными очками в зеленых глазах мелькнул страх. - Тетя, п-простите, я… – Гарри не успел договорить. Пощечина обожгла его щеку. Тетя продолжала кричать, но Гарри уже ничего не слышал. В ушах звенело. Его затолкали в чулан и закрыли на замок. Тетя что-то причитала про возвращение дяди. Гарри забрался на старый, грязный матрас, служивший ему кроватью. Обняв колени, он тихо всхлипнул, поджав губы. Рваный вздох вырвался из его груди. Маленький Поттер не понимал, почему… Почему дядя и тетя так жестоки к нему? "Ненормальный". Они часто так говорили. Гарри "ненормальный", потому что умел поднимать вещи в воздух, создавать огонь из ничего и делать другие вещи, которые не делают нормальные люди. Он был ошибкой природы, случайностью, которой лучше…

Исчезнуть.

Перед глазами Гарри появилось слабое сияние. Он поднял голову. Глаза покраснели от слез. Ребенок в страхе смотрел на синий огонек. Он становился все ярче, и Поттер закрыл глаза. Его затошнило, и закружилась голова. Он потерял сознание.