Под ветвями смоковницы

Сверху низвергаясь, ручей прохладный

Шлет сквозь ветви яблонь свое журчанье,

И с дрожащих листьев кругом глубокий

Сон нистекает.

Сапфо.

Утром Кевин попросил всех собраться в главном зале. Все воспитанники палестры уже были на месте. Нил сидел на одной скамье вместе с Мэттом. Соседство шло им на пользу, и они уже довольно хорошо сблизились. Даже сейчас Мэтт рассказывал Нилу что-то о борьбе. Сам Нил не очень хорошо разбирался в этом, потому внимательно его слушал. Эндрю устроился на стуле отдельно от всех. Он развалился с тарелкой фруктов в руках, и казалось, его вообще не интересовало это собрание. Ники выглядел так, словно только проснулся. Он облокотился на подлокотник и прикрыл глаза. Возможно, он действительно еще не проснулся. Кевин же, ходил кругами с бокалом вина в руках. — Сегодня нам нужно обсудить очень важную тему — в помещение зашел Ваймак. Судя по его состоянию он не спал уже по меньшей мере дня три. Огромные синяки под глазами и неаккуратная щетина. Если бы Нил не знал его, решил бы, что это городской сумашедший. — Кевин опять стащил бочку с вином? — Эндрю сложил ногу на ногу и откинулся на спинку стула. — Эндрю, пожалуйста, — тренер потер точку между бровей.- Сегодня утром Дэн сказала, что хочет участвовать на олимпийских скачках. — Может лучше Нила запрячь? Пусть скачет. И проблем с законом не будет. — В этом и проблема. Официально ее не возьмут. — Вы хотите пойти против Богов? — Кевин на мгновение остановился и бросил удивленный взгляд на тренера. — Я за — Эндрю подкинул смокву в руке. — Это самоубийство! В лучшем случае ее исключат, а в худшем казнят — в разговор внезапно включился Мэтт. — Нельзя допустить ее участия. Ваймак пожал плечами. — Для этого я вас здесь и собрал, чтобы обсудить все возможные варианты. Кроме того, у нас действительно нет возницы. — Это слишком рискованно. Ее же казнят! — Мэтт вскочил со своего места. — А ты так и не признаешься ей в любви. — Нил пожал плечами. В этот момент он почувствовал, что в его голову прилетело что-то маленькое и мягкое. Предмет упал на пол и Нил понял, что это была смоква. — Не лезь в чужие отношения, пока тебя не просят. — Эндрю продолжал вальяжно сидеть на единственном стуле. — Тебе то какая разница? — В следующий раз я брошу в тебя яблоко. — Вы можете заткнуться? — голос тренера стал тверже. На мгновение в комнате стало тихо. — Где Дэн? — С танцовщицами — голос Мэтта стал заметно тише, Нилу показалось, что он услышал ноты грусти. — Сходи за ней, нужно подумать, что нам делать. — Элисон наколдует — Ники который до этого молчал, окончательно проснулся. В ту же секунду ему прилетел подзатыльник от Кевина. — За что? — Думай что говоришь. Она скорее мор на весь остров нашлет, чем нам поможет. — Кто такая Элисон? — за все время, что Нил провел в палестре, это имя он слышал первый раз. И, судя по всему, она была не очень положительной личностью. — О, вам нужно познакомиться, у вас одинаковый мерзотный характер — губы Эндрю тронула еле заметная ухмылка. — Кто бы говорил. Через какое-то время Мэтт вернулся уже с Дэн. На ней все также было насыщенное алое платье. Оно ярко контрастировало с ее смуглой кожей, особенно при дневном свете. Нил еще при их первой встрече предположил, что она была первой красоткой на острове, несмотря на кучу светловолосых танцовщиц в той же палестре. Выдать ее за мужчину было бы довольно проблематично. Каждое ее движение было пропитано невероятной легкостью, какая присуща только богиням. Она легко смахнула волосы с плеч и присела на ручку скамьи рядом с Ники. Мэтт же, сел напротив и не сводил с нее взгляд. Во всех его движениях было заметно напряжение. — Я могу притвориться немой. — А с остальным ты, что делать будешь? — Кевин окинул ее взглядом с ног до головы. — Кевин, не ной, что-нибудь придумаем — Эндрю не продолжал терять оптимизм. — А тебе лишь бы Пантеон позлить? Если так этого хочешь, можешь просто плюнуть на Парфенон. — Как только попаду в Афины, так сразу. — Может все-таки Элисон? — Ники продолжал продвигать эту идею. — Ты тоже умереть захотел? — Ты просто не умеешь находить подход к женщинам. Она не такая уж и злая. — А ты умеешь находить подход к женщинам? — Мне это не интересно. — Может я смогу с ней поговорить — Нил подал голос. — Ты? — от удивления Эндрю едва не упал со стула. — Не знал, что ты подался в дипломаты. — На самом деле, общий язык у меня только с тобой не получается найти. — Не переживай, он его ни с кем не может найти. Эндрю прыснул со смеху. — Пусть идет, я буду только рад, если она превратит его в козла. — Отлично, Эндрю, проводи его до дома Элисон — Ваймак напряженно потер лоб. — И если она разозлится и захочет убить его прям там, твоя задача привести его живым. — Он не ребенок, сам справится. — Еще одно слово против и у тебя не останется вина. — Хорошо, можно было обойтись и без угроз. Как оказалось, Элисон была ведьмой. В отличие от всех остальных ведьм, которые жили на главных площадях крупных городов, эта жила практически в глубине острова. Эндрю был не очень разговорчив, но кое-что о ней он все-таки рассказал. Когда-то она, как и все ведьмы, жила в центре города и пользовалась большой популярностью. Кому-то нужно было наложить любовные чары, кому-то списать долги и все в таком духе. Потом что-то произошло, и она ушла в затворничество и не подпускала к себе никого из местных. На что она жила было не совсем понятно, а Эндрю не вдавался в детали. Путь к ее дому весь порос травой и кустами, не было даже небольшой тропинки. Изредка проскакивал какой-нибудь заяц или пролетала птица. До этого момента Нил никогда не ходил в эту часть острова. Она была довольно далеко от города и, честно говоря, Нил думал, что там невозможно даже пройти. Он не ушел далеко от истины. Пока Эндрю легко маневрировал между кустами, Нил бился лицом о ветки. — Ты долго возиться будешь? Такими темпами мы и до вечера не дойдем. Она точно превратит тебя в козла, но не переживай, я буду приносить тебе сено каждое утро. — Ты? — Не обольщайся, это моя обязанность. — Радует, что при случае я не умру от голода. Она, правда, настолько злая? Все ведьмы, которых я встречал до этого, были очень славными девушками. — Ты уверен? Они же просто могли пудрить тебе голову, чтобы ты им отвалил побольше драхм. — Не то чтобы я очень много общался хоть с кем-то. Честно говоря, на Алопексе случилась моя самая долгая остановка. — И как тебе? Не боишься, что тебя найдет тот мистий? — Боюсь. — А что не уплываешь? Устал бегать? — Эндрю остановился и посмотрел Нилу в глаза. — Я пообещал Кевину. — Надо же. Так в тебе есть благородство? — А ты что думал? — Я думал, что у рыжих нет души — Эндрю пошел дальше. Некоторое время он молчал, но вскоре вновь подал голос: — Скольких ты убил? — Что? — Не все люди могут похвастаться таким количеством шрамов. Только не говори, что это была самозащита, я не поверю. — Это были мистии которых нанимал мой отец. Я не вспомню скольких я убил. Но не так много как ты бы мог подумать. Чаще всего я убегал. — Это все? — Была еще пара нимф. Но это все были вынужденные меры. Я не пытался убить просто так. В отличие от некоторых. — Расскажешь об этом позже, мы пришли — он окинул Нила взглядом. — Если конечно останешься человеком. Дом ведьмы на первый взгляд казался довольно простым. Небольшой, глиняный прямоугольник с окнами. Он не был ни чем украшен. Обычно ведьмы могли себе позволить фрески, и даже барельефы с различными сюжетами. Нил толкнул входную дверь и, на удивление, она спокойно подалась. Внутри все оказалось более радостно, чем снаружи. Было понятно, что когда-то эта ведьма явно пользовалась большой популярностью. Множество дорогих ваз с краснофигурной росписью, золотые украшения разбросанные по полкам шкафов. Дорогие деревянные стулья, украшенные цветными камнями. Нил заметил лестницу ведущую на второй этаж. У дальней стены, за столом, спиной к Нилу стояла высокая девушка с длинными светлыми волосами, которые держала повязка на голове. Одета она была в довольно дорогой и легкий пеплос. Ткань его была настолько тонкой, что Нил мог разглядеть каждый изгиб ее тела. — Кажется, я не ждала сегодня гостей — она продолжила что-то делать за столом и не удостоила Нила взглядом, казалось, она что-то вырезает на глиняной табличке. — Да, я пришел просить о небольшой услуге — Нил не решил пройти дальше порога. На этот раз она обернулась, и ее глаза округлились от удивления. — Так это ты? Рене рассказывала о тебе. — Кто? — Вы еще не знакомы? — Элисон подошла ближе и склонилась над Нилом, тот в свою очередь попятился назад и уперся в дверь. — Это светленький тебя не пускает? — О чем ты? Девушка выпрямилась, но продолжила пристально смотреть на Нила. — Я думаю, он расскажет тебе при возможности. Так зачем ты пришел? Ты должен знать, что я не принимаю посетителей. — Да, мне сказали об этом. Видишь ли, тут такое дело. В олимпийских играх хочет принять участие одна девушка. Элисон вскинула руки, в ее глазах мелькнула искра ярости и возмущения. Нил догадывался, что ее будет легко разозлить, но не думал, что это произойдет так быстро. — Исключено. Это против правил. А знаешь, кто придумывает правила? Боги. Ты знаешь что ведьмы работают на Богов? Кто тебя надоумил прийти ко мне? — Не злись, я не думал что это так важно. В ярости она буквально подлетела к Нилу, настолько быстрыми были ее движения. В порыве гнева она схватила его за тунику на груди и выставила указательный палец перед его носом. — Ты вообще ни о чем не думаешь. Они рассказали тебе, почему я сейчас живу в этом дурацком лесу, а не гребу деньги в центре города? И сейчас ты так просто приходишь ко мне и просишь обвести вокруг пальцев весь Пантеон? — Ты можешь просто дать совет. Мы сами попробуем. Может можно наложить какую-нибудь иллюзию… Нил не успел договорить. Ведьма ослабила схватку и отступила назад. В этот момент она выглядела довольно жутко. Ее взгляд был направлен куда-то в пустоту. Она сжала подол пеплоса настолько сильно, что пальцы побелели. Весь свет в комнате внезапно потух, и даже наличие окон не помогало. В какой-то момент Нилу показалось, что она совсем перестала дышать, и в комнате резко стало холоднее. Нил слабо видел происходящее, но он готов был поклясться, что на мгновение он увидел силуэт крупного мужчины. Тело ведьмы начало трястись, но она все еще не отпускала подол пеплоса. Она пыталась кричать, но не могла произнести ни звука. Только сейчас Нил понял, что он не может пошевелить ни единым мускулом. Он мог только молча смотреть на немые страдания девушки. Это состояние вызывало чувство дикой паники. Для него было ничего хуже, чем потерять контроль над собственным телом. Если его попытаются убить, он даже ничего не сможет сделать. Казалось, все это длилось целую вечность, прежде чем к ведьме снова вернулся рассудок. Она сделала резкий вдох и вновь посмотрела на Нила. — Я помогу тебе. Это ведь для Дэн, да? Элисон отпустила подол платья и подошла к столу. — Я напишу тебе список трав. Принесешь их мне. Возможно, мне получится создать иллюзию или что-то вроде этого. — Что это было? — к Нилу тоже вернулся контроль над собственным телом. Он сжал руку в кулак чтобы окончательно убедиться в этом. — Тебя это не касается. Во всяком случае сейчас. Так та девушка это Дэн? — Да. Элисон протянула Нилу табличку на которой было нацарапано название каких-то трав. — Учти, я помогаю только тебе. — Ты не расскажешь, что это было? Обычно ведьмы так себя не ведут. Элисон посмотрела на него с недоумением, только сейчас Нил заметил, что подол ее пеплоса был в крови. Похоже, она поцарапала ладони ногтями во время своего приступа. — Как же ведут себя обычные ведьмы? — Пишут глиняные таблички на удачу, варят приворотные снадобья. Они не бьются в припадках. — Будь я обычной ведьмой, ты бы не пришел ко мне. Обычные ведьмы и иллюзии накладывать не умеют. Нил взял табличку из ее окровавленных ладоней. — Спасибо. Нил уже собирался уйти, но ведьма продолжила говорить. — Тебе нужно поговорить с мойрами. Скажи светленькому, он тебя отведет. Элисон наскоро выпроводила Нила из дома и захлопнула за ним дверь. Перед глазами все еще всплывали изображения, которых она не хотела бы видеть ни при каких обстоятельствах. Она должна была проводить его в царство Аида. Она должна была придать его тело земле, но все что она могла это поставить надгробную Стеллу на пустой могиле. Если бы сегодня к ней не пришел Нил, кто знает с какой просьбой пришли бы эти ведения. Элисон знала, что он ждет ее, что он не отпустит ее душу просто так. Это была полностью ее вина. Она вновь и вновь слышала слова тех панихид, продирающий до костей плачь. Видела клочья собственных окровавленных волос, которые она же и вырвала. Она не видела его лица, но готова была поклясться, что это все из-за него. Последнее что ведьма увидела перед тем как прийти в себя — трех женщин с нитями в руке, которые связывали рыжеволосого юношу. Одна из них взяла в руки ножницы, собираясь перерезать нить.