Не было бы счастья...

      Как ни не хотелось Жене расставаться сейчас с родными, долг требовал вернуться на службу. Хотя, если уж совсем начистоту, возвращаться в КТЦ сейчас не хотелось по иной причине. И имя ей — Василий Ионов. Женя прекрасно понимала, что разговора с Котом ей не избежать, но так не хотелось именно сейчас! Может быть в другой раз? Как-нибудь потом… «Нет», призналась она самой себе, «никаких других разов или «потомов» уже не будет».

***

      Контртеррористический центр       Проведённая операция по освобождению заложников была признана успешной, а поскольку других экстренных вызовов пока больше не было, группа «Смерч» собралась в своей комнате отдыха. Правда, отдохнуть им не дали. Бизон, как командир группы, счёл, что операция была несложной, а потому нечего группе прохлаждаться, и отправил всех в тир, чтобы погонять по стрелковой подготовке.              — Не понял, — нахмурился Тарасов, приближая бумажные мишени, по которым отстрелялись смерчевцы, — Кот, ты издеваешься, что ли?! Что это такое? — возмущённый Бизон сунул под нос Ионову совершенно целую мишень. — Ты в каких облаках витаешь?       — Наш Котяра слишком занят. Строит планы, — демонстративно прикрыв рот рукой, сказала Физику Уманова.       — Какие ещё планы? — непонимающе нахмурился тот.       — Ну как же? По ликвидации соперника и завоеванию сердца неприступной Женьки, — с умным видом выдала Олеся.       — Какого ещё соперника? — никак не мог понять Мыцик.       — Какой ты, Серёга, непонятливый! А ещё кандидат наук! Раз у Женьки есть сын, значит, у пацана должен быть и отец. Не ветром же ей надуло…       Недовольно посмотрев на переговаривающихся Уманову с Мыциком, Бизон продолжил отчитывать Кота.       — Распустились тут совсем! Ремня на вас нет!⁵       Кот обиженно засопел и вернулся на исходную позицию. Не дожидаясь команды, он произвёл серию выстрелов. Отстрелявшись, он приблизил мишень и продемонстрировал её Бизону.       — Вот это совсем другое дело! — сменил гнев на милость каптри.       Не успел Тарасов отправить группу на следующее тренировочное задание, как был вызван Багирой в ИВЦ, а смерчевцы, воспользовавшись передышкой, покинули тир.       Идя по коридору КТЦ, Ионов всё прокручивал в голове события семилетней давности, когда в памяти вдруг всплыли слова, сказанные Умановой: «… раз есть сын, … должен быть и отец … не ветром же ей надуло…».       — Ни хрена себе! — пробормотал каплей. Догадка оказалась настолько внезапной и неожиданной, что Кот резко остановился, отчего шедшая за ним Уманова еле успела увернуться от столкновения с коллегой.       — Эй, Кот! Ты поаккуратнее! Не один тут, — бросила девушка ставшему столбом посреди коридора Ионову. В этот момент сзади группу нагнал Бизон, а из-за поворота впереди показалась Мурашова, вернувшаяся на базу.       — Бизон, я… — начала было приблизившаяся Женя, но Кот, не обращая ни на кого внимания, вдруг схватил её за локоть и потащил куда-то вперёд, подальше от остальных.       Всё произошло настолько быстро и неожиданно, что Мурашова даже не подумала сопротивляться.       — Не понял, — удивлённо произнёс Бизон, глядя им вслед, — что это сейчас было? Что за детский сад?

***

      Опомнившись, Женя попыталась вырвать руку из захвата, но Кот крепко держал её, остановившись, только когда они достигли комнаты отдыха группы. Втолкнув ничего не понимающую девушку в помещение, Кот закрыл дверь и повернулся к Мурашовой.       — Ну что, Жень… — начал Ионов.       — Кот, я не… — Мура попыталась в который раз увернуться.       — Не-не-не… — прервал её Кот, подходя ближе и перекрывая дорогу к двери. — Мы сейчас не на задании, я не «товарищ командир» и никаких «мы совершили ошибку».       Вопросов возникло слишком много и одновременно. Кровь стучала в голове, а мысли путались. «Так не бывает!» думал про себя Кот. Женя молчала, не зная, что сказать или с чего начать.              — Молчишь? — Кот заговорил первым. — Тогда позволь напомнить: семь лет назад, Ровногорск, лето, выпускной бал-маскарад в местной школе, вернее, в ресторане, — перечислял он, глядя, как покрываются румянцем щёки стоящей напротив него девушки. — Ну как, припоминаешь? Или продолжить? Про приоткрытое окно в пустой школе, тёмную раздевалку и…       — Не надо, — боясь взглянуть Ионову в глаза, взмолилась Мурашова, прекрасно помня, что было после «и…». — Кот, прошу тебя…       — Почему? Почему ты тогда сбежала?       — Вась, я была слишком… слишком ошеломлена, — выдавила из себя Женя. — Всё случилось слишком неожиданно.       — Женя, ты поэтому меня избегаешь сейчас? — приблизившись вплотную, Кот коснулся подбородка девушки, заставляя посмотреть ему в глаза. — Из-за того, что случилось тогда? Из-за… ребёнка?       Мурашовой хотелось провалиться сквозь пол. Или раствориться в воздухе. Что угодно, только бы не чувствовать этот прожигающий насквозь в ожидании ответов взгляд. Взгляд одновременно требовательный и нежный. «Ну же!», шептал внутренний голос, «Скажи ему правду, наконец! Вот он, рядом. Доверься ему!» Последним усилием, Женя попыталась отвести взгляд, но Кот не позволил.       — Жень, это ведь… мой ребёнок? Мой сын? — от эмоционального напряжения голос каплея сорвался на хриплый шёпот. Закрыв глаза и глубоко вдохнув, Женя едва слышно ответила:       — Твой…