Одна усмешка на двоих

Кристиан обернулся и тут же присел к упавшей Дивии. Судорожно проверил ее дыхание, затем пульс. — Ты не умеешь обращаться с женщинами, — насмешливо прозвучало из толпы. Лорд обернулся на голос. Он принадлежал высокому брюнету, одетому в дорогое шервани темно-фиолетового оттенка. Мужчина вышел из толпы, подошел и присел на корточки перед девушкой. — Их надо любить и оберегать, — с нескрываемым раздражением произнес тот. — Это в старости, — отмахнулся мужчина. — Учту ваше отношение к слабому полу, господин Басу, — учтиво кивнул англичанин. Доран недовольно цокнул языком. Хотел до последнего сохранить инкогнито на этом приеме. Однако все же ему удалось выяснить все, что было нужно. Хвала богине, что не каждый такой догадливый, как глава-губернатор. — И что же меня выдало? — спросил он, поднимаясь с молодой госпожой Шарма на руках. «Тростинка», — промелькнуло в голове палача. «Силен», — в этот же момент подумал глава-губернатор. — Шикарный внешний вид и взгляд. Он именно такой, как его описывают, — Кристиан тоже выровнялся и посмотрел на индийца прямо, в упор. Благо они были одного роста. Господин Басу усмехнулся, но промолчал. Темнит молодой лорд, ох темнит. — Я сам отнесу будущую жену, — попытался Кристиан перехватить Деви. — О богиня, Кристиан! Идите уже в свою повозку, — передразнил тоненьким голоском Доран реплику госпожи Шарма и понес ее в хозяйские покои. Затем добавил: — Камал, убедись, что все гости найдут свои повозки. Господин Рай кивнул и ненавязчиво предложил лорду убраться восвояси. Тому ничего не оставалось, как резко выдохнуть и стремительно уйти из поместьев Шарма. Ему здесь не рады, это очевидно, однако Деви вроде как не против их брака. Потому он и хотел отнести ее в безопасное место сам. «Лучше бы не ронял», подсказал внутренний голос. Доран отнес девушку в первые попавшиеся покои. Судя по чистоте и отсутствию личных вещей, они забрели в гостевые. Мужчина уже готов был положил молодую госпожу на кровать, как вдруг услышал хриплое: — Ракшас. — Я тоже рад вас видеть, — усмехнулся Басу. — Просила же не лапать. — Мне отпустить? — язвительно спросил мужчина. — Будь так добр. Доран молча кинул госпожу на кровать. Та тут же зашипела и схватилась за голову. Палач уже не считал свою выходку смешной — госпоже действительно было нехорошо. Тяжелые спешные шаги Камала было слышно издалека. Он стремительно вошел в комнату и навис над Деви. — Ты как? — ласково спросил он. Доран уставился на своего друга во все глаза. Разумеется, он заметил переглядки этих двоих, но не думал, что все настолько серьезно. Неожиданно раздался детский плач. Мужчины синхронно повернули голову в сторону девушки. Она… плакала? И не просто всхлипывала, нет, Деви будто стала на десять лет моложе и захныкала как маленькая девочка. Доран опешил и не знал, что надо делать. Он редко видел женские слезы, тем более не вызванные гневом и обидой в порыве ссоры. А вот друг не замешкался. Камал тут же сел на кровать, приподнял Деви и спрятал ее голову у себя на груди. Она схватилась своими хрупкими ладошками за ткань и захныкала: — Я так устала, Камал! Я уже не могу. Я очень устала! Очень! Они все меня… — Ты умничка, ты все успела. Это было не просто, но ты молодец, правда, — заговорил Рай, поглаживая ее по голове, как маленькую. — Еще он меня лапал, — зарыдала девушка. Камал медленно обернулся в сторону друга. Кто «он», у него даже не было сомнений. Рай знал о темпераменте Дорана, что говорить, когда моложе был и сам тем же мог похвастаться. Однако сейчас он позарился на то, что Камал уже долгое время считал своим. А свое он будет защищать любой ценой. Доран насмешливо поднял руки, но едва заметно сглотнул. Да, палач был более ловким и быстрым, однако Камал больше в массе. К тому же он нападает, а Доран защищается. Силы изначально с разной мотивацией. — Пусть госпожа уточнит, как и когда это было. — Я с лошади упала, — послушно прошептала Деви. Басу уважительно покивал. Не стала юлить и что-то выдумывать, лишь бы ему начистили сейчас морду. А могли. — Ты не ушиблась? — тут же обеспокоенно спросил Камал, напрочь перестав обращать внимание на друга. Тот на это лишь закатил глаза. Девушка покачала головой. — У меня болит голова. Очень болит, — тихонько сказала она. У Дорана сжалось сердце за эту крошечную госпожу. Такая юная и хрупкая, а столько всего свалилось разом. Хотелось ее обнять и пожалеть. Наверно, если ее прижать к себе, можно ощутить ее девичью упругую… Он тут же помотал головой. Не о том думает, ой не о том. Но молодая госпожа была невероятно красива — стройная, с округлыми соблазнительными бедрами и обворожительной улыбкой. Добрая часть мужчин не могла оторвать от нее глаз сегодня вечером. И Доран не исключение. — Вас оставить, госпожа Шарма? — учтиво спросил Басу. Деви кинула. — Я за чаем, — сказал Камал и ушел, пару раз обернувшись на друга, всем своим видом показывая: «тронешь — убью». Доран уже развернулся уйти, как услышал едва различимое: — Пожалуйста, помогите дойти до моей спальни, — попросила Деви, с явным трудом встав с постели. Басу решил проглотить свое ехидство. Лишь сказал: — Только не говорите Камалу. Я еще с фингалом из-за леди не ходил. Она мягко улыбнулась, посмотрев прямо в глаза палача. У Дорана екнуло сердце. Ему боятся смотреть в глаза. Он привык, что с ним разговаривают, смотря куда угодно, но не на него. Хищнику нельзя смотреть в глаза — он может расценить это как вызов. Но с маленькой госпожой все было не так. Ее глаза лучились добротой и теплом, которого он не знал большую часть своей жизни. Женская ласка согревала тело, но не сердце. А Деви смотрела искренне, без намека на какое-либо продолжение. Доран знал, какие чувства вызывает у женщин своим видом, но Шарма будто вообще не видела в нем самца. Но кого именно, он пока не понял. Наверное, всему виной ее юный возраст. Еще не знает, каким жестоким может быть этот мир. Но пока нес госпожу на руках, понял, что она как никто другой это понимает. Англичане отняли у нее всю семью — родителей, брата. Всех, на кого она могла положиться. И та минутная слабость в присутствии Камала лишь доказала это. Дивия хоть и решает взрослые проблемы и старается быть равной старшим, все еще юная девушка с ранимым сердцем. И так всем нутром ненавидит англичан, так еще и обязали выйти за главного из них. Не позавидуешь такой судьбе. А открыться может лишь человеку, который всю жизнь был рядом с ней. И предал в последний момент, согласившись на этот брак с ассуром. Друг рассказал за бокалом вина, каким ничтожеством себя чувствует после этого. Но поделать ничего не может — Деви единственная, кто может создать шаткий мир между нами. И все же та искренность в ее взгляде… Доран будто окунулся в детство, когда видел мир огромным и добрым, каким его могут видеть только дети. «Пускай идиоты вокруг не убьют эту очаровательную наивность внутри тебя», — взмолился он, когда опускал девушку на ее кровать. Она тихонько сопела, погрузившись в спасительный омут спокойствия.