В клане Лю проблемы со словами

С криками петухов в разных населениях Поднебесной просыпались как люди, так и демоны, чтобы снова начать свою обычную рутину из работы и заботе о хозяйстве, ну а некоторые и сражениями. Раньше на хребте Цанцюн тоже была обычная рутина, состоящая из пробуждения, учебы, тренировок обеду и тому подобное. Обычная рутина, в процессе которой единственное что меняется так это сплетни или темы для разговоров, однако в последний месяц всё было иначе. Это «иначе» напрямую было связано с Лордом Пика Байчжань — Лю Цингэ. Если быть точнее, то именно Бог Войны и создавал всю самую напряженную атмосферу. Тренировки у учеников стали подобны пыткам, которые можно было увидеть только у демонов — а может и хуже — а Пиковые Лорды во время собраний старались не разговаривать с Лю Цингэ, чтобы не задеть очень тонкие струны терпения и самообладания своего собрата. — Даже Шэнь-шисюн никак не комментирует такое поведение Лю-шиди. Я пыталась спросить об этом с Шэнь-шичжи и Минъянь, но один просто убежал вместе с Шан-шисюном, а моя ученица просто молчала. Конечно Ци Цинци пыталась расспросить о странном поведении Лю Цингэ её ученицу — и сестру Бога Войны — Лю Минъянь, но старшая ученица тяжко вздыхала, словно бы ей самой от этой ситуации не легче. Некоторые даже видели как она самолично навещала Пик Сотни сражений, после чего возвращалась в не самом приподнятом настроении. Ци Цинци переживала за свою главную и любимую ученицу, но ничего не могла поделать. Ци Цинци даже предположила, что такое поведение брата и сестры Лю связано с проблемами в клане Лю, в чём многие Пиковые Лорды даже поддержали эту догадку, но доказательств пока никаких не было. Однако именно эта версия стала главной темой для шёпотов среди учеников каждого Пика. Как раз по этому вопросу Шэнь Юань и решил посетить Пик Аньдин, чтобы выпытать у этого никчёмного автора — и своего лучшего друга — всю правду, однако после чашки чая и прямого вопроса Шэнь Юань добился только наигранного смеха и избегающего взгляда у Шан Цинхуа. — Братец Огурец, я бы тоже был бы рад знать в чём вся эта тайна вокруг Лю-шиди, — в скромном офисе Лорда, что больше напоминало его комнату, где стоял сильный запах чернил и бумаги, Шан Цинхуа пытался разобраться как раз с последствиями не самого приятного настроения Лорда Байчжань — Но ты видишь эти бумаги? Я в них тону, бро! Одно радует, что Отбор завтра, так что новых рук должно прибавиться. Пик Снабжения всегда был самым занятым, из-за чего некоторым ученикам приходилось работать в комнатах, лишь бы закончить одно дело, затем поспать и позже приступить к новому. Поэтому на каждый Отбор Шан Цинхуа старался присутствовать раньше всех, чтобы прихватить себе самых выносливых, однако фаворитизм их многоуважаемого Главы к Лорду Пика Цинцзин выигрывало по всем фронтам. Не то чтобы Шэнь Цинцю забирает каждого к себе, но один раз он даже смог забрать прямо из рук Шан Цинхуа одного мальчика. Тот день Шан Цинхуа вспоминает со слезами на глазах и двумя мешочками с тыквенными семечками. — Ты думаешь я не знаю что такое бумажная работа? Этот злодей при любой возможности скидывает на меня любую проверку работ! — сняв очки, Шэнь Юань протер красные глаза, под которыми были еле заметные синяки. В этом они с Лордом Аньдин похожи, но Шэнь Юань чисто из принципа это не признаёт — От одного его «А-Юань» хочется просто блевать, а затем из окна выпрыгнуть. Оба вздохнули и вернулись к своим работам: Шан Цинхуа к распределению материала для новых построек, а Шэнь Юань к оценке работ учеников Пика Цинцзин, от которых стоит и плакать, и смеяться. Причем самое близкое для Шэнь Юаня состояние было первое. Сам Хранитель Библиотеки Пика Цинцзин не присутствовал на уроках Шэнь Цинцю, но он ведь лично давал книги этим детям для подготовки. Так почему всё написано так, словно это Братец Самолёт по пьяни набросал очередной ужас?! Если бы не обязанность по оценке и его положение на Пике, то он давно взял бы и разорвал все эти сочинения, а затем скинуть это в пламя Бесконечной Бездны. — Вроде автор ты, а ничего не знаешь, — проворчал Шэнь Юань и взял немного семечек у Шан Цинхуа, после чего снова окунул кисточку в киноварь, после чего продолжил зачеркивать иероглиф за иероглифом — Тем более этот вопрос касается одной из главных жён Ло Бинхэ. Думай, Самолёт! — Да пытаюсь я! — Лорд Пика Аньдин вздрогнул от внезапного удара кулаком о стол и даже поднял руки. Шан Цинхуа знает о таком характере Шэнь Юаня, но всё равно каждый раз как словно первый: никогда не знаешь, когда этот добрый на вид юноша с аккуратно собранными в высокий хвост волосами (явно под руководством Шэнь Цинцю) и одеждой цвета цинь с заметными золотыми узорами снова решит что-то ударить. В предыдущий раз это была кисточка; к счастью Шан Цинхуа, это была не его кисточка. Видимо по действиям Шан Цинхуа Шэнь Юань понял что снова вышел из себя, и тут же начал приводить всё на столе в порядок, прикусывая губу. Взгляд ярко-изумрудных глаз смотрел в одну точку, а меж острых словно лезвие клинка бровей была морщинка. Шэнь Юань явно продолжал витать в своих мыслях насчёт этого случая. Шан Цинхуа вздохнул и остановил Шэнь Юаня, взяв его за запястье, тем самым привлекая внимание Библиотекаря. Стоило его глазам сосредоточиться на лице Пикового Лорда Аньдин, как он несколько раз моргнул, а затем и тихо выругался. Радует, что учеников сейчас не было — ведь бедолаги бегают по делам — а то пришлось бы потом краснеть перед детьми. — Завтра ведь Отбор. Вот и спросишь у Лю Цингэ всё. Он ведь только с тобой нормально разговаривает. Меня вот взглядом так никто никогда не посылал, — последние слова Шан Цинхуа пробурчал под нос, и когда Шэнь Юань убрал свою руку, Лорд снова взял кисть в руки. — Если завтра проснуться смогу. Сам помнишь как я два дня лежал на Цяньцао после очередной проверки таких же сочинений. Шэнь Цинцю мне это до сих пор припоминает. Двое посмеялись и в итоге продолжили свою работу, иногда кидая друг в друга те или иные замечания, чтобы хоть как-то разбавить скуку и усталость от такой работы. Всё же проверять ужасные работы учеников на Аньдин было куда приятнее, чем под тем же прожигающим взглядом Шэнь Цинцю. Шэнь Юаню несколько раз хотелось сказать, чтобы этот злодей наконец-то навестил Цяньцао, может там ему и дадут успокаивающие таблетки, а то сам юношу не может выдерживать эти взгляды полные подозрения в свою сторону. Если так сильно не доверяет, то давно бы отправил на другой Пик! Сделал бы всем одолжение. Тот кто придумал фразу про врагов и друзей такой же дерьмовый автор, как и Самолёт. После двух шичэней Шэнь Юань покинул Шан Цинхуа, с горем в душе пешком возвращаясь на Пик Цинцзин, где единственный момент спокойствия — это сон. — Ещё бы немного задержался и пришлось бы тебе спать на улице. Вместо тёплых приветствий Шэнь Юаня встретил холодный голос Лорда Пика Цинцзин, что сидел за своим столом, медленно махая веером, пока на лице, что была сравнимо с цветом фарфора, была расслабленно. Полуприкрытые словно глубокая бездна черные глаза, прямой нос, тонкие бледные губы и иссиня черные брови с волосами создавали образ элегантного юноши, а добавить к нему его тёмные одежды цвета изумруда, с такими же как у Шэнь Юаня золотыми узорами, то можно было с уверенностью спутать Лорда с молодым господином из богатой семьи. Правду говорят, что большинство злодеев обладают внеземной внешностью. Жаль что она потрачена на таких как Шэнь Цинцю. — Учитель как всегда жесток, — Шэнь Юань поклонился «учителю» и с позволения подошёл ближе, ложа стопку бумаг на соседнюю полку, после двинулся в сторону кухни, чтобы приготовить чай — Как прошёл ваш день, Учитель? — У тебя плохо получается играть внимательного ученика, — краем уха Шэнь Юань слышал, как Шэнь Цинцю закрыл свой веер, а затем какой-то шуршание одежды — Так ничего и не узнал? — Шан-шишу слишком занят был, чтобы помочь с догадками. — Как всегда бесполезен, — неизвестно про кого говорил Лорд Пика Цинцзин, но Шэнь Юань решил не сильно вдаваться в мысли «учителя» — Сам ты не спрашивал? — Шан-шишу тоже самое посоветовал, но этот ученик первым делом поинтересовался у Лю-шишу его плохим настроением. Не было смысла продолжать говорить. И так было понятно, что Лю Цингэ не был очень сговорчив, а судя по его сжатым тогда кулакам, то Шэнь Юань не первый, кто был настолько смелым, чтобы подойти к нервному Богу Войны. Хорошо хоть не сорвал свою злость на нём, а то пришлось бы Библиотекарю проверять работы на Цяньцао. Не то чтобы там плохо, но Шэнь Юань решил лишний раз лучше не напрягать Му Цинфана. Когда чай был готов, Шэнь Юань вновь вернулся к Шэнь Цинцю и по всем этикетам, которые ему веером вдолбили в голову начала разливать чай по кружкам. Внимательный взгляд Шэнь Цинцю уже не так сильно напрягал и уже начал считаться как одна из частей подобного вечернего ритуала, где есть только они в этом бамбуковом доме: ни Лордов, ни учеников, ни Главы Цанцюн. — Этот дикарь начал странно себя вести с начала месяца, как раз тогда Юэ Цинъюань объявил об Отборе. Также в стороне не осталась Лю Минъянь, — мужчина взял в руки чашку, смотря на горячую жидкость — Отбор и клан Лю. Ты видишь здесь связь? Несмотря на то что Шэнь Цинцю первым взял чашку с чаем, он ни за что первым не будет пить. Он ждёт, когда сам Шэнь Юань сделает первый глоток, от чего Библиотекарь не так сильно уж и обижается. Шэнь Юань взмахнул своим рукавом и сделал первый глоток, после чего прикрыл рукавом лицо, чтобы вытереть капли со своих губ. Юноша кивнул Шэнь Цинцю и тот после секундного взгляда сам отпил, повторяя действия Шэнь Юаня с рукавом. Однако действия пусть и были похожи, но почему-то именно у Шэнь Цинцю это вышло элегантно и идеально. Повторяя этот «ритуал» уже как три года, Шэнь Юань всё никак не мог смириться с тем, что такой красивый человек, обладающий идеальными манерами может быть злодеем, что вскоре скинет главного героя в Бесконечную Бездну, после чего жизнь Лорда Пика Цинцзин перевернутся с Неба на Землю. Потеря статуса, унижения, осуждения и в конце концов пытки. Шэнь Юань прикрыл глаза, а затем улыбнулся: — Учитель как всегда прав в своих наблюдениях. К сожалению этот глупый ученик так и не может понять к чему вы можете вести. — Клан Лю как-то может быть замешан в этом Отборе, — на удивленный взгляд Юаня Шэнь Цинцю закатил глаза и снова отпил этого чая, вкус которого напоминал те самые ягоды, что обычно можно купить у людей на ярмарках. Так тепло и так вкусно — Причём напрямую, раз даже Юэ Цинъюань не предпринимает меры касательно избиения учеников Байчжаня. На Цяньцао скоро мест не останется для этих дикарей. — Клан Лю очень богат и известен своей силой по всей Поднебесной. Будь их желание, они бы сами давно основали свою Школу Заклинателей, — Шэнь Юань решил не отставать от «учителя» и также делал легкие глотки, попутно пытаясь соединить все нити, которые ему показывал Шэнь Цинцю своими рассуждениями — Зачем же им тогда вмешиваться в Отбор Цанцюн? В новелле Самолёт как всегда предпочел сцены па-па-па вместо действительно хорошего сюжета и прописанного мира. Лю Минъянь как одна из главных и любимых жён среди фанатов всегда была загадочной. Не только из-за своей вуали, но также из-за смерти Лю Цингэ и их принадлежность к клану Лю. В своих авторских заметках Самолёт писал, что влияние клана Лю могло бы сравниться с Дворцом Хуаньхуа и даже превзойти их, но Глава и Мадам Лю — родители Лю Цингэ и Лю Минъянь — решили придерживаться традиций и идеалов предков. После смерти Лю Цингэ от рук Шэнь Цинцю, Глава и Мадам Лю потребовали справедливости, но фаворитизм Главы Юэ взял свое: злодей вышел сухим из воды, а родителям пришлось пережить подобный позор. — Этот Мастер предполагает, что всё связано с Лю Хэ, — на незнакомое имя Шэнь Юань даже поставил чашку. Взгляд изумрудных глаз бегал со стола на фигуру Шэнь Цинцю, на что второй только фыркнул и расправил веер с характерным щелчком — Молчаливый кузен нашего «великого» и «могучего» Бога Войны, а также разочарование семьи. Много слухов ходят про него, один из которых про его отравление леди Чжао. — Что он такого сделал? — Пробрался к ней в дом посреди ночи. Не самый благородный поступок для члена семьи клана Лю, не считаешь так? Пробраться к деве посреди ночи даже в современном мире расценивалось не как самое приятное, но тут он в другом мире. Учитывая влияние клана Лю, то в подобном случае леди Чжао могли сделать виноватой. Шэнь Юань прекрасно знает, что в этом мире к девушкам более адекватное отношение — спасибо хотя бы за это, Самолёт — но тут замешан самый влиятельный клан, члена которого отравили. Никто не будет смотреть на действия юноши… — Что было дальше? — Удивительно, но клан Лю принёс свои глубочайшие извинения за поступок Лю Хэ и даже не стал обвинять семью Чжао в отравлении. После этого сам он ушёл, но вряд ли присутсвие Лю Хэ на Отборе хватит для такого странного поведения дикаря Лю Цингэ. По лицу Шэнь Цинцю не скажешь о чем он думает, но Шэнь Юань мог видеть как хватка на чашке стала сильнее, но Лорд сдерживал себя. Даже будучи наедине с младшим юношей Повелитель Цинцзина не смел как-либо терять своё лицо. Не родись Лю Хэ в один день с Лю Минъянь, то от ребёнка давно бы избавились. Все знают о том, что Лю Хэ родился тихим. Он не плакал, не кричал — он просто не издавал каких-либо звуков. Многие даже начали считать что он родился немым, а это явно разочарование для правой руки Главы клана Лю. Всем известно и о славе двух парных мечей клана Лю, так что видя как на свет появился Лю Хэ… Многие начали шептаться и наговаривать на бедную жену — тетю Лю Цингэ. — Лучше бы от него избавились сразу, чем сами унижались, — Шэнь Цинцю махнул веером несколько раз, а затем поставил встал — На этом окончим. Этот мастер будет готовиться ко сну. Шэнь Юань кивнул и без каких-либо вопросов начал убирать всё со стола. Завтра всё будет известно, но юноша никак не мог опустить это чувство омерзения. Если бы Лю Хэ был учеником Пика Цинцзин, то Шэнь Цинцю давно бы выпорол его, не жалея и без какой-либо пощады. А будь тут замешана Нин Инъин, то Шэнь Юаню даже в мысли не приходит какие же последствия в этом случае могут быть, однако ясно одно — Шэнь Цинцю не стал бы смотреть на статус, он бы всё сделал сразу. На следующий день на платформе пика Цюндин была тишина, что могла бы сравниться с похоронами, а может даже и хуже. Лорды старались не слишком часто переглядываться, чтобы не взбесить и так раздраженного Лю Цингэ, чей взгляд серых глаз был направлен только на платформу с собравшимися кандидатами. Он словно тигр выискивал свою добычу и даже не двигался, чтобы и самому не привлечь внимания, что было явно невозможно из-за своей и положения Лорда Пика Байчжань. — Лю-шишу, прошу сохранять спокойствие, — Лю Минъянь не стояла со своей наставницей рядом, как ей было положено. Она стояла рядом с Лю Цингэ, и также наблюдала за его действиями. На любое движение рукой, она уже была готова достать свой меч, но решила выжидать. Действительно брат и сестра. Если раньше у Шэнь Юаня были сомнения потому что между ними не было тех самым отношений брата и сестры, то теперь их нет. Сомнения пропали также быстро, как грустное настроение Шан Цинхуа. Юэ Цинъюань пусть этого и не показывал, но он явно был благодарен Лю Минъянь и начал Отбор сразу же, как только Лю Цингэ сел на своё место. Взгляда с толпы он не сводил, но зато хотя бы не выглядел так, что может прыгнуть в толпу и всех перебить. Шэнь Юань расслабился и даже облегчённо выдохнул, но когда гарда веера уткнулась ему в бок, пришлось выпрямиться. Вот же глазастый злодей. Прошло два шинчэня с момента начала Отбора, но ничего не менялось. Это не могло не напрягать, но Лю Цингэ сам даже казалось бы расслабился, а Пиковые Лорды даже иногда перешёптывались, успевая брать себе учеников. Возможно такими темпами всё пройдёт хорошо, а Ло Бинхэ не попадёт на Цинцзин. Всё же здесь не было Нин Инъин, так что маленький протагонист сможет даже попасть на Байчжань. Всё идет даже слишком хорошо? — Да-гэ?! Мысли всегда были врагами Шэнь Юаня. Не нужно было думать позитивно слишком рано. Теперь у них Бог Войны кинулся в толпу с Чэнлуань… Лю Цингэ кинул в толпу детей с мечом?! Никто из Лордов не успел среагировать, когда Лю Цингэ всклочил со своего места и кинулся в толпу. Чэнлуань уже был занесен над головой Бога Войны для сильнейшего удара. — Уходите немедленно! — в первый раз Шэнь Юань слышал чтобы Юэ Цинъюань кричал. Это был командный крик, который хотелось выполнить в ту же секунду; нога Шэнь Юаня уже даже дернулась, однако рука Шан Цинхуа вовремя остановила юношу. Двое не из мира сего переглянулись между собой, а затем устремили взгляд на платформу, пока другие Лорды Пиков помогали детям уйти: Шэнь Цинцю тоже уже ушёл, так что только Шан Цинхуа и Шэнь Юань остались на своих местах. Их взгляды были устремлены в центр платформы, где был слышен лязги и злобные рыки Лю Цингэ. — Какого чёрта, Самолёт?! — Я и сам не знаю, окей?! Если Шэнь Цинцю прав и там действительно был Лю Хэ, то тогда Лю Цингэ был очень решительно настроен убить своего бесстыдного кузена.