В клане Лю проблемы со словами

Удары Бога Войны были безжалостными и полными ненависти ко всему, на что было направлено лезвие меча Чэнлуань. Большинство жителей Поднебесной даже знали о нраве и характере Лорда Пика Байчжань, поэтому часть детей успели убежать от надвигающегося в них Лю Цингэ. Однако это была одна часть, пока вторая половина даже не знала что произошло: для них был просто вид платформы, а затем всё застелил дым. Пока дети объединялись в группы, один мальчик был крепко сжат юношей, что свободной рукой перенаправлял удары меча Бога Войны и успевал от них уворачиваться: на него и был направлен гнев Лю Цингэ. Этот юноша видимо уже был заклинателем и явно из благородной семьи, ведь его движения были словно отполированный камень водой. Лицо его обладало мягкими чертами лица и даже некой женской прелестью, особенно эти пышные ресницы полуприкрытых глаз, что скрывали за собой янтарный блеск. Меж тонких бровей даже не были и морщинки, когда меч Бога Войны в очередной раз чуть не задел их. — Не паникуй, — прошептали эти тонкие малиновые губы хриплым голосом, что Ло Бинхэ даже не понял что ему сказали. Он просто кивнул, а дальше рука на талии исчезла, а сам мальчик смотрел на всю платформу с высоты птичьего полёта. Подкинул старший его прилично, что Ло Бинхэ смог даже увидеть двух оставшихся юношей на местах Глав Пиков. Они явно увидели подкинутого в воздух мальчика, из-за чего глаза их распахнулись с такой силой, что в любой момент глаза покинут своё законное место и покатятся по грязной земле. Не будь Ло Бинхэ в воздухе, то он бы даже спросил у двух бессмертных заклинателей всё ли у них хорошо. На мгновение тело Ло Бинхэ застыло в воздухе, и уже собиралось падать, но всё тот же юноша успел его поймать, а затем и дальше продолжил уворачиваться. Взгляд карих глаз Ло Бинхэ тут же начал искать меч на поясе у старшего, - и он его даже нашел - но почему-то не использовал. — Почему ты не обнажишь меч хотя бы для защиты? — голос Ло Бинхэ был тихим, но этого было достаточно, чтобы неизвестный его услышал. Он приподнял свою дугообразную бровь и посмотрел на лицо Ло Бинхэ – это было его ошибкой. Этот заклинатель не успел среагировать и лезвие клинка Чэнлуань прошёлся по щеке, оставляя ровный порез, где начали скапливаться капельки багровой жидкости. Ло Бинхэ в панике смотрел на это, но не знал что ему делать: это из-за него старший отвлёкся, из-за него пострадал. Казалось бы что сражение пройдёт дальше, но Бог Войны остановился. Юноша и Лорд Пика смотрели друг на друга. В глазах Лю Цингэ была злость, раздражение, даже ненависть; Лорд Пика Байчжань был как открытая книга, в то время как неизвестный юноша просто смотрел на заклинателя. Ло Бинхэ не мог понять что чувствовал старший, он просто смотрел и всё. Даже кровь не вытер, словно не чувствовал боли от лезвия заклинателя. Когда другие Лорды подошли и начали высказывать своё мнение касательно поведение своего собрата, многие дети успели разойтись: кто на Пики, кто по домам, так и не сумев обратить взор бессмертных заклинателей на себя. На платформе остались только этот старший юноша и Ло Бинхэ, которого уже опустили на каменную поверхность платформы. Изначально в голове ещё ребёнка была мысль что он провалился, однако его остановили. Ло Бинхэ вот уже развернулся и собирался идти в сторону лестницы, количество ступеней которой явно превышало тысячу, как его за руку схватил тот же старший и отрицательно начал качать головой. — Молодой господин, у вас какие-то вопросы к этому недостойному? — карие глаза Ло Бинхэ отказывались встречаться с золотистыми очами этого юноши, поэтому он немного занервничал, когда не получил ответа. Прошла секунда, две, минута. Юноша ничего не говорил, но при этом не отпускал. Хватка не была такой уж сильной и не причиняла какого-либо дискомфорта, но при этом и вырваться Ло Бинхэ не мог. — Молодой господин, вам что-то нужно… — Этот мастер возьмёт их в ученики, — не успел Ло Бинхэ закончить, как Шэнь Цинцю перебил голоса своих «коллег». Нижняя часть лица как всегда скрыта за веером, пока обсидиановые очи смотрят прямо на Главу Цанцюн — Надеюсь у чжаньмэн-шисюна нет никаких возражений? — Шэнь Цинцю, ты специально, да? — Бог войны Пика ста Битв хотел подойти ближе к главному стратегу Цанцюн, как рука Юэ Цинъюаня перегородила ему путь — Я же сказал что возьму их. Улыбка на устах Главы была вежливая. Такую улыбку обычно используют тогда, когда не хотят обидеть две конфликтующие стороны, хоть многим и так было ясно на чью сторону встанет их чжаньмэн-шисюн. Юэ Цинъюань поправил края своего сюаньдуань, после такой выходки Лю Цингэ, а затем обратился к младшему собрату: — Лю-шиди, мы ещё не разобрались с твоим импульсивным поведением. Нам не известно какие у шиди отношения с тем молодым господином, но это не повод для таких внезапных нападений. Этот шисюне сомневается в навыках своего шиди, однако факт остается фактом. Завтра в чень-ши этот шисюн будет ждать шиди в своём кабинете. Всё это было сказано с привычной для Главы Юэ улыбкой, от которой Лю Цингэ даже как-то неловко стало. Он знал что никто не пострадает. Он в этом убедился, ведь приказал Чэнлуань провести границы! Клинок не должен был задеть лишних, и большинство присутствующих это явно понимали, однако не смели пойти против Главы. Да, у него был странный фаворитизм в сторону этого ублюдка Шэнь Цинцю, но Юэ Цинъюань всё же оставался отличным Главой и одним из сильнейших заклинателей. Лю Цингэ ничего не оставалось кроме как от злости сжать челюсть и скрестить руки на груди. Решение было очевидным: Шэнь Цинцю получит двух учеников. — Не стоит разводить конфликт. Мы же все семья и ссорится нам не к лицу, — этот спокойный голос Лю Цингэ хорошо знал, но всё равно развернулся, чтобы убедиться что это был именно Шэнь Юань. Юноша подошёл ближе и поклонился в уважительной манере перед каждым из своих боевых тётушек и дядюшек — Этот ученик просит прощения что так бесцеремонно влез в разговор Пиковых Лордов. — Тебе не нужно извиняться. Всё равно разговор уже закончен, и мы расходимся, — многие сразу же заметили, что с появлением Шэнь Юаня Лю Цингэ ведёт себя более сдержаннее. Это не могло не радовать, однако всё же остается много вопросов, на которые так и не получат ответов. Сам же Лю Цингэ не сводил своего взгляда серых глаз с Шэнь Юаня. Скрещённые руки на груди расслабились, а уголок губ слегка приподнялся. Любому дураку и ребёнку было бы понятно, что Бог Войны был рад появлению этого юноши. Шэнь Юань не изменял своим вкусам и старался носить простое шэньи, хотя зная его учителя Библиотекарю это давалось трудно. Шэнь Цинцю был подобен павлину и любил носить несколько слоев дорогих ханьф. Это было очень даже в духе избалованного молодого господина, коим Лорд Цинцзина и являлся. — Благодарю Лю-шишу за объяснение, — снова поклонившись, Шэнь Юань уже обратил свой взгляд на своего учителя и также ему поклонился — Этот ученик с разрешения учителя хотел бы проводить своих новых шиди на Пик Цинцзин. — Этот мастер даёт своё разрешение и присоединится к вам через некоторое время. — Этот ученик благодарит учителя. Мы с нетерпением будем вас ожидать, — Шэнь Юань развернулся и пошёл к двум юношам — Прошу вас следовать за мной. В своей прошлой жизни множество новелл и фанфиков было прочитано Шэнь Юанем. От попаданцев, до обычной современности с использованием оригинальных персонажей и знаменитостей, частым приемом которых был путь героя, что совершенно не знал звезду. Это естественно привлекало внимание селебрити, а дальше драма с романтикой и кучей ненужного недопонимания. От таких Шэнь Юаню хотелось рвать волосы на голове, однако теперь ситуация такая, что ему самому пришлось стать тем самым «незнайкой популярного героя». Смотреть на это ещё совсем юное лицо главного героя Ло Бинхэ было очень сложно. Приходилось держать себя в руках и улыбаться, чтобы не ущипнуть эти щечки и не спугнуть этот белый лотос! Даже с этой грязью и пылью на лице, Ло Бинхэ выглядел невинно и даже нежно. В этих детских чертах уже можно было рассмотреть бедующую красоту Императора трёх миров и хозяина демонического меча Синьмо, а по-детски невинные глаза словно сверкали и даже ослепляли! Будь на месте Шэнь Юаня великий мастер Самолёт, то он точно не сдержался бы, но сам Шэнь Юань жил три года с Шэнь Цинцю, так что контроль за собственными эмоциями был на высоте и почти что совершенстве. — Шэнь-шисюн, подождите пожалуйста, — над головами юношей быстро проскочила тень, а затем перед ними предстала дева в белоснежных одеяниях с пурпурными вставками. Лицо девы, что одной своей аурой могла сравниться с самыми красивыми небожительницами, было скрыто вуалью. — Лю-шимэй, у тебя какие-то вопросы к этому шисюну? — К Шэнь-шисюну у этой шимэй нет вопросов, — Лю Минъянь из своего рукава достала платок и подошла к молчаливому юноше, что следил за каждым действием девушки — Этой шимэй просто хотелось поговорить с Сяо-Хэ. Шимэй надеется что Шэнь-шисюн не будет против. «Сяо Хэ». «Сяо Хэ», на которого накинулся Бог Войны Пика Ста битв, а «Сяо Хэ» отреагировал так, словно это обычное дело. Словно это обычное «семейное» дело. Шэнь Юань не был дураком, так что сопоставить все эти факторы, то молчаливый заклинатель и есть тот самый Лю Хэ – кузен Лю Цингэ и Лю Минъянь, Лю Хэ, что по слухам забрался ночью в комнату к леди Чжао. Хотелось бы спросить у Шэнь Цинцю чем он думал, когда решил взять Лю Хэ к себе в ученики, но у Шэнь Юаня будет на это время. Сейчас же ему нужно скорее отвести протагониста и Лю Хэ на Пик Цинцзин. — Лю-шимэй может дать платок, а поговорить шимэй может после принятия молодого господина Лю в ученики. Лю Минъянь, чьи глаза не покидали лица Лю Хэ, кивнула и по совету Шэнь Юаня просто отдала платок, после чего развернулась и направилась в сторону Ци Цинци. Из-за вуали сложно было понять что чувствовала эта дева подобна таинственному цветку, что скрывался в тумане. Мысленно Шэнь Юань перед ней извинился, а затем и перед Ло Бинхэ. Я не хотел обидеть твою жену, протагонист! Не нужно отрывать мои конечности в будущем пожалуйста! Когда все трое добрались до Цинцзина в полной тишине, Шэнь Юань не знал куда себя деть. Он честно пытался завести хоть какой-то разговор, в котором Ло Бинхэ – этот милый и белый лотос – пытался участвовать, но молчание Лю Хэ рушило весь настрой: Шэнь Юань даже пытался узнать зачем Лю Хэ пришёл в Цанцюн, но в ответ была тишина. Это даже чем-то напоминало первое знакомство Шэнь Юаня с Лю Цингэ, когда Лорд Пика Байчжань просто смотрел своими серыми глазами прямо в душу. Это и есть та самая семейная черта? — Да-шисюн, учитель ещё не вернулся? — на пути к бамбуковому дому они встретили Мин Фаня с другими двумя учениками, имена которых были настолько неважными, что Шэнь Юань не потрудился и запомнить. — Учитель ещё не вернулся, — взгляд Мин Фаня перешёл на Лю Хэ с Ло Бинхэ — Это наши шиди? — Без церемонии они считаются как гости Пика Цинцзин, но да-шисюн частично прав, — общение с главным учеником Шэнь Цинцю было подобно хождению по стеклу. Будучи молодым господином Мин Фань не привык, когда с ним разговаривают не так как ему хочется. Однако есть один козырь — Этот шисюн не видит Нин-шимэй. С ней всё хорошо? Видя что на лице Мин Фаня проскочил румянец, Шэнь Юань улыбнулся на секунду: — Наша шимэй слишком наивна, чтобы оставаться одной. Поэтому да-шисюн всегда рядом с ней, чтобы защитить, — Шэнь Юань кивнул головой Ло Бинхэ и Лю Хэ, чтобы те шли за ним — Этот шиди на месте да-шисюна давно бы пошёл её искать. Когда трое уже ушли, только потом до Мин Фаня дошло, что Шэнь Юань в очередной раз смог его надурить и уйти. Для детских ушей лучше не знать какими прелестными словами старший и главный ученик Пика Цинцзин называл своего «дражайшего» шиди. Шэнь Юань догадывался каким «хорошим» человеком в этот раз называл его Мин Фань, поэтому даже посмеялся. Наконец-то они дошли до Бамбукового дома, и Шэнь Юань оставил Ло Бинхэ с Лю Хэ, что по-прежнему держал протагониста за руку. На кухне пока готовился чай, понимая что совсем скоро будет та самая сцена, которую избежать можно будет лишь приняв удар Шэнь Цинцю на себя, а лучше вообще быть рядом и надеется на лучшее. Всё-таки за три года проживания на Пике с этим мужчиной оказались не такими уж и ужасными. Да, Шэнь Цинцю был строгим и требовал максимальных усилий – в особенности от детей из богатых семей – но никаких домогательств к Нин Инъин или к другим ученицам не было. К девушкам он относился уважительно, а Нин-шимэй просто баловал, что напоминало Шэнь Юаню о его мэй-мэй. Не думал Шэнь Юань о том, что со злодеем у него будет что-то общее, но как можно устоять перед Нин Инъин? От неё исходила аура младшей сестрёнки, которая знает о своей силе над старшими и пользуется этим на все сто процентов. В остальном Шэнь Цинцю ещё тот говнюк, но Шэнь Юань привык получать острые комментарии, серди которых был тот самый взгляд «я промолчу, но ты и сам знаешь куда тебе лучше пойти», и тонну бумажной работы. — У тебя чай уже давно сварился и даже переварился, — вспомнишь солнце, и его лучик как раз появится — Что-нибудь в поведении этого Лю Хэ было подозрительным? — Кроме как молчания этот ученик не обнаружил ничего, — чай был разлит по кружкам и был готов к употреблению — Учитель всегда так внезапно появляется, что у этого ученика может сердце прихватить. — Неужели Юань задумал что-то подсыпать этому Мастеру? — Как этот ученик мог подумать о чем-то таком? Да у этого ученика и в мыслях не было таких мыслей! По лицу Шэнь Цинцю так и не скажешь о чем он думал. Он просто вздохнул и пошёл в главный зал, куда Шэнь Юань и принёс поднос с чаем. Боковым зрением библиотекарь заметил что ни Лю Хэ, ни Ло Бинхэ не сдвинулись с места: даже хватка Лю Хэ на руке Ло Бинхэ не ослабла. Как можно на одном месте сидеть? Огляделись бы хотя бы, а Лю Хэ вообще стоило отпустить протагониста! Всё равно Лю Хэ не настолько важен для сюжета, чтобы вот так хватать протагониста, а потом держать продолжительное время. Будь Лю Хэ важен для сюжета, то «Великий» мастер Самолёт вспомнил бы его… Если только уже не вспомнил, но на всякий случай Шэнь Юаню снова придется навестить Шан Цинхуа. — Снова в облаках летаешь, — из мыслей Шэнь Юаня вывел голос Шэнь Цинцю, что смотрел на ученика как на провинившегося ребёнка — Садись. Шэнь Юань сделал как ему и сказал учитель. Голос Шэнь Цицню не был каким-то вечно недовольным, а скорее просто уставшим. Такое часто можно было увидеть после встреч с Юэ Цинъюанем. Даже после обычной чайной посиделки, которые Глава устраивает с каждым своим приходом, Шэнь Цинцю выглядит уставшим и измотанным. Он после этого ни с кем не разговаривает и поручает Шэнь Юаню – не Мин Фаню – вести уроки весь день. Сам же Шэнь Цинцю не выходит из Бамбукового дома. Для всех глаз Шэнь Цинцю в очередной раз проявляет свой испорченный характер, в то время как Шэнь Юаню приходится ночевать с другими учениками. Для самого Шэнь Юаня всё это очень странно, но он не спрашивает: просто продолжает делать вид, словно ничего и не было – ещё одна черта, которая схожа между двумя Шэнями. — Скажи этому мастеру как тебя зовут и для чего решил вступить в Цанцюн. Так началась та самая речь главного героя с трагичной судьбой. Шэнь Юань даже подался слегка вперёд, но после удара гардой веера по руке пришлось снова выпрямиться. Удар не был сильным – мощнее чем предыдущие, но не настолько, чтобы начать реветь – , но судя по взгляду Ло Бинхэ со стороны это явно выглядело сильно. Белая овечка Ло Бинхэ такой милый! Под конец монолога Ло Бинхэ Шэнь Юань сразу же повернулся к Шэнь Цинцю, чтобы похвалить мальчика за такую хорошую мотивацию и хоть как-то повысить мнение Лорда Пика о Ло Бинхэ. Даже зная оригинал, зная что должно последовать дальше, Шэнь Юань не был к этому готов. Не был готов к тому, как быстро – словно молния – Шэнь Цинцю схватил чашку с ещё горячим чаем, не был готов к тому как резко встанет Шэнь Цинцю со своего места. Со всеми своими знаниями Шэнь Юань не был готов. Но он всё же поднялся в след за учителем и хотел его схватить за руку, но реакция молодого господина Лю была быстрее. Он первым схватил Шэнь Цинцю за запястье, останавливая эту злополучную чашку. Горный Лорд пытался освободить своё запястье, но в этот раз хватка Лю Хэ была сильнее. Не как с Ло Бинхэ, это было совершенно на ином уровне, ведь даже стоя сзади Шэнь Юань мог видеть как фарфоровая кожа Шэнь Цинцю покраснела. — Отпусти, — прошипел Лорд Пика Цинцзин, но от Лю Хэ не было никакой реакции — Такой же дикарь как и Лю Цингэ. — Молодой господин Лю, отпустите! — вскрикнули одновременно Шэнь Юань и Ло Бинхэ: один пытался разжать пальцы Лю Хэ, пока второй привлечь внимание. Получилось не сразу, но Лю Хэ всё же отпустил руку Шэнь Цинцю. Пиковый Лорд отошел от двух уже учеников чуть дальше, пока Шэнь Юань искал мазь. Кипяток всё же вылился из чашки, но не на Ло Бинхэ, а на руку Шэнь Цинцю, что переводил глаза с Ло Бинхэ на Лю Хэ. — По происхождению молодой господин, но по характеру не лучше зверя, — взмахнув рукавом, Шэнь Цинцю завёл поврежденную руку за спину и развернулся — Юань, позови Мин Фаня. Пусть отведёт своих шиди в их комнаты. Шэнь Юань сделал как ему сказал учитель, после чего они остались вдвоём в Бамбуковом доме. Юноша нашёл мазь и поставил её на стол так, чтобы Шэнь Цинцю мог её видеть: использовать её или нет уже дело самого Лорда. Шэнь Цинцю проследил за действиями Шэнь Юаня, но не стал это комментировать. — Готовься ко сну, Юань. — А как вы, учитель? — Сегодня этот мастер не будет ночевать в Бамбуковой хижине. — Этот ученик понял вас, учитель, — Шэнь Юань поклонился Шэнь Цинцю и поделал ему безопасной дороги. Хмыкнув, Шэнь Цинцю взял свой веер, мазь, меч и вышел из хижины, оставляя Шэнь Юаня одного. Не первый раз Шэнь Цинцю так покидает свой дом Лорда, так что Шэнь Юань привык к такому: оставаться одному и на следующее утро вести занятия. Радует в этой ситуации хотя бы тот факт, что сам Шэнь Цинцю уважителен к любой девушке, так что девушки с Алого Павильона в безопасности: как от жестокого обращения Шэнь Цинцю, так и от других клиентов, что решат слишком свободно распускать руки.