Путь героя.

Профессор Снэйп бежал изо всех сил. Он был в ярости - стоило три года лезть из кожи вон, чтобы в очередной раз проклятый мальчишка оказался на грани гибели. Изо рта профессора показался пар - дементоры были рядом. В голове снова всплыли картины давнего прошлого и образ долгие годы вызывавшего боль и отвращение лица. Чёртов Поттер! Тот, по чьей вине жизнь нынешнего мастера-зельевара долгие годы была адом, да и теперь мало от него отличалась. Тот, кто изо всех сил гордился своей исключительностью. Тот, кто постоянно крал то, что могло бы принадлежать ему, Снэйпу: спокойную жизнь, успех, друзей, любовь... И, если со многим в своей жизни Северус мог смириться, то один только этот факт превращал всю его вроде как терпимую сейчас жизнь в бесконечные муки. Он украл его женщину, украл саму возможность сделать её таковой. Проклятый Поттер украл Лили... Северус не знал, как его заклятому врагу удалось это сделать. Он не знал, почему за все эти годы даже не попытался помириться с Лили Эванс или хотя бы попросить у неё прощения. Вообще, говоря обо всей ситуации в целом, он наверняка знал только одно - то, что сейчас он, разрывая горло и лёгкие, бежал на помощь вздорному мальчишке лишь по одной причине. Он не мог стоять в стороне, зная, что какая-то опасность грозит обладателю этих чарующих глаз - глаз его возлюбленной. Мало кто знал об этом, но Северус уже не раз спасал Гарри Поттера от увечий и даже смерти или хотя бы пытался это сделать. Например, на первом его курсе он сдерживал заколдованную метлу, дабы мальчик не разбился. Тогда же, на Хэллоуин, во время нападения тролля Снэйп сразу же ринулся на третий этаж. Он знал, что Поттер уже бывал там и конечно попытается ещё раз. Профессор тогда не на шутку перепугался, ожидая увидеть цербера, дожёвывающего нерадивого первокурсника. Через год было сложнее - он сам не знал о василиске в школе, не знал о странной тетради, не мог в открытую действовать против своего бывшего хозяина - так могуча была власть Чёрной Метки. Однако, что он и вправду мог, так это направить всю свою магию в одно заклятье. Таким образом, обладающий неимоверной реакцией и сопротивляемостью к волшебству василиск замедлился настолько, что даже слабый двенадцатилетний мальчик смог заколоть его мечом. И что же теперь? Теперь Северус Снэйп несётся по практически ночному лесу в поисках непутёвого мальчишки с глазами его возлюбленной, потому что тому именно сейчас приспичило прогуляться в компании с беглым заключённым и стаей дементоров. Зельевар прибежал как раз вовремя, чтобы увидеть, как пожиратели душ столпились вокруг Поттера и Блэка, а потом ещё один Гарри выскочил с другой стороны озера и прогнал дементоров мощнейшим патронусом. Что это? Маховик времени? Откуда он у мальчишки? Ну конечно, Грейнджер! Видимо, директор опять играет в свои игры. Так больше продолжаться не может. Парня надо спасать. Его нужно спрятать в более надёжном месте, там, где Поттера защитят, да ещё и обучат хорошенько. И, учитывая склонность подростка к приключениям, Снэйп знает, куда именно его нужно отправить.... *** Гарри стоял на перроне Хогвартса, ожидая отправки поезда. Он всё ещё волновался за крёстного, но тот хотя бы был в относительной безопасности. А ему, Гарри, теперь предстояло ещё одно поганое лето в компании Дурслей. Оставалось надеяться лишь на то, что друзья хотя бы будут чаще ему писать. Рон и Гермиона отошли ненадолго по своим делам, а Гарри не хотелось одному сидеть в купэ. Подходило время, и Гарри уже хотел зайти в вагон, когда из-за спины его окликнул самый ненавидимый им за все три года обучения голос. - Поттер, идёмте со мной. У меня к Вам небольшое дело. - Простите, профессор, но поезд скоро отправляется. И мои друзья... - Проживут без Вас некоторое время. Не волнуйтесь, Вы успеете оказаться там, где нужно, а дело не терпит отлагательств. Директор хочет с Вами поговорить. Гарри ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Если уж Дамблдор захотел его увидеть, дело было и вправду серьёзное. Мальчик подошёл к профессору и, с подозрением покосившись, взялся за протянутую им руку. Внутренности парня, словно пропустило через мясорубку. Он упал на колени и закашлялся, пытаясь удержать в желудке остатки завтрака. Через пару минут Поттер смог нормально вздохнуть, поэтому встал и огляделся. Они стояли посреди леса, возможно, где-то в Британии, но однозначно не в Хогвартсе. Рядом с непроницаемым лицом стоял Снэйп. - Профессор Снэйп, где мы? - Там, где Вам нужно быть, Поттер. Идёмте. Делать было нечего, и Гарри поплёлся следом за двинувшимся вперёд зельеваром. Через минут десять пути парень уже был точно уверен, что школой здесь даже не пахнет. Вскоре они оказались на поляне, где стоял ещё один человек, явно их ожидавший. Это был высокий, сухой, но жилистый мужчина с чёрными кудрями до плеч и острой бородой почти до груди. Он был одет в чёрный кафтан с высоким воротником, свободные штаны и сапоги. Незнакомец опирался на невысокий, до пояса, посох из тяжёлого, чёрного дерева. Увидев пришельцев, он усмехнулся и махнул профессору рукой. - Северус, вот и вы! Как добрались? - Без приключений, спасибо, Игорь. Как ты? - По-старому, дружище. Гоняю своих оболтусов. - Всё готово? - Да, конечно. Но ты ведь помнишь уговор? Я не могу держать его насильно, а без желания.... - Без желания не бывает подвигов. Помню. Ты постоянно это толдычишь. - Таков наш закон, друг мой. В это время Поттер, уже порядком разозлённый всей этой таинственностью, решился подать голос. - Профессор Снэйп, простите, но где мы? И где профессор Дамблдор? Я ведь опоздаю на поезд. - Дамблдор? Незнакомец явно был удивлён. Северус только покачал головой. - Не волнуйся, Игорь, это был единственный способ. Сейчас я всё ему расскажу. А Вам, мистер Поттер, следует получше дружить с логикой. Разве я что-то говорил о директоре Хогвартса? - Но Вы ведь... - Сказал, что Вас хочет видеть директор, но о Хогвартсе я не говорил ни слова. Поэтому позвольте представить моего хорошего друга, Игоря Каркарова, директора института магии Дурмстранг. И ещё, насчёт поезда. Как Вы, наверное, уже догадались, в Литтл-Унгинг Вы сегодня не попадёте. Я ведь сказал, что Вы будете там, где Вам нужно быть. - Профессор, объяснитесь! Что всё это значит? Вы настолько ненавидите меня, что уже решили избавиться? Нет человека - нет проблемы, Как с Сириусом? - А парень неплох! Дерзкий и храбрый, как раз по мне. Бородач хохотнул, бесшабашно ухмыляясь. Снэйп же тяжело вздохнул и опустился на траву. - Сядьте, Поттер. - Но... - Сядьте! Разговор будет долгий.... Итак, для начала выясним наши отношения. Во-первых, да, Поттер, Вы и вправду мне не нравитесь, но это моё личное дело. Хотя, не скрою, частично моё отношение помешало мне объективно относиться к Вам, как к ученику, и это одна из причин Вашего нахождения здесь. Во-вторых, то, что Вы сказали по поводу Блэка и расправы - полная чушь. Неужели Вас не удивило, что ни подходы к башне, где сидел задержанный опасный преступник, ни её внутренние помещения не были под охраной? Я сделал всё, чтобы вам с подругой удалось осуществить свой план, так что Вам следовало бы меня благодарить хотя бы за это. Впрочем, благодарности я не жду. На этом тема наших отношений на данный момент закрыта, поэтому я перехожу к сути нашей беседы. Северус потёр переносицу и глубоко вздохнул. - Гарри, ты никогда не задавался вопросом, почему ты, ставший причиной гибели Тёмного Лорда, одиннадцать лет жил с теми, кто тебя ненавидит, вдали от мира Магии? Снэйп чуть подождал, но ответа от Гарри не дождался. Тот, вероятно, был слишком поражён обилием информации. Правда, на самом деле мальчик более всего был удивлён тем, что вредный зельевар впервые обратился к нему спокойно и по имени. - Как ты думаешь, Гарри, сколько первокурсников нашей школы за последние, скажем, десять лет умудрились встретиться с горным троллем и остаться в живых? Сколько второкурсников одним только мечом смогли убить василиска, пусть и посторонней помощью? Сколько тринадцатилетних подростков способны отогнать хотя бы одного дементора, я уже не говорю о толпе? - Вы хотите сказать, что я особенный? Гарри усмехнулся, поскольку именно Снэйп всегда придирался к нему, уличая в некотролируемой гордыне. Северус только дёрнул плечом. - Я хочу сказать, что из тебя делают особенного. Я пока не могу доказать, но я уверен, что Дамблдор специально подстраивает тебе испытания. Ребёнку не дело попадать в такие передряги, даже если он Избранный. Да, ты не знаешь, но о тебе есть пророчество. Оно гласит, что лишь ты способен победить Тёмного Лорда, и в последние годы ты раз за разом доказывал это. И тем не менее, почему ты лишён безопасности, нормального обучения, да хотя бы приличной семьи, где бы тебя воспитали подобающе? - Я рад учиться в Хогвартсе.... У Гарри шумело в голове. Хотя все эти сведения и были ему по большей части известны, теперь они представали под каким-то немыслимым углом. Всё это должно было быть ложью, наветом, клеветой... Но не было. Почему-то это мальчик понимал ясно. - Там заботятся обо мне. У меня есть друзья! - Да? А может ты доволен, потому что не видел ничего лучшего? Кто здесь - твои друзья? Люди, которые смеются над тобой меньше, чем маглы раньше? Или те, кто тобой восхищаются только потому, что с детства читали о тебе в книгах и газетах? О тебе заботятся? Это так ты называешь случай, когда толпа обученных боевых магов сидит и трясётся от страха в кабинете директора в то время, когда двенадцатилетний мальчишка в подземелье подыхает от яда только что убитого им собственными руками василиска? - Но... Гермиона! И... Рон! - Уизли всегда считали правдой любое слово Дамблдора. Я знаю, как вы встретились впервые. Как по-твоему женщина, уже двадцать лет ездяшая или провожающая детей в Хогвартс, могла забыть номер единственной магической платформы? - Их, что, нарочно туда подсунули? - Да ну! У Поттера заработали мозги! Сенсация! - Но Гермиона! - Про неё я не знаю. И, судя по её поведению, на одного друга в Хогвартсе ты и правда можешь рассчитывать. Но Рон Уизли - говорю прямо, чтобы не возникало иллюзий - подослан Дамблдором, чтобы следить за тобой. Я не знаю точно, зачем, не знаю, что нужно директору, но тебя явно пытаются покрепче свести с этой семьёй. - Почему! Гарри уже почти плакал. Держать себя в руках не было сил. Вот так просто как минимум половина жизни оказывается ложью - это и для более крепких и зрелых людей суровое испытание. - Зачем Вы мне это говорите? Почему единственный, кто решил меня просветить в том, что моя жизнь, как минимум наполовину, дешёвый фарс - это самый ненавидимый мною профессор в школе...? Что мне теперь делать? Северус тяжело вздохнул и потупил глаза. Чёртов мальчишка - полная копия отца, но глаза... И именно в этот момент он больше всего напоминал именно Лили. Сейчас Северус точно знал, что поступает правильно - впервые за долгие годы был уверен. - Учиться, Харольд. Да, именно так тебя назвала мать - Харольд - имя великих воинов и королей. Я слышал это из её собственных уст. Не знаю, почему тебя везде, даже в документах называют Гарри, но речь сейчас не об этом. Чтобы не быть пешкой в чужих играх, тебе нужно учиться и тренироваться, стать воином, а не послушным учеником. Стать тем, кем тебя все считают - героем. И я, Северус Тобиас Снэйп, нашёл для тебя наставника. Запомни моё имя, Харольд. Пусть меня связывает клятва, но я не дам больше никому играть тобой. Ты станешь мужчиной, и тогда уж сам решишь, чью сторону принять, кого считать другом, а кому бросить вызов. Твой путь теперь перед тобой. С этими словами Северус встал и, пройдя несколько шагов, аппарировал. На поляне воцарилось тишина. Немного погодя, Каркаров вздохнул и усмехнулся. - Наконец-то ты заговорил, как воин, Северус. Ну, малец? Что скажешь? - А что я могу сказать? Выбора мне, судя по всему, снова не дают. - Ошибаешься. У меня с собой порт-ключ, который доставит тебя на вокзал Кингс-Кросс. Если захочешь уйти - я отдам его тебе, и ты вернёшься к своей прежней жизни. Будут спрашивать - скажешь, что Снэйп был восхищён одной из твоих работ, и вы говорили о твоих перспективах зельевара. Конечно, так себе отмазка, но Северус всё подтвердит. - Вот так просто? - Да. А зачем усложнять? - Тогда зачем он привёл меня сюда? - Чтобы рассказать то, что ты сейчас услышал и предложить помощь. - И Вы согласитесь меня учить? - Так, выбрось эти выканья к чёрту. Мы равны. От любого другого студента Хогвартса я бы такое ещё стерпел, но от тебя, победившего василиска в 12 лет! У тебя нет права пресмыкаться перед другими. Ты воин, хоть и совсем зелёный. А воины равны между собой. И Игорем меня звать тоже забудь. Я Ингвар - это моё имя. - Хорошо, Ингвар... Значит Вы... Ты будешь меня учить? - А это зависит от тебя, малец. Я говорил Северусу и тебе скажу то же. В Дурмстранг нельзя записать или записаться. Здесь нет тестов, баллов и глупых конкурсов. Подать заявку на обучение можно одним единственным способом - лично представиться Старшему Наставнику, коим теперь являюсь я. Если я сочту кандидата достойным - он принят. Если нет - уходит восвояси, хотя может вернуться позже, когда станет достойнее. Хочешь учиться у меня - представь себя и проси об обучении так, чтобы я тебя принял. Гарри задумался. Всё это было чрезвычайно странно. Он легко мог встать и уйти, вернуться домой и ждать следующего года в Хогвартсе. Но теперь ему этого не хотелось. Единственным верным, дорогим для него человеком там осталась Гермиона. Конечно, Снэйп мог и наврать с три короба, но зачем? Убрать его из Хогвартса? Но тогда его бы приняли сразу, старались бы удержать, а он может идти на все четыре стороны, хоть сейчас. И потом, парень точно знал, что профессор говорил правду. Он сам не понимал, откуда, но знал. Теперь о Дурмстранге - об этом институте Гарри уже читал в какой-то из книг по истории магии, насильно всунутых ему Гермионой. Вроде бы это замок на суровом севере, где обучают в том числе и тёмной магии. Ученики там ходили в мехах поверх кроваво-красных мантий или мундиров, а обучение отличалось суровой дисциплиной. Странно всё это... Но всё же Гарри непонятно зачем решил попробовать. Он взглянул на ожидающего его Каркарова. - Здравствуйте, господин директор. Меня зовут Гарри Поттер. Я ученик Хогвартса, но считаю, что обучение там... не отвечает моим требованиям. Я прошу Вас принять меня в институт Дурмстранг на четвёртый курс. - Нет. Ответ директора прозвучал сразу же, незамедлительно и жёстко. - Кто ты такой, Гарри Поттер? Я не знаю твоего имени. Что ты сделал, чтобы стать моим учеником? Я не слышал о тебе. Я помню только что-то о мальчике, знаменитом лишь тем, что выжил, когда его родители умерли. Как посмел ты ступить на эту землю, если ещё не вступил в бой, если не жаждешь славы? Ты недостоин войти во врата Дурмстранга. Уходи. С этими словами маг повернулся и медленно и гордо пошёл прочь. У Гарри натурально отвисла челюсть. И это всё? После пафосных речей Снэйпа? После всей этой пыли в глаза? Кто это вообще такой и что он-то собственно сделал? Он не знает его, Гарри, имени? Да Снэйп тут полчаса распинался, рассказывая, чего Гарри достиг! Он недостоин?! Он, что, слабак? После всех унижений, испытаний, после всей боли, что он вынес, его просто так берут и вышвыривают пинком под зад!? Неизвестно откуда внутри у мальчика вспыхнул огонь. Стерпеть такое? Да начерта!? Зачем он вообще терпел всё это время? Терпел Дурслей, издевательства одноклассников в магловской школе, назойливое хогвартское обожание, тупые издёвки Малфоя и его псов? Какого чёрта он должен терпеть!? Сам до конца не осознавая, что и зачем делает, юноша выпрямился и гордо посмотрел в спину Каркарову. - Стой, Ингвар! Как смеешь ты поворачиваться ко мне спиною!? Волшебник резко развернулся и нехорошо посмотрел на мальчика, но тот легко вынес его взгляд. Теперь Поттер смотрел жёстко и гордо. Пусть и на несколько минут, но в нём теперь не было и следа привычной робости, неуверенности, боязни быть неуместным где бы то ни было. Теперь на Каркарова смотрел молодой мужчина, знавший себе цену и уже немало повидавший в жизни. - Слушай меня! Я, Харольд Поттер, сын Джеймса Поттера и Лилианы Эванс, пришёл учиться у тебя. Я выжил после смертельного проклятья Тёмного Лорда, когда мне был ещё год от роду! В одиннадцать лет я поверг Волдеморта, когда он был Квиритусом Квирелом! Через год я убил василиска мечом Годрика Гриффиндора, вытащив тот из шляпы, и помощью мне тогда был лишь феникс, выклевавший змею глаза! Тогда я спас Джиневру Уизли от василиска и сразил его хозяина - Воллеморта, почти возродившегося через проклятую тетрадь! В тринадцать лет я прогнал сотню дементоров одним патронусом. Я спас гиппогрифа Клювокрыла и своего крёстного отца, Сириуса Блэка, от смерти! Я здесь, перед тобой. Я, Харольд Джеймс Поттер, прошу тебя принять меня в ученики. На лице Каркарова отразилась улыбка, одновременно и хитрая, и восторженная. Он сколько-то времени глядел на Гарри и вскоре удовлетворённо кивнул. - Здравствуй, Харольд Поттер, сын Джеймса Поттера и Лилианны Эванс. Я Ингвар Каркаров, сын Лютобора Каркарова и Мередид Дуглас, покоритель драконов, прославленный поединщик, доверенный воин Тёмного Лорда, освободитель земель Коннахта от Пожирателей Смерти, Старший наставник замка Дурмстранг, приветствую тебя! Твоё имя гремит от Альп до Перенеев и Британии. Твои речи - речи воина, не знающего страха. Я услышал твои слова и признаю тебя достойным. Ты войдёшь во врата Дурмстранга и будешь учиться здесь. Ты освоишь боевые приёмы и обретёшь верных соратников. Ты выйдешь отсюда героем, и весь мир узнает о твоих подвигах, совершённых и тех, что ещё грядут!