Все иза одного сна..

Утро началось нестабильно: Рома проснулся не от будильника, а от звонка. Схватив телефон, он увидел на экране имя «Али» — его лучшая подруга. Они часто и метко общались. Взяв трубку, он хриплым от сна голосом промычал: — Чё тебе надо в такую рань? — Ты сегодня прогуляешь школу со мной. И точка. Встречаемся через час на крыше одиннадцатиэтажки. Сбросив трубку, Рома пошёл собираться. Ровно через час он вышел из подъезда и направился не к школе, а к новым домам, стройку которых заморозили ещё год назад из-за нехватки бюджета. Еле-еле он поднялся на крышу: лифта там не было, даже дверей в шахту не установили. Девчонка уже стояла там — классический набор: чёрный энергетик и пачка дешёвых сигарет. Она не стала тянуть кота за хвост и, не оборачиваясь, сказала: — Я поссорилась с Ксю. — Опять? — усталым голосом риторически спросил он. — Не опять, а снова, — голос Алисы дрогнул от обиды. Девушка была совсем другой, чем Рома. Чёрно-розовая одежда, такие же цвета в волосах — она выглядела ярко и дерзко. Рома никогда не понимал моду на цветные волосы: для него это было чем-то вызывающим и непонятным. Но Алиса всегда оставалась его розово-чёрной принцессой. — Что на этот раз? — он был слишком уставшим от её вечных драм, но дружеский долг кричал, что он должен помогать ей. — Она истеричка! — Алиса говорила быстро, спотыкаясь о слова. — Увидела меня со своей бывшей подругой. Ну, помнишь, та, которая увела у неё парня? А мы просто шли рядом случайно! Она подумала, что я с ней общаюсь, и… — тут её перебил громкий рингтон телефона. — О! Она звонит! Динамик на телефоне был слишком громкий, и Рома, даже не собираясь подслушивать, всё равно слышал каждое слово. Он полчаса стоял, глядя в небо, на рассвет, который уже казался поздним — как всегда бывает в сентябре. В конце концов, Алиса с радостным криком подскочила к нему: — Всё! Мы помирились, моя любимая сейчас придёт! Рома не обрадовался. Он никогда не любил Ксюшу: она была ревнивой стервой и обожала устраивать сцены. Но что бы там ни было, Алиса любила её больше жизни. Их отношения начались ещё тогда, когда Ксюша училась в седьмом классе, а Алиса — в восьмом. И сколько бы Рома ни терпел её выходки, а делать это было непросто, он терпел. Полчаса они болтали, покуривая. Наконец оба услышали шаги. Обернувшись, Рома заметил блондинку: несколько прядей её волос были выкрашены в белый с чёрными полосами. Или наоборот — чёрные с белыми, словно у зебры и в открытой одежде. Никто никогда не считал её наряды слишком откровенными, кроме Ромы. Для него любая майка или шорты казались ужасно вызывающими, ведь он сам всегда ходил в кофте и брюках, даже в такую жару, что на асфальте можно было пожарить яйцо. Две девушки пошли навстречу друг другу, обнялись и даже поцеловались. От этого Роме стало не по себе — хотелось отвернуться, даже стошнило бы, ведь он ещё ни разу никого не любил и сам не был любим. Точнее, он просто не знал, что это такое. Ксюша ушла почти так же быстро, как и пришла — надо было идти в школу. Алиса драматично заявила, что, если та прогуляет, ей «оторвут голову», но Рома в этот бред не поверил ни на секунду. Они тоже долго не задержались и разошлись уже через час. Рома шёл домой в полном одиночестве, уткнувшись в телефон. И тут пришло сообщение от неизвестного контакта: «Ты же Рома? Одноклассник Серёжи?» У него даже волосы на ногах встали дыбом. Он ведь никому не давал свой номер… или давал новенькому? Уже дома, где никого не было (все были на работе), он решился ответить: «Да, это я. А вы кто?» Ответ пришёл сразу: «Я — мама Серёжи, Мария. Если тебе не сложно, присмотри за моим сыном: покажи ему школу или район. Я могу заплатить, если нужно! Я просто хочу, чтобы у Серёжи появились друзья». Просьба показалась Роме наглой. Но почему-то он согласился — то ли из жалости к Марии и её сыну, то ли просто из душевной доброты. Целый день Рома ничего не делал. Ролики в интернете уже надоели, а тренды 2016-го казались ему странными и неестественными. Уроки он сделал сразу как ему отправили домашние задание — как ни крути, ум у него был. Даже когда он почти не учился на занятиях, всё равно справлялся. Это всё гены отца: они проявлялись и в уме, и в характере. От скуки он зашёл в «ВКонтакте», чтобы выложить пару фотографий. Первая — с котом, который растянулся прямо на клавиатуре компьютера. Подпись была короткой: «Кит снова не даёт играть». Вторая — более личная: в одной руке сигарета, в другой — телефон, из-за угла снимка видно лишь его профиль. Лицо в зеркале он аккуратно замазал. После этого он пошёл в душ. Тёплая вода стекала по телу, а он стоял с закрытыми глазами. И вдруг — перед внутренним взором вспыхнула фотография Стаса. Рома резко открыл глаза, мотнул головой, будто пытался вытолкнуть ненужные образы. Уже в кровати, с чистыми и сухими волосами, он долго ворочался, не в силах уснуть. Наконец схватил телефон и написал Серёже: «Привет, что-то было интересное в школе?» Ответ пришёл мгновенно, как и от его мамы, понятно, в кого он: «Привет!! Да ничего особенного. А ты почему не был сегодня?» Рома тяжело вздохнул, почувствовав раздражение от слишком восторженной манеры общения собеседника. И написал в ответ: «Дела были. Слушай… дашь контакт Стаса?»