Тени севера

72 часа ранее, галеон «Сияющий». Дверь маленькой каюты открылась, и в неё ступил невысокий бородатый мужчина, одетый в черную рубаху с эмблемой нильфгаардской торговой компании, капитан корабля. Рейгель, видя что его пьяного собеседника появление нового слушателя только подстегнуло продолжить свой идиотский рассказ, решил перебить его и обратился к вошедшему. — Так где мы, шкипер, говоришь? — У призрачного берега, — вздохнул моряк, жадно глотая из протянутой кружки пива. — Да быть того не может, — икнув, возмущенно воскликнул третий мужчина из компании, — я тут плавал не раз. Мы должны идти вдоль береговой линии Цинтра-Вердэн, должны быть у устья Яруги, у Настрога. — Вы правы, милсдарь, — моряк еще раз жадно отпил и уставился на мужчину усталым взглядом, — и впрямь должны. Только вот вчера под сумерки встретили зерновоз из Вердэна. Они-то наши планы и поменяли. Говорят мол, сворачивайте к островам, у берега пираты с Скеллиге бушуют, бьют по Нильфгаарду, а значит флот в походе, у островов безопасней. Ну мы и свернули, море спокойное, пойдем прямо на Цидарис, каюты полные, а в Вердэне никто не сходит, так зачем рисковать? А вы, милсдарь Хенрик, зачем интересуетесь-то? Надоела небось наша посудина, — сказал мужчина, притворно сощурив глаза. Двести двадцать шестой. Да, кажется в двести двадцать шестой раз за последние два месяца пожалел что выбрал это имя для прикрытия. Оно, хоть и не таило в себе ничего странного, смешного или предосудительного, каждый раз звучало так, как будто собеседник обращается к маленькому, и не очень смышлёному ребёнку. — Корабль прекрасен. Тем более в этом плавании попались действительно интересные попутчики. — О да, — заржал капитан, — этот интерес ваш, очень громкий оказался. Вчера ночью даже матрос на марсе слышал эту интересную интересность. Рейгель улыбнулся. Сессиль действительно была очень громкой. Когда он впервые заговорил с ней пару дней назад на верхней палубе, он всего лишь хотел скрасить своё путешествие на этой унылой посудине общением с красивой девушкой. Он конечно ожидал что возможно получится затащить её в постель, это у него всегда неплохо получалось. Чего он не ожидал, так это того что путешествующая в одиночестве женщина, найдя кого-то, от кого не смердит ромом, потом, и дешевым табаком, набросится на него как оголодавшая гарпия. И вот за эти две ночи, проведённые в ее обьятиях, Рейгелю удалось выявить у неё два уникальных таланта. Во-первых, она была действительно громкой. Диапазон звуков, которые девушка издавала во время их совместного времяпровождения, варьировался от громкого щебетания поющей птицы до звука, издаваемого китом при брачных играх. Как результат, на первое утро на них сердито смотрели моряки, отсыпавшиеся после дневной вахты, а на второе уже и все остальные пассажиры галеона делали сердитые мины, стоило кому-то из парочки появится в поле зрения. И вот тут в дело вступил второй талант Сессиль, её способность в считанные секунды расположить к себе любого человека. Пара слов и очаровательная улыбка молодой девушки тут же превращали её собеседника в эталон доброжелательности, вежливости и услужливости. Впрочем, как говорит его старый учитель — «любое качество личности обьекта, включенного в работу, можно использовать для достижения конечной цели, тоесть успешного выполнения поставленной задачи». Вот и пришло время их использовать, подумал он, через пару часов они будут в максимальной близости к Хиндерсфьяллу, а старый граф Вильгельд, которого он старательно начал спаивать сразу после обеда, уже был доведён до нужной кондиции. В какой-то момент он даже забеспокоился что эта затея и вовсе не выгорит, больно уж натренированным в вопросах распития алкоголя оказался старый нильфгаардский дипломат. — Кстати о ней, ваше высокопревосходительство, — начал он, многозначительно ухмыляясь и обращаясь к снова потянувшемуся к бочонку с пивом старику, — не передумали? Если хотите с познакомится, надо бы мне пойти позвать девушку, пока она не легла спать.
 — Конечно конечно, — сразу оживился граф, оторвав взгляд от сосуда — ступайте сию минуту! Рейгель встал, протиснувшись в узкое пространство между стулом сидящего с прикрытыми глазами капитаном, и стенкой палубы, он вышел в длинный палубный коридор. По пути в каюту Марички план стал окончательно вырисовываться у него в голове. Он порылся во внутреннем кармане своей расстегнутой куртки и достал круглые карманные часы, последнее слово техники, произведшего фурор в ковирской внешней разведке. На десяток секунд уставившись на них с задумчивым видом, он спрятал их обратно в карман и толкнул дверь в каюту девушки. Она лежала на кровати, прислонившись к спинке и читая какую-то старую книгу в засаленной обложке. Её рыжие волосы были перекинуты на правую сторону, а синие глаза, бегущие по рунам, блестели в свете лампы. — Дипломатическая этика, да? Высогота из Корво, — он присел на кровать рядом с ней, вынимая медленно книгу из её рук, — искусство навязать свои условия и не оказаться на эшафоте. Довольно сомнительно из уст человека, не сумевшего договорится ни с одним из изгнавших его государств, тебе не кажется? Он убрал в сторону прядь её волос, она улыбнулась и невесомо коснулась его губ своими. Его обдало сильным ароматом мяты, а голова немного закружилась. — Ты вошел с таким решительным лицом, я даже на секунду забеспокоилась не подмешал ли старый граф тебе какую-нибудь афродизиак в пиво. Но ты кажется возбужден чем-то другим. Понял наконец где старик держит золото? Я уж подумала сделать всё сама, уж сильно я не привыкла делить с кем-то награду, — она опустила глаза и провела пальцем от его локтя к запястью. — Понял, — его лицо тут же стало серьёзным, — только не золото. А за твою помощь у меня для тебя есть награда в сто крат больше золота. — Я вся во внимание, — её брови поползли вверх. — Ты поможешь мне, потом доплывешь на корабле до Цидариса. Там в порту будет стоять ковирский почтовый корабль, называется «Тайфун». На нём ты доплывешь до Понт Ваниса. Там, в Понт Ванисе, тебя научат таким вещам, о которых ты и мечтать не могла, а знания ты получишь такие, по сравнению с которыми это, — он кивнул на лежащую на кровати книгу, — покажется тебе сборником сказочек для послушников храмовой школы. — Так вот оно что, — прошептала она медленно, заглядывая ему прямо в глаза, — никакой ты не вор из Виковаро. Ты, — начала девушка, но он тут же её прервал. — Ага. — А если я, допустим, не соглашусь? Как ты поступишь, неужели ты сможешь сделать мне что-то плохое, — она захлопала ресницами и провела рукой вверх по его предплечью. — То что ты согласишься, я понял из первого же разговора с тобой, — он взял её за подбородок и провёл пальцем по её щеке, — ты молодая, умная и красивая. Не знаешь куда себя деть, обкрадываешь богатых старпёров, заманивая их длинными ножками и очаровательной улыбочкой. Там тебе дадут цель, ты станешь нечто большим, чем мелкой воровкой. Что бы я сделал в случае отказа, тебе там тоже кстати расскажут, — он улыбнулся, — а теперь слушай… Через пол часа он уже спешно рылся в ящичках в каюте графа, пока девушка, с интересом поглядывающая на него, лежала на кровати и громко стонала. Звук был настолько натуральным, что Рейгель был уверен, у всех кто его слышал, не оставалось никаких сомнений насчёт происходящего в лучшей каюте корабля. Наконец найдя нужную тубу, он тут же достал из неё большой холст и разложил его на полу. Порывшись во внутреннем кармане куртки, он достал синий блестящий камушек и поднес его к губам, что-то прошептав. Камушек тут же засветился, слабый свет образовал на полу ровную синюю линию, он провёл несколько раз ею по поверхности холста. В дверь постучали. — Какого чёрта, — раздался голос старика и дверь затрещала от сильного стука кулаком, — там происходит? Откройте курва вас задери! Он поднялся, быстро спрятав камень он сверлнул холст и положил тубу на место. Еще раз достал и взглянул на часы, времени совсем не оставалось. Рейгель подбежал к девушке, обхватил её лицо руками и поцеловав, прошептал:
 — Отвлеки его на минутку. Увидимся, Сисси, я буду скучать, — он отбежал к ставням каюты, открыл их, глянул в темноту и развернулся, — в Цидарисе на корабле ищи человека по имени Станислас, передай ему что ты от топаза. Дверь с грохотом раскрылась, девушка тут же встала в проходе, её руки легли по обе стороны дверной рамы, полностью заградив обзор снаружи. Он выглянул вниз, темнота и холод били по всем человеческим инстинктам Рейгеля, тело задрожало, противясь тому что он собирался сделать. Но он знал как с этим справиться, давно прошли те времена, когда но мешкался в такой ситуации. 
 — Любезный граф, — протянулся девушка, — Хенрик сказал что вы присоединитесь к нашему развлечению, мы никак не могли понять куда вы пропали. Бормотание старого чиновника было последним что услышал Рейгель, он встал в проёме на корточках и с силой оттолкнулся ногами от борта. Единственное что он дальше почуствовал был удар и жгучий, пронизывающий тело холод. Последнее что он успел сделать перед тем как отключится от шока резкого перепада температуры, это сжать в руке мешочек с флуоресцентым порошком.