freedom

***

Джисон благодарен себе за то, что когда-то завёл компактный, но довольно вместительный блокнот для записи всего того, что он когда-либо придумывал. Это действительно было удобно, он в любой момент мог туда заглянуть и вычерпать оттуда что-то: вдохновение, продолжить старые записи или просто перечитать или усовершенствовать свои работы, из которых вполне может сложиться что-то серьёзное. Вот и сейчас, Хан снова находился в студии из-за вдохновения, внезапно навалившегося на него. Он хотел было написать что-то новое и записать это в блокнот, но желание перечитать всё, что он писал за полтора года взяло вверх. Джисон стоял с собственной гитарой, висевшей на ремне у него на плече и читал записи в блокноте, который положил на подоконник перед собой. За окном было очень светло, облаков на небе не было вообще, и из-за этого глядеть на вид из окна было вдвойне приятно. Солнечные лучи проникали через стекло, освещая студию, а потому и настроение было соответствующее. Хан листал страницы блокнота, исписанные либо словами, либо табами, и на каждую страничку у него была абсолютно разная реакция. Сейчас он мог смеяться с себя же, потому что рифма была странной и сам текст бредовый, а потом мог восхищаться написанным риффом, проще говоря — табами для ритма. Некоторые соло-партии вызывали у него желание снова творить, потому что это было действительно хорошо — и интересное звучание, и сложность в пределах нормы, и хорошая тональность. Вот же молодец, Хан Джисон! Одна мелодия оказалась годной и достаточно длинной, и Хан по написанным номерам ладов и струн гитары на пробу проиграл то, что писал полгода назад (дата была подписана). И ему понравилось. Рядом был текст, который Джисон оценил на пятьдесят процентов из ста, потому что: «хорошо, но слишком смазливо». Но больше всего ему понравились строчки: Мы были мертвы, но теперь я как ты — Читаю насквозь и боюсь высоты. Ладно, это всё конечно неплохо, но чтобы по-настоящему заниматься продюссированием, нужно профессиональное оборудование. Далеко Хан просто так не уйдёт. И он это знает. Джисон оставил записную книжку на подоконнике и, ощутив неприятное тянущее ощущение в надплечье, приподнял гитару за гриф, чтобы она не давила и не создавала дискомфорта. Сочиняя на ходу очередную мелодию, по-очереди подцепляя струны медиатором и после проигрывания небольшой частички ритма записывая табы в блокнот, Хан невольно задумался, все ли популярные исполнители начинали как он. В плане, много ли кто из звёзд мирового уровня также мечтал о славе в детстве, подростковом возрасте и верил, что сможет подняться на уровень всемирной известности? Джисон даже не представлял, сколько трудностей пришлось пройти известным музыкантам, но несмотря ни на что, он хочет также. Он тоже хочет пройти через трудности и добиться своей цели, и у него для этого уже есть наводка. С другой стороны, работа в группе — это наверняка сложно. Но разве весь смысл не в этом? Побороть все препятствия, много раз пожалеть о своём выборе, чувствовать отчаяние, но в конечном итоге вырасти и победить в этой схватке? Хан думал об этом, и мыслей о предложении Чонина становилось всё больше. Нужно поговорить с остальными и заодно для себя решить, хочет ли Джисон этого на сто процентов. Хан снял с себя гитару и поставил её на специальную подставку рядом, набирая номер Хёнджина на телефоне и упираясь локтями в подоконник, чуть наклоняясь вперёд. — Джинни, где ты? Рядом с тобой есть Минхо или Сынмин? — Мы с Минхо недалеко от общежития, — раздалось на другом конце динамика, и Джисон удовлетворённо кивнул сам себе. Не придётся звонить всем троим. — А что такое? — Помнишь, Чонин недавно предложил нам создать свою музыкальную группу? — Помню. — Не знаю, единственный ли я серьёзно отнёсся к этому, но я думаю, нам нужно поговорить об этом. Как считаешь? — Хан практически уверен, что Хёнджин должен согласиться, потому что тот всегда за любой движ. Тем более, когда дело касается их любимых занятий. — Я тоже об этом думал, и я только за. Я поговорю с Минхо, — после этого в трубке отдалённо послышались два голоса, пока Джисон рассматривал аккуратно подстриженные кустики, что стояли по периметру почти всего здания студий. Слишком резко на окно приземлился какой-то жук-летяга, и Хан сначала испугался резкого звука и только потом осознал, что это насекомое. Тогда стало в разы страшнее. — Ты чего там орёшь? — Хёнджин вернулся к телефону, в то время как Джисон был готов собирать вещи и валить из страны. — Призрака увидел? — Почти. Жук, — Хан отпрыгнул от окна несмотря на то, что жук, вообще-то, был с другой стороны. С чего это Джисон будет там стоять и играть в гляделки с жуком, ему от одного вида тошно, что уж говорить про контакт. — Беги и не оборачивайся, — сказал Хван серьёзным тоном, но потом вернулся в прежний. — Минхо тоже думал об этом и тоже согласен. — Отлично! Осталось только найти Сынмина, — Джисон хотел сбрасывать трубку и звонить Киму, но Хёнджин его опередил. — Мне кажется я знаю, где он может быть. Встретимся у нашей комнаты, — сказал Хван и отключился. Хан просто положился на Хёнджина. Главное, чтобы Сынмина привёл, остальное неважно. Джисон убрал гитару в чехол и закинул её на плечо, сунул телефон в карман, взял записную книжку и пошёл в общежитие, особо не торопясь и по пути читая лирику из блокнота. Из-за этого он запнулся об одну из ступенек на лестнице и уже был готов биться головой, но вовремя схватился за перила. Возможно, не стоило читать на ходу. — Минхо, — Хан остановился на этаже рядом с лестницей и убрал записную книжку в карман чехла гитары, и уже затем зашёл к ним с Хёнджином в комнату и помахал Ли, который сидел внутри на кровати Хвана и копался в телефоне. — Где Хёнджин? — Понятия не имею. Сказал, что пошёл за Сынмином и свалил куда-то, — Джисон лишь пожал плечами. А Хёнджин в это время находился ровно напротив общежития, правда по другую сторону от главной аллеи. Он предполагал, что Сынмин может быть на озере (да, Хван и сам знатно подвис, когда узнал, что у них и такое есть), ведь если верить его пьяному языку, тот часто там бывает. Поэтому Хёнджин просто пришёл проверить. И оказался прав. Он застал Сынмина сидящим на корточках около воды, и рядом с ним плавали пара уток, за которыми университет, конечно же, ухаживает. Других уток Ким не интересовал, и они были на противоположной стороне небольшого озера. — Сынмин! — крикнул Хёнджин и энергично помахал Киму рукой, спускаясь с небольшой горки с улыбкой на лице. Озеро находилось в самой отдалённой части университета, чтобы никто лишний раз не тревожил уток, и это было правильным решением. С трёх сторон озеро и небольшой пляж, если можно его так назвать, закрывали деревья, а с одной кустики и другая растительность, но проход можно было найти достаточно быстро. — Хёнджин? — Сынмин не ожидал увидеть Хвана здесь и вскочил на ноги, бросая уткам последние кусочки сушёных овощей, которые он купил в местном магазине специально для них. — Так и знал, что ты здесь, — Хёнджин подошёл ближе, пока Ким разминал затёкшие ноги и скомкал пустую упаковку овощей. — Но как ты догадался? — Предчувствие, — Сынмин вопросительно поднял одну бровь, на что Хван усмехнулся. — Ладно, ладно, последствия твоих пьяных разговоров. — Ой… Я по пьяни могу наговорить всякого бреда, — Ким всё ещё помнит, как после той тусовки у него безумно болела голова, поэтому больше он так напиваться не собирается. Пока что. — Но это же не бред. — Нет, — окей, в следующий раз Сынмину стоит держать рот на замке. На всякий случай. Кто знает, что он успел наговорить тогда всем остальным. — А зачем ты пришёл? — Помнишь про недавнее предложение Чонина? — Какое? Про группу? — Да. — Помню. — Джисон предлагает собраться всем вместе и обсудить, кто как настроен. Они с Минхо уже у нас, а я пришёл за тобой. — Тогда пойдём! — Сынмин тоже был настроен положительно и вприпрыжку побежал в сторону единственного выхода, а Хёнджин пошёл за ним. Пока они шли, Ким невольно задумался, как Хёнджин из всего его пьяного лепета запомнил именно важную для Сынмина деталь. Но это ли не к лучшему? — Наконец-то, — как только Хёнджин и Сынмин переступили порог комнаты, Джисон практически сразу начал возмущаться. — Где ты был? — обращаясь к Киму. — На озере, — Сынмин прошёл в комнату мимо небольшой кухни и заметил Минхо и Хана, которые сидели теперь уже на кровати Джисона. — На озере? — У нас есть озеро?! — сказать, что Минхо удивлён — ничего не сказать. — Да, за бассейном, недалеко от здания администрации, — Хёнджин плюхнулся на свою кровать, и Сынмин присел рядом с ним, посвещая Минхо и Джисона во всю ситуацию. — Ты обязан нас туда сводить, желательно как можно скорее! — Ли впервые слышал о существовании некого озера на территории их университета. Если там ещё и утки водятся — он вообще выпадет. — Можем сходить завтра после пар, — Ким не любит, когда другие люди узнают об озере, но своим друзьям он только за показать все его прелести и его обитателей. — Тогда нужно будет купить сушёных овощей уткам. — Там есть утки?.. — У Минхо всё больше и больше потрясений. — Покормим уточек! — Джисон, кажется, будет завтра одним из активистов в деле по кормлению уток. Но утки утками, а собрались они здесь по другой причине. Им предстоит долгий, серьёзный разговор, и Хан совсем не пожалел, что выдвинул идею поговорить — оказалось, что уверенно (или хотя бы положительно) настроен был не только он. — Если мы создадим группу, будет проще выступать на концерте в конце года, — начал Хёнджин с самого очевидного. — И плюс, мы сможем пойти с этим и дальше, за пределы университета, и может что-то и получится. Лично я ещё с детства думал о том, что будет, если я создам музыкальную группу или попаду в неё, — Минхо переглянулся с Ханом, сидящим рядом, даже не догадываясь, что их желания полностью совпадали. — Это очень круто, писать свои песни, выступать на концертах, и каждый может быть за своим любимым инструментом, — Сынмин ещё до разговора пересел на пол (там удобнее) и упёрся спиной о каркас кровати Хёнджина, сейчас мечтательно задирая голову вверх. — И это большая ответственность. Мы справимся с этим, если будем настроены серьёзно, — Хан поджал к груди ноги, чувствуя, как постепенно расслабляется, потому что сидящие рядом люди явно поддерживают его интересы. — Будем писать песни и колесить по миру с турами, — Хёнджин, конечно, загнул, но почему бы и нет? — Да, только сначала надо научиться писать эти песни и сыграться, — Сынмин голову на край кровати положил, встречаясь взглядом с Хёнджином, который после потрепал его по голове, оказываясь в удобном для этого положении. — Я могу взять это на себя, у меня уже есть опыт, — предложил Джисон, переглядываясь с Хваном, который сидел ровно напротив. Вот кто как никто другой знал, что у Хана был и есть опыт в написании песен, пусть и с натяжкой. — Мы можем работать над этим все вместе, — Минхо был прав, но пока ещё немного не представлял, как это будет. — Так круто! — Хёнджин чуть на месте не подпрыгнул, явно загораясь предложенной идеей. Вот Чонин, знает, о чём говорит. — Тогда, решено? Создадим группу? — Джисон улыбнулся под всеобщее «Да!», испытывая смешанные эмоции и чувства. Как-то слишком всё просто. В окна комнаты стучался солнечный свет закатного солнца, и чтобы отметить начало чего-то, что уже сейчас приносит положительные эмоции, а в будущем их наверняка будет ещё больше, парни решили просто погулять по университету. Зря что-ли у них такой обширный кампус, где, кажется, есть всё? Нужно это всё прочистить. Оранжевый оттенок неба добавлял вечеру яркости как в физическом плане, так и в плане того, что нельзя увидеть глазами. Хотя, тут можно и поспорить — у всех всё на лице написано. Джисон и Сынмин ускакали вперёд чуть ли не за ручку, пока Минхо и Хёнджин шли сзади и разговаривали о том, какие выводы они только что заключили. Интерес в чём-то новом делал своё дело, и поэтому легко было догадаться, о чём думают сейчас все четверо, наслаждаясь свежим воздухом и теплом от солнца, что медленно, но верно садилось за горизонт. Возможно это и в правду станет точкой невозврата, но даже если нет — пойдёт в папку «лучшие моменты жизни» в памяти. Но надеяться хочется на первое, как никак. Если приложить много усилий — случится всё, о чём мечтаешь, так что стоит не надеяться, а действовать.