24 | Минхо, Испытание, Фаза 3
13 июля 2024 г., 15:00
Минхо, Испытание, Фаза 3
Прошло три дня с тех пор, как они прибыли на Берге с Жаровни, и Минхо уже почти сходил с ума. Его держали в маленькой комнате общежития с обилием еды и ему было абсолютно нечем не заняться. Считать линии на обоях и воображать лица в узорах на потолке ему уже наскучило. Он ничего не слышал о Томасе или о других своих друзьях. На утро четвертого дня в дверном проеме показался Крысун с двумя вооруженными охранниками. «Следуй за мной», — сказал он. «Никаких объятий и поцелуев?» — спросил Минхо. «Я скучал по твоему уродливому лицу». «Следуй за мной или по тебе откроют огонь». На его каменном лице не было ни тени эмоций. Минхо вздохнул и сделал, что ему сказали. В этот день ему совсем не хотелось, чтобы по нему стреляли. И, если быть честным с самим собой, все было бы лучше, чем просидеть в этой комнате еще хоть одну секунду. Минхо последовал за Крысуном по длинному коридору и затем они вошли в маленькую комнату, которая вела к нескольким дверям с надписями. «Ты будешь в комнате номер восемь», — объявил Крысун, указывая на дверь с номером 8. Они стояли в тишине, пока Минхо не спросил: «Правда? И что я должен там делать?» «Простой тест», — ответил Крысун. «Ничего подобного предыдущим Испытаниям, уверяю тебя. Твое, вероятно, самое простое испытание из всех созданных нами тестов и, думаю, самое короткое. Тебе зададут один единственный вопрос, и ответ будет состоять ровно из одного слова. Звучит достаточно просто?» Это звучало слишком просто. «Ты действительно думаешь, что я когда-нибудь смогу тебе доверять, кланкорожий?» «Прошу прощения?» — спросил Крысун. Минхо покачал головой. «Клянусь Богом, если ты сделаешь еще хоть что-то со мной или моими друзьями, я буду бороться, пока не умру». На лице Крысуна появилась ухмылка, что еще больше разозлило Минхо. «Обещаю тебе, что твой ответ определит то, что произойдет дальше. Отныне все добровольно. Испытания закончены». Минхо был так зол, что его почти трясло. Он знал, что у него нет выбора, кроме как сделать то, что ему сказали, и это сводило его с ума. «Ты готов?» — спросил Крысун. Минхо хмыкнул. Он подошел к двери с номером восемь и открыл ее. Его удивило отсутствие какой-либо навороченной техники или замысловатых аппаратов. Это была просто маленькая бежевая комната с единственным деревянным стулом посреди кафельного пола коричневого цвета. На противоположной стене висела белая доска, рядом с которой стоял высокий, мускулистый мужчина в зеленой медицинской форме и белом лабораторном халате. У него были идеально уложены черные волосы и самые ужасные усы, которые когда-либо видел Минхо. «Добро пожаловать», — сказал мужчина. «Меня зовут Линкольн. Пожалуйста, сядь напротив меня». Любопытство взяло верх. Минхо сел на стул, не зная, куда деть руки, пока наконец не сложил их на коленях. «Теперь, пожалуйста, наблюдай», — сказал Линкольн холодным, клиническим голосом. Мужчина повернулся и начал писать пальцем в верхнем левом углу доски, его прикосновение оставляло ярко-красную линию по мере движения. Первым словом, которое написал Линкольн, было Томас. Затем он опустился на несколько дюймов ниже и написал Ньют. Потом снова вниз и добавил Фрайпан, а под ним Арис. Мужчина сместился вправо и написал Харриет в верхнем углу с той стороны. Он опустился ниже и написал Соня. Затем Тереза. Затем, к удивлению Минхо, Бренда. Когда Линкольн закончил, на доске ровно расположились восемь имен, написанных красным цветом. Он снова повернулся к Минхо. «Ты подтверждаешь, что знаешь этих восьмерых?» — спросил Линкольн. Минхо закатил глаза. «Да, гений, я их знаю. Крысун сказал, что ты задашь мне только один вопрос. Это он?» «Фактически испытание еще не началось. Это то, что мы называем, подготовительной работой. Пожалуйста, ответь на предварительный вопрос, и тогда мы начнем тест. Ты…» «Да!» — крикнул Минхо. «Я их знаю. Что дальше?» Линкольн не показал никаких признаков удивления. Он спокойно ответил: «Спасибо за подтверждение». Его глаза мелькнули в сторону одного из углов потолка; Минхо повернулся, чтобы увидеть, на что он смотрит. На стене был прикреплен жук-стукач; его красный свет невозможно было не заметить. Минхо увидел знакомую надпись ПОРОК на его корпусе. Воспоминания о Лабиринте нахлынули, и он повернулся к Линкольну. Конечно, они будут наблюдать за всем этим, сказал он себе. Но действительно ли им нужно было использовать жуков-стукачей? Он не видел их с тех пор, как покинул Лабиринт. «Хорошо, мы готовы начать», — громко сказал Линкольн. Мужчина полностью сосредоточил внимание на Минхо. «Как тебе уже сказали, я задам один единственный вопрос. Твой ответ должен состоять из одного слова. Я задам вопрос через десять секунд, если ты готов». Минхо тихо засмеялся, показывая, насколько абсурдной была ситуация, затем кивнул. Он был готов. Когда отведенное время прошло, Линкольн заговорил серьезным голосом, показывая, что каждое его слово имеет значение. «Наши врачи пришли к выводу, что нам нужно вскрыть мозги этих субъектов для более глубокого изучения. Но мы позволим тебе спасти одного из них. Кого ты выберешь спасти? Это и есть твой вопрос.»***
Прошло пять минут. Минхо сидел в тишине. Это не могло быть правдой. Неужели ПОРОК действительно собирается вскрыть мозги его друзей? «Минхо», — сказал Линкольн, «Мне нужно, чтобы ты ответил на вопрос, но ты можешь взять еще немного времени на раздумья, если нужно. Я понимаю, что это может быть трудно». «Я не собираюсь отвечать на твой дурацкий вопрос», — ответил Минхо, удивляясь, сколько яда было заключено в каждом его слове. «Это не игра. Люди в этом списке были задействованы в полной мере, и единственная оставшаяся ценность — это их физическое изучение. Твои друзья будут иметь честь пожертвовать своими жизнями для самой благородной цели, известной человечеству». Минхо молчал, кипя от ярости на своем стуле. Линкольн продолжал. «Будь благодарным, что Мозгачи решили, что это Испытание будет полезным. По крайней мере, у тебя есть возможность спасти одного из тех, кто тебе дорог». Минхо отвел взгляд и посмотрел на свои руки. Он осознал, что крепко сжимал края своего стула. Перед глазами плавали пятна, кровь стучала в голове, как будто он мог слышать, как она течет по его венам к сердцу. За все те многочисленные разы, когда он чувствовал гнев с тех пор, как вошел в Лабиринт, такого никогда не было. Никогда. «Сколько времени тебе потребуется...» «Мне не нужно время!» — крикнул Минхо, прежде чем мужчина успел закончить. «Я отказываюсь отвечать! Если вы хотя бы тронете одного из них, клянусь...» «Боюсь, у тебя нет выбора», — голос Линкольна был тверд, и он казался невозмутимым. «Времена отчаянны, и нам нужно завершить эту матрицу. Нам нужны эти мозги для изучения». «Я не позволю вам это сделать», — внезапно спокойно сказал Минхо. «Если кто-то из них пострадает, я покончу с собой. Делайте со мной сколько угодно тестов, но оставьте их в покое». «Это просто не вариант, Минхо. Мне жаль. Нам нужно, чтобы ты сделал этот выбор. И мы готовы принять любые меры, чтобы... побудить тебя продолжать добровольно участвовать». «Что это значит?» Линкольн крепко сжал челюсть. «Это значит то, что значит. Теперь, кого из этих имен ты выберешь?» «Я выбираю всех», — сказал Минхо. «Ты можешь выбрать только одного.» «Всех.» «Одного и только одного.» «Всех.» Линкольн шагнул вперед. «Я спрошу в последний раз, прежде чем принять крайние меры. Кого из своих друзей ты хочешь спасти?» «Всех до единого». Линкольн резко подошел и схватил Минхо за рубашку, рывком подняв его на ноги. «Ты сделаешь выбор сейчас же!» Минхо был напуган, но не поддавался страху. «Всех!» Линкольн замахнулся, сжав правую руку в кулак, и ударил Минхо в лицо. Боль пронзила его голову, и он упал на пол. Перед глазами мерцали огоньки вдоль коричневых плиток. Линкольн снова схватил его и поднял, развернув так, чтобы они снова оказались лицом к лицу. Его сила была невероятной; у Минхо не было шансов. «Какое имя ты выберешь?» — спросил его Линкольн. Лицо Минхо было разбитым, и он чувствовал вкус крови, но не собирался сдаваться. «Я не буду выбирать!» Он сплюнул комок красной слизи на лицо Линкольна. Тот не дрогнул; он снова ударил Минхо, но на этот раз удержал его, чтобы тот не упал. Еще одна вспышка боли, еще больше огоньков. «Минхо», — сказал Линкольн с неуместным спокойствием. «Какое из имен ты выберешь?» «Я не выберу», — с трудом выдавил Минхо. Линкольн ударил его по другой щеке. Еще раз. Потом еще раз. Минхо ощутил будто множество игл вонзились в его голову и последовали шумы. «Сделай выбор», — сказал Линкольн, теперь уже тяжело дыша. «Какое из имен ты выберешь?» Минхо не понимал, не мог разобраться почему все это было так необходимо. Замешательство делало его еще более злее и упрямее. «Всех», — сказал он, стыдясь, что это прозвучало как жалкий писк. «Мы можем продолжать весь день», — сказал Линкольн. «Мы никуда не уйдем, и я не остановлюсь, пока ты не дашь мне ответ. Все, что тебе нужно сделать, это назвать одно имя. Просто скажи его! Сейчас же, какое из них! Скажи!» «Всех до единого, ты утырок стебанутый, кланкорожий кусок дерьма», — улыбнулся Минхо. На лице Линкольна мелькнуло легкое удивление, но он быстро восстановил самообладание. Он сделал шаг назад, разгладил свою одежду. «Тест окончен», — сказал мужчина. «Ты свободен». Ошеломленный и избитый, Минхо молча смотрел, как в помещение вошли охранники и проводили его обратно в его комнату.
