Часть 35. Перед третьим курсом.
21 октября 2024 г., 13:47
За неделю до начала занятий, Гарри и Джеймс встретились с Уизли и Грейнджерами на Косом переулке. Министр Корнелиус Фадж был очень любезен, обеспечив безопасность ему и его отцу. Фадж даже лично встретился с ними в «Дырявом котле», где последний пообещал сделать все возможное, чтобы поймать Питера и обеспечить безопасность их семьи. Гарри задавался вопросом, будет ли их семье и друзьям угрожать опасность со стороны Питера, но Фадж и его авроры заверили Гарри, что у Питера не будет такого сильного положения, чтобы похитить кого-либо из них, если они будут держаться вместе, а не отправятся в путь поодиночке. Даже маглы узнали о Питере как о сбежавшем заключенном из магловских новостей. Однако Уизли и Грейнджеры должны были оставаться в Дырявом котле до начала занятий в школе, где их охраняли авроры, в то время как Блэки и Люпины (включая отца Ремуса) оставались в поместье Поттеров. Гарри и Джеймс также решили остаться в «Дырявом котле» на неделю до начала занятий в школе, чтобы он мог провести время со своими друзьями.
— Мистер Поттер, вы тоже были старостой на седьмом курсе, не так ли? — спросил Перси, когда они сели вместе ужинать. Он помпезно носил свой значок с тех пор, как они приехали, и не понимал, что его братья-близнецы сглазили его, чтобы поочередно произносить «Bighead Boy» и «Pinhead» на потеху остальным.
— Да. Честно говоря, я был шокирован, когда получил свой значок, и подумал, что кто-то разыгрывает меня, — ответил Джеймс.
— Если бы ты был таким же, как мы, в школе и никогда не был старостой, возможно, Джордж или я стали бы старостами на седьмом курсе, — сказал Фред.
Перси закатил глаза. — Чушь, Фред. Я уверен, что мистер Поттер, по крайней мере, смягчил свое поведение и перестал вести себя как дурак, если его выбрали Старостой, — возмущенно сказал он. — Верно, мистер Поттер? — В его голосе, когда он спрашивал это, мелькнуло умоляющее сомнение.
Джеймс рассмеялся. — По большей части. Мы, конечно, больше никого не разыгрывали. Но если мы все еще иногда вели себя как дураки, то, чего не знали сотрудники, не причиняло им вреда, если вы понимаете, что я имею в виду, — он подмигнул Фреду и Джорджу, которые подмигнули в ответ.
— Ну, вы двое никогда не прекратите свои выходки, так что можете забыть о том, что станете Старостами, — сказал Перси.
— Лорд Поттер, какие факультативы вы посещали для СОВ? — спросила Гермиона, быстро меняя тему.
— Забота о волшебных существах и гадание. Мы с Сириусом хотели выбрать два самых простых предмета для удобства, но мы не стали изучать маггловедение, так как родители Сириуса не разрешали ему, а я не хотел разлучаться с ним. Ремус и Питер решили пойти на наши факультативы, чтобы мы могли быть вместе.
— Круто. Совсем как я и Гарри, за исключением того, что нам обоим разрешено изучать маггловедение вместо гадания. Гермиона, с другой стороны, хочет превзойти всех с пятью факультативами, — сказал Рон.
— Я НЕ хочу. Если бы это было невозможно, мне бы не разрешили посещать все эти занятия, — Гермиона огрызнулась.
— Если ты посещаешь все факультативы, не будут ли они противоречить друг другу? — спросил Джордж. — Мы задавали то же самое Биллу и Перси, но они никогда не давали нам прямого ответа.
— Не волнуйся, Гермиона. У профессора МакГонагалл есть способ провести нас через все эти занятия, — сказал Перси, который получил одиннадцать СОВ на пятом курсе.
— Как? — спросили они все.
— Я не могу сказать. Это секрет. Но, в конце концов, ты всегда можешь отказаться от одного, как мы с Биллом отказались от гадания.
— Я люблю Древние руны и арифмантику, — сказала Гермиона.
— Лили тоже любила их, — тихо сказал Джеймс. — Она взяла их, потому что хотела испытать себя и позаботиться о волшебных существах.
Гарри взял отца за руку, заметив боль в родительском голосе и лице.
Они продолжали беседовать, таким образом, на протяжении всего ужина после того, как неловкий момент прошел.
* * *
На следующее утро Гарри спустился к завтраку и увидел, что все склонились над Ежедневным пророком и разговаривают приглушенным голосом. — Что происходит? — спросил он, прежде чем сесть рядом с Гермионой. Гермиона передала ему «Ежедневный пророк», и Гарри прищурился, увидев заголовок.В одну ночь у больницы Святого Мунго и детского дома «Бельвью» украли записи многовековой давности.
Среда, 25 августа 1993 г.
Прошлой ночью в приюте Святого Мунго и «Бельвью» произошли взлом и ограбление. Ничего не было украдено, примите во внимание записи о рождении Святого Мунго двенадцатого века и записи о приюте «Бельвью» того же века. Считается, что это работа одного и того же человека с общим мотивом для обоих преступлений, поскольку записи одного столетия были украдены из обоих мест. Действительно любопытно, что человеку могло понадобиться с записями о рождении и приютскими записями тринадцатого века. Авроры делают все возможное, чтобы расследовать это дело и докопаться до сути.
— Зачем кому-то понадобились записи о рождении и приютские записи 700-летней давности?» — спросил Гарри. — Это то, о чем мы думали, — ответила Гермиона. Как раз в этот момент в Гостиницу вошел Фадж, за которым следила, или, скорее, его преследовала пресса. — Министр Фадж, есть ли какие-нибудь новости о Питере Петтигрю? — спросил репортер. Фадж поджал губы и нервно теребил кольцо на пальце. — Сейчас, сейчас, мы делали все возможное, чтобы найти Петтигрю. Мы будем держать вас в курсе, как только у нас появится больше информации. — А как насчет взлома и ограбления в Сент-Мунго и «Бельвью»? — спросил другой репортер. — Мы также делаем все возможное, чтобы выяснить, кто стоит за этим, — сказал Фадж, пытаясь сохранить самообладание. — Имеет ли Питер Петтигрю какое-либо отношение к делу? Это не может быть совпадением? — спросил третий репортер. — Сейчас… сейчас… мы не знаем. Мы не можем придумать никакой причины, по которой он мог бы это сделать, но, как я только что сказал, мы делаем все возможное для расследования, — Фадж запнулся. — Питер охотится за Гарри Поттером? Что делает Министерство, чтобы защитить Мальчика, который выжил? — спросил тот же третий репортер. Фадж вытер пот со лба. — Мы обеспечили мистеру Поттеру и его близким защиту от авроров. Он в надежных руках. Мы даже разместили дементоров за пределами Хогвартса, чтобы поймать Питера Петтигрю, если он попытается добраться там до мистера Поттера. — Но министр… — начал репортер. Глаза Фаджа загорелись, когда он заметил Гарри. — Кстати о мальчике, вот наш мистер Гарри Поттер и его отец. Видите, они в надежных руках. Давайте вы оба. — Министр, это… — начал Джеймс, но Фадж перебил его. — Да ладно, Лорд Поттер. Одна фотография с вами и вашим сыном не повредит. Люди переживают о «Мальчике-который-выжил». Пусть они видят, что он в надежных руках. Приведите их сюда, — приказал он своим телохранителям. Люди Фаджа практически оттащили Гарри и Джеймса по обе стороны от Фаджа. Подросток неловко посмотрел на отца, который одарил его сочувствующим и беспомощным взглядом, в котором читалось: «Прости, сынок. Но все в порядке. Один снимок «. Министр обнял Гарри и Джеймса, пока репортеры делали снимки. — Как вы на самом деле относитесь к защите Министерством вас и вашего сына, Лорд Поттер? — тот же третий репортер спросил Джеймса. Джеймс кратко рассказал пару строк о том, как министр делал все возможное, чтобы защитить его и его сына. Гарри не мог не восхититься тем, как его отец мог говорить уверенно и хладнокровно, несмотря на дискомфорт, который, как он мог сказать, испытывал его отец. — Лорд Поттер, вы боитесь отправлять вашего сына обратно в Хогвартс? — спросил первый репортер. — С чего бы мне бояться. Сейчас его охраняют дементоры, — ответил Джеймс, пытаясь скрыть свое раздражение. — И молодой мистер Поттер… — начал третий репортер. — Я думаю, это все, что мы с сыном можем сказать на данный момент. Мы рассказали вам все, что знаем, — оборвал ее Джеймс. — Но я еще не закончил. Можно нам еще два слова, мистер Поттер? — спросил третий репортер. — Конечно … Мы, — Джеймс поднял палец, как будто считал. — Готово — Джеймс поднял второй палец. Затем он взял Гарри и повел его обратно на его место за обеденным столом.***
— Папа, ты думаешь, Питер имеет какое-то отношение к взлому и краже? — спросил Гарри, как только Фадж поднялся наверх и репортеры ушли. — Возможно. Но я не могу придумать никакой причины, по которой он мог бы это сделать, — Джеймс пожал плечами. — Возможно, там есть информация, которая могла бы помочь «Сами знаете Кому» вернуть власть. Ему было бы легко проникнуть в дом в облике крысы, — предположила Гермиона. — Возможно, ты права. Но, боюсь, Министерство не собирается делать все возможное для расследования взлома и кражи, — сказал Джеймс. — Но Фадж только что сказал, что они готовы, — сказал Гарри. — Он министр, Гарри, — сказал Артур. — Он должен говорить то, что нравится публике. Но Министерство не считает кражу записей о рождении и записей о детских домах семисотлетней давности настолько важной, чтобы тратить на нее свои ресурсы. Рон побледнел: — Значит, если Питер действительно стоит за этим, как за каким-то заговором с целью вернуть «Сами знаете Кого» к власти, никто на самом деле не собирается его останавливать? — Боюсь, что нет, сынок, — сказал Артур. — Может быть, Сириус, Ремус и я могли бы попытаться выяснить, что происходит, как частные детективы, — сказал Джеймс. — Может быть, Рон, Гермиона и я могли бы помочь тебе из Хогвартса, — предложил Гарри. — НЕЕЕТ — сказали все родители в унисон. — Гарри … Я дважды чуть не потерял тебя за последние два года, когда ты пытался разгадать тайны в Хогвартсе, — сказал Джеймс. — Джеймс прав, — Молли прервала Гарри, прежде чем он успел ответить. — Но мама… — начал Рон. Молли скрестила руки на груди. — Разве вы трое не были несколько раз чуть не убиты, вмешиваясь в то, во что не должны вмешиваться дети вашего возраста? — Я должен согласиться с Джеймсом и Молли. Предоставьте нам, взрослым, самим разобраться в этом, — сказал Артур. — Они правы, Гермиона, — сказала она. — По крайней мере, у них есть некоторое представление о том, что происходит в этом мире. Мы с твоим отцом не можем постоянно беспокоиться о том, что ты подвергаешь себя опасности, особенно в мире, о котором мы почти ничего не знаем, — сказала миссис Грейнджер. — Но что, если мы случайно наткнемся на определенные вещи, которые могут оказаться полезными. Можем мы хотя бы сообщить о них? — спросила Гермиона. — Если найдете и вы трое не подвергаете себя опасности, я полагаю, мы можем положится, — сказал Джеймс. — И если мы будем осторожны… — Без Гарри — Я имел в виду, что если бы была зацепка, которую мы могли бы расследовать, не подвергая себя опасности, и нам было бы удобнее это сделать, вы бы нам тоже позволили? — Только если придете к нам первыми за помощью, — сказал Джеймс. — Джеймс, я не знаю, может ли… — сказала Молли. — Я имел в виду, если они сначала получат наше разрешение и если это будет безвредно. — Хорошо, — сказала Молли. — Но только если вы получили от нас разрешение, и это было безвредно. — Предупредила она. — Мы ясно выражаемся? — Молли снова скрестила руки на груди и посмотрела сверху вниз на Гарри, Рона и Гермиону. Все трое согласно кивнули. — И Джинни, это относится только к ним. Не к тебе. — Но почему? Я всего на год младше. — Потому что я твоя мать, и я так сказала. — Прекрасно, — Она в гневе убежала.
