Жасмин

       Сегодня утром Энтони впервые за долгие годы взглянул в зеркало не для того, чтобы заняться рутинными сборами к очередному учебному дню, а для того, чтобы как следует разглядеть себя. Если верить словам опекунши Райана, то тот действительно осыпал его комплиментами, но достоин ли Кейдж каких-либо добрых слов? А есть ли какие-то качества, подтверждающие, что он этого заслуживает?       За свою жизнь Энтони ни разу не посчитал себя каким-то не таким. Практически ежедневно он может уловить на себе хотябы один рассматривающий взгляд прохожей девчонки, пусть даже та - одноклассница, хорошо знающая его поведение и слухи о нём.       Родственники, с которыми ранее Кейджу приходилось общаться, тоже находили повод похвалить его внешние качества. Но сам он не любил терпеть на себе чужие взоры, изредка успокаивая себя тем, что если те не несут плохих намерений - незачем нервничать.       Яркий золотистый оттенок янтаря блестал в его глазах, напоминая сияющий благодушием камень. Даже в тени этот цвет и близко не стоял к карему. От ослепляющего солнца эти глаза всегда защищают длинные ресницы.       Но и в общем черты лица у него крайне миловидны: в профиль он выглядел так, словно его лицо бережно отполировали морские воды. Ровный нос со слегка вздёрнутым кончиком, чёткие скулы, приподнятые уголки глаз и опрятная форма бровей, которые иногда приходится самостоятельно корректировать. В совокупности его черты воссоздают образ весьма очаровательного молодого человека, и Кейдж не мог сказать, что чем-либо недоволен.       Кожа у него чистая, но исключительно благодаря собственному желанию совершенствоваться и ухаживать за собой. Как за лицом, так и за фигурой. Энтони любит следить за всеми этими факторами, любит выглядеть опрятно, не допуская, чтобы в один момент его голова вдруг оказалась грязной, а ему нужно идти в людное место, будь то школа или центр города.       Чисты и его вещи: мало кому доводилось видеть Кейджа в мятых или грязных вещах. Он искренне считал, что если хоть одна живая душа увидит его не в лучшем виде - юноша автоматически будет опущен на несколько уровней ниже для этого общества. Ну, и для себя, конечно.       "Скорее всего, Райан и правда разглядел меня на школьных фотографиях.." – пронеслось в голове, прежде чем ступить за порог школьных ворот. Иного обьяснения рассказам его тётушки быть не может, кроме возможного старческого маразма.       Вчера Кейджем овладело много непривычных эмоций и чувств: спокойствие наедине с человеком, что на удивление его не презирает, благодарность, но самое главное - это лёгкое смущение от чужих слов или поступков. И за всем этим стоит один лишь Райан.       Весь данный спектр эмоций для Энтони позабыт и, можно сказать, незнаком. Все его дни наполнены тревогой, злостью и болью от частенько наплывающих воспоминаний о безоблачном детстве, от маминых поступков. Ну а Райан в один момент взял и познакомил его с тем, что ему ново, а самое главное - правда приятно.       Тони устроился около кабинета географии на краю лавки, и его ладонь обхватила маленький, но ценный брелок, висящий на рюкзаке. Он сделан из смолы, а в ней навечно заточен белоснежный жасмин, имеющий интересную и приятную для Кейджа историю.       С течением времени около кабинета собралось несколько человек, вынужденных ожидать звонка и педагога. В этой троице людей затесался и Райан, что проскочил ближе к окну, опасаясь лишних вопросов от сверстников, неуспевших с ним познакомиться.       Уловив взглядом Кейджа, одиноко сидячего у кабинета, он улыбнулся, приветственно помахав ему рукой.       Тот отстранённо кивнул. Хэйз усмехнулся и подошёл к нему самостоятельно.        — Доброе утро, – поприветствовал он.       Энтони спрятал вещицу в кулаке и на выдохе сказал:       — Да, доброе. Чего-то хотел?       — Не-а. Просто решил подойти. Мне приятно находиться в твоей компании.       Энтони слегка приподнял брови.       – Правда? – не верил он в услышанное.      — Я бы не стал врать.       – Понимаешь ли, редко слышу такое.       Где-то справа донёсся тихий смешок: их однокласснику, наблюдающему за этой картиной происходящее показалось абсурдным.       – А вообще, ты многое обо мне не знаешь, – более тихо добавил Кейдж. – Ты не можешь быть уверен в том, что не ошибся в выборе собеседника.       Райан посмотрел на подслушивателя, показал ему неприличные жесты, соответствующие тихо высказанным словам, а затем снова улыбнулся Кейджу:        — Мне с тобой комфортнее.       По взгляду постороннего, всё ещё прикованного к ним, можно было подумать, что они с Райаном заодно, и Райан попросту насмехается. Подслушивающий будто так и говорил, мол: "хорош прикалываться, а то ещё заплачет".       Но Энтони как и всегда не обращал внимания, привыкнув к таким взглядам и наглым ушам. Впрочем, он ожидал что-то подобное, что кроется в этом взоре. Быть может, Райан делает это всё для чего-то конкретного, помимо проекта? Человек не может просто так взять, появиться, и сразу запасть на кого-то определённого, убеждая, что это лучший выбор. Кейджу просто не верилось в это, но шутки ради он уже не отталкивал от себя Райана, дабы в нужный момент ответить чем-то подобным. Понять его помыслы и знать всё наперёд. Все его одноклассники, что позволили себе насмехаться над ним когда-нибудь получат по заслугам, пусть и не от него лично, но от судьбы — точно.       — Может, по школе походим? —      предложил Райан, избавляясь от лишних подслушивателей и взглядов. Энтони задумался: обычно всё и так и начинается. Человек, что замыслил нечто плохое, сначала заводит его вдаль от людей, а потом приступает к первой части своего коварного плана.       – Как хочешь, – ответил он. Было уже всё равно на предстоящие события. Пусть его там хоть убьют, зато будет проще и не придётся делать это самому. Как только они оказались вдалеке от своих сверстников, Хэйз резко остановился, взяв ладони Кейджа в свои. Кажется, эту привычку он взял от своей тетушки.        — У тебя все хорошо? — спросил Райан с искренним беспокойством.        Энтони немалость замешкался.       – Почему ты спрашиваешь?       — Ты все время понурый ходишь. Мне смотреть больно, как человек, с которым я общаюсь, плохо себя чувствует.       – Во-первых: не трогай меня. А во-вторых: со мной всё отлично.       Конечно, пришлось соврать. Хэйз отпустил его ладони и вздохнул:        — Может, мы и мало знакомы, но если попросишь — я помогу тебе, — Райан пошёл дальше, бросив: — пойдём дальше.       – Вот именно, что мало, – напоследок пробормотал Кейдж и двинулся следом, спрятав руки в карманы.       Ранее, где-то в шестом классе, когда Энтони только объявился в этой школе да и городе, были желающие подружиться, но из-за своей потери, серьёзно ударившей по сердцу, в основном он игнорировал одноклассников, не обращая внимания ни на что.       За полгода, став кем-то вроде тихони, Кейдж не обрёл новых знакомых. В итоге, после того, как он ни слова никому не сказал, будто их и нет, все начали его сторониться, считать странным, а со временем прояснилось и его семейное положение: соседи не умели держать язык за зубами и были чересчур любопытными, как и одноклассники Кейджа.       Правда в первый месяц, что неожиданно, Энтони свёл знакомство с одноклассницей, однако и это общение в итоге прекратилось.       С каждым годом его мать всё больше теряла человечность и уважение к сыну. Остатки её прежней доброты, словно кусок мыла в руках окончательно растворились.       Свои одинокие дни, месяца и года Кейдж проводил в одиночестве, в страхе, и по сей день находится на ментальном дне, уже не пытаясь искать в себе силы жить и удерживать боль в дальних уголках души. Иногда ему кажется, будто те навсегда поражены чёрной, удушливой плесенью. Она пожирает изнутри. С каждым днём его сердце теряет по внушительному куску искренности и добра. Хотя, скорее всего, все эти качества попросту замороженны, а Энтони привык жить так, словно их никогда и не было. Ничего не сумеет растопить долголетний крепкий лёд, держащий все его эмоции и чувства в плену вот уже пять лет.       Он бы мог назвать себя изгоем, и был бы прав: жизненная ситуация иногда заставляла прибегать к насилию по отношению к одноклассникам, в особенности к грузинам, что по какой-то причине с самого начала его возненавидели, а потому все стараются держаться подальше от столь негативного человека. Все поступают именно так, кроме Райана, который пусть и ведёт себя подозрительно, но общается с Кейджем так, словно он такой же обычный человек без греха на душе..       — Кстати, – вдруг заговорил Хэйз. – Не знаю, насколько тебя это обрадует, но тётушка попросила, чтобы ты заходил к нам почаще. Ты ей в душу запал, — он хмыкнул: — Собственно, как и мне.       Тони не мог понять этого поведения, но было крайне приятно это слышать. Он невозмутимо бросил:       – Надо же.       Как только коридор, по которому они шли, оглушил звонок, Хэйз повернулся к Кейджу и предложил:       –Пойдём или прогуляем? Я был бы рад с тобой ещё о многом поговорить.       Энтони отказался от предложения. Они направились к нужному кабинету.       Все остальные уроки и перемены показались для него не такими нудными, как прежде. Меж диалогами с Райаном нашлось даже занятие: периодически прятаться от него. Но на выходе из школы Кейдж вдруг заметил пропажу. Брелок из смолы, ранее прицепленный к рюкзаку, теперь отсутствовал. Юноша почувствовал искру тревоги. Он не мог просто так оставить его в стенах школы. Энтони направился назад в надежде, что подобная побрякушка никому не понадобилась. Пускай то, скорее всего, было неправдой: эта вещица была весьма красивой и необычной, она бы вряд ли осталась без внимания.       Он выглядел крайне обеспокоенным своей потерей. Но вдруг он наткнулся на Райана, что всё время его поисков был в кабинете и разговаривал со слишком надоедливыми сверстиками. Энтони обошёл его по дуге, но в тот же момент вспомнил, что это единственный человек, у которого можно что-то спросить, в данном случае за брелок. Остановившись, он поинтересовался:       — Подожди, ты ничего не находил случаем?       Райан усмехнулся. Он достал что-то из кармана, а затем на его пальце повисла маленькая пропажа.        — Это ищешь?       – Да..       Он протянул брелок Кейджу.       — Бери.       – Хорошо, что ты нашёл, – выдохнув с облегчением высказал Тони и забрал ценную для себя вещь. – Сегодня опять у тебя?       – Ага.       – Во сколько?       – Как тебе будет удобно. Но я бы хотел провести с тобой подольше времени.       – Тогда пойдём к тебе прямо сейчас.       От этих слов у Райана засверкали глаза. Он улыбнулся и кивнул в знак согласия, направившись к выходу.       Вскоре они дошли до его подъезда. Однако Энтони вдруг остановился и спросил:       – Ты можешь подождать меня здесь? Я быстро.       – Хорошо.       И скорым шагом он направился за угол, к ближайшему магазину. Раз ему хочется казаться хорошим человеком, почему бы не купить для этой маленькой семьи такой же скромный гостинец?        Уже через пару минут Кейдж вернулся, держа в руке небольшую коробочку трюфелей. Денег у него было немного, и он взял то, на что хватило.       – Это для твоей тётушки, – пояснил юноша, заходя в подъезд.       — Ставка на то, что она расплачется от счастья.       – Я угадал с выбором?       – Очень даже.        Вскоре они оказались на этаже и, зайдя в нужную квартиру, Энтони спешно разулся, повесив куртку на крючок. Искать опекуншу Райана не пришлось: она была в той же комнате, и дверь туда была приветливо открыта. Старушка всё время своего одиночества проводила в телефоне, с удовольствием играя в игру "bubble shooter".       — Снова здравствуйте, – начал Энтони, зайдя в комнату и присев перед кроватью на корточки, дабы хозяйка не вставала. Он протянул ей свой гостинец. – А я не с пустыми руками.       Тетушка посмотрела на Кейджа, а затем и на подарок в его руках, хрипло посмеявшись:        — Ну что же ты, мой хороший! Не стоило! — её глаза заслезились от счастья. Она потянулась к нему, раскрывая свои нежные объятия. То был не просто тактильный контакт. То были самые, что есть, искренние объятия. Они так и назывались - "Бабушкиными" — ни с чем не сравнимые, и самые ласковые.       – Да ладно вам, – если честно, ему даже захотелось улыбнуться. Какая-то маленькая частичка льда оттаяла, позволяя Кейджу прочувствовать это тепло, источаемое от по-настоящему добрых и искренних людей. – Мне ведь несложно.       – Тётушка, вы сейчас задушите его.. - послышался голос Райана где-то сзади. Старушка отпустила Кейджа, предварительно не забыв погладить по голове и еще раз слёзно отблагодарить.        — Не за что, не за что, – Тони поднялся и поправил прядку волос, что из-за чужой нежности слегка сбилась. Он повернулся к Райану: – идём?       Что Кейдж не ожидал от самого себя, так это то, что впервые всякая любезность из его уст будет звучать искренне, без просвета издёвки или негатива.       – Да, – Хэйз направился к дверям своей комнаты. Оказавшись на рабочем месте, Энтони признал:       – Давно я не был в таком хорошем настроении. Даже поработать хочется.       — Вот и замечательно. Сейчас поработаем чуток и дальше решим, что делать. Хотя, наверное, ты домой пойдёшь?       – А есть ещё варианты?       — Ты можешь остаться у меня.       – Ну, это всяко лучше, чем домой идти, – Энтони протёр глаза, прежде чем начать надоедливую работу. – Я ещё подумаю. Открывай, на чём мы там остановились.       – Думай, думай. Я подожду.       Райан сел за компьютер, и они принялись выполнять задание. Рассуждали над текстом они не долго. Работа велась слаженно и быстро по сравнению с началом. Уже через пол часа юноши закончили, набирая последние буквы на клавиатуре.       – Готово! - победно сказал Райан, нажимая на точку. – Сегодня мы быстрее справились.       – Да. Так, – Энтони развернулся к однокласснику и спросил: – А теперь скажи: ты хоть раз смотрел фотографии этой школы? – он подпёр щёку рукой, выжидая ответа. Решение зайти издалека было принято ещё утром.       — Неа. Просто взял и перевелся, — Райан выключил системник. — К чему вопрос? — он потянулся к мыши с целью выключить монитор компьютера.       – Да вот никак не могу забыть одну тему. Я узнал о тебе немного, но этого достаточно, чтобы заинтересоваться. Твоя тётушка сказала слово "давно" когда зашла речь о том, что ты обо мне рассказывал. И насколько это давно? Оправдаешь ли ты это маразмом?       Рука Райана на мыши дернулась. Он невозмутимо пояснил:       — У тётушки, конечно, есть проблемы с памятью. Но о тебе рассказал мой знакомый, что уже не первый год учится в вашей школе.       – М. Наверное, и фотографии мои отрыл? А с чего вдруг ему обо мне рассказывать?        — Видимо, ты слишком популярный человек. Даже он о тебе наслышан.        – Не издевайся надо мной. Где успел меня увидеть в таком случае? Твой знакомый фоткал исподтишка?       – Я не настолько отбитый, чтобы просить о подобных услугах.       Энтони замолчал, буравя его взглядом. Потом и Райан повернулся к нему, с невозмутимым видом посмотрев в глаза и выдерживая долгий зрительный контакт. И всё же Энтони не собирался отступать. Однако далее он ничего не говорил, лишь пристально смотрел, а его взгляд так и вещал, что не верит он ни единому слову, ожидая объяснения. Правдивого объяснения.       Только вот в итоге пришлось отвернуться: любой зрительный контакт его смущал, поэтому, чтобы посмотреть кому-либо в глаза, он попросту расфокусировал зрение. Ну а долго делать это слегка болезненно. В конце концов, Тони спросил:       — Я ʍ᧐ᴦу ᴛᥱδᥱ ʙᥱρᥙᴛь?       — Нᥱᴛ, нᥱ ʍ᧐жᥱɯь, – выдохнул Райан. – Сейчас я тебе врал. Но в будущем, если ты продолжишь со мной общение: я обещаю, что с враньем ты не столкнёшься.       – Вот как. Ну, надейся, что что-то меня всё же удержит, и после этого драного проекта каким-то раком мы будем общаться.       — Не поверишь: я вижу будущее и знаю, что мы с тобой продолжим общение.       – Да что ты! А я почему-то так не думаю. Не вижу ни одной причины так думать.       — Эх, – Хэйз опустил плечи, выключая компьютер полностью. – Не веришь ты моим талантам. Но обещаю, что докажу обратное.       Энтони выдохнул и откинулся на спинку стула. Но Хэйз всё также нескромно смотрел на него с лёгкой улыбкой на лице. Он рассматривал его всецело, словно пытаясь разглядеть под внешними чертами и внутренние, прожигая проницательным взглядом. Кейдж слегка нахмурился, решив, что на него смотрят слишком долго.       – Чего? – спросил он.       – Просто смотрю на тебя. Но я совру, если скажу, что мне кое-что не интересно.. Скажи, а что это за брелок, который ты с собой таскаешь?       – От безделья сделал, – соврал Кейдж, пожав плечами. – Ничего важного.       – Враньё. Ты был слишком испуган, когда потерял его. Сделал-то ты сам, но почему тогда так переживаешь из-за пропажи? Ты бы мог просто сделать такой же следующей весной или заказать подобный. Энтони отвёл взгляд. Видимо, так просто Райан не отвяжется.       – Просто с другом связанно, – бросил он, не собираясь вдаваться в подробности.       — А как звали друга? – поинтересовался Райан и улыбнулся. – Может, знаю.       – Да если бы ты только знал.. Я бы всё тебе отдал, чтобы найти его. А так ты вряд ли знаешь, – Кейдж понуро опустил плечи, и это имя, что вечно крутилось на языке, вдруг само собой бездумно прозвучало из его уст: – Элиан.       Хэйз усмехнулся, улыбнувшись шире.        — Знакомо.. – проговорил юноша, словно залезая вглубь своих воспоминаний.       – Думаю, я знаю такого человека.       – Серьёзно?       – Я бы не стал шутить на такую тему. Вижу же, что ты, видимо, сильно скучаешь по нему.       — Даже если так — это никак не проявляется.       – Но на деле-то это правда. И к тому же сейчас проявилось.       Энтони поджал губу. Он был практически уверен, что снаружи его настоящих эмоций не разглядеть, но, видимо, оказался не прав.       – Ты правда с ним знаком? – уточнил юноша, устремив на него взгляд, полный надежды. – А знаешь, где его искать?       – Вполне возможно.       – Скажешь, если не секрет?       – Нужно время.       – Для чего?       – А вот это уже секрет.       – Мда, – Кейдж выдохнул, глядя на Райана, а потом легонько, в шутку ткнул его пальцем в кончик носа. – Такой ты загадочный, конечно..       Райан аж опешил. Ещё несколько секунд он удивленно смотрел на собеседника, и отведя взгляд ответил:       — Ага.. Очень.       – Кстати, очень хорошо, что я остался здесь. Домой идти - идея плохая, прогулка по такой погоде - тоже. Только у тебя-то чем заняться?       – Ну, можешь лечь рядышком со мной в обнимку, – Хэйз усмехнулся, подперев голову кулаком. Было ясно, что это обыкновенный юмор.       – Не шути так больше. А если серьёзно, то из всех возможных вариантов меня располагает один: сидеть здесь и разговаривать с тобой о всякой всячине.       – Кто знает, была ли то шутка.. Ну, если хочешь — можешь остаться. Сейчас заварим чай и будем болтать, пока не уснём.       – Только если без чая.       – Принято.       Райан был рад сложившейся ситуацией, а потому поддерживал диалог всеми возможными способами. Он боялся упустить Кейджа.       Но вдруг тот задал вопрос:       – Можешь помочь кое с чем?       – Помогу. С чем нужно?       – Я так и не смог починить цепь.       Хэйз улыбнулся. Он протянул ему руку, чтобы получить поломку.       – Я починю.

***

      Этот день прошёл для Кейджа мимолётно, как и все предыдущие, но собрал бы он вместе хоть пять прошедших лет - не набралось бы столько благих впечатлений.

Как за сегодняшний день.

Райан определённо умеет удивлять, предоставлять новые эмоции, при этом подстраивая ситуацию под себя.       В конечном итоге цепь была в полном порядке. Правда на то, чтобы её починить, Райану потребовалось минут пятнадцать. Всё это время Энтони за этим охотно наблюдал.       Их диалог казался бесконечным, и к концу дня уже начал слегка надоедать, но зато был интересным, вдохновляющим. Тони помнил каждую тему, что была ими затронута, и каждую свою мысль.       Когда стемнело, он принял решение уйти. Уже находясь в прихожей, юноша поинтересовался:       – Не надоел я? Уж извините, загостил.       — Не надоел. Я бы с тобой еще долго мог болтать, – Райан улыбнулся, подметив: – ты приятный человек.       – Я-то? – сухо усмехнулся Кейдж, едва ли поверив в это. – Как легко, оказывается, произвести на тебя хорошее впечатление, – он слегка поразмыслил, прежде чем выйти в подъезд, и вспомнил, что оставил свою цепь на столе. – Погоди, можешь принести цепочку? Ты-то не обут.       Райан кивнул и, шустро мотнувшись в комнату, принес аксессуар. Он накинул на себя пальто, положив цепь к себе в карман, и оправдался:        — Я этим улицам не доверяю, поэтому снова тебя проведу.       – Хорошо.       Всю короткую дорогу до подъезда Кейджа в голове крутилось лишь одно: и почему Райан так добр к нему? Ведь с самого начала Энтони не сказал ему ничего хорошего, от него и взгляда доброго не дождешься. Разве это влечёт за собой подобное отношение?       Впрочем, на раздумье сил уже не хватало. Сейчас он устал как никогда, и вот, стоя у своего подъезда, Тони попрощался, протягивая руку:       – До завтра. Хэйз мягко улыбнулся. Он аккуратно и бережно пожал его ладонь, проговорив:        — Ага, до завтра, – в голосе Райана слышались нотки ласки.       – А, и это, цепочку отдай.       – Она уже у тебя.       – А.. – Энтони усмехнулся, спрятав её в кулаке. – А я-то думаю, почему ты такой аккуратный.       – Я аккуратен не только поэтому. Кстати, завтра я снова жду тебя у себя.       Кейдж лишь кивнул, после чего скрылся за тяжёлой дверью своего подъезда. Он не забыл лишний раз помахать Райану и насладиться тем же жестом с его стороны, но преподнесённого с искренней улыбкой и теплом.