Поймать абонента

      Санкт-Петербург горевал вторую неделю. Стихийный мемориал у телецентра разрастался алыми гвоздиками, траурными свечами и мягкими игрушками, словно петербуржцы пытались закрыть зияющую пустоту в самом сердце города. В здании неплохо поработали строители: поменяли выбитые окна, провели масштабную уборку и переподключили все коммуникации. Казалось, единственное напоминание о случившейся трагедии осталось за забором. Десятки выразительных чёрно-белых портретов, перечёркнутых траурной полосой, смотрели на проходящих туда-сюда людей, пока ветер задувал свечи. Но когда бы сюда ни пришёл Дима, все свечи снова горели, кидая невесёлый отблеск на незнакомые ему лица. Интересно, кто зажигал эти свечи, когда все они тухли от ветреной и хмурой погоды?       — Понятия не имею, как пережила бы твою смерть… — на плечо опустилась девичья ладонь.       Дубин машинально дёрнулся, отрываясь от воспоминаний, и повернулся к сестре. Вера была эмпатом, так что всякий раз, когда они приходили сюда, едва сдерживала слёзы и цеплялась за локоть брата в поисках поддержки. Её привычный маршрут до ветклиники проходил как раз мимо здания телецентра, и первое время Вера просто не могла добираться до работы одна. Поэтому Дима её провожал, чувствуя лёгкую вину за то, что отдалился от сестры из-за собственной работы. Вера не одобряла его выбор, но старалась затрагивать эту тему как можно реже и иногда в немом ужасе помогала брату перевязывать очередные ранения. Полицейский и врач — очень удобная комбинация у их родителей вышла. Правда, ветеринар, но у Димы и запросы были скромные.       — Не думай об этом, — он обнял девушку за талию.       — Не могу, — вздохнула Вера, заправляя светлую прядь за ухо. — У тебя ужасная работа, кошмарный напарник и вообще беспросветная жуть! Мы с мамой ещё от прошлого твоего ранения не отошли, а тут уже новое…       — Вер, — Дубин кинул многозначительный взгляд на сестру. — Мы обсуждали это уже сотню раз. И что бы ты ни говорила в этот сто первый, я останусь при своём мнении. И останусь в полиции.       Девушка цокнула и, кинув последний печальный взгляд на мемориал, потянула Диму в сторону работы. Вера просто боялась, что однажды среди этих незнакомых лиц увидит улыбающегося брата.       — Надеюсь, этого козла Хольта поскорее депортируют, — совсем грубо отозвалась она.       — Да-а-а… — протянул Дубин, тут же сжимая губы в тонкую полоску.       У парня так и не хватило духу рассказать семье, что он снова работает над этим делом и теперь вместе с Громом ищет Августа ван дер Хольта по всему Петербургу. Они знали, что голландец отправил всю свою свиту обратно в Нидерланды, но по камерам в аэропорту вычислили, что на борт так и не зашли сам Август и Шрайбер, который ходил с начальником везде. Стало быть, Хольт до сих пор скрывался в городе. Ведь после того, как он запрограммировал дроны на убийства и погромы, полиция перекрыла для него все выезды как из Петербурга, так и из России. Теперь Август ван дер Хольт был в федеральном розыске, что бы там ни говорило нидерландское посольство на набережной.       Сейчас за передвижениями всех людей, которые мало-мальски похожи на Августа ван дер Хольта, следили, но пока ощутимых результатов это не давало. Техномагнат вместе со своим телохранителем буквально исчезли со всех радаров. Что было, в общем-то, неудивительно. Август вполне мог до сих пор иметь доступ к системе городского видеонаблюдения. Диму бездействие раздражало чуть меньше, чем самого Грома, но ничего с этим поделать он пока не мог. Сейчас они с Игорем могли лишь обрабатывать всю приходящую информацию и оглядываться назад, пытаясь смоделировать дальнейшие шаги Хольта. Дубин привык к такому темпу, в отличие от своего напарника, который так и рвался в активное расследование с помощью своих сомнительных источников.       С утра Дима встретил Грома в коридоре, где тот весело трепался о чём-то с Цветковым, которому в отсутствие Ксюши явно было скучно. Едва заслышав что-то о расследованиях, Костя махнул на них рукой и направился к кофейному автомату, у которого другие парни вовсю делали ставки на «Зенит». Дубин ещё по дороге просмотрел служебную почту и уже заметил несколько сообщений, которые им с Игорем нужно было проверить.       — Последние сводки пришли, — сразу же после приветствия оповестил Дима.       — Перекинь мне, — Гром постучал пальцем по экрану своего телефона. — Надо будет всё плотно отсмотреть.       Дубин уже выбрал нужный файл, нажал на отправку, но словил лёгкий ступор и поднял взгляд на Игоря. Сообщение не просто не отправилось, рядом с ним загорелся красный восклицательный знак, уведомлявший о том, что что-то пошло не так. Глаза Димы зацепились за новый телефон Грома, в котором теперь, видимо, была и новая сим-карта с совершенно новым номером. Пчёлкина привносила в жизнь Игоря очень много нового.       — Продиктуй свой номер, — попросил Дубин, открывая страничку контакта, чтобы изменить цифры.       — Э-э-э.       Дима поднял глаза и со всей чёткостью своих очков увидел на лице Грома замешательство. Оно сменилось интересом, когда смартфон Игоря зажёгся от пришедшего сообщения. Майор проскользил взглядом по строкам и довольно улыбнулся. Уже тогда Дубин понял, что тот собирается удрать с рабочего места, ничего не объясняя. Дима недовольно фыркнул и сложил руки на груди, напоминая о своём присутствии.       — Ну, Дим, ему же не так много времени, чтоб я запомнил, — равнодушно повёл плечами Гром. — Да и, честно говоря, запоминать нет никакого желания. У меня на столе стикер с моим номером есть. Глянь там.       Дубин открыл рот, чтобы достойно ему ответить, но понял, что даже не может сформулировать своё негодование. Ругаться с Игорем не было никакого смысла, ведь после этого он честно попытается вести себя как напарник, а не одиночка. Однако потом всё вернётся на исходную точку. Честно говоря, Гром — худший напарник из всех возможных с напрочь атрофированным навыком командной работы.       — Возможно, Юлька что-то нашла, — Игорь покрутил телефоном из стороны в сторону, хлопнул Диму по плечу и, уже обходя парня, ответил на звонок. — Ну что, родная…       Дубин тяжело вздохнул. К манере общения Грома за целый год знакомства можно было привыкнуть, но глубоко внутри парню этого делать не хотелось. Игорь вечно сбегал вот так вот просто ради каких-то своих дел, ничего толком не говоря напарнику (вообще и другу тоже), и возвращался или побитый, или с новой версией. Иногда комбинировал два результата. Дубина это раздражало, ведь он был точно таким же сотрудником полиции, пускай и в меньшем звании, и точно в состоянии помогать расследовать дела наравне со старшим товарищем.       На столе у Игоря был ужасный, совсем не творческий бардак, потому что бумажную работу он совсем не уважал. Дима с ужасом смотрел на наваленные листы в поисках одного заветного стикера с номером телефона, пока не нашёл оный на самом видном месте — приклеенным на монитор компьютера. Почерк явно принадлежал не Грому, и эмоциональное подчёркивание цифр тоже было не в его стиле, но Дубин на подсознательном уровне чувствовал, что именно эта бумажка ему нужна. Забив номер в телефон, Дима отправил нужный файл и попутно сам его открыл.

Дима

[Вложение]

      Ожидаемо, Игорь не удостоил его не то что хотя бы простым «спасибо», он вообще не прочитал сообщение. Дубин подождал ещё несколько минут, прежде чем заняться работой, но ответа так и не пришло. В конце концов, у Димы были и другие дела, и раз уж Гром не соизволил объявиться, то вполне можно поработать одному. Дубин успел съездить по двум адресам, допросить свидетелей и убедиться в том, что обе зацепки были ни о чём. Как он и ожидал, ничего нового узнать не удалось. Хольт был слишком умён, чтоб попасться под бдительные очи старушек в спальных районах. Острый ум Августа и проницательность усложняли всё дело, но Диму это только подстёгивало заниматься поисками усерднее, как ищейку запах подбитой дичи.       Вернувшись в отдел, Дубин принялся исследовать финансовую отчётность деятельности «HOLT int.» в России. Благо, банк наконец-то сподобился удовлетворить его запрос, подкреплённый, между прочим, соответствующим ордером, и предоставить информацию. Местные счета Хольта заблокировали вместе с решением о внесении в федеральный розыск, значит, денежные средства сейчас он брал откуда-то ещё. Возможно, это были переводы от корпорации на незарегистрированные напрямую на Августа карточки или вообще принадлежащие тому же Отто. Никакие варианты нельзя было исключать. Только такую информацию Диме вряд ли предоставят, несмотря на важность расследования. Бюрократические проволочки кусали по локоть. За всей этой канителью многозначных сумм в отчётностях и собственных заметок в блокноте Дубин не заметил, как вернулся Игорь.       — Ты вроде собирался мне перекинуть последние сводки по Хольту, — как бы между прочим намекнул Гром, вешая кожанку на спинку кресла.       Дима метнул на него недовольный взгляд из-под кипы распечатанных бумаг. Раздражение минимизировал стаканчик с приличным кофе, который Игорь притащил в качестве безвозмездного подгона за своё отсутствие и поставил на стол напарника. Дубин с наслаждением отпил ещё тёплый кофе, замечая, как, оказывается, у него пересохло горло.       — Уже у тебя в мессенджере, — отмахнулся Дима.       — Ой, не бурчи, — поразительно спокойный, как монолит, Гром устроился в кресле поудобнее. Его слегка вымотанное и флегматичное настроение подсказывали Диме, что с Юлей Игорь, возможно, занимался не расследованием вовсе. — Ща гляну.       Дубин решил, что это не его дело. Ведь не будет же он в самом деле ябедничать полковнику, что напарник в рабочее время бегает снимать стресс. Всё равно Прокопенко в Громе души не чаял, и Диме же хуже выйдет.       — Неа, нет ничё, — Игорь отрицательно помотал головой, разглядывая экран, словно видел впервые. — Или не там смотрю? Куда я жал вообще?       Цифровая некомпетентность Грома откровенно веселила Дубина, который протянул руку за чужим телефоном. Как только гаджет оказался в его руке, Дима тут же поймал знакомую ассоциацию. Он иногда маме так настраивал мобильные приложения. Жаль только, что с вероятностью в 100% Игорь будет менее благодарным. Не найдя на телефоне Грома своего сообщения, Дубин сильно удивился и даже перепроверил собственные переписки.       — Не понимаю… — Димин взгляд бегал с одного дисплея на другой, а потом парень притянул к себе уже знакомый жёлтый стикер и сверился с ним. — Вот же этот номер.       Игорь тем временем что-то увлечённо искал на своём столе, привлекая к себе внимание напарника. Ковыряясь в подшитых делах, каких-то отчётах не факт, что даже этого месяца, и прочих сводках, Гром выглядел больше озадаченным, чем раздражённым.       — Ты чего? — поинтересовался Дубин.       — Зацепку куда-то просрал! Мне Бустер на листочке номерок один черканул… — раздражённо ответил Игорь и поднялся со своего кресла, разгребая бумажки. — На стикере было. Жёлтом таком.       Дима почти физически ощутил, как его лицо стремительно бледнело с каждой секундой понимания. Видел он жёлтый такой стикер. Одновременно с этим экран телефона загорелся, и на нём высветилось уведомление о входящем сообщении. Сразу следом ещё два.

Дима

[Вложение]

Игорь Х Спасибо. Приятная рассылка. Рад, что мной кто-то ещё интересуется.       Не нужно было быть великим Шерлоком Холмсом, чтобы осознать смысл третьего сообщения абонента в контексте. Дубин сглотнул и нервно дотронулся до ворота рубашки, расстегивая самую верхнюю пуговицу. Движение машинальное, но кислорода ему сейчас действительно очень не хватало. Это же получается…       — Ну… Твою зацепку я, кажется, проверил… — наконец произнёс Дима, протягивая свой телефон Грому.       — Как ты мог написать сраному подозреваемому?! — прочитав, Игорь пришёл в бешенство. — Ещё и скинуть ему материалы дела! Дим, ты головой вообще думаешь?       — О, теперь я ещё и виноват в срачельнике на твоём столе? — Дубин задрал подбородок, пытаясь оказаться на одном уровне с высоким Громом. — Что единственная бумажка с номером телефона на мониторе — это, видите ли, твоя зацепка? Такие ниточки нужно отдавать технарям, чтобы они устанавливали местоположение сигнала! Или как ты собирался её проверить? Бегать по улицам, звонить по номеру и выбивать двери там, где услышишь звонок?       По скулам у Игоря от раздражения заходили желваки, а кулаки непроизвольно сжались. Казалось, ещё секунда, и Гром бросится на Диму. И Дубин думал, что против вечно дерущегося со всяким сбродом Игоря у него нет шансов, даже с учётом бокса, которым он занимался в юношестве. В самом деле, не будут же они устраивать драку в полицейскому участке на глазах у уймы коллег?       — Вы совсем ополоумели?!       Дима и Игорь синхронно обернулись на появившегося около них Фёдора Ивановича. Нависший над лейтенантом Гром тут же поубавил пыл, недовольно фыркая, и мигом превратился из угрожающей глыбы в равнодушного мальчишку, которого сейчас будут ругать за разбитое футбольным мячом окно. У Дубина голова шла кругом.       — Чего кричите так, что аж у меня в кабинете слышно? — Прокопенко обвёл их суровым взглядом исподлобья. — Заняться нечем? Что у вас за сыр-бор?       Гром прыснул и сложил руки на груди, выразительно глядя на Диму и как бы намекая, что признавать собственный косяк надо ему. На секунду Дубину даже стало жаль, что драки не случилось. Это бы помогло остудить эмоции.       — У Игоря был предположительно номер Хольта. И я случайно ему написал.       Лицо полковника за какие-то секунды сменило десятки эмоций: от лёгкого недоумения к полному замешательству. Выносить сор из избы в полиции было не принято, поэтому Прокопенко буквально в приказном порядке загнал их в свой кабинет, заставив объясняться. Всё это время Дима не сводил взгляда с тёмного экрана своего телефона, испытывая миллион чувств одновременно. В основном он винил себя за неосторожность, из-за которой этот казус и произошёл. Но была и другая сторона. Ещё одна, не менее яркая эмоция — азартный интерес. Немыслимо, чтобы преступник переписывался со своим ловцом, но от Хольта пришло целых три сообщения. Или Август сотворил фееричную глупость, или неосознанно хотел, чтобы его поймали. Оба эти варианта для Дубина были примерно одинаковы и лишь будили ещё больший интерес к расследованию. Похоже, от неминуемого выговора Игоря и Диму спас важный звонок из Москвы, потому что Прокопенко прогнал их, одними губами послав к техникам и пригрозив серьёзным разговором в будущем.