Поймать абонента

      Хольту было чертовски скучно сидеть в совершенно обычной квартире в забытой на окраине района пятиэтажке. Не спасали от прозябания ни верный Отто, ни ещё несколько доверенных людей, которые были посвящены в местонахождение Августа. Чёрт возьми, он явно недооценивал русских! Местные полицейские, как заправские гончие, летели по его лисьему следу, путающемуся по закоулкам улиц.       Когда Август ван дер Хольт только приехал в Петербург с амбициозными планами по модификации полиции, горожане тепло приняли его идеи. Сейчас же он стал персоной нон грата и преступником, объявленным в федеральный розыск. С зубным скрежетом Хольт винил во всём одного человека — сукина сына Волкова, который провернул за его спиной целую аферу по вызволению своего психованного дружка не то из тюрьмы, не то из психиатрической лечебницы.       Отрезок времени, проведённый в телецентре, Август помнил практически поминутно. Как только Волков вышел в эфир (а Хольт ни разу в этом не усомнился, хотя за маской и видны были только глаза), он понял, что оттягивать больше нельзя. Если первой до него добралась бы полиция, то вся правда быстро бы вскрылась. Несмотря на подписанный с МВД и вступивший в силу контракт на поставку дронов, такого никак нельзя было допустить. Костюм ещё не был готов, но Хольт рискнул всем, поддавшись то ли голосу рациональности внутри, то ли простому тщеславию. Совсем неприятной неожиданностью стало, что помимо Волкова, пытающегося поквитаться с майором Громом, в телецентре оказался ещё и рыжий, до предела обезумевший Разумовский. На последнего пришлось натравить парочку дронов, которые с задачей успешно справились, а с Призраком хотелось разобраться собственноручно, чтобы восстановить собственное душевное равновесие. Потому что никто не смеет кидать такого работодателя как Август ван дер Хольт.       В костюме он был неуязвим, почти как киношный Тони Старк, и мог драться сколько угодно без ощутимых повреждений. Только когда Отто услужливо подсказал в наушник, что полиция подобралась совсем близко к телецентру, Август поспешил удалиться, напоследок выпустив в Призрака сбивающий с ног электрический импульс. Последним, что услышал Хольт, уходя из здания чёрным входом, был буквально взвывший от ярости Волков, который наконец заметил, что дроны отработали по его дружку. Этот крик, перешедший в сдавленный хрип, тешил Августа. Только, по всей видимости, не только сам Хольт успел уйти до прихода полиции, но и Призрак тоже… Совершенно не радовало Августа и то, что все грехи Волкова записали на его счёт, хотя отношение к ним он имел весьма косвенное. Ну, как косвенное — заказал и профинансировал. Но ведь не сам Хольт бегал за Громом в костюме из тряпок с запахом нафталина и подрывал культурные памятники, как ненормальный.       Судить Августа было за что, но на скамью подсудимых, тем более в России, он не собирался. Хольту нужно было только разобраться с угрожающим ему Волковым и обелить своё имя, насколько это возможно, чтобы вернуться на родину. Отправив свою свиту, чтобы у них не было соблазна поболтать о нём с полицией, в родные Нидерланды, Август вплотную занялся поисками Призрака. Здесь, в Петербурге, у Олега явно было преимущество — он куда лучше знал город, хотя на руку Хольту играли возможности. Найти Волкова было не так сложно. У Августа как раз имелась парочка прикидок относительно того, где тот скрывался. Проблема была в другом. Никто просто не поверит, если Хольт за шкирку притащит поехавшего татарина и обвинит его во всех своих грехах. Нужны были доказательства, к которым не прикопаешься. И именно их поиском занимался Август.       Он уже накопал не самую понятную и очевидную схему, связывающую в одно целое Волкова, теракты, финансирование со счетов в оффшорах (принадлежащих «Holt Int.» через несколько фирм-прокладок. Но кто это будет проверять), побег Разумовского и даже звонки майору Грому. О последнем Хольт узнал совершенно случайно, расплетая сложный клубок телефонных вызовов Призрака. Их было столько. Казалось, Волков обнёс какой-нибудь колл-центр, чтобы добыть столько телефонов. Как позже увидел Август на последних записях своих бойцов, весь стол был усеян знаменитыми неубиваемыми кнопочными телефонами. Август тогда ещё почти обрадовался, что Отто не пошёл на это задание, поскольку нужен был ему в отеле. Потерять в том месиве безотказного и верного Шрайбера было бы перебором.       Сейчас Хольт разбирался в кучке распечатанных телефонных звонков Призрака, раскладывая каждый теракт буквально поминутно. Это должно было выглядеть убедительно, поэтому Август работал над тем, как стройно звучали его доказательства. Телефон издал короткий звук уведомления, и мужчина был вынужден оторваться, чтобы посмотреть, кто его беспокоит. ? [Вложение]       Хольт не ждал сообщений от незнакомых абонентов на свой новый номер. Чего Август не ждал ещё больше — что в этих сообщениях всё от первой до последней буквы окажется о нём. Странно, непонятно и интригующе до сладкой истомы. Он улыбнулся пришедшему сообщению так ярко, как улыбался, наверное, ещё в самом детстве, когда на Рождество находил под ёлкой желанный поезд для его железной дороги. Только тогда та улыбка была искренней и чистой, как у любого мальчика, которого растят в тепличных условиях. А сейчас она пропиталась ядовитым ехидством и почти неприкрытой гордыней от собственного превосходства.       С Августом произошло много разного дерьма, через которое он прошёл достойно, почти без потерь, если не считать напрочь атрофировавшихся чувств. Поэтому он всё ещё считал себя настоящим человеком, который может что-то чувствовать, пускай где-то в глубине души. Сейчас ощущалось довольство, что он всё ещё кому-то нужен. И это не были пинки отца, сводившиеся к осточертевшему «признай, что не смог, и я тебя вытащу». В помощи Фердинанда ван дер Хольта он точно не нуждался. Даже наоборот, всеми силами Август пытался доказать властному и состоявшемуся отцу, что ничем не хуже. Правда, петербургский эксцесс этому несильно помог, но младший Хольт надеялся извлечь выгоду и из этого. Только для начала надо было избавиться от намертво прилипшего Волкова, который умудрился выйти чистым из воды и не появиться ни на одной ориентировке с подписью «особо опасен», а потом вернуться домой.       — Принеси мой ноутбук, — даже не оборачиваясь на сидящего где-то позади Шрайбера, бросил Август.       — Сэр… — Отто собирался было возразить, что частые выходы в интернет могут выдать их властям, но был бесцеремонно перебит.       — Что непонятного?! — с плохо скрываемым недовольством фыркнул Хольт.       Сзади послышался тяжёлый вздох то ли от усталости, то ли потому, что тучный мужчина поднялся со стула. В общем-то, Августу было всё равно, что там об этом думает Шрайбер, пока он молчит и с механической точностью выполняет любые приказы. Хольт задумчиво крутил между пальцев фирменную ручку, но как только Отто притащил макбук, откинул письменную принадлежность и торопливо начал набирать поисковой запрос. Купить информацию о владельце номера телефона в России было так же легко, как и стухшее молоко в магазине. Поэтому очень быстро на экране Августа высветились данные абонента. И если имя с фамилией ничего Хольту не говорило, то улыбчивый парень с фотографии во «Вместе» оказался более чем знакомым.       — Значит, Дмитрий Дубин, — Август попробовал чужое имя на вкус. Скромно и легко. — Как интересно.       По правде говоря, то, чем занимался Хольт в течение следующего часа, наиболее точно характеризовало слово «сталкинг» и в цивилизованных странах каралось законом. На личной странице Дима много информации о себе не давал, лишь сухие факты. А стена его была забита поздравлениями с днём рождения, начиная с нынешнего года и далеко вглубь. Не так давно Дубину исполнилось двадцать три, как-то машинально отметил Хольт. В альбомах с фотографиями нашлись красивые эскизы и наброски на клетчатых листах — серая упитанная кошка и пара мутных селфи с, судя по датам, одногруппниками в полицейской академии. Зато в друзьях у него обнаружилась сестра, у которой по фотографиям на стене можно было отследить не только её жизненный путь, но и Димин. На самой свежей фотографии Вера Дубина широко улыбалась и прижималась к брату, который стоял в парадной форме с погонами лейтенанта. Увидев забавные светлые усы, Август усмехнулся и едва ли не рассмеялся самым искренним смехом за последнее время.       «Его дело отдали всего лишь «зелёному» лейтенанту, — обиженно подумал Хольт. — Даже не всемогущему майору Грому!» Хотя, пожалуй, в этом были ощутимые плюсы. Молодой полицейский едва ли обладал необходимой для таких поисков сноровкой, так что Хольт почти не беспокоился на этот счёт. Более того, внезапное сообщение увлекло Августа настолько, что он не смог удержаться от соблазна и напечатал ответ.

Август

Спасибо.

Приятная рассылка.

Рад, что мной кто-то ещё интересуется.

      Довольный Хольт завёл контакт «Дмитрий» и отложил телефон, пока не зная, что будет делать с лейтенантом. По-хорошему надо было бы заблокировать контакт, чтоб этот самый Дубин понял, что ловить ему здесь нечего. Да и некого. Сообщение не то, чтобы выбило Августа из колеи, скорее взбудоражило его интерес. Всегда любопытно, кто так насолил начальству, что ему дали безнадёжное дело. Хотя Дмитрий, насколько Хольт слышал, пострадал при нападении на управление, поэтому, возможно, взял дело из принципиальности. «Тогда ещё хуже», — подумал Август. Дубин же просто не вывезет своей неудачи, ведь переиграть его ещё не удавалось полиции ни одной из европейских стран. Впрочем, Хольту было всё равно, что там о себе думал этот Дмитрий. Но когда на экране телефона вновь вспыхнуло уведомление, он тут же бросился к нему. Ожидаемо, новое сообщение от всё того же контакта. Дмитрий Почему вы ещё в Петербурге?       Август едва не рассмеялся в полный голос от такого глуповатого вопроса. Молодой лейтенант явно пытался вовлечь его в активную переписку, чтобы выиграть время для определения местоположения. Ехидство внутри сладко подсказывало Хольту, что ни черта у них не выйдет с их безнадёжно устаревшим софтом. Август приложил все возможные усилия и собственные знания, чтобы оставаться в тени даже при входе в интернет, поэтому не боялся переписываться с полицейским. С такой многоуровневой защитой Хольт мог написать и самому президенту, а след привёл бы ищеек в пятиэтажку напротив, айпи которой он позаимствовал для работы.

Август

Ну, знаете, красивая архитектура, благородное искусство, симпатичная Нева.

      Немного погодя Августу показалось, что ответ вышел чересчур картонным и глупым. Хольт не врал. Он любил всё это и остался бы подольше, если б не некоторые обстоятельства, но… Полной правдой это всё ещё не было. Да и стоило ли всё выкладывать полицейскому? Август не знал, а потому добавил лаконично-честное.

Август

Старые счёты.

      С удовлетворением Хольт выключил телефон, откидываясь на спинку стула. А лейтенант Дубин мог быть весьма полезным, если Август надумает держать руку на пульсе расследования. Возможно, стоило узнать этого Дмитрия поподробнее, чтобы общаться «на одной волне» было проще.       Весь оставшийся вечер Хольт, невзирая на гложущий интерес, не предпринимал никаких попыток связаться с полицейским и был занят делами насущными. Собранные на Волкова материалы постепенно приобретали солидный вес и оседали на белой флешке, которую Август использовал для резервного копирования столь важной информации. От этих сведений практически зависело будущее Хольта, поэтому он действовал со всей аккуратностью. Время за ноутбуком летело быстро, так что Август даже не заметил, что за окном стемнело. В окраине спального района были свои плюсы, в особенности так необходимые Хольту для работы тишина и покой. Единственное, что выдавало жизнь в рядом стоящих домах — это россыпь освещённых тёплым светом окон и изредка возвращавшиеся домой люди. Если сравнивать вид из окна, то здесь Августу он нравился намного больше. Чувствовалось в засыпающих низеньких домах какое-то одиночество, которое казалось Хольту чем-то родным и плотно оседало на сердце, нервируя позвоночник.       На следующее утро всё повторилось заново, словно Августа настигло колесо сансары, в котором он должен был отработать грехи. Хольту относительное бездействие не очень-то и нравилось, но выбор у него был небольшой. Через пару часов, когда покрасневшие глаза начало ощутимо саднить, Август отвлёкся от экрана ноутбука и качнулся на стуле. Его терзал интерес. Под явно неодобрительный вздох Шрайбера Хольт вновь включил телефон и с удивлением заметил отсутствие новых сообщений. Зря Август думал, что Дубин простой, как табуретка, или что у него нет собственного плана.

Август

Вы показались мне интересным человеком, в отличие от вашего простого коллеги.

Чем вы увлекаетесь?

      Хольту была безумно интересна реакция Дмитрия, когда тот получит эти сообщения. Удивление вполне легко представлялось на аккуратном лице Дубина: светлые брови бы взметнулись вверх, зелёные глаза расширились бы, а рот приоткрылся бы так, что можно было бы увидеть нижнюю губу за этими потешными усами. Август положил телефон экраном вниз. Похоже, его вынужденное пребывание в Петербурге будет кому скрасить.