Перед рассветом

"Летний рассвет! Мне, южанке, всегда особенно дороги такие солнечные летние дни, которых не так много в этом городе. Вспоминается босоногое детство, ещё живые родители. Но не буду о грустном. Надо спешить, у меня сегодня утренняя смена." - молодая женщина входит в больницу и направляется в сестринскую. Там, как обычно, многолюдно в этот час, женщины облачаюся в сестринские платья, повязывают косынки, делятся сплетнями и новостями. Ночная смена уже переоделась в цивильное и разошлась по домам. "Опять только эта мымра Соколова осталась с ночной, хвастается очередным гешефтом?Ну точно, развела какого-то больного на два рубля, а радости, как будто миллион в наследство получила. Теперь ещё битый час будет перечислять, что себе на эти два рубля купит. Фунт телятины купит себе, а остальное в кубышку спрячет, иди уже домой, Соколова. О, а это интересно. Тоже послушаю. Оказывается, к нам привезли раненого после терракта, случайный человек, зашел пообедать и попал под осколки. И его же огрели на два рубля. И костюм разрезали и без ужина остался. Соколова всё не унимается. Смешно ей. Вот же шлимазл. Так, теперь тщательно, как всегда, вымыть руки. О, меня уже зовут в перевязочную. Ну ладно, иду в автоклавную, забираю боксы с инструментами. Что-то сегодня рано, ещё больным завтрак не раздали. Веселый врач, этот Иван Константинович. Торопит меня, а то похудеет без чая, бедняга. Ладно, засчитаем ему эту шутку, посмеюсь он это любит". -Всё готово, Иван Константинович. Скрип табурета и тихий выдох: -Надя... Я поднимаю глаза и встречаюсь с ..., не успеваю додумать мысль, как лоток со стерильными инструментами валится у меня из рук на пол. Кажется, кровяное давление скакнуло до не бывалых высот в моем организме, перед глазами всё поплыло и я пошатнулась. Врач вывел меня из кабинета, проводил до поста. Велел сидеть, накапал валерианы. Позвал Семенову и ушел обратно. На меня напала прострация. Я не понимала, что произошло. Я как кисейная барышня чуть не потеряла сознание. Из-за чего? Показалось что-то. Призрак прошлой жизни? Я даже не разглядела, кто меня позвал по имени. Боюсь сама себе признаться, за чей голос приняла. Серёжа. Обозналась, конечно же. Не может так совпасть. Кто-то другой, кто знает меня по Артуру. Только не он. Беру себя в руки. Постепенно успокаиваюсь, хотя пульс ещё бешено бьется. Что же я сижу, надо скорее бежать обратно, перехватить его, не разминуться. Вдруг я его больше не увижу. Для него это незначительная встреча, а для меня... Уже зовут в третью процедурную вместо Семёновой, пациенты нервничают. Допиваю из стакана валериану и иду. Как же мне проверить? Начать обход палат? Спуститься в канцелярию? Только бы встретить его вновь. Я думала, что рана на моём сердце зарубцевалась, столько лет я старалась не вспоминать его, но вот она вновь кровоточит.