Параллельные миры

Четыре фигуры, резко очерченные ярким светом прожекторов, вышли в центр сцены. Голос ведущего, звучный и уверенный, прозвучал как громкий аккорд, представляя их публике: «С вами были: Дмитрий Позов, Антон Шастун, Сергей Матвиенко и Арсений Попов!». Каждый из них отвесил легкий поклон, улыбка заиграла на их лицах. Все четверо оставили сцену, уходя в кулисы. Концерт был окончен, а это значило лишь одно — долгожданный отпуск ждал всех. Весна вышла довольно плодотворной на съемки, и ребята знатно вымотались за сезон. Люди стали расходиться, а так называемые «импровизаторы» сидели на своем диванчике, активно обсуждая косяки шоу, подтрунивая друг друга. Стены комнаты были увешаны афишами прошлых концертов, фотографиями самих ребят — отдельно и с гостями. За столько лет, проведенных вместе на «ТНТ» и «СТС» — не говоря уже о других проектах — они стали ни много ни мало семьей. — Арс, здесь ты, честно, сморозил херню. — Парни смеялись, по-дружески хлопая друг друга по плечу. — Какой еще квантовый механизм? Тебе пора переставать читать научпоп. — Мне показалось это забавным, — мужчина раскинул руки в стороны и покачал головой. — Значит, Marvel можно нести пургу по поводу параллельных вселенных, и их будут считать буквально новаторами, а бедным актерам слова не давали? — Попов сделал оскорбленный вид и отвернулся от Шастуна, которому очень уж нравился этот спектакль. — Ладно, не дуйся, бедный актер, еще не хватало сердечный приступ схватить из-за этого. — Двум другим парням эта шутка понравилась явно больше, чем самому Арсению. Хотя он и не обижался из-за шуток про возраст, ну сорок один и сорок один, зачем каждый раз заострять на этом внимание? Антон встал с дивана, попутно захватив с собой сигареты, и стал спускаться к «курилке». Концерт хоть и прошел хорошо, но был довольно нервным. Арсений был сам не свой, поэтому часть шоу пришлось вытаскивать на себе. Оно и понятно — Попов уже несколько месяцев был в Москве из-за каждодневной работы, а, как известно, его место силы — Питер. — Так к чему была эта… шутка? — Сережа озадаченно посмотрел на друга и приподнял бровь. — Ты обычно плещешь отсылками на книги или киноиндустрию, а тут… квантовая физика, совсем не первое, что приходит человеку в голову. — Да очередной сон на эту тему был, атомная война, какая-то лаборатория, — Арсений потер глаза и зевнул, — опять полночи не спал. Сколько снится уже это, все не могу привыкнуть. — Попробуй пить снотворное на ночь, по крайней мере перед концертами, так совсем немного, и начнутся вопросы, — Дима подошел к другу со стаканом кофе. — Спасибо, Дим, — он принял чашку из рук друга, тепло фарфора приятно легло в ладони. Пахнуло кофе — крепким, терпким ароматом, в котором смешались нотки корицы и шоколада. Он отпил небольшой глоток, и тепло напитка прошло по горлу волной, оставляя послевкусие бодрости и приятной горечи. Арсений закрыл глаза на мгновение, вдыхая аромат кофе и чувствуя, как напряжение дня отступает, сменяясь чувством умиротворения и расслабления.

***

— Ладно, ребят, встретимся вечером. — Как всегда после съемочного тура ребята встречались в уютном баре на Новокузнецкой, чтобы отметить окончание сложного рабочего периода. Но до этого времени нужно было зайти домой — в съемную квартиру — и привести себя в порядок, хотя бы внешне. Дверь лифта с тихим щелчком открылась, выпуская парня в пустой коридор. Он быстро прошел по нему, ритмично стуча ботинками по холодному линолеуму. Каждая ступенька лестницы, ведущей на пятый этаж, казалась ему немного выше обычного. Он с каждым шагом чувствовал, как его дыхание становится чаще, а сердце стучит в груди в такт его шагам. Наконец, Арсений добрался до нужной двери и с усталым вздохом положил рюкзак на пол. Ключ провернулся в замке, и он вошел в свою квартиру. Запах пыли и застоя еще не успел проникнуть вглубь комнаты, оставаясь на пороге. Он бросил рюкзак на стул, и тот с глухим ударом упал, словно сбрасывал с себя тяжесть дня. Не раздумывая, он направился в ванную комнату. Холодная вода в душе хлестала по телу освежающими струями, смывая усталость с мышц и запах концертного зала, который все еще витал вокруг него. Он стоял под душем, закрыв глаза, позволяя струям воды прокатиться по лицу, смывая остатки сна и горечь не совсем удачного концерта. В мыслях прокручивались неудачные шутки, неловкие паузы и озадаченные взгляды ребят. Но холодная вода работала как магическое зелье, смывая негативные мысли и оставляя место солнечному дню в Москве, коих было не так уж и много. Он вдохнул глубоко, почувствовав, как тело начинает расслабляться, а остатки сна исчезают. Арсений провел рукой по лицу, стараясь стряхнуть сонливость. Он сидел в кресле, уткнувшись в чашку кофе, и пытался осмыслить ночной кошмар. Сны, как всегда, были яркими, полными странных символов и загадок. «Забавно, как сны могут выбить нас из колеи, — подумал он, глядя на клубы пара, поднимающиеся от чашки. — Начиная со снов с любимыми, которых по той или иной причине уже нет рядом, заканчивая смертью… Как там Фрейд писал? Я, эго и суперэго? И как интерпретировать все эти сны, если уж это все — игра нашего бессознательного?» Он задумался, вспоминая слова Фрейда о бессознательном, о том, как оно прячет наши глубочайшие страхи и желания, проявляя их в ночных видениях. Арсений улыбнулся горько. Он никогда не был сторонником глубокого психоанализа, не любил копаться в своих потемках, предпочитая жизнь здесь и сейчас. Ученым Арсений никогда стать не хотел, да и с физикой… В общем, все было не совсем гладко. В школьные годы он больше интересовался литературой, чем уравнениями и формулами. Но сон был не простым сновидением — в нем были квантовые технологии, параллельные миры, а также какая-то маленькая девушка, которую он никогда не видел. «Как такое можно объяснить?» — задал он себе вопрос. Он вновь поднял чашку с кофе, делая медленный глоток. Он решил, что вместо того, чтобы мучить себя анализом, просто попробует расслабиться и насладиться наконец-то свободным вечером. В Москве ему оставалась всего неделя, нужно было уладить какие-то моменты с дальнейшим графиком, Стас попросил сделать это сейчас, чтобы спланировать расписание на август.

***

Паб «Punch & Judy» встречал их привычным теплом. Запах пива и жареного мяса смешивался с ароматом старых книг и полированных деревянных столов. Здесь время текло медленнее, не спеша отмечая минуты и часы. Громкая музыка в других заведениях кажется далекой и незначительной. В пабе царила атмосфера уютного домашнего очага, где можно было отдохнуть от шума и суеты мира. Стены были украшены фотографиями музыкантов, артистов, художников — знаменитостей и не очень, но всех их объединяло одно: они были здесь, в «Punch & Judy», как дома. Ребята с улыбкой обменивались приветами с барменом — толстым добродушным мужчиной с сердечной улыбкой и знакомыми шутками. Он поставил перед ними их любимый сидр, и они устроились за столом у огромного окна, глядя на суетливый город за стеклом, но не чувствуя его спешки. Здесь они могли быть собой, не боясь, что их небольшая идиллия будет разрушена. В пабе можно было не торопиться, чувствовать себя свободно и по-настоящему отдохнуть от этой уже надоевшей всем суеты. Антон глотнул из большой кружки пиво, которое оставило на нем белые усы. Пена стекала по губе, оставляя после себя горьковатый привкус и приятное ощущение прохлады. — Так когда ты в Питер? — спросил он, не отводя взгляда от парня, сидящего напротив. — Небось уже минуты считаешь. — Через недельку, когда согласуем расписание со Стасом, сэнсэй. — Парень скрутил руки в жест, напоминающий небольшой поклон. — Давно пора, почему раньше не вырвался? Обычно хотя бы на день, но уезжал. — Да я знаю, — согласился Арсений, задумчиво покручивая в руках кружку. — Убийственное расписание в этом году. Вечер в пабе продолжался, заполняясь живыми разговорами и смехом. В зале постепенно нарастала атмосфера уютного вечернего сбора, как будто все они пришли домой после долгого путешествия. Дверь отворилась, впуская в зал свежий вечерний воздух и новый волнительный дух. В проходе появились Стас, с усталой улыбкой и ярким блеском в глазах, и Дима Журавлев, с озорной искоркой в своих серых глазах. — Ну вот и мы! — провозгласил Стас, занимая свободное место за столом рядом с Арсением. — Как вы? Много пива уже выпили? — А где Ира? — спросил Дима, осматривая комнату. — Она сейчас подходит, — ответил Антон, улыбаясь. — Сказала, что задержится, но скоро будет. Ира пришла минут через пятнадцать, извинившись за небольшое опоздание. — Пробки в Москве, — пояснила она, показывая на свой телефон. — Пришлось часть пути пройти пешком, чтобы не опоздать сильно. Антон с улыбкой встретил её объятиями, а остальные поприветствовали Иру дружескими шутками и усмешками. Несмотря на не совсем простое утро и концерт, который не всем понравился, Арсений чувствовал себя как… дома? Наверное, можно сказать и так. Он оглядел компанию вокруг себя, чувствуя тепло и уют этого небольшого паба, где он мог быть самим собой, не боясь судить и осуждать. «Все потихоньку начинает улучшаться», — подумал он, делая глоток пива. Он прошел пробы в новый фильм на роль Воланда. Это была мечта, которую он лелеял давно, и теперь она стала реальностью. Конечно, еще не все решено, но он чувствовал в сердце искру надежды и верил, что все будет хорошо. — Ира, ты как? — спросил он, снимая с нее верхнюю одежду и помогая ей устроиться за столом. — Как прошла неделя? — Все отлично! — ответила она. — Работа кипит, но я нашла время для вас, и это главное. Вечер в «Punch & Judy» плавно перетекал из разговоров о творческих планах в забавные истории из гастрольных поездок. Смех звучал свободно и радостно, словно отражая душу каждого из них. Музыка, включенная барменом, стала фоном для их вечернего общения, но чаще всего они говорили, перебивая друг друга и подхватывая темы с неудержимой энергией. Ира, как всегда, была душой компании, заводя всех шутками и усмешками. Стас с Антоном перебрасывались фразами, вспоминая старые концерты и приключения. Дима Журавлев с удовольствием включался в их разговоры, делился новыми идеями и вдохновлял всех своей энергией. Арсений, уставший после концерта, но счастливый от встречи с друзьями, с удовольствием впитывал атмосферу веселья и расслабления. Вечер, проведенный в пабе, плавно перетек в тихую полночь. Последние капли пива были выпиты, шутки, раздававшиеся ранее, стихли, уступив место спокойной задумчивости. Но тишина была не пуста. Она была наполнена теплом душевного общения, которое связывало этих людей, как незримые нити. В воздухе витал легкий аромат хмеля и пива, смешанный с ароматом сырого асфальта ночного города. Выходя из уютного паба, они обменивались прощальными объятиями, горячими пожеланиями и обещаниями скорой встречи. Каждый их жест, каждое слово были пропитаны искренностью и радостью, которую они подарили друг другу в этот вечер. Город уже просыпался, медленно зажигая свои огни. Фонари, как маленькие солнышки, освещали их путь домой, а в их сердцах теплился уютный свет приятных воспоминаний и предвкушения новых встреч. Эта дружеская встреча, как яркая искра, оставила свой след в их душах, согревая их в предстоящую холодную ночь.