the tale of reckless love

      — Это — наш ключ к богатству, — криво улыбнулся Чуя и с грохотом опустил на стол увесистую книгу.       Она выглядела необычно: синяя, как ночное небо, с позолоченными узорами на корешке и обложке и ярко-красным камнем. Из золотых нитей складывались утончённые образы луны и звёзд.       Ацуши сразу заинтересованно подался вперёд, но его прыть остудила твёрдая рука хмурого Акутагавы.       — Куда ты полез? — прошипел он, отпихивая любопытного Накаджиму. — Неизвестно, что босс притащил в этот раз. Вдруг эта хрень твой хвост отрубит.       Гин, сидящая напротив, даже бровью не повела.       Чуя шумно вздохнул, понимая, что присутствующие явно не осознают, как, блядь, им всем несказанно повезло. Всего-то пришлось продать свой зад (точнее сказать, член… отдать в аренду, да, так звучит лучше!) принцу Гоэтии, подумаешь. Невелика цена.       Таким, как они, обычным бесам, редко везёт в этом сраном месте под названием Ад. Если ты не родился с золотой ложкой в жопе, как вышеупомянутый принц, или куда лучше — одним из Семи смертных грехов, — гнить тебе в канаве вместе с такими же вонючими бесами, как ты. Повезёт ещё, если удастся найти хоть какую-то работу, а о бизнесе и мечтать не стоило. А вот Чуя мечтал. И сейчас он близок к исполнению как никогда раньше — и всё по воле обычного случая.       — Заткнулись оба, — рявкнул он на Накаджиму и Акутагаву, что уже успели сцепиться языками (нет, не в том смысле, в каком Накахара периодически заставал их в самых интересных частях офиса) в подобие ссоры. — Это не просто книжка. — Чуя постучал кончиком пальца по обложке и аккуратно провёл подушечкой по силуэту полумесяца. — Это книга заклинаний. Гримуар ебучего принца Гоэтии, друзья мои. С его помощью мы сможем спокойно скакать между Адом и Землёй, чтобы отрывать бошки всяким ублюдкам и получать за это бабло. Сечёте?       Демонический хвост Акутагавы поднялся над столом и аккуратно ткнул томик с заклинаниями кончиком, будто он на самом деле боялся, что гримуар может взорваться. Рюноске скептично приподнял бровь и серьёзно уставился на Чую.       — Нам стоит переживать? — спросил он.       Накахара сложил руки на груди в защищающемся жесте и постарался натянуть на лицо маску невозмутимости.       — С чего это?       — Э-э-э… с того, что это принадлежит представителю знати, босс, — подал голос ёрзающий на скрипящем стуле Ацуши. — Зная вас, эта вещь оказалась у вас в руках наверняка нечестным способом.       — Ой, да брось, — фыркнул Чуя.       Он упёрся ладонями в длинный дубовый стол и обвёл взглядом свою крохотную команду киллеров. Его маленькая гордость: агентство «Идеальные Мгновенные Профессионалы», готовые за деньги отправиться в мир людей и выполнить заказ на убийство любого человека, что посмел когда-то перейти дорогу Грешникам, попавшим в Ад.       Гин — адская гончая, способная по запаху отследить что угодно и достать кого угодно, даже из жопы самого Люцифера. Временно исполняет обязанности секретаря (богатство не за горами, так что команда ещё расширится).       Акутагава — превосходный демон-киллер, всегда действует точно и чётко по плану. Однако склонен иногда борщить, а ещё жаден до похвалы. Если дать ему задание по убийству десяти человек, он притащит в Ад пятнадцать бошек, чтобы услышать заветное «Хорошо поработал» из уст босса.       Ну и… Ацуши. Можно подумать: «Какого чёрта он вообще забыл в этой команде?»       На первый взгляд Накаджима — абсолютно бесполезный бес, что вздрагивает даже от внезапного лая Гин, листающей смешные видосики в Вокстаграме, или от громогласного «Да ёбаный насрал!», звучащего из кабинета Чуи. Он даже собственным хвостом управлять не в состоянии.       Но стоит смертельной опасности появиться в поле зрения команды, как он тут же собирает жопу в кулак. Не дай Сатана кто-то во время заварушки причинит боль Рюноске, Накаджима разорвёт этого бедолагу зубами. Чуя иногда по-гадски пользуется этим методом и специально натравливает на Акутагаву побольше противников, точно зная, что он будет в полном порядке. Ну а кто, блядь, в Аду не без греха?       — Слушайте… — Накахара сжал переносицу пальцами, собирая по крупицам мысли после бурной ночки с принцем, что оказалась на удивление вполне себе ничего. — У Дазая огромный замок и миллиард всяких дурацких игрушек. Думаете, он заметит пропажу какой-то книжонки? Да и с какой стати ему думать на меня? Его пернатая задница, должно быть, до сих пор…       Его прервал воркующий оклик где-то в коридоре:       — Чу-у-у-уя!       Ацуши резко побледнел, Акутагава поднялся на ноги, а Гин лениво повернулась в сторону пока что закрытой двери.       — Вот блядь.       — Похоже, херово ты отпялил вчера эту пернатую задницу, — протянула Гин. — Он, кстати, звонил сегодня утром, чтобы узнать адрес офиса.       — И ты говоришь об этом только сейчас? — шёпотом заорал Накахара. Увидев, как гончая безразлично пожала плечами, Чуя схватил гримуар и засунул его в ящик стола под кипу каких-то бумаг и порножурналов ровно в тот миг, когда распахнулась дверь концеренц-зала. — Дазай! Какие люди…       — Миленько тут у вас, — поджав губы, проговорил Осаму. Он смахнул несуществующие пылинки со своего дорогущего пальто и кивнул присутствующим, но затем сразу вернул всё своё внимание Чуе. — И зачем ты только так быстро убежал с утра, бесёнок?       — Ваше высочество, — синхронно выпалили Накаджима и Акутагава, склонив голову. Даже Гин не смогла сдержать нервного кивка.       Дазай замахал руками в попытке прекратить эти формальности и грациозно стянул с длинных пальцев бархатные перчатки:       — Не стоит.       — Вон, — процедил Чуя, обводя взглядом команду.       Ацуши, Акутагава и Гин будто бы только и ждали возможности поскорее свалить отсюда. Мгновение — и от их присутствия остались только взмывшие в воздух со стола листы бумаги с каляками Накаджимы и громкий хлопок двери, звеневший эхом в ушах Чуи.       — Так… — Накахара прочистил горло и упёрся бёдрами в столешницу — ровно там, где в ящике покоилась, похоже, причина прихода ебучего принца Гоэтии в их убогий грязный райончик на окраине города. — И что привело тебя сюда?       — Не догадываешься? — с ухмылкой спросил Дазай. Он обернулся, оглядывая убранство конференц-зала, и Чуе вдруг стало по-глупому неловко за нарисованный им же маркером огромный член на доске для записей. — Глупый бесёнок.       Накахара набрал в лёгкие воздуха, собрал яйца в кулак и выпалил на одном дыхании:       — Слушай, подумай, прежде чем уби…       Его речь прервал внезапно развалившийся на столе Дазай. Точнее сказать, не развалившийся, а изящно приземлившийся. Он разгладил складки на своём алом пальто с золотистыми аксельбантами и игриво спустил рукав с одного плеча, сверкнув алыми глазами.       — Хватит разговоров. — Осаму заткнул открывшийся было в вопросе рот Чуи кончиком пальца и им же провёл по нижней губе, что тут же вздрогнула от удивления. — Знаешь, а мне даже нравится тут. Никогда не трахался в трущобах. Это так… — Он задумался и хихикнул, прежде чем продолжить: — …так ново!       — О? — выдохнул Накахара, понимая: Дазай пришёл сюда не за своим спизженным гримуаром. Он пришёл за… сексом? Больной извращённый ублюдок. — То есть…       — Я же просил, — упрямо прошептал Осаму. Его нежные пальцы очертили путь от нижней губы до шеи Накахары, слегка сжав грубую кожу. — Никаких разговоров.       Что ж. За своё счастье надо бороться, или как там, блядь, говорят. И если цена процветающего бизнеса и бабок — это трахать демонического принца, который, похоже, кайфует от грязного секса с безродным бесом — таким, как Накахара Чуя… он, сука, в деле. Ведь от него зависит и благополучие сотрудников ИМП, которым минутами ранее подарили надежду на безбедную жизнь.       Хвост Накахары игриво дёрнулся и крепко обвил кисть Дазая, на что тот хищно улыбнулся и склонил голову вбок. Ещё немного, и начнёт облизываться от предвкушения, паршивец проклятый.       — Только в этот раз как-нибудь придержи свои ебучие знатные перья под контролем. Мне не понравилось отхаркивать их изо рта, пока я давал дёру из замка под визгливые оры твоей жёнушки. Усёк?       Мягкий хмык опалил ухо Чуи, и его хвост обхватил и второе запястье Дазая, стягивая их за спиной.       — Как скажешь, бесёнок. Ох! — Осаму удивлённо вздохнул, когда его резко перевернули и заставили уткнуться носом в исцарапанную столешницу. Они что, на помойке этот стол нашли? Однако эти мимолётные мысли сразу выскочили из головы, когда горячая ладонь Накахары скользнула под пальто, оттягивая пояс идеально отглаженных брюк. — Я в восторге от твоего напора.       — Заткнись, — прошипел Чуя, вдавливая голову Дазая в стол, который тоскливо скрипнул. Воспоминания о гримуаре, лежащем в нём, вытеснила похоть, растекающаяся вместе с чёрной бесовской кровью по венам. — И давай-ка чуточку потише, ладно, милый?       Осаму едва не заскулил, услышав ласковое обращение, обёрнутое в наглые прикосновения блуждающих ладоней.

***

      За стеной раздался очередной грохот, сопровождающийся стоном и какими-то нечеловеческими рыками. Гин безразлично подпиливала ноготочки, закинув ноги на стол ресепшена. Ацуши ходил кругами, потому что единственное место, где он мог работать в офисе, теперь было занято распластанным по столу принцем и их совершенно бесстыдным боссом.       Очередной громкий стук положил конец терпению.       — Он убивает его там, что ли? — воскликнул Накаджима. Его бесовской хвост качался из стороны в сторону, выражая крайнюю степень недовольства.       Акутагава, наконец, оторвался от лицезрения рабочих бумаг и кинул на него взгляд исподлобья.       — Сядь, бесишь.       — С какой стати ты такой спокойный?! — ещё больше распалялся Ацуши. — Наш босс спит с… грёбаным принцем я-даже-произносить-его-имя-опасаюсь, а ты!..       — А я подсчитал бюджет. — Рюноске кинул на журнальный столик кипу бумаг. Накаджима нахмурился, вчитываясь в подсчёты, будто что-то понимал в этих цифрах. Акутагава был единственным в ИМП, кто понимал, как обращаться с деньгами. — Если босс продолжит трахаться с принцем и отвлекать его от отсутствия гримуара, уже через полгода…       — Ой, да завалите вы оба, — проворчала Гин. В этот миг раздался телефонный звонок, и она лениво подняла трубку, зажав её щекой и плечом — чтобы не отрываться от маникюра. — ИМП, чем обязаны? — Пока она вслушивалась в звучащий на том конце провода голос, её лицо медленно вытягивалось в удивлении. — Да, мы готовы взять заказ… вроде как…       Ацуши и Акутагава синхронно поднялись с потрёпанного диванчика и переглянулись. В их глазах, словно в двух отражениях друг друга, сверкали отблески надежды.       Это ведь их первый заказ! И это только начало.