36. Дети // Цзян Чэн, Вэй Усянь, война, ау тропы Цюнцин
18 марта 2025 г., 16:22
В тот день чертовски холодно, и они отбили у Цишань Вэнь еще одну деревню.
Ничего особенного, ничего страшного, и Цзян Чэну самому от себя становится жутко, потому что война стала его обыденностью.
А потом всё идет рутинно — они проверяют деревню, зачищают от вражеских талисманов и чар… И находят детей. А сегодня, правда, очень холодно.
Вэй Усянь проводит ладонью по лицу, вздыхает и своим радостным голосом говорит:
— Эй, кто хочет поспать в моей теплой палатке?..
Дети напрягаются и смотрят испуганно. Вэй Усянь старается улыбаться, но злость прорывается изнутри его сути, злость на эту войну, на эту зиму, на то, что дети боятся не столько его, сколько всех взрослых. И Цзян Чэн говорит:
— Вы похожи на наших шиди. Тех, кто навсегда остался в Пристани Лотоса.
Вэй Усянь вздрагивает и прикрывает глаза. Дети испуганно смотрят на Цзян Чэна.
— Выбирайте палатку, в которой вы будете спать, — продолжает Цзян Чэн. — Никто вас не тронет.
Он не хочет думать, зачем Вэням нужно было столько детей.
Он не может не думать, зачем Вэням нужно было столько детей.
— Насколько мерзким должен был быть тот ритуал? — спрашивает Цзян Чэн, когда Вэй Усянь выходит из палатки, где устроил детей.
— Очень, — даже не смотрит на него Вэй Усянь. — Я нашел записи. Я, блядь, не хочу больше находить такие записи и видеть мертвых детей.
Цзян Чэн прикрывает глаза и клянется:
— Не будешь.
Вэй Усянь смотрит так, что ясно становится — он очень хочет верить.
Им по восемнадцать лет.
К сожалению, они уже видели слишком много мертвых детей, но Цзян Чэн что-то придумает. Он постарается, хорошо?..
Он постарается.
…
А потом Вэй Усянь ждет его на дороге в исправительный лагерь на тропе Цюнци. За его спиной сидят в грязи на обочине дороги Вэни и пытается бегать по этой самой дороге крошечный ребенок.
— Я хочу знать, что там произошло? — спрашивает Цзян Чэн.
— Там были дети, — отвечает Вэй Усянь. — Там было слишком много детей.
Цзян Чэн прикрывает глаза.
Цзыдянь медленно начинает потрескивать на пальце.
А потом на его ноге виснет ребенок.
— Что же, — говорит Цзян Чэн, подхватывая малыша на руки. — У меня есть вопросы. У меня, блядь, есть очень неприятные вопросы к главе Цзинь.
А в лагерь Вэй Усянь его не пускает. И Цзян Чэн ему благодарен.
