𝘻𝘪𝘯𝘨 𝘣𝘰𝘰𝘮!

сейчас играет: 0.3 - как непривлекательно

01:43 ━━━━●───── 03:50

⇆ㅤ ㅤ◁ㅤ ❚❚ ㅤ▷ ㅤㅤ↻

ılıılıılıılıılıılı

- Изуку, твоя новая причуда просто безумна. - прокомментировала Казуми, прижимая салфетку к носу, наблюдая, как Исцеляющая девочка целует палец мальчика, который он сломал. - Ты, конечно, из кожи вон лез, чтобы позлить Кацуки, набрав на 0,1 метра больше, чем он. Мидория встревоженно рассмеялся, а Исцеляющая девочка осторожно обхватила его палец, прежде чем подойти и проверить, как там Казуми. - Учитывая, что она проявилась совсем недавно, я немного отстал, так как все еще учусь контролировать свою причуду. - сообщил ей Мидория, в это момент, Исцеляющая девочка, осторожно вытирает кровь, стекающую по ушам Казуми.

Учащенное сердцебиение, беспокойство... снова ложь..

Подумала Казуми, прежде чем вздрогнуть и схватиться за голову, почувствовав боль. - Прекратите говорить и заткни свои окаянные уши! - пожаловалась Исцеляющая девочка - Чем больше вы будете разговаривать, тем больше у тебя будет болеть голова. - она покачала головой - Со мной все будет в порядке, я сейчас контролирую свой слух. - Мидория улыбнулся, с любопытством наклонив голову. - Кстати, о причудах, как ты научилась пользоваться своей? - спросил он, указывая на моё ухо. - Я помню, как ты плакала, когда твой сосед по парте дышал слишком громко, и как ты шептала, потому что твой голос был слишком громким для твоих собственных ушей. - Как и все, что работает неправильно, я разобрала себя на части и научилась перестраиваться. - она как-то неопределенно пояснила, прежде чем отвести взгляд в сторону. - О. Шо– Учитель Айзава. Мидория обернулся и побледнел, увидев, как в медпункт входит их жуткий учитель – печально известный как Сотриголова. Они были единственными учениками, которых отправили в кабинет медсестры – изначально там должен был находиться только Мидория, но Айзава настоял, чтобы Казуми присоединилась к нему, поскольку у нее, похоже, началось кровотечение. - Ах, мне нужно поговорить с Ка–Амано наедине. - сказал Айзава, молча проклиная себя за то, что случайно упомянул ее имя. Мидория медленно кивнул и встал, держась за раненую руку. - Казуми, увидимся завтра, да? - она кивнула, послав ему улыбку, когда он уходил. Когда дверь закрылась, Айзава повернул голову к Казуми, прежде чем твердо взглянуть на нее. Скрестив руки на груди, он внимательно посмотрел на нее. - Что произошло во время проверки квирка? Почему ты потеряла самообладание? - спросил Айзава, указывая на её кровоточащий нос. Айзава, который был единственным, кто помог ей справиться с этой причудой, лучше, чем кто–либо другой, знал, что Казуми теперь в некоторой степени контролирует свой слух. К сожалению, то, как Казуми слышала шумы, не было похоже на радио, где она могла просто установить его на одну громкость, и оно оставалось таким же. Ей приходилось сознательно и постоянно регулировать громкость звука и расстояние, на котором он раздавался. Для достижения этого ей часто требовались большая концентрация и внутреннее спокойствие, которых у нее явно не было во время теста. - Ты вообще пыталась это сделать? Ты почти не использовала свою причуду. - Айзава сделал резкий выговор, Казуми опустила взгляд на свои ноги, свисающие с кровати. - Казуми, я знаю, что твоя причуда утомляет, но, пожалуйста, сделай все, что в твоих силах... - Шота, я... - начала Казуми, ее лицо напряглось, когда она избегала его взгляда. - Просто... Причуда Кацуки такая громкая, что, если я не заткну уши, я не смогу сосредоточиться. Айзава приподнял бровь. Кацуки... Изуку... почему она обращалась к мальчикам по имени? На мгновение он задумался, но пока оставил эту мысль при себе. Чтобы иметь возможность манипулировать звуковыми волнами, она должна была уметь их слышать. Она не могла просто оглушить себя и управлять звуком. Так что, возможно, причуда Бакуго была для нее слишком необычна. Ему вдруг стало стыдно за то, что он обвинил ее в лени. Прежде чем он успел извиниться, Казуми выбросила стопку салфеток, которые прижимала к носу, в ближайшую мусорную корзину и встала. Она подняла с пола свою сумку, перекинула ее через плечо и направилась к двери. - Я...Я стараюсь. Я просто предпочитаю разумно расходовать свою энергию, неужели ты не можешь этого понять? - ответила она, прежде чем пройти мимо него. - Увидимся дома... Я уйду первой, раз ты не хочешь, чтобы нас видели вместе. Айзава держался за переносицу, когда она уходила, и сидел на том же месте, где она сидела несколько минут назад. Незаметно для ссорящихся двоих Мидория убрал руку с двери кабинета Исцеляющей девочки, крепко сжимая в кулаке носовой платок Казуми, который она одолжила ему ранее в этот день. Он собирался вернуться, чтобы отдать то, что взял у Казуми, но не ожидал услышать спор между профессиональным героем и его одноклассницей. Он быстро убежал, услышав, что Казуми приближается к двери, его мысли были заняты отношениями между Айзавой и Кадзуми.

ılıılıılıılıılıılı

- Эй! Немая! Ее глаз дернулся при упоминании прозвища. Казуми возвращалась домой после небольшой ссоры с Айзавой и была не в настроении общаться с Бакуго. Она не злилась – Казуми никогда не сердилась, в отличие от белокурого шпица, – вместо этого она принимала все близко к сердцу и, когда расстраивалась, готова была расплакаться. Она оглянулась на светловолосого парня, который был одет в неряшливую форму, засунув руки в карманы, когда он направлялся к ней.

Как непривлекательно...

- Зачем ты украла мои баллы во время экзаменов, а?! - сердито потребовал он ответа, глядя на нее сверху вниз. Казуми нахмурила брови, ненавидя то, как он скалил на нее зубы. - Это ты был слишком медлителен, - проговорила она усталым тоном, - Это было соревнование, Кацуки. -Перестань называть меня так, идиотка! - прорычал он. - Хорошо, Бакуго. Казалось, что он только становился все более расстроенным, несмотря на то, что именно он велел ей называть его по фамилии. Казалось, его эмоции не совпадали с тем, что он говорил и думал. Бакуго прищелкнул языком, отводя от нее взгляд, и умчался прочь. - Просто держись подальше от моего пути – мне не нужна такая плакса, как ты, которая встанет у меня на пути. - прошипел он. Глаза Казуми опустились на землю, когда его фигура направилась к парадным воротам. Она тихо усмехнулась про себя, отводя взгляд и сдерживая слезы. Она чувствовала себя глупо, чувствуя, как на ее глаза наворачиваются слезы – плача, она только докажет его правоту. Ей хотелось злиться на него; злиться на него за то, что он издевался над Мидорией за ее спиной, злиться на него за то, как он заставил одну из ее прядей поседеть, злиться на него за то, каким заносчивым и эгоистичным он был. Но вместо этого ей стало грустно оттого, что они с ним далеко не в лучших отношениях.

Грустно из-за того, как все обернулось.

ılıılıılıılıılıılı