Письменное понимание

После ухода Луз Эмити несколько мгновений смотрела на дверь. Её глаза и рот были широко раскрыты, и она не знала, как обработать информацию. — Не хочу вас торопить, но у меня есть работа… — заявила г-жа Клоторн. Эмити уловила смысл и неловко кивнула. — Верно, — сказала она, вставая и выходя из кабинета. Эмити в оцепенении покинула школу. В её голове проносились миллионы мыслей, но она не могла сосредоточиться ни на одной. Она медленно шла домой, нахмурившись. Вернувшись домой, Эмити тяжело села на стул и стала шептать свои мысли: — Луз… написала этот фанфик… Луз… Добрая Ведьма Лузура… Луз… Луз… ура… Лузура! — когда она это говорила, Эмити физически ударила кулаком в лицо. Насколько глупой она могла быть? Насколько это было очевидно?! Сколько раз она упоминала Луз и Лузуру в одном предложении, и это все равно не воспринималось? Она была невероятно раздосадована собой. Эмити физически съежилась, когда вспомнила о своем обвинении. Она не могла поверить, что даже не подумала, что Луз — это Лузура. Она знала, что Лузура была в Калифорнии, она знала, что Луз отлично пишет, ей следовало сложить два и два. Эмити всегда гордилась своими успехами в математике, но, возможно, на этот раз это не так. Внезапно, словно на нее упал огромный камень, Эмити почувствовала ошеломляющее осознание. Луз была ее лучшей подругой в Интернете. Луз была ее онлайн-влюбленностью. Лузура была ее настоящей любовью в жизни. Все самые сокровенные тайны Эмити об ее жизни были рассказаны Луз. И Луз. Теперь Эмити знала обо всем, через что прошла Луз, но Луз даже не знала. Это было… странно. Почти нарушение. О, нет. Мысли Эмити обратились к блондинке, с которой Луз сидела рядом на уроках английского языка. Та, о которой она столько раз стонала в замешательстве. Той самой, которой Эмити посоветовала ей бросить из-за того, что она так раздражает. Она была Эмити. Эмити была ею. Эмити смотрела в землю, не двигаясь с места, за исключением того, что её большой палец постукивал по другому пальцу. Всё это время Эмити была такой лицемерной. Она вспомнила, как много раз говорила, что девушка поступила глупо, не подружившись с Луз. И все же она сама была глупой девушкой. Что было явно правильно. Эмити была глупой. Она была ужасным человеком. Она знала, как обидело Лузуру её поведение. Она даже не подумала, что, возможно, Луз почувствует то же самое от того, как она вела себя на английском. Дыхание Эмити начало учащаться, и острая боль пронзила её грудь. Сердце у неё колотилось в ушах, а во рту был кислый привкус. Вина окутала Эмити, как одеяло летом, удушающее и душное. Ей казалось, что она больше не может дышать. Она чувствовала, как слезы катятся по её лицу, но они были еще и теплыми, что еще больше усугубляло ситуацию. Она тихо всхлипнула, затем слегка вздрогнула, пытаясь остановить любой шум, вылетающий изо рта. В конце концов она соскользнула со стула и упала на пол, прикрывая рот рукой. Похоже, она часто, но тихо кричала. Она начала сожалеть обо всем и не знала, что можно сделать. * * * Что ж, она знала одно, что могла сделать. Её любимый механизм преодоления трудностей, который с нового учебного года стал только хуже. Она схватила ножницы и сняла с себя леггинсы. Верх её бедер был покрыт полузажившими прямыми линиями поверх старых шрамов. Для большего почти не оставалось места. Эмити слегка нахмурилась и моргнула. Ее зрение было затуманено из-за непрекращающихся слез. Ее дыхание стало еще быстрее, поскольку она запаниковала из-за того, как много она этим занималась в последнее время. С таким же успехом ты можешь просто положить этому конец. Из глубины её сознания раздался темный голос, сильно напугавший Эмити. Тебя уже невозможно спасти. — Нет… нет… — пробормотала она в ответ, рассеянно проводя лезвием ножниц по бледной коже. Она была лучше этого, не так ли? Её можно было спасти. Даже если она была такой дурой, что обидела своего онлайн-друга, даже не осознавая этого. Она была слишком эгоистична, чтобы думать о том, как ее действия влияют на других. Сейчас ее это волновало только потому, что она понимала, что это причиняет боль тому, кто ей нравится. Если бы Луз не была ее онлайн-другой, разве ее это бы так волновало? Эмити напугало то, что она просто не знала. Эмити посмотрела на свою ногу и увидела глубокую прямую красную линию, прорезанную по всей длине ее бедра до колена. Из него текла кровь. Эмити начала кусать губу. Это должно было быть единственное, что она могла контролировать в своей жизни. И все же ей удалось вырезать самое очевидное место, потому что она не обращала внимания. * * * Как и раньше, Эмити почувствовала, как ее бьет чувство вины, резкое и болезненное. Все, что, как ей казалось, она знала, рухнуло всего за один день. Эмити свернулась клубочком так сильно, как только могла, и позволила рыданиям сотрясать ее тело. Ничто больше не имело значения. Ей просто было все равно. По крайней мере, не в тот момент. * * * В конце концов, Эмити оправилась от срыва, хотя в её сердце все ещё было онемение. Она села из позы эмбриона и вытерла остатки слез, скопившиеся на щеках. Она прошла процесс лечения своей ноги, которая теперь была несовершенно идеальной, как и все остальное в её жизни. Затем она снова надела леггинсы. Она понятия не имела, как ей удастся прикрыть очевидный глубокий порез и не выглядеть подозрительно в калифорнийскую жару. Позже она придумает оправдание. Прямо сейчас ей нужно было подумать обо всей ситуации с Луз/Лузурой. Что она собиралась делать? Конечно, она не могла сказать ей правду. Что, если Луз подумает, что единственная причина, по которой Эмити подружилась с ней, — это их онлайн-дружба? Что, если Луз теперь возненавидела её из-за обвинения в плагиате, а это означало, что они тоже не могли быть друзьями в сети? Что, если вся их онлайн-динамика изменится, потому что они знают друг друга и в реальной жизни? Было бы не так уж плохо, если бы они с самого начала знали, что дружат друг с другом в Интернете, но теперь Луз увидела, как на самом деле ведет себя Эмити в реальной жизни, и это повлияет и на весь её образ онлайн. Эмити приняла твердое решение. Она не могла сказать Луз. Она надеялась, что брюнетка захочет остаться с ней друзьями, и у них появится дружба в Интернете и дружба в реальной жизни. Возможно, Луз или они вдвоем поймут, что они онлайн-друзья, и Эмити сможет изобразить удивление, как будто она не знает. Тогда было бы так, как будто этого никогда и не было. Эмити была уверена, что у нее все получится. * * * Позже тем же вечером Эмити была полна смущения, когда Лузура рассказала ей, что ее обвиняют в мошенничестве. Ей просто нужно было вести себя сочувственно и как будто блондинка была глупой, потому что просто обвинила ее, не поговорив с ней. GoodWitchLuzura: "Она просто делала то, что считала правильным, и, честно говоря, я могу это понять". Witchchick128: "Что?" GoodWitchLuzura: "Да, это лучше, чем просто позволить мне обмануть или вместо этого пытаться бороться со мной. Никто даже не знает, что меня обвинили, поэтому другие даже не допустят, чтобы я подвергался издевательствам". Эмити почувствовала, как вокруг неё кружится безопасное тепло, и легкая улыбка скользнула по её лицу. Конечно, Луз будет милой и понимающей. Она всегда была такой. Поразмыслив, Эмити увидела, что Луз была просто честна с самой собой как в реальной жизни, так и в Интернете. Эмити сначала не знала, почему она так сильно её ненавидела. В который раз за этот вечер Эмити почувствовала себя дурой. GoodWitchLuzura: "Эй… могу я тебе что-то рассказать?" Эмити моргнула от внезапной перемены в разговоре. Witchchick128: "Конечно, можешь!" Это заняло несколько минут, но Лузура-Луз вскоре отправила длинный абзац. Эмити почувствовала, как у неё в животе скрутило беспокойство, когда она прочитала это. Луз рассказала о том, что произошло в тот день с её мамой, и о том, как она была напугана и до сих пор боится. Она даже не знала, что рассказывает Эмити. Это было неправильно. Но Лузура была ее лучшей подругой (и возлюбленной); она не могла отказаться от того, чтобы рассказать о том, что её беспокоит! Эмити придется принять последствия такой двойной жизни. Она проглотила ком тревожных чувств, застрявший в горле, и проигнорировала напоминание в глубине души о том, что она ведет себя плохо. Эмити позаботилась о том, чтобы проявить сочувствие и дать Лузуре понять, что она всегда рядом с ней. Это было странно — достигли ли они вообще такого уровня в своей реальной дружбе? Ви ничего не писала об этом в групповом чате, но Эмити не сомневалась, что Боша уже знала; у них явно была тесная связь. Эмити и Скара уже несколько раз сговаривались о том, что скоро собираются вместе, но никогда им не рассказывали. Насколько они знали, Ви была совершенно натуралкой, а Боша даже не была в неё влюблена. GoodWitchLuzura: "Спасибо. Это просто сложно, понимаешь? У моей сестры уже есть очень близкий лучший друг, но я все еще слишком нервничаю, чтобы сближаться с друзьями, вдруг это все уловка или что-то в этом роде. Я не могу ни с кем разговаривать в реальной жизни, но я рада, что вместо этого у меня есть ты". Эмити казалось, будто её сердце погрузили в ледяную воду. Честно говоря, она слегка завидовала дружбе Луз и Уиллоу и хотела бы, чтобы у нее было что-то подобное. Она даже не осознавала, насколько неохотно Луз хотела стать ее другом. Эмити хотелось сказать Луз, чтобы она была разумной и понимала, что Уиллоу она действительно нравится и, вероятно, тоже считает ее лучшим другом. Возможно, если Луз сломает этот невидимый барьер страха и сомнений, она откроет для себя мир прекрасной дружбы и честности. Вероятно, ее останавливало что-то важное, но Эмити не знала, что именно. Если бы она как следует об этом подумала, то, вероятно, смогла бы догадаться, но это было похоже на нарушение конфиденциальности, учитывая, что вся прошлая информация была передана ей в целях анонимности. Прошло всего несколько часов с тех пор, как Эмити узнала правду, и ей уже было невероятно больно. Она не была уверена, как сможет справиться с тем, чтобы так долго хранить это в секрете. Возможно, на всю оставшуюся жизнь. Или до тех пор, пока она знала Луз в реальной жизни. Если они разойдутся по разным колледжам, возможно, она больше никогда ее не увидит, и все будет в порядке. Что ж, у нее был один способ справиться. Это был не самый лучший метод — она это знала — но это был лучший из тех, что у нее были, и Эмити намеревалась использовать его так долго, как только сможет. * * * На следующий день Эмити неловко подошла к Луз, очень надеясь, что она не рассердится на неё. Она мягко постучала её по плечу, заставив брюнетку обернуться с удивленным выражением лица. — Эмити… привет! — Привет, Луз, — ответила Эмити, держа одну руку другой, пытаясь уменьшить занимаемое ею пространство и немного успокоить себя. Она заметила, что Гас и Уиллоу смотрят на них двоих с любопытством. Эмити предполагала, что они все равно уже знали обо всем обвинении в мошенничестве. — Я просто хочу извиниться за вчерашнее, это было грубо с моей стороны. Мне следовало довериться тебе и поговорить с тобой раньше, или даже принять во внимание тот факт, что ты можешь быть GoodWitchLuzura. Мне так жаль... — После того, как она закончила говорить, на мгновение воцарилось молчание, и Эмити начала очень надеяться, что Луз была такой же доброй и внимательной, как и в Интернете. Луз широко улыбнулась. — Все нормально! Была процедура, которой нужно было следовать, и ты справилась с ней на отлично. Кроме того, это было намного лучше, чем распускать обо мне слухи или что-то в этом роде. Никакого вреда от этого не произошло, так что все хорошо! — воскликнула Луз, казалось, желая утешить Эмити больше всего на свете. Блондинка поборола желание поднять бровь из-за своего беспокойства. — Это хорошо. Не волнуйся, я никому больше не говорила, я не сплетница, у меня действительно есть мораль. — Эмити не смогла удержаться от того, чтобы мрачно посмотреть на Бошу, Ви и Скару, видя, как они перешептываются и хихикали между собой. Эмити, возможно, мало что знала о Ви, но она знала многое о Боше и Скаре. Достаточно, чтобы понять, что у них самих почти нет никакой морали. — ...Это хорошо, — ответила Луз, выглядя весьма растерянной. Эмити тихонько усмехнулась и покачала головой. — В любом случае, увидимся. Я рада, что ты не злишься на меня, и я рада, что ты не обманщица. На днях я говорила правду: ты мне очень нравишься, Луз, — сказала Эмити с легкой усмешкой. — Ха, может ты ещё и влюблена в меня, Блайт? — Луз изогнула бровь и скрестила руки на груди с насмешливой высокомерной ухмылкой. — В твоих мечтах, Носеда, — Эмити ответила тем же тоном, прежде чем отойти назад, все еще с ухмылкой на лице. — О, кстати, твои фанфики действительно хороши. Я всегда с удовольствием читаю и перечитываю их все. С этими словами Эмити повернулась и пошла прочь от Луз, не осмеливаясь оглянуться и рискнуть встретиться взглядом. Добравшись до своих друзей, она прошла мимо них и направилась к одному из туалетов. Там она закрыла рот руками и издала приглушенный крик. Несмотря на свое хладнокровное поведение, Эмити все это время была в панике. Луз всё ещё нравилась ей! Луз всё ещё хотела с ней дружить! Подождите, она уже флиртовала в конце? Влюбилась ли в неё Луз? Или она случайно от природы кокетничала? Эмити запаниковала от того, что она просто не знала. Подожди, разве Лузура однажды не назвала «блондинку» милой? Раньше Эмити бегло просматривала это, не задумываясь об этом, и теперь ей хотелось знать об этом больше. Означало ли это, что Луз нашла её милой? Она почувствовала, как её щеки покраснели. Луз нашла её милой. С начала. И она была влюблена в Луз. Но Эмити просто должна была быть дурой для брюнетки, так что теперь у неё практически не было шансов. Особенно сейчас, когда она держала в секрете эту ужасную тайну. Когда Эмити разговаривала с Луз, ей почти казалось, что она не в своем теле. Она знала все её тайны, все её тревоги, все её мечты. Конечно, она не думала о них в данный момент, но возможность подумать о них позже, размышляя над разговором, вызвала у нее странное чувство. Это почти заставило её почувствовать тошноту. Если бы она была Бошой, она бы спросила Луз, в кого она влюблена, узнать, есть ли у нее шанс, или хотя бы спросила бы ее честное мнение о ней. Но Эмити не была Бошой, и она не была такой, а это означало, что вместо этого ей просто нужно было позволить приводящему в ярость разочарованию от незнания погрузиться в её кровь. Это раздражало, но ей приходилось обходиться — она не могла воспользоваться Луз и дальше нарушать ее конфиденциальность.