Искра

      Он с безумным остервенением вдалбливался в нее, срывая очередные стоны, отскакивающие от заброшенного класса.       Грейнджер восхитительно разметалась по парте, влажные кудри спадали с груди на стол, а искусанные полные губы молили о желанной разрядке. Казалось, он запомнил каждую веснушку на ее курносом носу, россыпь родинок на спине и его любимый шрам на тонкой ключице. К сожалению, это его зубы оставили след, к счастью, Гермиона не залечила его, и теперь навсегда его метка украшает ее хрупкое тело.       Драко закинул ее ногу к себе на плечо, успев оставить невесомый поцелуй на нежной коже. Он изменил угол проникновения и почувствовал, как восхитительно она готовится сжаться вокруг его члена.       Одной рукой он ущипнул ее за горошинку соска, а другой потянулся ниже и немедля начал кружить пальцем по клитору, приближая ее к пику.       — Боже… Драко, — только его имя из ее уст дарило ему эйфорию, не говоря уже о том, что Грейнджер кричала его, сжимаясь вокруг него.       Блять, это лучший год в его жизни. Тринадцатилетний Драко в жизни не мог подумать, что его ночные фантазии перед дрочкой будут наяву.       Драко перевернул ее, резко входя до упора сзади. Он начал ускоряться, с большим желанием вдалбливаясь в упругое тело, приближая себя к оргазму. Руки на ее бедрах несомненно оставят синяки, будь его воля он бы оставил отпечатки своих рук на теле девушки.       — Блять, Грейнджер, ты сведешь меня с ума.       — Драко, пожалуйста, я чувствую, что кончу еще раз, только добавь пальчик как в прошлый раз.       Кто он такой, чтобы ей отказывать. Он засунул палец ей в рот, и она начала посасывать его, имитируя минет. Салазар, она была восхитительна во всем, мысль, что он был первый, кому она отсосала, доводила его до экстаза.       — Уверена?       — Боже, да!       Он переместил палец к узенькой дырочке, так манившей его. Надавил и скользнул внутрь; она жестко сжала его своим кольцом.       — Салазар, я точно оттрахаю тебя в твой зад, — при мысли о том, что вместо пальца в следующий раз может быть его член, он дернулся и излился с гортанным стоном в девушку.       Уже через пару минут следы были стерты, а школьная форма идеально сидела на них.       — Ты должна меня научить тому заклинанию, что одевает тебя; оно бы здорово выручало меня по утрам.       — Я подумаю. Я первая, ты через пять минут, — она легко закинула тяжеленную сумку себе на плечо, поправляя выбившиеся волосы.       — Стой, — он неуверенно схватил ее за локоть. — Когда мы все им расскажем?       — А разве не ты просил меня, чтобы все это не выходило за пределы класса? Я прекрасно помню твои слова, Малфой.       — А пять минут назад был Драко.       Малфой тяжело выдохнул, потирая виски.       — Тебе не кажется, что все несколько изменилось?       — Изменилось что? Отношение твоей семьи к грязнокровкам? — Было видно, что ей дается этот разговор так же тяжело, как и ему. — Я уже говорила тебе, что если эти отношения не приведут к чему-то достойному, то нет смысла их начинать. Я не собираюсь ждать, пока тебе найдут невесту. Твои слова — это «просто хороший трах». Твои, Малфой. А сейчас спасибо за хороший трах, но мне пора.       И дверь захлопнулась, отдавая болью в виски.       Блять. Кулак впечатался в стену.       Блять. Блять. Блять.       Вспышка магии — и стол, на котором она выкрикивала его имя, превратился в щепки.