Белый Командир

Лежать на холодном каменном полу, в окружении таких же голых заключенных, было, мягко говоря, неприятно. Камень впивался в кожу, отнимая последние остатки тепла. И хотя воздух в помещении не был ледяным, вскоре казалось, что тело начинает коченеть. Запах сырости и застоявшегося пота висел в воздухе, впитываясь в стены, одежду надзирателей, пропитывая саму атмосферу этого места. Вся камера освещалась тусклым желтоватым светом, источники которого скрывались за решетчатыми проемами в потолке. Еще хуже было то, что сюда я попал из вполне приличной, почти элитной каюты на корабле. А теперь оказался в этой переполненной тюрьме, где, судя по всему, перевозили не просто преступников, а нечто гораздо более странное. Люди вокруг — если их вообще можно было так назвать после всего, что они пережили — выглядели так, будто давно уже забыли, что значит быть свободными. Желания разговаривать не было. Даже если бы и появилось, голос прозвучал бы слишком слабо, слишком неуместно в этом странном месте. Оставалось только лежать, приходить в себя и медленно восстанавливать силы. Ожоги и ушибы после взрыва на корабле все еще болели. Кожа зудела там, где огонь особенно сильно опалил ее, а каждый вдох отзывался тупой болью в ребрах. Тот взрыв… Эти странные баллоны из Дрес Розы… Это нечто. Да и само путешествие — возможно, не по дну, но по груде камней — не принесло ничего хорошего. Не могу сказать, что это был особенно увлекательный опыт, который хотелось бы повторить. Но, глядя на все происходящее, кажется, что он повторится. Надеюсь, что нет. Другие заключенные не особо обращали на меня внимание. Точнее, старались делать вид, что не обращают. Но это чувствовалось — их взгляды, украдкой брошенные в мою сторону, будто они проверяли, представляю ли я опасность. Они тоже были обнаженными. Кто-то держался в одиночестве, сгорбившись и обхватив колени руками, а кто-то теснился в небольшие группы, пытаясь согреться за счет друг друга. Еду и воду приносили в отдельных тарах. Две небольшие миски — серая жидкая масса и мутная вода. Противно даже смотреть, не то что есть. Но выбора не было. Хотя, по крайней мере, не приходилось драться за еду, как в трущобах. Несмотря на это, атмосфера оставалась гнетущей, пропитанной страхом и напряжением. Люди здесь явно боялись меня. Я не сразу это понял, но теперь, наблюдая за их поведением, это стало очевидно. Они не просто сторонились, а пытались делать вид, что меня тут нет. Никто не подходил слишком близко, никто не пытался заговорить первым. А если я ловил чей-то взгляд, человек тут же отворачивался, словно ему было страшно даже просто смотреть на меня. — Что? — спросил я, глядя на высокого темнокожего старика, жавшегося к холодной каменной стене в углу. Его осунувшееся лицо с впалыми щеками выглядело измученным, а редеющие, спутанные черные волосы небрежно падали на лоб, обнажая глубокую залысину. На груди тянулся длинный сероватый шрам. Судя по гладкой коже вокруг него, рана зажила уже давно, но, похоже, оставила в памяти старика незабываемый след. — Ничего, ничего, — поспешно ответил он, будто испугавшись моего голоса. — Я просто смотрю. Я приподнял бровь в легком удивлении и только покачал головой, прежде чем вернуться к еде. Эта «похлебка» напоминала жидкое тесто, разбавленное водой, с привкусом, едва ли не металлическим. Запах, исходящий от миски, тоже не внушал аппетита — трудно было понять, чем именно он отдает, но что-то в нем вызывало лишь отвращение. Единственное, что хоть как-то интриговало в этой массе, — редкие куски мяса: одни были разварены до состояния каши, другие, наоборот, явно недодержаны в котле. — Так, — сказал я, хлопнув ладонью по колену, чтобы привлечь к себе общее внимание. — Все скинулись мне куском мяса. Быстро. В этой промозглой камере, где каждый выглядел слабым, истощенным и сломленным морально, мне не хотелось ни терять время, ни церемониться. Я нуждался в белке, чтобы быстрее восстановиться после ран и ожогов. Поначалу в воздухе повисло напряженное молчание, но вскоре заключенные начали один за другим поднимать глаза. Не решаясь перечить, они тихо подходили ко мне со своих мест. Пальцы у них подрагивали то ли от холода, то ли от страха, когда они клали по куску мяса из своих жалких пайков в мою миску. Кто-то делал это медленно, с сомнением, другие бросали кусок сразу, даже не глядя в мою сторону. Если честно, я и сам не ожидал, что мой приказ сработает так быстро и без особых возражений. Очевидно, они видят во мне опасность. Съедая дополнительные куски мяса, я мог немного быстрее восстановиться. Боли в теле уже прошли, а вместе с ними и большая часть повреждений. Остались лишь следы от самых тяжелых ран — какое-то время они еще будут выделяться на коже, но вскоре исчезнут. На полное восстановление, по моим ощущениям, ушло чуть больше двух недель — весьма неплохой результат. Даже волосы, сгоревшие в том взрыве, начали отрастать. Теперь настало время задуматься о побеге. Оставаться здесь дольше я не собирался — это явно не способствовало моему здоровью. Приняв это во внимание, я решил немного размяться: тело ощущалось скованным, словно деревянным. Заключенные, с которыми я провел все это время, и не думали подходить ко мне. Они жались по углам, особенно когда я начинал разминку. Сначала упражнения давались тяжело, но спустя несколько дней я почувствовал себя в довольно неплохой форме. Возможно, для полного восстановления не хватало качественной пищи, но даже так… я ощущал силу в своих руках. Во время выздоровления я не тратил время на страдания от боли — в этом не было смысла. Вместо этого я погружался в свой внутренний мир и занимался раздуванием искр в кристаллах. Первая искра уже была большой и сильной, вторая только набирала мощь, но прогресс по сравнению с началом был невероятный. Третий кристалл оставался пустым. Мне бы хотелось, чтобы в нем появилась хотя бы крошечная искорка, но чего нет, того нет. Так что я не просто сидел без дела, а тренировался и развивался. Это было куда лучше, чем просто ждать. Как только я пришел в норму, подготовка к побегу началась незамедлительно. Что нужно для успешного побега? Кто-то бы сказал: план, знание вероятных опасностей, проблемы, которые могут возникнуть на пути. Возможно, понимание количества персонала, который будет пытаться остановить беглеца. Во всем этом мне помогала Хаки Наблюдения. Я быстро определил примерное количество людей на корабле. Оценивая свои шансы, я был настроен оптимистично: ни один из обычных пиратов не смог бы мне противостоять. Единственной потенциальной проблемой оставался Капоне Бедж — из-за своего дьявольского фрукта. Я не знал всех его способностей, а значит, не мог быть полностью готовым. Хотя… мы же в море. В крайнем случае, я всегда могу схватить какую-нибудь деревяшку и спрыгнуть за борт, попутно разрушая корабль ударами, чтобы у них не осталось возможности меня преследовать. Следующий вопрос — что делать с остальными пленниками? Оставить их на тонущем корабле было бы свинством. — Эй ты, иди сюда, — обратился я к старику, которого приметил раньше. — Да, да, да, — сразу же сказал он и медленно пошел в мою сторону. По его лицу было видно, что он уже смирился с тем, что я сейчас разорву его на куски и съем. Честно говоря, я почти ощущал эти глупые мысли в его голове. — Сколько ты уже здесь? — спросил я. — Я… я… я… — дед попытался ответить, но его глазки метались из стороны в сторону, не фокусируясь ни на чем. — Отвечай, — сказал я резко. — Быстро. Я не собирался тратить время на пустые разговоры. Лучше сразу получить нужную информацию, чем ждать десятки минут нормального ответа. — Я… я… не знаю, — почти вскрикнул он, охваченный легкой паникой. — Я тут уже долго! Да! Очень долго! — Хочешь выйти? — задал я следующий вопрос. Он замер. Взгляд расфокусировался. Понятно. От него вряд ли удастся добиться внятного ответа. Я оглядел остальных заключенных, пытаясь встретиться хотя бы с кем-то взглядом, но никто даже не думал поднимать голову. Передо мной были только опущенные лица и напряженные, застывшие в страхе тела. Хотелось сплюнуть от этой жалкой картины. — Кто хочет выбраться отсюда? — громко спросил я у толпы. В ответ мне было лишь молчание. Молчание настолько оглушающее, что можно было различить, как поскрипывает корабль на волнах. Это было нечто. Честно говоря, я никогда раньше не встречал такую… пустую… толпу заключенных. Лучше бы я еще немного попиратствовал с теми рабами на галлеоне торговца, чем пытался заговорить с этими. Очевидно, что никакого ответа я так просто не получу. — Понятно, — вздохнул я, покачав головой. В этот раз придется делать все самому — рассчитывать на помощь этих людей бессмысленно. Ну и ладно. Подготовка к побегу не заняла много времени. Все, что мне требовалось, — морально настроиться на жесткие, решительные действия. Еще мне нужно было вернуть пистолет с пулями из кайросеки — крайне опасное оружие против пользователей Дьявольских Фруктов. И, конечно, забрать тот самый Фрукт, который путешествовал со мной все это время. Он, скорее всего, находится в капитанской каюте. Если Капоне Бедж не захочет отдать его добровольно… что ж, я заберу его силой. Кто-то спросит: а хватит ли мне сил? Я уверен, что хватит. Бежать сразу я не собирался. Мне не просто нужно вернуть свои вещи — мне нужно было отомстить. За пинок под ребра. За обхождение, которое я терпел. Жажда мести пылала во мне. — Ну, раз никто не хочет говорить, я сделаю все сам, — сказал я группе и повернулся к двери. Моя рука привычно почернела, наполнившись Хаки Вооружения. Зачем ждать удобного момента? Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Правильно. Незачем. — Ха! — я резко ударил по двери, высвободив накопленную энергию. Дверь вылетела в коридор, с грохотом врезалась в стену, вырывая куски камня и поднимая облака пыли. Я спокойно шагнул вперед, уже ощущая, как пираты на корабле начали быстро двигаться в мою сторону. Они явно были оповещены — мой первый удар был слишком громким, слишком злым. — Ну что ж… давайте-ка поиграем. Кто не спрятался — я не виноват. Последние слова растворились в пустоте, а я ускорился, направляясь наперерез первой группе пиратов, которая была ближе всего. Через несколько десятков секунд мы столкнулись. Они замерли, переглядываясь, явно не понимая, что делать. Я не собирался давать им время на раздумья. С резкого рывка я ворвался прямо в толпу, сбивая с ног одного из пиратов. В одной руке он сжимал абордажную саблю, в другой — пистолет. Я вырвал саблю, с хрустом ломая его кисть. Бах! Выстрел прогремел внезапно — в панике пират нажал на курок, но пуля угодила прямо в ногу его товарищу. — А-а-а-а! — тот заорал от боли. — Заткнись, — бросил я и одним взмахом сабли снес ему голову, оборвав крик. Еще четыре быстрых удара — и никто из пиратов не остался в живых. Сабля была не лучшего качества, но и этого хватало. Взмахом я стряхнул с нее потоки крови. — Пистолет и пули — мои. Я быстро снял с поверженного пирата пояс и пристегнул его на голое тело. Немного, но сгодится. Двигаясь дальше, я был подобен тени, скользящей по узким коридорам. Вскоре впереди показалась вторая группа пиратов. Их медлительность и неохотное отношение к бою лишь подчеркивали мою неистовую решимость. Они без колебаний заблокировали коридор, вскинув пистолеты, готовые обрушить шквал пуль на любого, кто осмелится приблизиться. Я замер за углом на долю секунды, чувствуя, как учащается пульс в предвкушении схватки. Я точно знал, что делать. — Выходи! — истерично закричал один из пиратов, его голос эхом разнесся по коридору. — Мы знаем, что ты там! Сдохни как мужчина под нашим расстрелом! Без лишних слов я рванул вперед, словно молния, вырываясь из тени. Сильным прыжком вылетел из укрытия, на мгновение задержавшись, цепляясь за шероховатую стену, а затем, используя каждую долю секунды, стремительно поднялся на потолок. Ба-ба-ба-бах! В тот же миг пираты открыли беспорядочный огонь. Свинцовые пули, словно смертоносные шершни, пронзали воздух, но я уже уверенно держался на потолке, ловко уворачиваясь от каждого выстрела. Осталось только одно — молниеносное перемещение. Одно мгновение — и я оказался в самой гуще врагов, словно призрак, внезапно прорвавшийся в их ряды. Оставался лишь один вариант — закрутиться, подобно смертоносной юле, обрушивая удары во все стороны. С каждым вращением кровь и кишки взлетали вверх, разлетаясь ярко-красными всплесками, перемешиваясь с обрубками тел, отсеченных точными ударами. Я был неуловим, беспощаден, быстрый, как молния. Несколько секунд — и вся группа пиратов превратилась в груду бесполезных трупов. Не теряя ни секунды, я добил последних выживших. Ни один из них не должен был уйти отсюда живым. Тем временем на палубе число пиратов неумолимо росло. Новые волны врагов собирались вокруг Капоне, который, словно древний колдун, использовал таинственное пространство своего Дьявольского Фрукта, призывая все новые силы для предстоящей битвы. Я не стал долго размышлять. Продолжая свой путь, я преодолевал коридор за коридором. Впереди уже маячил белый просвет выхода. Там должна была собраться почти сотня пиратов, готовых броситься внутрь, чтобы поймать и убить меня. Но… они ошибаются, если думают, что я стану ждать, пока они подготовятся. Я вырвусь вперед, разя их всех одним духом, и устрою резню. Прижавшись к полу, я крепче сжал саблю и активировал технику быстрого перемещения. Хаки Вооружения сконцентрировалось в клинке. Лезвие задрожало, вибрируя в моих руках, но я проигнорировал это. Сейчас не время для сомнений. Мгновение — и я уже на палубе. Я вырвался из темноты, появившись прямо перед группой пиратов. Они замерли в ошеломлении, не успев даже моргнуть, а я уже взмахнул саблей, высвобождая энергию, искрящуюся, словно молнии в ночном небе. Белая, свирепая режущая волна сорвалась прямо в их ряды, сметая врагов, будто сухие листья на ветру. Они даже не осознали, что происходит, когда их тела разлетелись на части. Их смерть была не мгновенной, но стремительной и неотвратимой, словно последняя глава трагической истории. В один сокрушительный момент треть команды Капоне исчезла в этом хаосе. Я резко рванул в сторону, уклоняясь от шквала выстрелов, что сыпались вокруг меня, как зловещий град. Пули свистели мимо, но я уже знал, кто стреляет. Это был тот самый парень с длинным языком, чей взгляд был таким же опасным, как его слова. Оказавшись в самой гуще врагов, я начал крушить их одного за другим, превращая хаос в организованную бойню. Используя Хаки Наблюдения, я предугадывал каждое движение противников, а мои удары были настолько точными и быстрыми, что казалось, будто само время замедлило свой ход. — Сражайтесь! — прорезал тишину властный голос. Я заметил его сразу — лысый пират с фиолетовой бородой. Его крик эхом разнесся по палубе, заставляя даже тени содрогнуться. Готти. Я запомнил этот безжалостный взгляд навсегда. — Не стойте на месте! Еще один удар — и лезвие моей сабли с треском раскололось. Но это не было проблемой. Я схватил ближайшего пирата за руку и с хрустом переломал ее. Он вскрикнул, его пальцы разжались, и я тут же выхватил его абордажную саблю. Бедняга уже открывал рот, чтобы закричать, но я молниеносным движением всадил клинок ему в грудь, прервав любые звуки. Одним резким движением я выдернул саблю и развернулся. Готти уже мчался ко мне. Он вскинул руку, и только теперь я заметил, что вместо кисти у него трехствольный пулемет — металлический зверь, готовый обрушить хаос. Вот это действительно неожиданно. Тра-та-та-та-та! Пулемет застрекотал, выплевывая десятки пуль в секунду. Каждая несла в себе угрозу кровавой карусели. Хаки Наблюдения предупредило меня заранее, и я уже рванул в сторону, оставляя позади вспышки свинца и брызги разлетающейся крови. Пули, словно хищные звери, разрывали мертвые тела, добивая тех, кто еще цеплялся за жизнь после моей резни. Но я не собирался просто ждать. Кровавый дождь не мог остановить мою решимость. Рывок — и я уже в гуще других пиратов. В их глазах застыл ужас, они видели свою судьбу. Их паника была столь же заразительна, как алые потеки, стекающие по искромсанным телам. Я двигался быстро, точно, беспощадно. Удары сыпались, как ржавые капли дождя, унося жизни каждого, кто еще пытался сопротивляться. Готти не терял времени. Он снова вскинул свой пулемет, не обращая внимания на собственных людей. Тра-та-та-та-та! Пули безжалостно кромсали все на своем пути. Те, кто еще секунду назад были его союзниками, теперь распадались в вихре свинца, крови и изуродованных конечностей. Этот человек не видел разницы между подчиненными и врагами — все для него были лишь расходным материалом в его кровавом спектакле. Но такое безумие только играло мне на руку. Я двигался зигзагами, скользя сквозь клубы окровавленного дыма. Увертываясь от смертельных очередей, я все ближе подбирался к нему. Готти выхватил гранату, рывком выдернул чеку и бросил мне под ноги. Вспышка. Я ушел в сторону, и взрывная волна отбросила меня вперед — прямо к нему. В тот же момент он выхватил саблю, испачканную в крови предыдущих боев, и приготовился к схватке. Роковая ошибка. Его неуклюжий, отчаянный удар только подчеркнул всю бессмысленность попытки. Я перехватил его саблю, заблокировав выпад одной рукой, а другой, быстрой как молния, выхватил пистолет и прижал его к его челюсти. Бах! Выстрел прогремел, и мир окрасился в алый. Пуля разорвала Готти голову, взорвав кровавый вихрь из мозгов и осколков кости. Его тело, обезглавленное и осыпанное кровью, рухнуло на палубу. Я отпрыгнул в сторону, увернувшись от падающего трупа, и тот с глухим грохотом ударился о деревянные доски. Быстро прокрутив пистолет в руке, я перезарядил его и убрал обратно на пояс. Следующая резня уже ждала меня. — Не-е-е-ет! — пронзительно закричал мужчина со знаком на лбу. Его голос дрожал от ярости и ненависти. Он выглядел зловеще — словно разъяренный зверь, готовый растерзать добычу. Но меня это не впечатляло. В его руках сверкнули два массивных револьвера. Черные стволы блеснули в солнечном свете, и спустя мгновение он открыл огонь. Бах! Бах! Бах! Пули летели, словно посланники смерти. Я метался по палубе, двигаясь, как тень, уходя от каждого свиста, от каждого смертельного выстрела. Воздух дрожал от выстрелов, деревянные доски разлетались щепками, железо коробилось от ударов свинца. Но меня пули не могли достать. Я был слишком быстр. В одно мгновение я сократил расстояние, устремившись прямо к стрелку. Члены команды Капоне, видя это, бросились в бой, но их усилия были жалкими. Они не могли меня остановить — их атаки не имели ни силы, ни точности. Каждый, кто пытался задержать меня, умирал, его последний вздох растворялся в шуме боя. Никто не имел права встать между мной и моей целью. Каждый, кто делал эту ошибку, лишь ускорял свою неизбежную гибель. — Меня зовут Вито! — проревел стрелок. Его голос был пропитан яростью и гордостью. Он ловко закрутил револьверы на пальцах, отступая назад, словно это могло хоть что-то изменить. — И я тебя убью, потому что ты посмел помешать моему капитану! Разговаривать у меня не было ни малейшего желания, поэтому я просто активировал технику быстрого перемещения. Капоне, который внимательно следил за происходящим, попытался что-то предпринять, но я уже исчез из его поля зрения. Я двигался слишком быстро. — Я приказываю тебе стоять! — его голос был тихим, но напряженным. Он пытался казаться сильным и уверенным. Это не имело для меня никакого значения. — Да заткнись ты, — бросил я, даже не удосужившись взглянуть на него, и в следующее мгновение оказался рядом с Вито. Он уже перезарядил свои револьверы и был готов снова открыть огонь. Должен признать, сделал он это невероятно быстро и четко. За это ему можно отдать должное. Но мне от этого не легче. Я резко ворвался в его личное пространство, не позволяя ему спокойно разрядить в меня свои пистолеты. Вито мгновенно среагировал, попытавшись отбросить меня пинком коленом, но я был быстрее. Рывок корпусом влево — уклонение. В следующую секунду мой клинок уже двигался вперед, толчком пробивая защиту. Вито не успел даже среагировать — моя сабля вошла в его тело. Я не собирался останавливаться. Рывком всем корпусом я толкнул клинок вперед, загоняя его глубже, пока лезвие не вышло с другой стороны. — А-а-а-а! — заревел пират. Его крик эхом разнесся по палубе, смешиваясь со звуками разрушения. Не теряя ни секунды, я развернулся полушагом, перехватил рукоять обеими руками и рванул в сторону. Клинок, словно орудие самой смерти, разорвал его плоть, рассек бок на две кровавые части. Когда лезвие вырвалось наружу, оно блеснуло в солнечном свете, отбрасывая зловещие отблески. Я мгновенно сменил направление, уклоняясь от удара рукоятью — движение было резким, но просчитанным. Крутанув саблю, я обрушил на палубу поток темно-красной крови — словно безжалостный ливень, разбрасывающий горячие капли живой плоти. Вито рухнул на одно колено. Он сжал окровавленный бок, из которого с яростью хлестала свежая кровь, словно кипящая смола. Его рана была не просто глубокой — она раскрылась, обнажив внутренности, превращая его тело в жуткую картину хаоса и разрушения. Его лицо побледнело. Капли пота стекали по коже, смешиваясь с багровыми разводами крови. Он попытался подняться, но каждая попытка лишь усугубляла его состояние — раны открывались шире, выплескивая новые потоки алой жидкости. Его ноги задрожали. И он рухнул. Палуба встретила его телом с глухим стуком. Вокруг него расползлись кровавые лужи. Своим Хаки Наблюдения я заметил, что Капоне собирается броситься к своему подчиненному, чтобы спрятать его во внутреннем пространстве своего Дьявольского Фрукта, где за ним должны были бы присмотреть медики. Но я был быстрее. Один рывок вперед, взмах клинком — и его голова полетела в сторону, отскакивая прямо в воду. Гулкий шлепок — и черная поверхность моря поглотила ее. Капоне даже не успел дернуться, когда это случилось. Я медленно повернулся к капитану. В его глазах пылала ненависть — и не без причины. Я только что убил двух его самых близких подчиненных, тех, кому он доверял. Спокойно, без лишних движений, я наклонился и поднял черный револьвер. Тяжелый. Это ощущалось сразу. Обычный дозорный вряд ли смог бы удержать его даже двумя руками, а уж выстрелить — и подавно. — Положи его на место, — холодно произнес Бедж. Кажется, он наконец-то взял себя в руки. В его взгляде читались сталь и расчет, но меня таким не пронять. Он пытался показать свою силу, но мне было плевать. Да и зрелище это предназначалось скорее для его людей, чем для меня. — Это не твой пистолет. — Теперь мой, — ухмыльнулся я. — Ты же забрал мои вещи, а значит, я должен их вернуть. И… компенсация мне тоже не помешает. — Положи. Револьвер. На. Место. Он произнес это четко, раздельно, словно пытаясь вложить в слова вес. Но я лишь прокрутил пистолет на пальце, ухмыляясь. — Нет. А неплохо он вертится. — Я тебя убью. — Ты ростом не вышел, — хмыкнул я, чуть наклонив голову. — Лучше ответь на мои вопросы, и я оставлю тебя в живых. Ну… или получу ответы так, с твоего согласия или без. Разницы нет. Капоне злился. Я видел, как его мышцы напряглись. Он резко вскинул руки, направляя на меня раскрытые ладони. Щелк. Секунда — и створки на его руках разошлись, превращая ладони в миниатюрные пулеметы. Тра-та-та-та-та! Я ушел в сторону, избегая первой очереди. Пули с хрустом вгрызались в палубу, оставляя за собой дымящиеся дыры. В тот же миг я резко сменил позицию, зигзагом ускользая от шквала выстрелов. Он не успел перестроиться. Я уже был рядом. Мой клинок вспыхнул Хаки Вооружения, чернея, словно ночное небо перед бурей. Резкий удар. Лезвие прошло по его локтю, отсекая часть руки. Капоне попытался защититься, покрывая кожу темной пленкой, похожей на железо или сталь, но… меня это не волновало. Хаки Вооружения разрезало его защиту, словно ее и не существовало. Рука отлетела в сторону, словно футбольный мяч. Я медленно поднял клинок обратно и отошел. Капоне смотрел на меня расширенными глазами, полными ужаса. Мне нравилось ощущать этот страх, потому что он был особенно сильным, исходя именно от него. Он, привыкший быть неуязвимым, вдруг осознал, что его защита бессильна. Я прекрасно понимал — давно никто не мог ранить Капоне благодаря его Дьявольскому Фрукту. Но сейчас он столкнулся с противником, который просто игнорирует его защиту. Что может быть страшнее для того, кто считал себя непробиваемым? Он застыл в ступоре, и мне ничего не оставалось, кроме как нанести второй удар. Взмах — и вторая рука также отлетела в сторону. — Кья-я-а-а-а! — завизжал он, словно испуганная девчонка. В его глазах уже не было ни ярости, ни гнева — только паника и страх. Теперь этот страх, что копился в нем все это время, выбрался наружу. Он не мог ничего сделать. Он потерял обе руки. Но даже сейчас он не сдавался. В его груди открылась еще одна дверца, и наружу выдвинулось массивное дуло. Оно смотрело прямо на меня. Хаки Наблюдения взвыло от предупреждения. Бах! Прогремел выстрел, и ядро, изначально небольшое, в воздухе мгновенно раздалось, став размером с мою голову. Оно просвистело в считанных сантиметрах от меня, но не задело. Близко. Слишком близко. Но с моей Хаки это уже не становится проблемой. — Аа-а-а-а! — Капоне Бедж продолжал реветь от боли. Он развернулся, дуло снова смотрело прямо на меня. Еще один выстрел. Я резко ушел в сторону, прыжком уклоняясь. Гигантское ядро пронеслось мимо, снова не причинив мне никакого вреда. Хаки Наблюдения вновь предупредило меня о том, что Капоне собирается выпустить людей из своего внутреннего пространства. Они попытаются взять меня числом. Возможно, у них это получится. Возможно, нет. Пока его подчиненные будут отвлекать меня, он получит первую помощь от медиков, которые смогут его спасти. Я не предвидел этого заранее, но такой ход событий был вполне логичен. А значит что? Правильно. Я сам осмотрю корабль. Да, это займет больше времени. Да, возможно, я не найду Фрукт, который был со мной. Но попробовать стоит. Рывком я оказался рядом с Капоне, когда он уже собирался открыть проход своим людям. Бить клинком я его не стал. Вместо этого с силой пнул его прямо в грудь. От удара его сорвало с места. Кровь разлеталась за ним, оставляя алый след в воздухе. Он перелетел через перила палубы и с глухим всплеском рухнул в воду. Я тут же выглянул за борт и увидел, как Капоне Бедж, пользователь Дьявольского Фрукта, сразу же начал тонуть. Его судорожные движения напоминали беспомощные взмахи последних сил, когда он пытался бороться с неумолимой силой моря. Я чувствовал, как его сопротивление постепенно угасало, словно пламя, которое не может противостоять холодному ветру. Сознание медленно покидало его, а жизнь ускользала, оставляя лишь пустоту. Из глубин, где темнота сливалась с ледяной водой, всплыла огромная рыба, привлеченная его беспорядочными движениями. Сила удара была сокрушительной: рыба схватила его и рывком утащила на дно. Капоне не смог оказать сопротивления — еще через секунду он был безжизненным, растворившись в холодной бездне. И тогда его Дьявольский Фрукт дал о себе знать. Его внутренний мир, начал выбрасывать наружу всё, что находилось внутри. Десятки, сотни людей вырывались из него, словно ожившие марионетки, и в одно мгновение оказывались в реальности, погруженной в морскую пучину. Никто не ожидал этого кровавого перерождения: люди мгновенно начинали захлебываться, их панические крики растворялись в звуках бурлящей воды. Кто-то судорожно барахтался, пытаясь выбраться, но глубина океана и неумолимое давление воды не оставляли им ни малейшего шанса. Одежда, ткани, деревянные обломки — всё, что было легче воды, постепенно всплывало на поверхность. Я развернулся к оставшимся в живых пиратам. Наклонил голову и спокойно приказал: — На колени. Они начали медленно опускаться на колени, избегая моего взгляда из-за страха, который испытывали. Этот страх не был иррациональным, потому что они видели, на что я способен, и были счастливы, что не попали под мой клинок. Никто из них не хотел умирать, тем более что их капитан уже покинул этот мир — и далеко не в самом лучшем виде. — Прекрасно, — протянул я, наблюдая, как пираты стоят на коленях. К своему удивлению, я заметил среди них голых заключенных, с которыми был в одной камере. Вместе с ними стояли и другие узники, которых я раньше не видел. Судя по всему, они сидели в других камерах, но теперь они здесь. Это было удивительно. Я не ожидал, что они последуют за мной и освободят остальных. — Вижу, вы решили присоединиться ко мне, — сказал я, наблюдая за ними, с лёгким удивлением, но и с каким-то новым уважением. — Так точно, капитан, — раздался знакомый голос, и я узнал его моментально. Это был старик. Его тело было искалечено, но его дух был не сломлен. Он стоял передо мной, и его глаза смотрели по-другому. В них не было страха, не было сомнений — только твердое обожание и доверие. Я понял, что в этих глазах я видел готовность следовать за мной в любое место. Даже на смерть. Я уже думал о том, что мне понадобится собственная команда, если я собираюсь стать Королем Пиратов. Без неё мне будет трудно. Только с командой можно будет продвигаться вперёд, решать проблемы, и, возможно, в будущем захватить то, что нам нужно. Тренировать её, конечно, будет сложно, но с такими людьми, как этот старик, задача казалась вполне выполнимой. — Как твое имя? — поинтересовался я у старика, внимательно наблюдая за его реакцией. — Стал Лин, — ответил темнокожий узник, его голос был твёрдым, несмотря на всё, что он пережил. — Отлично, Лин, — протянул я, с лёгким кивком. — С этого момента ты назначаешься моим заместителем. У тебя есть навыки управления командой? — Так точно, капитан, — его голос прозвучал твердо и решительно. В глазах у него читалась искренняя благодарность за назначение, а также желание доказать, что он не является бесполезным. — Куда мы будем направляться дальше, капитан? Я задумался, глубоко вглядываясь в даль, а затем перевёл взгляд на пиратов, которые, словно послушные рабы, опустили головы и сидели на коленях под моим взглядом. — Кто из вас знает, в какой части Вест Блю мы находимся? — спросил я, позволяя голосу отразить как нетерпение, так и холодную решимость. В ответ повисло лишь тяжёлое молчание, словно время остановилось, а каждый из присутствующих пытался спрятаться в тенях собственной неуверенности. В этот момент Лин, сидевший на коленях как и все другие, но всё же не желавший оставаться незамеченным, внезапно обратился ко мне: — Капитан, — его голос прозвучал уверенно, — можно ли мне обратиться… — Я внимательно слушаю, Лин, — кивнул я ему, разрешая говорить. — Позвольте мне заняться этим вопросом, — сказал он уверенным тоном. — У меня есть некоторый опыт в получении информации, и я уверен, что смогу найти ответы на наши вопросы. Я прищурился, оценивая его решимость и уверенность, и спросил: — Ты уверен? — Так точно, — его голос прозвучал твёрдо и с некоторым отгласом безумия, — я сделаю всё, чтобы вы получили нужную информацию, пока вы будете заниматься капитанскими делами. Я невольно улыбнулся сквозь сдержанное раздражение и удовлетворение от его энтузиазма. — Ну хорошо, — хмыкнул я. — Тогда займись этим. — Так точно! — громко выкрикнул он, вставая с колен. В ту же секунду за ним поднялось несколько десятков других темнокожих парней. Старик быстро начал им что-то втолковывать, объясняя и отдавая указания. Они слушали внимательно, а затем начали разделять пиратов и заключенных на группы. Чтобы не мешать Стал Лину, я запрыгнул на одну из башен и спрятался. Мне было интересно, как он будет все это делать. Я не мог понять, что сейчас у него в голове, так что просто наблюдал. А вдруг он покажет себя с лучшей стороны? Парни откуда-то вытащили несколько столов и стульев. Но первым делом, естественно, нашли себе одежду. Никто не хотел оставаться голым. После этого они начали поочередно допрашивать пиратов. Если кто-то отказывался говорить, двое парней немедленно избивали молчуна, пока тот не начинал отвечать. Допрос шел четко, организованно и быстро приносил нужную информацию. Записи с ответами складывались в сторонке. Пиратов делили на две группы. Одна оказалась совсем небольшой, а во второй было большинство. Если я все правильно понял, в первой группе находились полезные люди. А во второй… все остальные. На воде ничего интересного не происходило, кроме того, что на поверхность всплывали десятки, сотни трупов тех, кто скрывался во внутреннем пространстве Капоне. Мусор, баулы, обломки — все это дрейфовало вокруг. Возможно, стоит выловить и проверить. Там могут оказаться полезные вещи. Я снова на свободе. Снова могу принимать решения. Что делать дальше? Сложный вопрос. Но, пожалуй, ответ очевиден. Я должен попасть в Гранд Лайн. Я знаю, что для этого нужно подняться по Реверс Маунтин — единственный путь, соединяющий Гранд Лайн с четырьмя морями, включая Вест Блю. По книгам мне известно, что это крайне опасный переход. Кто-то преодолевает его без особых проблем. Кто-то разбивается и погибает. Но мне уже нечего делать в этом море. Я пережил здесь слишком много. Пора двигаться дальше. Я иду прямо на Гранд Лайн. А все проблемы решу по мере их появления.