We will overcome everything together

Дверь коттеджа захлопнулась с глухим звуком, который эхом разошёлся по коридору. Эндрю не остановился — он прошёл внутрь быстрым шагом, почти не разбирая дороги, пересёк гостиную и только там позволил себе замереть. Плечи были напряжены, дыхание тяжёлое, а руки сжаты так сильно, что побелели костяшки. Он резко провёл ладонью по волосам и выдохнул, будто пытался вытолкнуть из головы всё, что только что произошло, но слова Натаниэля всё ещё звучали слишком отчётливо. Сзади тихо скрипнула дверь. Эндрю даже не обернулся — он и так знал, кто это. Лео вошёл спокойно, не спеша, словно заранее рассчитывал каждый шаг. Он не подошёл сразу, остановился на расстоянии, давая пространство, но при этом не уходя, и в этом было что-то странно давящее — его присутствие ощущалось слишком явно. — Эндрю… — голос прозвучал мягко, осторожно. — Я сказал, что хочу побыть один, — отрезал он, не поворачиваясь. Лео не отступил, но и не приблизился. Он словно выжидал, позволяя тишине заполнить комнату. Прошло несколько секунд, которые тянулись дольше, чем вся недавняя ссора. — Я знаю, — спокойно ответил он. — Я не мешаю. Эндрю сжал челюсть. Это раздражало сильнее, чем если бы Лео начал спорить или задавать вопросы. Он не давил, не спорил, не лез — просто оставался рядом, и от этого становилось только сложнее. — Он перегнул, — тихо добавил Лео спустя паузу. Эндрю всё-таки повернулся. Взгляд был холодным, резким. — Нат? — коротко. Лео чуть опустил взгляд, словно не хотел говорить об этом прямо. — Я не хочу говорить о нём плохо… он твой друг, — мягко сказал он, и в его голосе не было ни капли агрессии. — Но то, что он сказал… Он не договорил. И именно это подействовало сильнее любых слов. Эндрю раздражённо выдохнул и отвернулся. — Он не имел права так говорить. — Он переживает, — спокойно ответил Лео. Слишком спокойно. — Переживает? — в голосе Эндрю появилась насмешка, но без капли веселья. — Он обвиняет тебя в том, чего нет. Лео сделал шаг ближе. Медленно, почти незаметно сокращая расстояние. — Может, он просто… не знает меня, — тихо произнёс он. Эндрю молчал. — И боится потерять тебя. Эти слова заставили его снова посмотреть на него. — Я не вещь, чтобы меня «терять». Лео мягко улыбнулся, и эта улыбка была слишком тёплой для всей этой ситуации. — Я знаю. Именно поэтому ты сам выбираешь, кто остаётся рядом. Пауза повисла между ними, и в ней было что-то тяжёлое, вязкое. Эндрю уже хотел отвернуться, но в этот момент Лео аккуратно коснулся его руки — сначала едва заметно, кончиками пальцев, словно проверяя, оттолкнёт ли он его. Эндрю замер. Но не отдёрнул руку. Лео почувствовал это сразу. Его пальцы чуть увереннее легли на запястье, скользнули по коже медленно, успокаивающе, будто это было самым естественным жестом в мире. — Ты не обязан никому ничего доказывать, — тихо сказал он. Голос был ровным, тёплым, почти убаюкивающим. Эндрю закрыл глаза на секунду. Напряжение в плечах стало меньше, хотя он сам этого не заметил. — Я и не собирался, — пробормотал он. — Я знаю, — повторил Лео так же мягко. Он не убрал руку. И Эндрю не заставил его это сделать. Снаружи было иначе. Смех у бассейна стал тише, разговоры — короче, будто каждый чувствовал, что что-то пошло не так, но никто не хотел поднимать эту тему вслух. Натаниэль стоял у края террасы, опираясь на перила, и смотрел куда-то вперёд, но ничего не видел. В голове всё ещё звучали слова Эндрю, каждое — как удар. Я выбираю, кому доверять. Он сжал пальцы сильнее, почти до боли. — Нат? — Рене подошла тихо, почти бесшумно,— Ты в порядке? Он не обернулся сразу. — Да, — коротко ответил он. Слишком быстро. — Ты не выглядишь «в порядке», — мягко заметила она. Натаниэль усмехнулся, но безрадостно. — Я и не обязан. Рене не ушла. Она внимательно смотрела на него, будто пыталась прочитать. — Ты правда думаешь, что он… — она замялась, подбирая слова. — Что Лео не тот, за кого себя выдаёт? — Да, — ответил Натаниэль без колебаний. Он наконец повернул голову, и в его взгляде не было сомнений. Только уверенность. И напряжение. Рене чуть нахмурилась. — Тогда тебе нужны доказательства. Он кивнул почти незаметно. — Я знаю. И в этих двух словах было всё: решение, план и готовность идти до конца. К вечеру компания снова собралась в доме. Кто-то включил музыку, кто-то принёс еду, разговоры стали громче, но напряжение никуда не делось — оно просто спряталось между взглядами и паузами. Эндрю сидел на диване, а Лео был рядом, слишком близко, почти касаясь его плеча. Они говорили тихо, иногда наклоняясь друг к другу, и каждый такой момент Натаниэль замечал. Каждое прикосновение. Каждый взгляд. И особенно — руки. Как Лео снова и снова касается его, будто невзначай. Как Эндрю не отстраняется, будто это уже стало привычным. Натаниэль отвёл взгляд. Но слишком поздно. Он уже видел достаточно, чтобы понимать — это только начало.