«Филлгроуфф»

      Как-то раз, в один из тех редких солнечных дней, что выпадали на долю «Филлгроуфф», Август сидел под ольхой и думал о том, кем бы он хотел быть, когда вырастет. Нет, не о профессии — это было слишком скучно, слишком по-взрослому. Он думал о другом. О том, кем бы он хотел быть по сути.       Человеком? Нет, люди слишком сложные. Слишком много говорят и слишком мало слушают. Птицей? Хорошо, но птицы улетают на зиму, а он хотел оставаться на одном месте. Камнем? Скучно.       И тут он посмотрел на ольху. Старую, корявую, с потрескавшейся корой и мощными корнями, уходящими глубоко в землю. Она стояла здесь уже сто лет — и простоит ещё столько же. Ей не нужно было никуда ехать. Ей не нужно было никому угождать. Она просто была. Шумела листвой, когда дул ветер. Тянулась ветвями к небу. Спала зимой и просыпалась весной. И все эти сто лет кому-то давала тень. Кому-то давала приют. Кому-то — место, где можно лечь и мурчать.       «Я хочу стать деревом», — прошептал Август, и в этом шёпоте не было ни капли детской глупости. Только тихая, глубокая мечта. Стать тем, кто не боится одиночества. Тем, кто сам — целый мир.