Наруто: Хроники

Страна Ветра: Башня Суна/Казекаге Йондайме Казекаге был очень зол, когда Джонин, назначенный тренировать его троих детей, сообщил, что с ним случилось. Сначала он не поверил в то, что ему сказали, но это недоверие вскоре сменилось гневом, когда он понял, что не только потерял Ичиби, но и что теперь он оказался в руках неизвестного. «Ты хочешь сказать, что Гаара не только был побеждён, но и Шукаку забрал какой-то ребёнок-Генин из какой-то захолустной деревни?!» — в ярости закричал Казекаге. «Да, сэр», — подтвердил Баки. «Гаара жив, хотя никто не уверен, как это возможно, и меньше всех Чиё-баасама». «Оба предыдущих Джинчурики Ичиби умерли, когда Шукаку был извлечен из их тел», — процедил Казекаге сквозь стиснутые зубы и откинулся на спинку стула. «Итак, где мы находимся?» «Гаара по-прежнему контролирует песок, и его автоматическая защита, похоже, не пострадала, несмотря на то, что он больше не сдерживает Ичиби. Однако без Шукаку он не сможет высвободить его во время финала экзамена на звание Чунина, который состоится через месяц», — сообщил Баки. «Это катастрофа», — процедил Казекаге. «Без Биджу мы не можем надеяться на победу над Конохой». «При всем уважении, Казекаге-сама, — Баки склонил голову. — Из того, что рассказал нам Якуши Кабуто, Коноха недавно потеряла своих Джинчурики, что ослабило их. Даже без Ичиби Гаара по-прежнему грозный противник и может легко убить любого, кто бросит ему вызов». «Не стоит недооценивать Коноху», — сказал ему Казекаге. «Они были «сильнейшей» деревней шиноби с момента основания Пяти Великих Наций». «И все же они стали слабее после смерти их Йондайме Хокаге», — сказала Чиё с порога. «Сарутоби Хирузен, может, и силен, но он уже давно прошел свой расцвет; из его учеников только Джирайя-гаки остается верен ему, и кроме него в их рядах нет других шиноби S-ранга». «Если когда-либо и было время положить конец Конохе, то это сейчас», — заявил ее младший брат Эбизо. «Чиё-баасама, Эбизо-джиисама», — Казекаге склонил голову в знак уважения к двум старейшинам деревни. «Добро пожаловать». «Что вы будете делать, Йондайме Казекаге-сама?» — спросила Чиё. «…Мы уничтожим Коноху». Страна Огня: Коноха / Монумент Хокаге Узумаки Наруто на голове лица Йондайме Хокаге, высеченного на горе, с безразличным видом смотрит на деревню внизу. Эта деревня была проклята; с тех пор, как она была основана, кланы Сенджу, Узумаки и Учиха были поставлены на грань вымирания, в то время как все остальные процветали, живя в комфорте и роскоши за счет боли и страданий его и ему подобных. Уже нет… «Пора начинать», — сказал он, прежде чем прыгнуть и исчезнуть в желтой вспышке… На другом конце деревни Сандайме Хокаге, Сарутоби Хирузен, надевал доспехи, зная, что его своенравный ученик Орочимару сделает свой ход сегодня. Что бы ни случилось, ему нужно было быть готовым, особенно учитывая, что он не собирался снова позволить своему ученику сбежать. У него уже было много сожалений… Орочимару… Цунаде… Минато… Кушина… Наруто… Бивако… он хотел бы сделать что-нибудь для них. Внезапно его охватило гнетущее чувство, словно в воздухе витала какая-то затянувшаяся несправедливость, очень похожая на ту, что он чувствовал тринадцать лет назад. «Не может быть…» — подумал он, прежде чем быстро надеть оставшиеся доспехи и выбежать за дверь. «Кучиёсе но Дзюцу», — прошептал Наруто, ударив рукой по крыше здания. Взрыв дыма привлек внимание всех вокруг, прежде чем громкий рев разнесся по деревне, заморозив тысячи жителей Конохагакуре но Сато в шоке и страхе. «Сделай это, Шукаку», — приказал блондин, убирая несколько лоз из спины Ичиби и подпрыгивая, исчезая в желтой вспышке. «Это…» — подумал Хирузен, увидев огромного песчаного тануки. «Хокаге-сама! Это Ичиби! Ичиби просто появился из ниоткуда!» — закричал Анбу, появившийся рядом с ним. «Я знаю! Я сдержу его, эвакуирую и защищу мирных жителей!» — приказал Хирузен. «И приведите ко мне моего внука!» — добавил он к своему вечному стыду. «Мне жаль, Конохамару-кун, но как Хокаге я должен запечатать Ичиби, и ты — мой единственный кандидат». «Да, сэр», — поклонился Анбу, прежде чем исчезнуть в порыве скорости. Ичиби снова взревел, сравняв с землей здания и выпустив волну песка через деревню, сокрушая все, к чему прикасался, прежде чем обратить свое внимание на Сандайме Хокаге. «Так ты меня уже заметил?» — пробормотал Хирузен, снова взревев. «Футон: Ренкудан!» — взревел Шукаку, и из его рта вырвались несколько мощных порывов ветра, которые взорвались, разрушив десятки зданий там, куда они попали. «Так продолжаться не может», — сказал Хирузен, быстро сформировав набор ручных печатей. «Кучиёсе но Дзюцу!» — воскликнул он и ударил рукой по земле. Печати раскрылись, и мгновение спустя в клубах дыма появился Король Обезьян, Энма. «Хирузен? Что, черт возьми, здесь произошло?!» — удивленно спросила Энма, увидев, как Биджу разрывает деревню на части. «Оно появилось из ниоткуда», — ответил Хирузен. «Мне нужна твоя помощь, старый друг». «Ты права», — согласилась Энма. В этот момент Шукаку снова взревел и начал собирать красные и синие сферы чакры в большой черный шар у себя во рту. «Нет», — сказал Хирузен, и его сердце упало, когда он увидел, что Ичиби приготовил это дзюцу. «Энма!» — крикнул он. «Конго Рохеки!» — крикнул Энма, когда вокруг него образовались десятки клонов и превратились в посохи. Они выстроились перед парой, пока те укрывались, и громовой звук наполнил воздух. «Биджудама!» — взревел Шукаку, когда сфера у него во рту взорвалась вперед в луче темно-желтого света, разорвав землю на части и оставив большую рану через центр Конохи до самых стен деревни. «Проклятье», — выругался Хирузен, когда взрыв стих. «Хирузен, ты в порядке?» — спросил Энма, когда его клоны рассеялись. «Я становлюсь слишком старым для этого дерьма», — проворчал Хирузен, когда позади него мелькнуло движение. «Что?» — подумал он, когда кто-то схватил его за плечо. «Хирузен!» — закричал Энма, бросившись вперед, и едва успел схватить Хирузена за руку, прежде чем все трое исчезли в желтой вспышке. Земля Огня: Резиденция Намикадзе «Хираишин но дзюцу», — раздались слова Хирузена, и Энма рухнул на землю, покатился по траве и с трудом поднялся на ноги. «Это было…» Хирузен замолчал в шоке и заметил, где он находится. Они были перед старым домом Минато и Кушины, теперь разрушенным изнутри и оставленным таким с тех пор как памятник и могила. «Ты встретишься со мной, Сандайме Хокаге», — произнес глубокий голос, привлекший их внимание. Наруто стоял прямо, его плащ развевался на ветру, а маска сияла в утреннем свете. «Кто ты?» — спросил Хирузен. «Откуда ты знаешь Хираишин но Дзюцу?» «Имя для тебя ничего не значит», — спокойно сказал Наруто. «Зови меня Мэнма; я Спаситель этого Мира». «Спаситель…» Хирузен замолчал в замешательстве. «Не принимай меня за дурака; ты можешь контролировать Ичиби, ты выпустил его на Коноху и знаешь, как использовать фирменное Дзикукан Ниндзюцу Йондайме Хокаге с достаточным мастерством, чтобы напасть на меня. Ты не обычный шиноби, хотя, судя по твоему росту, я бы сказал, что ты еще ребенок», — прокомментировал он. «Хотя он может быть просто невысоким, как Оноки». «Я тот, кто принесет мир в этот проклятый мир», — заявил Наруто. «Хирузен», — произнес Энма, слагая ручную печать. «Разговоры здесь ничего не дадут», — секунду спустя он превратился в посох. «Хенге: Конгоньой», — его призыватель схватил посох и покрутил его, прежде чем принять стойку Бодзюцу. «Неважно, кто ты», — заявил Хирузен. «Как враг Конохи, ты будешь остановлен здесь, прежде чем сможешь нанести еще больший урон». «Это мы еще посмотрим», — сказал Наруто, прежде чем бросить в него знакомый трехзубый кунай. «Хираишин но дзюцу», — он снова появился рядом с Хирузеном и всадил ему в живот синий шар чакры. «Расенган!» Тело Хирузена внезапно разлетелось на части, превратившись в брызги грязи. «Он быстр для старика; я даже не видел, как он поменялся местами с грязевым клоном». «Дотон: Дорюу Тайга», — раздался голос Хирузена позади него, когда грязь у его ног сдвинулась и потащила его к стене, окружающей бывшую резиденцию Йондайме. «Дотон: Дорюудан», — появилась голова дракона и выплюнула грязь в блондина в маске. «Катон: Карюудан!» — воскликнул он, извергая струю огня в грязевые потоки, поджигая их. «Неплохо для старика», — подумал Наруто, быстро сформировав набор ручных печатей. «Мокутон: Мокудзёхеки», — дерево выскочило из земли и зафиксировалось на месте, создав полукупол перед блондином в маске. «Это…» — удивлённо подумал Хирузен. «У него есть родословная Мокутон, как и у Шодай Хокаге», — прищурился он. «Ты Сенджу?» «…Я наследник Воли Огня», — просто ответил Наруто. «Коноха предала все, за что выступали Сенджу, и исчезнет из этого мира за свои преступления». «Этот опасен», — размышлял Хирузен. «Неудивительно, что он смог контролировать Ичиби; у него есть родословная Мокутон, как и у Хаширамы-самы». «Mokuton: Daijurin no Jutsu», — сказал Наруто, вытянув правую руку. Она быстро превратилась в большое деревянное дерево, которое выстрелило прямо в Хирузена, отбивая пламя, и выпуская ветви, которые быстро опускались на старого Сарутоби. «Хотя ему не хватает грубой силы Хаширамы, как и Тензо», — заключил Хирузен, едва уклоняясь от атаки и быстро отпрыгивая. «Тот, кто знает дзюцу Хаширамы и Минато, слишком опасен, чтобы оставлять его в живых. Если я не остановлю его здесь, он, без сомнения, уничтожит Коноху, а возможно, и весь остальной мир». «Мокутон: Мокусацу Шибари но Дзюцу!» — воскликнул Наруто, когда из земли поднялись большие деревянные колонны и сцепились вокруг него, не давая ему сбежать. «Катон: Карю Эндан!» — крикнул Хирузен, выдыхая изо рта мощный поток пластин, который быстро испепелил деревянные крепления. Он отпрыгнул назад и приземлился на внешней стене разрушенного дома. «Это мой предел», — подумал Наруто, сузив глаза за маской. «Мне все еще нужно освоить второй уровень Хираишин но Дзюцу, прежде чем я смогу достичь уровня отца, а мой контроль чакры недостаточно хорош, чтобы начать использовать более мощное дзюцу Хаширамы-самы. Если я использую Кьюби, он узнает, кто я, и я не хочу, чтобы это стало известно. Все думают, что я мертв, поэтому никто меня не ищет, но если я хочу сохранить в тайне тот факт, что я жив, я не должен использовать силу Кьюби». «Я больше не позволю тебе поступать так, как тебе вздумается», — заявил Хирузен, готовя свой посох. «Нет, хватит», — сказал Наруто, отступая на шаг. «Я закончил здесь». «Что ты имеешь в виду?» — спросил Хирузен. «Я хотел проверить себя против «Бога Шиноби», который, как предполагается, является сильнейшим из ныне живущих шиноби», — ответил Наруто. «Из того, что я видел, твой расцвет давно прошел, так что эта ситуация меня больше не интересует». «Я не позволю тебе просто уйти», — заявил Сандайме Хокаге. «Попробуй остановить меня», — бросил вызов Наруто, прежде чем исчезнуть в желтой вспышке. «Хираишин но Дзюцу». «…Он сказал, что его зовут Мэнма», — подумал Хирузен. «Если он все еще ребенок, значит, он еще не осознал весь свой потенциал; это лишь вопрос времени, когда он полностью превзойдет меня, и меня может уже не быть здесь, чтобы встретиться с ним в следующий раз», — несмотря на свою силу, даже он не мог бороться с течением времени. «Нет; всегда есть способ… Я просто молюсь, чтобы ты простил меня, Конохамару-кун», — он повернулся и прыгнул в деревья, направляясь в Коноху. Страна Огня: Коноха / Башня Хокаге Узумаки Хонока и Юки Хаку проникли в Башню Хокаге и быстро пробрались по коридорам к Офису Хокаге. Когда Наруто призвал Ичиби в центре Конохи, все шиноби в башне немедленно вышли, чтобы либо сражаться с атакующим Биджу, либо эвакуировать мирных жителей с поля боя, оставив башню заброшенной. «Вот он», — сказала Хонока, когда они открыли настенный сейф сбоку от офиса. «Не могу поверить, что Хокаге хранил его здесь даже после того, как Наруто-сама украл его в первый раз», — прокомментировал Хаку, когда куноичи Узумаки достала из сейфа большой свиток. «Только три человека знали, что он здесь», — рассуждала Хонока. «Хокаге, Наруто-кун и Орочимару». «Н-Наруто-кун?» — спросил голос с удивлением и… надеждой? «Кто там?» — потребовала ответа Хонока, когда они быстро обернулись. «Т-ты сказал Наруто-кун», — заговорила девушка с лавандовыми волосами и белыми глазами. «Ты имел в виду Узумаки Наруто?» «В такие моменты я хотела бы, чтобы Карин-доно разведала окрестности», — пробормотала Хонока, когда Хаку исчез в тумане и снова появился позади новоприбывшего. «Кто ты?» — спросила она. «Скажи нам сейчас, пока мы тебя не убили». «Я Хьюга Хината», — представилась девушка, пока Хаку подносил Сенбон к ее шее. «Пожалуйста! Если Наруто-кун действительно все еще жив, то я должна увидеть его снова!» «…Кто ты для него?» — с любопытством спросила Хонока. «Я…» — сказала Хината, начиная плакать. «Я люблю его! Я не могла сказать ему раньше, но если он действительно все еще жив, то мне нужно сказать ему, как много он для меня значит». «Ты любишь его?» — почти с насмешкой спросила Хонока. «Интересно, где ты был, когда эта деревня проигнорировала и предала его». «Я…» — теперь наследница Хьюга открыто плакала. «Планы изменились», — сказала Хонока своей подруге по команде. «Мы берем ее с собой». Хаку кивнул и пронзил ее шею, поместив ее в состояние, подобное смерти. «Наруто-сама может не понравиться это», — сказала куноичи Юки, поднимая девушку Хьюга. «Он будет тем, кто решит, что с ней делать», — рассуждала Хонока, доставая маленький черный стержень, похожий на предмет. «Мы достигли того, для чего пришли сюда», — сказала она, сжимая стержень чакры в руке и исчезая в клубах дыма. Хаку вскоре последовала за ней, сжимая еще один стержень чакры в своей руке, оставив Башню Хокаге совершенно пустой. За пределами деревни Узумаки Карин наблюдала, как Ичиби неистовствовали в разрушенной деревне, сокрушая все и вся на своем пути. Коноха-ниндзя запускали свои тщетные атаки на огромного песчаного монстра, но они едва могли замедлить его. Она могла чувствовать четыре самых больших сигнатуры чакры в деревне, приближающиеся к существу, а именно те, что принадлежали синоби, перечисленным как Сарутоби Хирузен, Джирайя, Хатаке Какаши и Майто Гай. Хирузен, казалось, был за пределами стен деревни и быстро возвращался к Биджу. Несомненно, ее «благодетель», Узумаки Наруто, уже столкнулся со стареющим Хокаге и телепортировал их обоих с поля боя, чтобы немного побыть наедине. Она призналась, что немного завидовала, когда услышала, что ее ныне покойный учитель взял себе другого ученика, еще одного члена клана Узумаки, который, по-видимому, имел родословную Мокутона ее учителя. Она пришла к пониманию того, что у ее хозяина были планы в действии даже после его смерти, и они оба, она и Наруто, были в центре этого. И не то чтобы она ненавидела этого блондина; на самом деле, он, казалось, рос в тебе и делал невозможным не любить его. Но было в нем что-то, что было ненормальным даже по стандартам Узумаки, и она не говорила о Кьюби, запечатанном с ним. Он был чем-то другим, чем-то большим, чего она просто не могла понять. Только время покажет… Ее глаза сузились, когда она почувствовала, как Джирайя появился на краю деревенских стен и заряжал значительное количество чакры. Без сомнения, он собирался призвать что-то, что могло бы напрямую бросить вызов неистовствующему Биджу. Остальные — Какаши и Гай — мчались к Шукаку с гораздо меньшей сигнатурой чакры, о которой она не знала, следуя за ними. Может ли это быть? «Они действительно планируют…» Карин подумала и остановилась, почувствовав теперь уже знакомое рывок от двух стержней чакры, которые она создала и дала Хоноке и Хаку. «Чикушодо: Кучиёсе но Дзюцу», — прошептала она, формируя ручную печать, и две матрицы печатей сформировались по бокам от нее, за которыми последовало два взрыва дыма. Дым рассеялся, открыв не двух куноичи, как она ожидала, а еще и третью, хотя неожиданный гость, казалось, был без сознания. «Я думала, ты получаешь Запретный свиток запечатывания Хаширамы-самы, а не какую-то девчонку Хьюга?» «Мы вернули свиток», — сообщила Хонока. «Что касается девушки, она была целью случая, с которым Мэнма-кун решит, что делать». «…Как скажешь», — пренебрежительно сказала Карин. Желтая вспышка привлекла их внимание, когда Наруто появился среди них; его плащ развевался на ветру, когда он приземлился рядом с ними. «Я надеюсь, тебе было весело?» — спросила она нейтральным тоном. «Несмотря на его возраст, старика нельзя недооценивать», — ответил Наруто. «Хотя он уже давно миновал свой расцвет, если я смогу выстоять против него на своем нынешнем уровне». «Действительно», — размышляла Карин. «Наруто-сама», — заговорил Хаку. «У нас есть дополнительный», — сообщила она, перекинув Хинату через плечо. «Хината…» Наруто замолчал. «Почему она здесь?» «Она, судя по всему, любит тебя», — ответила Хонока. «Я подумала, что ты захочешь разобраться с ней сам». «…Мы уходим», — четко сказал Наруто. «Теперь нам здесь делать нечего», — остальные кивнули и схватили его за руки, прежде чем все исчезли в желтой вспышке. Земля Огня: Коноха / Поле битвы «Кучиёсе но Дзюцу!» — крикнул Джирайя из Саннинов, приземлившись перед огромным песчаным демоном, бушующим в его родной деревне. Могучий Гамабунта появился во взрыве дыма с Джирайей на голове. «Джирайя?! Что, черт возьми, происходит?!» — закричал Гамабунта, увидев открывшееся ему зрелище. «Ичиби атакует Коноху», — ответил Джирайя. «Он появился из ниоткуда, как и Кьюби тринадцать лет назад». «Чёрт, только не снова!» — закричал Гамабунта, бросившись вперёд с вытянутым мечом и нанося удары, когда он проносился мимо Ичиби. «Гамадосузан!» — воскликнул Жабий Босс, когда его меч пронзил правую руку песчаного демона, оторвав её прежде, чем тот был вынужден отпрыгнуть. «Физическая сила Шукаку на высшем уровне». «Ты за это заплатишь!» — прорычал Шукаку, прежде чем изрыгнуть несколько больших ветровых сфер. «Футон: Ренкудан!» «Суитон: Тепподама!» — парировал Гамабунта, выпустив несколько собственных водяных пуль. Две атаки столкнулись и взорвались взрывом воздуха и воды, отбросив их обоих назад. «Есть какие-нибудь идеи?» «Бунта! Дай мне масла!» — крикнул Джирайя, складывая ручную печать. «Катон: Гамаю Эндан!» — воскликнули одновременно Гамабунта и Джирайя. Струя масла вырвалась изо рта Жабьего Босса и была быстро направлена ​​на Шукаку, но масло внезапно воспламенилось и превратилось в ад, когда Джирайя выдохнул огонь в струю. Пламя охватило форму Шукаку, превратив большую ее часть в стекло, хотя быстро стало ясно, что оно не сможет долго удерживать безумного Биджу. Красная чакра вытекала из демона, и стекло начало трескаться, знаменуя его возвращение. «Оно будет продолжать восстанавливаться такими же темпами», — сказал Гамабунта, наблюдая, как стекло начинает разваливаться. «Этому сейчас же придет конец!» — раздался знакомый голос, и огромный посох, во много раз больше и длиннее обычного, обрушился на покрытого стеклом Ичиби, разбив его вдребезги. «Сэнсэй?!» — вскрикнул Джирайя от удивления, когда Хирузен упал перед ним и Гамабунтой. «Что случилось? Где ты был?» — спросил он, гадая, где был Хокаге деревни во время этого кризиса. «Я противостоял тому, кто стоит за этим нападением на нашу деревню», — ответил Хирузен. «Кто-то это организовал?» — удивленно спросил Джирайя. У него была теория, что атака Кьюби могла быть спланирована кем-то, а именно этим человеком, но теперь, похоже, его теория подтвердилась. «Учиха Мадара», — пробормотал он понимающе. «Джирайя?» — спросил Хирузен. «Я всегда считал, что атака Кьюби тринадцать лет назад была странной», — рассуждал Джирайя. «Я считаю, что за этой атакой тоже кто-то стоял». «Если это тот же человек, с которым я столкнулся, то…» Хирузен замолчал, когда Какаши, Гай и его внук Конохамару приземлились рядом с ним. «Мы привели его, Хокаге-сама», — нейтральным тоном сказал Какаши. «Я с этим не согласен», — добавил Гай. «Это совсем немолодёжно». «Это должно быть сделано ради блага деревни», — сказал им Хирузен, прежде чем повернуться к своему явно напуганному внуку. «Конохамару; мне жаль, что я должен это сделать, поскольку долг Хокаге — защищать деревню. С этого дня ты будешь героем, и я желаю тебе счастливой жизни». «Д-дедушка?» — обеспокоенно спросил Конохамару. «Шики Фуджин!» — воскликнул Хирузен, сформировав ручную печать, и спектральная форма бога смерти появилась позади него. «Сделай это», — отдал он приказ, и рука Шинигами пронзила его спину и вылетела через живот. Она быстро вцепилась в формирующееся тело Шукаку и начала втягивать его внутрь. «Фуин!» — выкрикнул он, когда его рука врезалась в живот Конохамару, и песчаный демон быстро втянулся внутрь быстро формирующегося Хакке но Фуин Шики, выгравированного на его животе, отчего он потерял сознание. «Сэнсэй…» — грустно подумал Джирайя. «Я… оставляю… остальное… тебе…» Глаза Хирузена закрылись, когда остатки чакры Ичиби были втянуты в его новый Джинчурики. «Чёрт возьми», — выругался Джирайя, кладя своего теперь уже покойного сенсея на землю. «Сначала мой ученик, а теперь мой сенсей». За пределами деревни Орочимару из Саннинов, самопровозглашенный Отокаге Отогакуре но Сато, наблюдал с нейтральным выражением лица. «Ты уверен?» — спросил он. «Да, Орочимару-сама», — подтвердил Якуши Кабуто. «Оба жертвоприношения для Эдо Тенсей были сорваны». «Понятно…» Орочимару замолчал. «По крайней мере, я убил этого дурака Казекаге, однако Суна уже отступила, когда увидела, как Ичиби бушует. Кажется, в нашей маленькой игре появился новый игрок, а? Мадара? Неважно; хотя Коноха все еще стоит, сенсей мертв, а Коноха в руинах. Нужно будет выбрать нового Хокаге, и теперь, когда Ичиби во владении Конохи, Акацуки проявят интерес к ситуации». «Ваши приказы, Орочимару-сама?» — спросил Кабуто. «Мы уходим», — ответил Орочимару. «Распространите информацию об отступлении». Примечания автора: Я буду честен и скажу, что Хирузен давно уже не в расцвете сил, и даже Энма сказал, что его битва с Орочимару и ослабленными Хаширамой и Тобирамой в каноне меркла по сравнению с тем, на что он был способен в юности. Единственная причина, по которой его все еще признавали «Богом Шиноби», несмотря на его возраст, заключалась в его опыте и способности использовать Шики Фуджин. Уберите это, и он станет просто старым шиноби уровня Джонина, который знает много дзюцу. Что касается Наруто, пожалуйста, помните, что у него было семь месяцев — шесть из которых он тренировался под руководством самого Сенджу Хаширамы — почти непрерывных тренировок с использованием своих теневых клонов, поэтому я думаю, что он может достичь этого уровня, учитывая его нынешние способности. У многих людей смешанные чувства по поводу Риннегана Карин, и я понимаю, но, пожалуйста, помните, что она не такая, как в каноне. Карин, которую создал Киши, изначально была фанаткой, которая была одержима Саске, пока он не попытался убить ее, и на самом деле не имела особого развития характера или боевых способностей. Карин в этой истории была лично обучена Сенджу Хаширамой с намерением превратить ее в самую сильную женщину в серии, особенно после тотального сосисочного фестиваля, в который Киши превратил канон. Я знаю, что Киши плохо справляется с созданием сильных женских персонажей, но пока только три женщины во всей серии действительно заслуживают моего уважения, это Цунаде, Кушина и Мито (у всех есть кровь Узумаки). Цунаде, потому что она супер-медик, с которой может соперничать только ее дедушка, у Кушины есть те цепи чакры, которые могут даже сдержать полностью освобожденного Кьюби, несмотря на ее ослабленное состояние в то время, а Мито смогла запечатать весь Кьюби но Йоко внутри своего собственного тела, не умирая, в то время как Минато был достаточно силен, чтобы запечатать только половину Кьюби внутри Наруто с помощью Шинигами. Я на самом деле хочу точно знать, на что способна Мито, поскольку, насколько я понимаю, ниндзя стали намного слабее с тех пор, как закончились войны кланов и были основаны деревни.