Наруто: Хроники

Земля Огня: Коноха / Восточная стена деревни Учиха Итачи был терпеливым человеком по своей природе; тот факт, что он был готов ждать, пока его младший брат станет достаточно сильным, чтобы бросить ему вызов и наконец положить конец его страданиям, может служить тому подтверждением. Пять лет назад он вырезал весь свой клан за одну ночь, оставив в живых только своего брата, чтобы предотвратить начало Четвертой Великой Войны Шиноби. Клан Учиха планировал переворот, и ему было поручено остановить их, навсегда. Втайне он все еще любил Коноху и своего младшего брата, однако его нынешнее положение как члена Акацуки и ученика Учиха Мадары поставило его в центр того, что могло бы стать началом революции, похожей на формирование Деревень Шиноби. Когда Зецу сообщил им, что Ичиби были отстранены от своих все еще живых Джинчурики и напали на Коноху, вся организация Акацуки была удивлена, а в случае Мадары немного сбита с толку. В конце концов, именно он был ответственен за атаку Кьюби тринадцать лет назад, и теперь казалось, что история повторилась. «Они избежали полного уничтожения, но, похоже, понесли тяжелые потери», — прокомментировал его партнер Хошигаки Кисаме. Этот человек был хищником во всех смыслах этого слова; особенно с хихикающим демоническим мечом на спине. «Для такой процветающей деревни… это жалко», — прокомментировал Итачи, глядя на разрушенную деревню. «Это на тебя не похоже», — Кисаме усмехнулся. «Так ты все еще испытываешь привязанность к родной деревне? Даже ностальгия, да?» «Нет…» — ответил Итачи, когда его Шаринган активировался. «Вообще никаких». Башня Хокаге на удивление пережила недавнюю атаку Ичиби невредимой, хотя этого нельзя было сказать о трех четвертях деревни. В отличие от атаки Кьюби тринадцать лет назад, не было Сандайме Хокаге, который бы активно вел шиноби в битву с Ичиби до самого конца. Без кого-то ранга S, чтобы сдержать неистовствующего Биджу, он почти уничтожил всю Коноху, прежде чем его остановил Сарутоби Хирузен. «Демона нужно немедленно убить! Мы не можем позволить, чтобы жертва Сандайме-сама оказалась напрасной!» — закричала Харуно Мебуки собравшимся советам. «Нам повезло, что Кьюби был изгнан из мира в прошлом году, и мы не можем допустить, чтобы еще одна такая тварь появилась в деревне! Я не позволю ей навредить моей дочери!» — громко согласился с ее словами Гражданский совет. «Хватит!» — крикнул Джирайя, входя в комнату и фактически заставляя всех замолчать. «Джирайя-сама», — поприветствовал Нара Шикаку кивком со своего места среди Совета Шиноби. «Судя по тому, что вы здесь, я предполагаю, что вы согласились стать Годайме Хокаге?» «Да», — кивнул Джирайя, подходя к месту Хокаге и садясь. «Как бы мне ни хотелось продолжить свои исследования, я не могу позволить всему оставаться таким, как оно есть, не попытавшись что-то с этим сделать». «А как же ребенок-демон?» — спросила Мебуки. «Ему нельзя позволить жить! После того, что он сделал!» «Этот «дитя-демон», как ты так красноречиво выразился, — внук Сандайме Хокаге и мой племянник», — свирепо произнес Асума Сарутоби. «Эта штука убила Достопочтенного Внука и приняла его форму. А что, если она овладела кем-то другим?» — возразила Мебуки, когда среди мирных жителей послышался ропот. «Джинчурики может быть мощным оружием для любой деревни шиноби», — сказал Шимура Данзо со своего места среди трех старейшин. «Коноха сейчас ослаблена атакой Ичиби и смертью Сарутоби вместе с половиной шиноби деревни. Наличие Джинчурики в деревне даст другим странам передышку, давая нам время, чтобы должным образом обучить его сражаться с врагами Конохи». «Достаточно», — процедил Джирайя, понимая, на что намекает старый Ястреб Войны. «Я согласен, что мальчика нужно обучить, и у меня есть на примете человек, который именно этим и займется. С этого момента я создаю закон ранга S, по которому любой, кто захочет «убить демона», будет немедленно казнен. Я ясно выразился?» «Н-но Хокаге-сама!» — в ярости закричала Мебуки. «Я ясно выразился?» — снова спросил Джирайя, на этот раз гораздо холоднее. «Д-да», — Мебуки внезапно испуганно кивнула. «Это всего лишь вопрос времени, когда эта организация поймет, что в Конохе у нас есть новый Биджу», — со знанием дела подумал Джирайя. «Чем раньше мальчик полностью обучится, тем больше у него шансов выжить в этом мире». Земля Огня: Лес Смерти Сарутоби Конохамару до вчерашнего дня жил жизнью, в которой самым стрессовым для него было выйти из тени своего деда. Как внук Сандайме Хокаге, он был известен как «Почтенный внук» и к нему никогда не обращались по его настоящему имени. Все изменилось вчера, когда его собственный дед запечатал демона, который атаковал деревню внутри него. Теперь они все видели в нем Ичиби, которого он запечатал внутри себя… «Это то, что чувствовал Наруто-нисан?» — спросил Конохамару с немалой долей страха, поднося руку к животу, где находилась новая печать. «Я до сих пор не могу поверить, что в Нисане тоже была одна из этих тварей». Он проснулся ранее этим утром, и после краткого объяснения того, что с ним произошло, от Анбу, который был назначен охранять его, его привели сюда, в глубокий и запретный лес, который Коноха использовала для проведения второго этапа своих Экзаменов на Чунина. Он не был глупым, несмотря на свой возраст; как член клана Сарутоби, его интеллект превосходили только подобные из клана Нара, и, несмотря на свой возраст, он понимал, почему его привели в такое изолированное место. На это было только два ответа: его привезли сюда, чтобы он больше не наносил вред деревне, если Ичиби попытается взять его под контроль и снова устроить буйство. Во-вторых, потому что сейчас были сильные эмоции, и всегда была вероятность, что кто-то в деревне или из других стран попытается убить его по той или иной причине. Как внук Сандайме Хокаге, на него уже совершались покушения, но они всегда были незначительными. Теперь, когда он стал новым Джинчурики Конохи, другие деревни сделали его убийство одним из своих главных приоритетов, чтобы ослабить деревню. Джинчурики… Он уже ненавидел это слово… Анбу, который был назначен к нему, называл себя Тензо, и когда его спрашивали, почему он один, он отвечал, что в отличие от других у него есть определенная способность активно подавлять чакру Биджу. Учитывая тип повреждений, которые нанес Ичиби, Конохамару не мог не задаться вопросом, что вообще может подавлять что-то подобное, даже если оно запечатано в хозяине. И из того, что ему сказали, Ичиби считался самым слабым из девяти Биджу. «Кто там?» — внезапно спросил Тензо, заставив его подпрыгнуть от удивления. «Это всего лишь я», — сказал Какаши, приземлившись на поляне, а Саске последовал за ним. «Сэмпай», — кивнул Тензо в знак приветствия. «Идентификация?» «Лист на ветру», — ответил Какаши. «Рад тебя видеть, сэмпай», — с облегчением вздохнул Тензо. «В наши дни осторожность не помешает». «Согласен», — кивнул Какаши, когда они с Саске подошли. «Что здесь делает этот ребенок?» — спросил Тензо. «Я подумал, что Мангекё Шаринган может быть полезен, если печать не сработает», — рассуждал Какаши, прежде чем повернуться к молодому Сарутоби. «Джирайя-сама хотел бы взглянуть на печать, чтобы убедиться, что все в порядке, хотя, если она хоть немного похожа на печать Наруто, она позволит чакре просочиться только в его запасы чакры». «Я до сих пор не могу поверить, что в добе была запечатана одна из этих вещей», — заговорил Саске. «Даже когда он был жив, он был жертвой, и когда он умер, он тоже стал ею». «Шаринган всегда обладал способностью контролировать Биджу», — объяснил Какаши. «Это была одна из главных причин, по которой его назначили в мою команду вместе с тобой, Саске». «Кстати, о командах», — с любопытством спросил Саске. «Что происходит с командой номер семь теперь, когда Сай покинул команду?» «Конохамару-кун займет его место», — ответил Какаши. «По сообщениям, полученным от шпионской сети Джирайи-самы, бывший Ичиби Джинчурики, который каким-то образом выжил после удаления Биджу, всегда мог управлять песком», — заговорил Тензо. «Но, насколько я знаю, у Конохамару-куна такой способности нет». «Не забывайте, что Сандайме-сама использовал Шики Фуджин», — возразил Какаши. «Это самое мощное Фуиндзюцу, о котором мы знаем, требующее контракта с самим Шинигами для использования. Тот факт, что оно позволило Минато-сенсею победить даже Кьюби, что когда-либо удавалось только Сёдай-сама, должно быть доказательством этого». «Суйтон: Суйкодан но Дзюцу!» — раздался голос, удививший их, когда на них обрушилась большая акулообразная пуля воды. «Это…» — подумал Какаши, быстро сложив серию ручных печатей. «Суитон: Суйрюдан но Дзюцу!» — воскликнул он, когда вода в ближайшем пруду взмыла вверх и приняла форму дракона, прежде чем отклониться и перехватить атакующую водяную акулу. «Не переусердствуй, Кисаме», — отчетливо раздался новый голос. «Он нам нужен живым». «Этот голос…» — подумал Саске, и его глаза расширились. «Этого не может быть». «Учиха Итачи, человек, который уничтожил клан Учиха», — сказал Какаши, увидев двух нукенинов, когда он поднял свой хитаи-атэ, чтобы показать свой Шаринган. «И Хошигаки Кисаме, член Семи Шиноби-Мечников Кири». «Шаринган?» — размышлял Кисаме, увидев это. «Неудивительно, что ты остановил мою технику; ты, должно быть, Копирующий ниндзя Какаши. Я слышал, ты некоторое время назад спарринговался с Забузой… хе-хе… Я порежу тебя на ленточки». «Полегче, Саске», — сказал Какаши, увидев, как младший Учиха сделал шаг вперед. «Эй, этот парень очень похож на тебя, Итачи. Ты его знаешь?» — с любопытством спросил Кисаме. «Он… мой младший брат», — ответил Итачи. «Ты мне не брат!» — закричал Саске в гневе и ненависти, когда его Мангекё Шаринган сформировался в его глазах. «Не после того, что ты сделал!» «Мангекё…» Итачи замолчал. «Итак, ты наконец-то получил его». «Теперь я знаю, почему ты оставил меня в живых», — ясно сказал Саске. «Потому что тебе нужен был запасной, чтобы противостоять слепоте, вызванной Мангекё Шаринганом, и пробудить «Вечный» Мангекё Шаринган». «…Значит, ты знаешь», — размышлял Итачи. «Я думал, ты уничтожил весь свой клан?» — спросил Кисаме. «…Мне нужна была запасная пара глаз для того, что должно произойти», — ответил Итачи. «Но он все еще не готов; его глаза недостаточно созрели для того, что мне нужно». «Хех… интересно», — усмехнулся Кисаме. «Ты окажешься в невыгодном положении, если его Мангекё Шаринган будет хоть немного близок к моему изначальному», — сказал ему Итачи. «Я разберусь с ним лично; с остальными можешь разобраться ты». «А наша цель?» — спросил Кисаме. «Делай, что хочешь, лишь бы не убить его», — равнодушно ответил Итачи. «Я отрежу ему ноги», — Кисаме ухмыльнулся, как акула, поднимая Самехаду. «Начнем… Саске», — заговорил Итачи, когда его Мангекё Шаринган активировался, создав черное вертящееся колесо на красном фоне. «Цукуёми», — Саске сцепился взглядами, и они оба внезапно замерли. Секунду спустя Саске и Итачи упали на колени, тяжело дыша. «Он смог сломать и сломать Цукуёми, хотя это истощило нас обоих». «Что это за «цель», за которой вы гонитесь?» «…Мы ищем наследие Сандайме Хокаге», — ответил Итачи. «Конохамару, а?» — задумался Какаши. «Вы двое не единственные, не так ли? Я все о вас знаю; вы называете себя Акацуки». «Акацуки…» Тензо замолчал, увидев испуганного Конохамару, стоявшего позади него. «…Кисаме, планы меняются. Мы берем с собой Какаши, — заговорил Итачи. — Заставь другого исчезнуть». «Этого достаточно», — раздался новый голос, и вокруг них появились красные мускулистые стены. «Кучиёсе: Гамагучи Шибари», — сказал Джирайя из-за спин двух членов Акацуки. «Джирайя из Саннинов», — размышлял Итачи. «Годайме Хокаге». «Я не позволю тебе сбежать», — сказал ему Джирайя. «Теперь я знаю, как Какаши узнал о нас», — прокомментировал Итачи. «Ты был источником его информации». «Ты охотишься за Ичиби», — ясно сказал Джирайя. «Вот почему ты пришел за Конохамару». «Взять Конохамару с собой», — заявил Итачи. «Это высший приказ, отданный нам лидером Акацуки». «Кто, черт возьми, может быть настолько могущественным, что умудрился заставить кого-то вроде вас двоих работать на него?» — спросил Джирайя, прищурившись. «Он — кто-то за пределами понимания смертных», — просто ответил Итачи. «Не то чтобы это имело значение; мы поймаем Ичиби в другой раз, когда будет меньше помех. Кисаме, мы уходим». «Ты уверен?» — спросил Кисаме своего партнера. «Столкновение с Хокаге в лучшем случае приведет к нашему взаимному уничтожению, — рассуждал Итачи. — Мы обретем Ичиби в другой раз». «Верно», — кивнул Кисаме. «Саске», — сказал Итачи, поворачиваясь к младшему брату. «Ты стал сильнее, но этого недостаточно; тебе все еще не хватает ненависти. Когда мы встретимся снова, это будет в последний раз», — секунду спустя оба члена Акацуки быстро побежали по органическому коридору и повернули за угол, когда стены сомкнулись за ними. «Не смотри сейчас, но за нами гонится стена плоти», — прокомментировал Кисаме, пока они бежали. «Все в порядке», — успокоил Итачи, когда его глаз начал кровоточить. «Аматерасу», — черное пламя вырвалось из конца дальней стены и расплавило органическую стену за считанные секунды, прежде чем двое выпрыгнули, очистив органическую массу и скрывшись среди деревьев. Джирайя быстро добрался до разрушенной стены и посмотрел на черное пламя. «Это…» — он замолчал, быстро разворачивая свиток. «Фука Хоин», — сказал он, когда пламя всосалось в печать на свитке. «О-они действительно собираются преследовать меня, не так ли?» — спросил Конохамару, пытаясь успокоиться. «…Да», — кивнул Джирайя. «Мой…брат…его дзюцу…я единственный, кто может с ним сражаться», — прохрипел Саске. «Если бы он сражался всерьёз, то, в каком ты сейчас состоянии, он бы тебя убил», — возразил Джирайя. «Тогда что мне делать?» — спросил Саске. «…Какаши, планы меняются,» — сказал Джирайя с оттенком власти. «Сейчас я хочу, чтобы ты взял Саске в ученики; обучи всему, что знаешь, и держи его наготове, когда придет время. Я назначу твою маленькую розоволосую куноичи в Команду Восьмую; насколько я понимаю, у них не хватает одного члена после того, как девушка Хьюга была убита во время атаки Ичиби». «Да, Хокаге-сама», — кивнул Какаши в знак понимания. «Тензо, я хочу, чтобы ты сделал то же самое, Конохамару», — сказал Джирайя, поворачиваясь к Анбу. «С твоими способностями Мокутона ты сможешь помочь ему в обучении с чакрой Ичиби». «Будет сделано, Хокаге-сама», — Тензо склонил голову, услышав приказ.