No Trace / Нет следа

Улицы Хосу погрузились в хаос. Изуку выскользнул в ночь, завязывая шнурки на красных ботинках и теребя ремешки на наручах, пытаясь разобраться в том, что происходит вокруг. Перевернутый автобус загорелся, и пламя перекинулось на несколько близлежащих зданий. Должно быть, это и стало причиной сотрясения квартиры. Люди проносились мимо него, спотыкаясь друг о друга в спешке, но Изуку застыл на месте. Он никогда не видел ничего подобного. Два монстра, уничтожали город Хосу. "Тенья! Где ты, Тенья?" Словно вырванный из транса, Изуку повернул голову и увидел Мануала, обычного героя, бегущего к пожарному гидранту, чтобы потушить пламя, охватившее улицу. Иида. Иида проходил стажировку в Хосу. От этой мысли по его коже пробежал холодок. Не имея лицензии, Иида должен был находиться рядом с поручителем на протяжении всей своей стажировки. Иида должен был это знать. Он действовал строго по инструкции. Если его не было там, где он должен был быть, значит, что-то случилось. Что-то большее, чем два гигантских существа, разрушающие город, в котором он стажируется, если это было возможно. "Ты стоишь у нас на пути, малыш. Убирайся отсюда." Героиня с короткой стрижкой встала перед ним, глядя на его застывшую фигуру через плечо. Взгляд, который он бросил на нее, был лишен всякого выражения, что, вероятно, выглядело немного странно, учитывая ситуацию. Она повернулась обратно. “Мы можем справиться с этим сами, эвакуируйся вместе со всеми”. Мир Изуку все еще кружился, когда он оцепенело смотрел на сцену, разворачивающуюся перед его глазами. Что-то большее, чем два гигантских существа. Изуку был уверен, что Иида никогда бы не ушел, если бы знал, что происходит. Он был в USJ и знал о гигантском существе, которое было послано убить Всемогущего. Это означало, что он ушел до того, как началась атака, и было только одно, ради чего Иида мог нарушить все правила. Его брат. На которого напал Стейн в Хосу. Спотыкаясь при попытке убежать, Изуку отвернулся от монстров, с которыми “разбирались” профессионалы. Он тяжело дышал, когда бежал по глухим переулкам, и его дрожащие пальцы наконец-то смогли застегнуть наручи на предплечьях. Он не смог бы сделать это снова. Его мать. Его учителя. Его друзья. Нет. Он бы этого не допустил. Никогда. Больше. Достав из кармана телефон, он скользнул взглядом по обманчиво тихим переулкам. У него было не так много людей, с которыми он мог связаться, и еще меньше тех, кто мог бы реально помочь ему в тот момент, но он все равно отправил им всем групповое сообщение. Урарака, Тодороки, Каччан. Сотриголова. У него не было времени подумать о том, что с его стороны было очень, очень глупо приглашать профи. У него не было времени, так как он услышал голоса совсем рядом. Один холодный, как лед. Другой пылает горячей, неистовой яростью. У него сдавило грудь. Иида. Тот, сердитый, был Иида. Сомнений не было, хотя его голос был почти неузнаваем из-за нехарактерно неприятного тона. Несмотря на то, что его легкие буквально разрывались от боли, Изуку прибавил скорость. Когда он добрался до выхода из переулка, хватая ртом воздух, замер. Меч сверкнул над Иидой, его другом, чье тело неподвижно лежало на холодной земле. Изуку не думал. Его руки поднялись вверх практически сами по себе. Он сжал ладони в кулаки. Из верхней части наручей протянулись два тонких провода, которые под действием легкого дуновения воздуха потянулись вперед, пока не соединились с твердой поверхностью костюма героя Ииды. Звук, с которым они впивались в материал, заставил его сердце подпрыгнуть. Едва заметное сжатие его кулаков натянуло веревки, и застывшее тело Ииды притянуло к Изуку. Это произошло не так быстро, как ему хотелось бы, и он слегка напрягся от внезапного веса, но этого было достаточно. Меч ударился о бетон с яростным металлическим скрежетом. Иида остановился в паре футов от своего защитника. Хотя его тело все еще было приковано к месту, на глаза, казалось, не так сильно подействовала сила, которая это сделала, и он поднял голову, чтобы посмотреть, что удержало его от неминуемой смерти. Он поперхнулся именем другого мальчика, его лицо исказилось от ужаса и вины. “Мидория??” Когда его сжатые кулаки разжались, провода, прикрепленные к костюму Ииды, ослабили свою крепкую хватку и плавно вернулись на место. На лице Изуку появилась неуверенная улыбка, когда он восхитился тем, что у него действительно получилось, и она стала еще шире, когда он расправил свои вздымающиеся плечи и перешагнул через неподвижное тело Ииды. "Не волнуйся, Иида." Его голос лишь слегка дрогнул, когда он встретился лицом к лицу с Убийцей Героев. "Я защищу тебя." _________________________________________ Они сбились со счета. Сколько ложных звонков о преступных нападениях было сделано в агентства по всей Японии за последние несколько недель? Шота и Цукаучи даже не могли предположить, что произошло. В конце концов, это было бы раскрыто, если бы тот, кто за это отвечает, продолжал свою маленькую аферу с текстовыми сообщениями. Где-нибудь по пути они бы напали на след. Однако, совершая почти законные звонки через небольшие агентства? Отследить это было практически невозможно. Вместо того, чтобы звонить по поддельному номеру, они звонили по реальному номеру агентства. Это была настоящая проблема. Кто бы ни был ответственен за это, они были настоящей занозой в заднице. Однако самым худшим во всем этом, хуже, чем взлом, выдача себя за кого-либо и погоня за дикими гусями, на которую их отправили, было то, что это помогало. Выбранные профессионалы, казалось, были специально подобраны для атак злодеев, с которыми им было поручено разобраться; без сомнения, благодаря взлому HN. Помимо всего прочего, он был аналитиком? Кем бы они ни были, они были настоящей занозой в заднице. Они просили, просто умоляли, чтобы HPSC вмешалась. Для “Общества героев” это выглядело не слишком хорошо, когда случайные линчеватели проявляли героизм. (Если, конечно, они не были санкционированы HPSC). Задействованные в этом агентства-герои из числа мелкой сошки были названы “перспективными” и “домами новых крутых профи” только за то, что они своевременно и качественно реагировали на поток звонков. Как там говорилось? Если это слишком хорошо, чтобы быть правдой, то, может быть, так оно и есть? В версии HPSC это звучит так: Если это слишком хорошо, чтобы быть правдой, вы должны благодарить нас. Какой-то сопляк по ту сторону экрана выставляет их в выгодном свете, даже не подмигнув в их сторону? Комиссия не несет ответственности, поэтому сайт придется закрыть. Надолго. Вместе Шота и Цукаучи пришли к соглашению, что вовлечение больших шишек на столь ранней стадии расследования было бы... контрпродуктивным. Они хотели выяснить, кто это был, но в то же время им было необходимо действовать осторожно. Невозможно было узнать, к какой информации имел доступ этот человек. Если бы они пронюхали, что за ними ведется охота, и узнали через HN, что против них мобилизованы профессионалы и полиция, они могли бы просто исчезнуть навсегда. Шота не собирался нормально спать всю ночь, пока не встретится лицом к лицу с маленьким засранцем, который отправил его на этот вызов. Уткнувшись в досье в сотый раз за последние несколько недель, Шота провел рукой по волосам. Он не собирал никакой новой информации, просматривая страницы. Перечитывая тексты, он ни на шаг не приблизился к их поиску. Он ничего не понимал в многочисленных страницах кода, которые они пытались разгадать. В целом, его "опыт" на самом деле не сильно помог. Помимо личной мести, его не удерживало то, что его студенты были на стажировках. Впервые в жизни у него появилось время, чтобы посвятить себя делу. Либо так, либо он отправлялся на патрулирование, а он не горел желанием совершать обход после полуночного фиаско. Он продолжал превращать свои мозги в кашу из-за какого-то мудака с комплексом героя. Воспользовавшись минутным перерывом в своей вечной головной боли, он взял телефон, чтобы отправить Хизаши сообщение о регистрации. Он ушел патрулировать пару часов назад, и у него еще оставалось несколько дел, но им нравилось следить друг за другом. На всякий случай. Прежде чем он успел отправить короткое сообщение, его палец переместился, чтобы навести курсор на кнопку, пришло другое сообщение. Сообщение с неизвестного номера. Он сразу насторожился. Они снова вернулись к этому? Это казалось довольно глупым, учитывая, что они нашли гораздо более эффективный способ ведения дел. Несмотря на эту мысль и здравый смысл, подсказывающий ему проигнорировать ее, Шота открыл сообщение. Это был пин-код с указанием местоположения. Он поднес телефон ближе, сжав пальцы, чтобы увеличить изображение и посмотреть, куда указывает пин-код, когда над сообщением появилось изображение Хизаши. Он закатил глаза, как будто не собирался отправлять сообщение своему мужу менее 30 секунд назад, и ответил. "Что, Хизаш...” “Ты видел новости?” Он оборвал себя. Шота оперся локтем на их обеденный стол и повернулся вполоборота, чтобы посмотреть на телевизор в углу. Как обычно, он был выключен. “Ты же знаешь, я не смотрю новости”. По его мнению, он видел достаточно того, что происходило в мире, благодаря его выбору профессии. Ему не нужны были новости, чтобы понять, что это дерьмовое место. “Что происходит?” "Включи его." Слова было трудно разобрать из-за громкого гула на заднем плане, но суть он уловил. Шота что-то проворчал себе под нос и заставил себя подняться, чтобы сделать то, о чем его просили. "Разве ты не должен был работать? Что это за шум?” “Я был там! Я имею в виду — я здесь. Я остановился перекусить, и, пока я сидел, по телевизору показывали новости”. Подойдя к дивану, потягиваясь и хрустя суставами, он взял пульт и включил новости. Потребовалось несколько мгновений, чтобы всё включилось, и только когда на экране появилось изображение с высоты птичьего полета, на котором было видно поднимающееся пламя на людной улице, пульс Шоты участился. “Что это?” Последовала короткая пауза, прежде чем Хизаши выпалил: “Это те существа. Похожие... на того, из USJ. Ному, верно? Они напали на Хосу”. Он был один в своей квартире, и никто не мог увидеть, как побледнело лицо Шоты. Он наблюдал по телевизору, как дрожащая камера остановилась на одном из Ному, его обнаженный мозг стал таким наглядным напоминанием о том дне, что Шота рефлекторно отступил на шаг. Боль от того, что его руки ломаются. Ощущение огромной ладони, сжимающей его затылок. Его лицо соприкасается с бетоном. Затем еще раз. И снова. И снова. "Ну и что?" Рука, в которой он держал телефон, опустилась. Он едва расслышал обеспокоенный голос Хизаши, но этот звук вернул его в настоящее. Он поднес свободную, трясущуюся руку к лицу, смахивая капельки пота, выступившие на лбу, и снова поднес телефон к уху. "Я здесь." Никто, кроме Хизаши, не уловил бы резкости в его тоне. Шум на заднем плане стал тише, как будто Хизаши отошел в более уединенное место, чтобы избежать этого. Он беспомощно вздохнул. “Прости. Я должен был догадаться. Это было... глупо. Мне жаль. Но послушай, настоящая причина, по которой я позвонил, не в том, что... один из твоих детей в Хосу, не так ли?” Мозг Шоты, наконец, осознал ситуацию. Да. Один из его детей был в Хосу. "Иида." Сказал он голосом, полным мрачного признания. На другом конце провода он услышал, как Хизаши тихо спросил что-то о Тенсее, но его мысли были где-то в другом месте. Он убрал телефон от уха и вернулся к сообщению, которое получил перед тем, как ответить на звонок Хизаши, прищурившись, когда он еще раз изучил местоположение. Шота не очень-то верил в совпадения. Булавка была в центре всего, прямо в центре Хосу. Он даже не успел поднести телефон к уху, как сказал: “Мне придется тебе перезвонить”. И повесил трубку невнятно бормочущего Хизаши. На самом деле не имело значения, кто был на другом конце провода. У него не было номера Ииды; это вполне мог быть он сам. Возможно, таинственный линчеватель решил попробовать свои силы в более физическом плане и оказался втянутым во что-то большее, чем планировал. Шоте было наплевать. Если и было что-то, чему он научился у Ному в USJ, так это то, что выступление против кого-то может легко обернуться смертным приговором. Никто, каким бы раздражающим он ни был, не подвергся бы такой участи, если бы у него было право голоса в этом вопросе. Он не отрывал телефон от лица больше, чем на несколько секунд, прежде чем вернуть его обратно. Он мерил шагами гостиную, прижимая свободную от телефона руку к шее, словно защищаясь, пока не включилась линия экстренной помощи. "Это..." “Это профессиональный герой Сотриголова, код 84958. Мне нужно, чтобы команда Профессионалов немедленно отправилась в указанное место. Сообщите мне, когда будете готовы получить”. Хотя оператор, казалось, была не слишком довольна его грубым отношением, она добросовестно выполнила свою работу. Через несколько минут она отправила запрос в полицию штата Хосу и в местные агентства Про героев. Повесив трубку, он позвонил ещё раз. Агентство Мануала. Они подтвердили, что да, Мануал и его стажер были на патрулировании во время нападения. Нет, они не подтвердили свое местонахождение. Да, они сообщат информацию в школу, как только все уляжется. Это было лучшее, что они могли сделать, учитывая обстоятельства. Повесив трубку в последний раз, Шота застыл как вкопанный посреди комнаты. Была одна вещь, которую он действительно терпеть не мог, одна вещь, которая причиняла боль похлеще, чем 100 ударов лицом о бетонную плитку. Он терпеть не мог чувствовать себя бесполезным. К сожалению, геройство давным-давно научило его, что иногда... От этого просто невозможно было убежать. Как бы он ни старался. _________________________________________ Стейн выпрямился, опершись на меч, и посмотрел на мальчика, который встал перед претендентом на роль героя. Он был маленького роста. Довольно тощий. В своих синих джинсах и футболке, с красными шнурками на ботинках, он больше походил на ребенка, чем на того, кто собирался заставить замолчать. Хотя его глаза— Изуку Мидория принял свободную боевую стойку. Или, по крайней мере, что-то похожее на то, что он видел у Каччана. Стейн не сразу двинулся с места для удара, наблюдая со своего места посреди переулка, как Изуку изо всех сил пытается улыбнуться. Если быть честным с самим собой, он не совсем продумал все до конца. Его слова прозвучали немного неубедительно, даже для его собственных ушей. “Я защищу тебя!” Чем, добрыми намерениями? Позитивным мышлением? Ему следовало спрятаться за кулисами. Слишком мало, слишком поздно. Он постарался, чтобы эти мысли не отразились на его лице, и оглянулся, чтобы проверить, не ранен ли Иида. “С тобой все в порядке? Ты можешь двигаться?” “Что ты делаешь?” Иида сплюнул. Его голос все еще был таким незнакомым, словно он по-каччански подражал своему доброму, ответственному другу. Это заставило Изуку поморщиться. “Убирайся отсюда, Мидория. Это не имеет к тебе никакого отношения! Оставь его. Он мой”. Все еще поглядывая на Ииду краем глаза, Изуку слегка покачал головой. Он повернулся, чтобы посмотреть на Убийцу Героев, который начал двигаться вперед. Когда он ответил, его голос звучал ровно. Конечно. "Я не дам тебе умереть." Хотя Иида не мог видеть Пятна, он слышал резкий скрежет одного из мечей, когда тот волочился по земле. Изуку стоял на страже перед ним, неискушенный, необученный мальчик, которого собирались убить из-за его выбора. Этой мысли было достаточно, чтобы вызвать у него тошноту. ”Оставь его в покое, злодей!" Слезы потекли по его лицу, когда он боролся с силами, приковывающими его к земле. “У него нет причуды, он не может защитить себя! Он даже не пытается стать одним из Героев, которых ты, по твоим словам, презираешь, так что не трогай его! Это касается только нас с тобой!” Звук металла о бетон замедлился, а затем и вовсе прекратился. Пот градом катился по его лицу, когда он попытался повернуть голову, но это было бесполезно. Иида был вынужден не смотреть, а прислушиваться к звуку внезапных шагов и вздоху Изуку. "Нет! Оставь его в покое! Тебе нужен я!” Он слышал, как Изуку борется над ним, но не услышал звуков, которых так боялся. Не было ни криков, ни лезвий, рассекающих кожу. Вместо этого он услышал легкое ворчание и более медленные, более зловещие шаги. Когда Стейн перешагнул через его тело и оказался в поле его зрения, сжав руку на горле Изуку достаточно сильно, чтобы подавить его, Иида благословил тот факт, что тот не мог отступить. Ему не нужно было становиться слабее, чем он уже был. "Как ощущения?" Спросил Стейн, не снимая кроваво-красного шарфа из-за отсутствия ветра. Его слова были прерваны криками вдалеке, горьким напоминанием о Героях, которые изо всех сил пытались остановить Ному, напавшего на Хосу. “Быть настолько неполноценным по сравнению с кем-то, чье существование считается устаревшим в этом обществе фальшивых героев? Для того, кто никогда не сможет стать достойным, быть ближе к нему, чем ты? Это, должно быть, стыдно”. Иида прекратил сопротивление. Он увидел, как Изуку, который изо всех сил сопротивлялся хватке мужчины, тоже застыл в шоке. Его руки по-прежнему крепко сжимали запястье Стэйна, но зеленые глаза расширились. А затем посуровели. "Возьми свои слова обратно!" Слова вырывались у него с трудом, из-за ладони, прижатой к горлу. “Тенья собирается стать невероятным героем. Он хочет спасать людей...“ Хватка Стейна усилилась, и слова были прерваны хрипящим звуком во рту. Изуку с удвоенной энергией принялся царапать руку Стэйна. “И что, как это звучит?” Герой-убийца замолчал, позволяя крикам и реву пламени стать более четкими. “Невинные люди находятся в опасности, пока мы говорим, и в чем заключаются приоритеты этого человека? В ненависти. В мести. Скажи мне, мальчик. Что это за Герой, который ставит свои собственные желания выше желаний людей?” Изуку, не в силах ответить, только сердито посмотрел на него. Стейн усмехнулся. “Вот почему есть только один достойный Герой. Всемогущий достоин. Он настоящий герой”. Стейн мельком взглянул на мальчика, который был у него в руках, и рука, сжимавшая шею Изуку, сжалась чуть сильнее. Затем, без предупреждения, отбросил его к одной из стен переулка. Иида услышал только глухой удар, а затем резкий вдох. Ничего больше. “Я верю, что ты тоже мог бы быть достойным. В лучшем мире”. Слова Убийцы Героев звучали почти с жалостью. Почти. "Мидория!" "Сейчас." Стейн сделал несколько шагов, отделявших его от Ииды. Он опустился на колени перед неподвижным телом, меч блеснул в тусклом свете всего в нескольких дюймах от его лица. Иида подавил рыдание и закрыл глаза. "Кажется, я собирался изгнать еще одного Фальшивого Героя из нашего перенасыщенного общества." Легкого дуновения воздуха и раздраженного выдоха Убийцы Героев было достаточно, чтобы Иида осторожно открыл глаза. Он был неплотно обмотан одним из проводов от наручей Изуку; не настолько туго, чтобы принести пользу, но достаточно, чтобы отвлечь его от того, чтобы приставить меч к горлу Ииды. "Всемогущий..." Прохрипел Изуку, прислонившись к стене переулка и вытянув руку. Его лицо исказилось от боли, грудь тяжело вздымалась, но он смотрел на Стейна со всей серьезностью профессионала. "потрясающий. Он был моим кумиром всю мою жизнь. Но он человек, а не бог. Я..." У него перехватило дыхание. "Я понял это на собственном горьком опыте." Он опустил руку и разжал кулак, проволока соскользнула на место, а сам он зашелся в приступе кашля. Несколько секунд спустя, когда приступ головокружения заставил его сделать отчаянный вдох, Изуку оглянулся и увидел возвышающегося над ним Стейна. Его глаза сверкали безумием, которого раньше в них не было. Изуку лихорадочно оглядел оба конца переулка, голова у него шла кругом, когда он пытался придумать план, как спастись от того, что собирался сделать Стейн, но было уже слишком поздно. Наклонившись, чтобы снова схватить Изуку за шею, Стейн подтащил его, кричащего, к кирпичной стене, пока они не оказались лицом к лицу. Глаза в глаза. Ноги Изуку изо всех сил пытались коснуться земли, шнурки болтались, когда он брыкался, но это было бессмысленно. Он всегда был невысоким для своего возраста. "Возможно, дитя, я смогу оказать тебе услугу и забрать тебя из этого мира, который относится к тебе с таким презрением." Грубый меч, которым он размахивал перед Иидой, впервые повернулся к Изуку. Он коснулся его щеки, врезавшись в мягкую кожу между веснушками, и поверг его в панику. Он боролся с захватом, отчаянно хватая ртом воздух, и поднял одну руку. Сжав кулак, он отбросил проволоку на другую сторону переулка, желая, чтобы она зацепилась за кирпичную стену напротив них. Она не долетела. Конечно, не долетела. В конце концов, Маиджима был прав насчет временных рамок. Он так и не закончил программировать датчики. Когда провод бесполезно упал на землю, Изуку перестал сопротивляться. Он разжал кулак. Проволока скользнула по грязному бетону, выглядя настолько уныло, насколько это возможно для неодушевленного предмета, и вернулась на место. Его лицо покраснело от усилий, с которыми он делал судорожные вдохи. В уголках его глаз появились слезы, скорее от борьбы, чем от каких-то особых эмоций. Все было в порядке. Если ему суждено умереть, то он хотел бы умереть как герой. Он сможет увидеть свою мать. Он уберется с дороги Каччана. Возможно, Стейн окажет ему услугу. Он закрыл глаза. Он не слышал, как Иида выкрикивал его имя, охрипшим от отчаяния и горя голосом. Поэтому он, конечно, не мог слышать шагов, которые приближались к ним по улице, или видеть языки пламени, которые освещали переулок ярко-оранжевым светом. До тех пор, пока жар не заставил его вырваться из ослабевшей хватки Стэйна. Изуку сполз обратно по стене и схватился руками за горло, хватая ртом воздух, пока его легкие жадно вбирали в себя все, что могли. Он инстинктивно отпрянул от руки, опустившейся ему на плечо, но быстро понял, что, в отличие от руки Стейна, она была ненамного больше его собственной. Когда он открыл глаза, чернота исчезла, и он был потрясен, увидев Тодороки, присевшего рядом с ним. На его лице отразилось беспокойство. "Ты в порядке, Мидория?" Изуку мог только разинуть рот на несколько мгновений, его глаза налились кровью, когда он посмотрел на Тодороки с выражением, которое ясно говорило о том, что он не совсем уверен, что тот настоящий. В конце концов, прошло меньше недели с тех пор, как Изуку набросился на него в кафетерии. Прошло меньше недели с тех пор, как Тодороки ясно дал понять, что не будет использовать огненную половину своей причуды. И все же он стоял перед Изуку, а из левой половины его тела вырывались языки пламени, причем не где-нибудь, а в Хосу. "Чт..." Снова закашлявшись, Изуку с трудом смог выдавить из себя лишь жалкий хрип, "как?" "Я получил твое сообщение." Встав, Тодороки повернулся лицом к Убийце Героев. Выражение его лица было холодным, почти невозмутимым, как будто он смотрел не на убийцу. Стейн, скорчившийся со своим окровавленным мечом в нескольких футах от него, выглядел не слишком довольным вторжением еще одного подростка. “В следующий раз, если ты захочешь чего-то, сообщи больше подробностей. Конечно, я подумал, что ты не из тех, кто просто так отправляет загадочное местоположение, поэтому я пришел посмотреть, в чем дело. Я рад, что сделал это.” Бросив быстрый взгляд на Ииду, который все еще лежал на земле, Тодороки раздраженно фыркнул. “Иида, ты можешь пошевелиться? Нам нужно убираться отсюда. Профессионалы будут здесь с минуты на минуту”. “Я... не могу”. Кулаки Ииды застучали по цементу. “Это его причуда. Он порезал меня, и теперь я парализован. Вот так”. "Вот что..." Изуку попытался произнести что-то похожее на объяснение причуды Героя-убийцы, но его быстро прервало другое пламя, охватившее переулок недалеко от Ииды. Пламя, до жути похожее на пламя Тодороки. Вот только Тодороки стоял прямо перед ним с напряженным выражением лица. Убийца Героев увернулся от атаки, ловко запрыгнув на пожарную лестницу и бросив взгляд в сторону источника. “А вот и ты, Шото”. Охваченный огнем, который, казалось, охватывал большую часть его верхней половины, Старатель лишь на мгновение задержал взгляд на происходящем перед ним, прежде чем тихо пробормотать: “Хм. Мне было интересно, куда ты подевался, но я никогда не предполагал, что ты окажешься с серийным убийцей во всей этой неразберихе”. Шагнув вперед, Старатель ухмыльнулся, прикрывшись огненной растительностью на лице. Он махнул рукой местным Героям, стоявшим позади него. “Уведите отсюда этих детей. Я разберусь с Убийцей Героев”. "Не дай ему порезать тебя" рявкнул Тодороки отцу, который едва удостоил его взглядом, когда подошел ближе. "Его причуда не позволит тебе пошевелиться, если он это сделает." Решив, что разговора между ним и Старателем более чем достаточно, Тодороки поднял Изуку с земли и обнял за плечи. Пара героев пронеслась мимо, чтобы помочь подняться Ииде, который не сдвинулся с места. Над ними рассмеялся Стейн - маниакальный звук, который был прерван вспышкой пламени, посланной, чтобы поглотить его. "Пойдем, Мидория." Пробормотал Тодороки. Он потянул его к небольшой группе ожидающих героев. Изуку не сопротивлялся. Он позволил увести себя в относительную безопасность на улицу, где их увели подальше от битвы, в буквальном смысле происходившей в веренице переулков позади них. Опустившись на бордюр, Изуку почти не обращал внимания на царящий вокруг хаос. Рука Тодороки оставалась на его плече, успокаивающий жест, но даже его внимание было приковано к драке, происходившей между его отцом и Стейном. Остальные герои слонялись вокруг, время от времени поглядывая на двух мальчиков, но в остальном выглядели немного растерянными. Они не знали, как помочь в ситуации, когда пламя Старателя могло настигнуть их так же легко, как и его цель. Иида вышел из переулка сам всего через несколько минут. С ним все было в порядке. В свете уличных фонарей было легче разглядеть его окровавленную руку на фоне белого костюма, но он, казалось, не обращал на это внимания, направляясь прямо к Тодороки и Изуку. Его очки пропали, вероятно, они разбились в переулке позади него, а по лицу все еще текли слезы, но он выглядел решительным. Как только он подошел к ним, руки его были крепко сжаты в кулаки, и он низко поклонился. Он говорил, опустив голову, и голос его был хриплым от волнения. “Я хотел сказать, что приношу извинения за свои действия. Я был ослеплен жаждой мести, и это заставило меня вести себя неподобающим для будущего героя образом. Может, он и злодей, но Стейн был прав. Мидория, - когда он слегка приподнял голову, чтобы посмотреть на спину Изуку, в его глазах стояли слезы - ты действовал гораздо героичнее, чем я. Ты настоящий друг. Я никогда не смогу компенсировать ту опасность, которой подверг тебя, и об этом я искренне сожалею." Когда Изуку повернулся всем телом, чтобы посмотреть на Тенью, выражение его лица было мягким. "Все в порядке, Иида." прохрипел он, слегка скривив лицо от дискомфорта. Тем не менее, он продолжал. "Ты станешь потрясающим героем, которым будет гордиться твой брат." Он отвел взгляд от вспышки огня вдалеке. "И мне тоже жаль. Я должен был видеть, через что тебе пришлось пройти, и сделать больше, чтобы помочь. Если бы я это сделал, возможно, ничего бы этого не случилось. В любом случае, я рад, что ты в безопасности. И я знаю, что твой брат тоже будет рад.” Если плечи Ииды начинали дрожать, пока он оставался согнутым, Изуку делал вид, что не замечает этого, демонстративно поднимаясь с края тротуара. Тодороки быстро подал ему руку. "Тебе не следует разговаривать, Мидория. Просто отдохни." Отдых, безусловно, был на повестке дня. Он дрожал как осиновый лист, а на его шее уже начали появляться синяки в форме большого отпечатка ладони. Он благодарно улыбнулся Тодороки, несколько удивленный его заботой. Хотя Изуку заключил сделку с Тодороки по доброй воле, он и представить себе не мог, что озлобленный, холодный парень, с которым он познакомился на спортивном фестивале, станет таким хорошим другом. В тот момент он действительно был благодарен ему. И все же он не мог расслабиться. Еще нет. Не раньше, чем Стейн окажется за решеткой, а Иида - в безопасности. Поэтому, несмотря на совет, он отошел на несколько шагов от группы. Его руки рассеянно теребили ремешки наручей на предплечьях, пока он расхаживал взад-вперед, блуждая мыслями. Они сработали. Тоже неплохо, за исключением той части, где он чуть не погиб. "Хорошо" было достаточно для проходных баллов, если бы Маиджима не дисквалифицировал проект за незаконное использование за пределами кампуса. Он подписал их и все такое, как и должен был, но Изуку не был уверен, что это было достаточно веской причиной, чтобы уберечь его от потерь в результате недельной работы. Он мог только надеяться. “Скорая помощь скоро будет здесь!” Крикнул один из героев из переулка позади них, размахивая рукой в воздухе, чтобы привлечь их внимание. Иида, наконец, поднялся со своего согнутого положения, с покрасневшими глазами, и крикнул в знак благодарности. Тодороки даже не пострадал, поэтому он не потрудился ответить. Изуку рассеянно кивнул. Никто из них не заметил Ному, пока не стало слишком поздно. Пока Изуку не оказался в его когтях и не оторвался от земли Внезапно налетевший ветер унес его в ночь, и он не смог закричать, но сердце его выпрыгнуло из груди. Снизу донеслись тревожные крики, пока его друзья и профессиональные герои пытались придумать способ помешать существу сбежать. Несмотря на все их причуды, они не могли противостоять чему-то, что могло взлететь в воздух. Не без того, чтобы повредить Изуку в процессе. В этот краткий миг ослепляющей паники Изуку попытался придумать стратегию, используя причуды Профессионалов, которые были ему известны, чтобы докричаться до группы. Что-то. Что-нибудь. Ничего не последовало. Его глаза дико метались в поисках хоть какого-нибудь способа спастись, когда он заметил Стейна, бегущего по крышам, а Старатель следовал за ним по пятам. Его шарф был опален и местами все еще горел, маска превратилась в лохмотья, но он бежал к Ному, который держал Изуку в когтях. Изуку даже не успел задаться вопросом, почему, когда он увидел, как Убийца Героев поднес один из своих мечей ко рту. Его язык скользнул по шершавому металлу клинка, и Изуку упал. Острые когти ному впились в кожу на его талии, но силу причуды Стейна нельзя было недооценивать. Земля поднялась ему навстречу с неприятным хрустом. Многочисленные шаги приближались к тому месту, где он лежал, совершенно неподвижно, с явным беспокойством, когда они призывали его откликнуться. Самое большее, что он смог выдавить, - это страдальческий стон. Тодороки подошел к нему первым, мягко положив руку ему на спину, и посмотрел на что-то, чего Изуку не мог видеть. “Слово "герой" потеряло всякий смысл в этом обществе. Мир наводнен фальшивками и преступниками, подобными вам, которые преследуют мелочные мечты!” Всего через несколько секунд раздался нечеловеческий визг, за которым последовал отвратительный глухой удар. “Они все должны быть уничтожены”. Изуку едва успел поднять взгляд. След от ножа, вонзившийся в мозг ному, был выдернут вместе с потоком крови. Склонившись над трупом, он медленно повернулся к группе Героев, ошеломленно стоявших на улице, в глазах его не осталось ничего человеческого. Когда он открыл рот, чтобы заговорить, и его маска соскользнула, впервые открывая его лицо, Старатель выпустил свой огненный шар с крыши над головой. Стейн молчал. Все молчали. Потребовалось несколько мгновений, особенно до тех пор, пока среди группы не появился Старатель - яркий, но резкий сигнал к пробуждению, который заставил остальных профессионалов начать отдавать приказы. Сильно обгоревший Стейн был тщательно связан, пока они ждали прибытия машин скорой помощи. К тому времени, как они это сделали, всего через несколько минут, Изуку снова был в состоянии двигаться. Не то чтобы он этого хотел. При падении у него была сломана нога, а также пара ребер с левой стороны. Учитывая его почти сломанную трахею и вероятное сотрясение мозга? Он чувствовал себя лучше. Тем не менее, он старался не обращать внимания на дискомфорт, даже когда парамедики осматривали его ноющие бока, проверяя, нет ли переломов. Он не думал, что Иида сможет справиться с чувством вины. Всех троих мальчиков усадили в одну из машин скорой помощи. Ииду и Изуку перевязали, Изуку - более плотно, и уложили на каталку, чтобы не травмировать его сломанные кости, но Тодороки просто укрыли противошоковым одеялом, которое было свободно обернуто вокруг его плеч. Он привлек внимание каждого из них, взглянув на них по очереди, отвлекая их от мыслей о том, какой хаос творится снаружи. Выражение его лица было таким же пустым, как и всегда. “Я думаю, мы могли бы взять его с собой”. Изуку фыркнул, когда двери закрылись.