Я - Жон: Или же своевольное проявление

Том 2: Никогда не давай фавну денег

— Не стоило мне тебе доверять, — произнесла Блейк. — Это было моей первой ошибкой.

Я скривился.

— А второй?

— Тоже доверять тебе. Это было настолько ужасным решением, что оно считается сразу за три ошибки.

***

«Как сказал мой Папа: Относись к девушкам так же, как к своей матери.

Как сказала моя Мама: Не верь бабам — пользуйся резинкой».

В некотором роде мне следовало радоваться. Я всегда боялся, что превращусь в своего отца. Вместо этого я превратился в свою мать. А точнее, в её вагину. Иными словами — в источник бесконечных разочарований. В подобные моменты я предпочитал отключать свой мозг и переходить на автопилот. Не помню, когда именно я вернулся в свою комнату. А также, сколько времени мне довелось поспать, прежде чем проснуться и начать на автоматизме заниматься утренней рутиной, одновременно с этим пытаясь отойти от медикаментозного похмелья. Поссать. Побриться. Застелить постель. Убедиться в презентабельности своей обуви. Заглянуть в выданный мне паршивый шкафчик, чтобы проверить форму. Но форма оказалась явно неправильной. Вместо неё был какой-то бордовый школьный наряд. Несколько секунд озадаченно стою в тёмной комнате, прежде чем, наконец, опомниться. Вся фишка качественного промывания мозгов заключается в том, что когда его эффект заканчивается, ты даже не замечаешь, что с тобой что-то было не так. А если и замечаешь, то тебя все равно всё устраивает. Подобное даже к лучшему. Во всяком случае, когда ты трезвый. Это Академия Бикона, а не военный лагерь. Я был сомнительной пародией на Охотника, а не игрушечным солдатиком. Новая волна смятения. В этот раз снова пытаюсь вспомнить, кто я такой. В моей голове была такая путаница, что на попытки расставить всё по своим местам потребовалось время. Столько разных людей в моём сознании. Взявшись за виски, я выругался под нос. Меня охватила тоска по дому. Что странно, ведь я даже не мог назвать, где конкретно был мой дом. Ноксвилл? Тампа? Форт-Хуачука? Вашингтон, округ Колумбия? Кажется, у меня из носа потекла кровь. Похоже, погрузившись в свои мысли, я неосознанно начал ковыряться в носу. Фу. Нужно было чем-то себя занять. Достаю из шкафчика помятую одежду, разворачиваю её и начинаю складывать заново. Это называлось «рейнджерским способом», помогающим сделать рубашки и нижнее бельё максимально компактными и удобными для транспортировки. Брюки так тоже можно было складывать, но с ними у меня получалось хуже. Упаковывать вещи на свежезастеленной постели было приятно. Привычные, рутинные движения. И вот, всё готово, но теперь-то что? На улице по-прежнему была темень, да и к тому же выходной, так что девушки вставать рано явно не будут. Меня одолевало навязчивое желание сделать хоть что-то. Если я не отвлеку себя какой-нибудь работой, то неизбежно свернусь в депрессивный клубок от мыслей о своём ближайшем будущем. Одеваюсь, цепляю на себя наушники и выхожу из комнаты, всеми силами игнорируя острую потребность в никотине и выпивке. И лишь затем осознаю, что просто стою, пялясь на торговый автомат в казарме. Эм, общежитии? Как бы оно там ни называлось. Слегка гудящий, тускло светящийся автомат посреди тёмного здания. Я уставился на своё отражение, а затем протянул руку и дотронулся до него. Однажды я уже разбил торговый автомат в приступе алкогольной горячки. Мы с парнями смотрели Супербоул, выпили столько, что воспоминания о том дне подчистую стёрлись. Как мне потом сказали, я умудрился украсть чьё-то бельё, помочился на дверь, получил выговор от сержантов, в пьяном бреду решил, что сержанты пытаются меня изнасиловать, после чего с разбега влетел в торговый автомат с такой силой, что своей спортивной комплекцией разбил его в дребезги. Очнулся уже в госпитале Уолтера Рида с диагнозом «тяжёлое алкогольное отравление». Спустя несколько часов после того, как я перестал пить, мне провели замеры, которые показали, что содержание алкоголя в моей крови составило .32. Для справки, при .35 обычно человек должен впасть в кому. А моя толерантность к алкоголю оказалась настолько высокой, что я вполне был способен даже более-менее стоять на ногах. По всем подсчётам, я должен был умереть. Возможно, так и произошло. Всё-таки, детали моего перемещения сюда были чертовски мутными. Один диагноз «алкоголизм» и несколько курсов принудительной терапии спустя, и, ну… Тянусь к бумажнику и обнаруживаю внутри лишь пустоту. Точно, у меня ведь нет ни шиша. Я ради этого и затеял весь план с Белым Клыком. Чтобы получить денег. Но в итоге всё пошло коту под хвост. Диетическая амфетаминовая кола насмешливо смотрела на меня из-за стекла автомата. Я не знал, как быть с работой. С направлением. На Земле армия Соединённых Штатов была моей одержимостью и смыслом жизни. Я жил своей работой. Отдавал себя целиком и без остатка. Но здесь, в Биконе? Тяжело вздыхаю и отправляюсь просто бродить по кампусу. *** Чем больше развеивалась моя дрёма, тем хреновей мне становилось. Тело болело просто адски. Сломанные рёбра, раздробленное запястье, порезы и ожоги, Прах в лёгких. Обычная прогулка до спортзала, который на удивление был открыт в такой час, вызвала у меня отдышку. Зайдя внутрь, показываю своё удостоверение сонному студенту за стойкой и спускаюсь в подвальные помещения тренировочного зала. Он напоминал мне смесь додзё и зала для боулинга. Машины, которые выставляют боевые манекены, некоторые из которых способны двигаться и даже сопротивляться. Место, где выдавали боеприпасы. Несколько матов и дорожек, на которых можно было практиковаться как в ближнем, так и в дальнем бою. Я не знал, существовала ли на Ремнанте концепция правил безопасности при обращении с оружием, как на Земле, но, учитывая это место, стало думать, что нет? Я включил одну из дорожек и зашёл на рабочий стол одного из небольших терминалов. Затем, исключительно из любопытства нажал аналог комбинации windows + R, и представьте себе моё удивление, когда это действительно сработало. Нажатие клавиш сместило интерфейс в сторону, открыв окно «Выполнения программ». Мышь у терминала отсутствовала — управление в основном было сенсорным. Ввожу слово «Управление». Это сработало, и мне открылась панель управления, вот только без прав администратора что-то поменять мне здесь не дадут. Однако зайдя в управление учётными записями, и попытавшись войти в аккаунт админа, оказалось, что в качестве пароля стояло, я сейчас не шучу: «default». И нет, я не был каким-то хакером, просто открыл свой свиток и загуглил самые распространённые пароли для этой операционной системы. IT отдел Бикона явно выполняет свою работу через жопу. С подобными правами я мог удалённо входить в другие терминалы, подключённые к сети тренировочного зала. После примерно часа возни мне удалось запросить два, по одному на каждый компьютер, продвинутых боевых манекена, для использования которых обычно требовалось разрешение учителя, и заставить их сражаться друг с другом. Делал я это, правда, через удобный графический интерфейс, так что ничего впечатляющего тут нет. Вот так и сидел, наблюдая, как два Вейловских тренировочных робота мутузят друг друга, словно в старом эпизоде «Битвы роботов». У меня не было каких-то конкретных причин этим заниматься. Просто захотелось посмотреть, какие вообще возможности у терминалов. А также, потому что большие боевые роботы с когтями и огнемётами — это круто. — Как ты это сделал? — раздался голос девушки, который застал меня врасплох так, что я аж подпрыгнул. Зря — от стрельнувших болью ран мне тут же захотелось взвыть! Рыжие волосы и ноги, такие же длинные, как класс профессора Порта, ну конечно же я её узнал. — Никки, верно? — но решил сделать вид, что нет. Полнейшая ложь, но я знал, что это одна из тех черт, которые нравились Пирре в оригинальном Жоне. И видит Бог, я пойду на что угодно, лишь бы сгладить отношения с другими студентам. — Вообще-то, Пирра Никос, — сказала она, подойдя к краю тренировочных матов, окидывая взглядом тренажёры. — Мы уже знакомы. — Прости. Когда каждый день видишь столько рыжих красоток, то каждую упомнить не получается. Рыжая подняла бровь, как бы говоря: «Не-а, на мне это не сработает». Шутливо поднимаю руки вверх. Ладно-ладно, я понял. Может Пирра и не самая эмоционально зрелая девушка, но она точно не идиотка. — Мог бы и запомнить имя девушки, которую пригласил на свидание, — сухо сказала она. Делаю паузу. Блин, я и правда что-то такое сказал? Видимо, она так интерпретировала предложение купить ей еды. — А, точно, как я мог забыть. И каков твой ответ? На губах Пирры сверкнул намёк на улыбку. — Ты убежал, прежде чем я успела сказать «нет». Морщусь на её слова. — Ожидаемо, — качаю головой. — Так что ты тут делаешь в такую рань? — Хотела провести утреннюю тренировку, но… — она кинула взгляд на двух полумёртвых боевых роботов. — Ага, как оказалось, Бикону нечего противопоставить моему уникальному стилю боя. Все мои соперники либо загораются, либо ломают себе ноги. Уголок её рта поднялся в улыбке. Она присутствовала на моём спарринге у Гудвич. Не в качестве противника, но она видела мой дебют на ринге. — Странно. Не думала, что неспортивное поведение считается за стиль. — Ну конечно считается, Пирра, — отвечаю ей. — Я называю его: «Лучше ты, чем я». Это древний боевой стиль, пришедший из мифических земель Милуоки. — Хм, — девушка задумчиво постучала по подбородку. — Это явно не звучит как настоящее место. — В точку, — говорю я, делая круговое движение левой рукой. — Оно не настоящее. Так же, как Атлантида или Нуменор. Именно поэтому оно называется «мифической землёй», а не земля, до которой «один поворот налево, после заправки, после чего следуй указателям на I-43». Учи матчасть, Пирра. Мне удалось добиться от неё растерянного смешка. Прогресс! — Ты так и не объяснил, как ты это сделал, — сказала она, показывая своим щитом на умирающих роботов. — Я игралась с их настройками, но запросить подобных у меня никогда не получалось. На мгновение меня посетила мысль рассказать ей все скучные подробности, но я решил, что это будет глупо. К тому же, я уже описал весь процесс пару абзацев назад, нет смысла повторяться перед читателями. — Я человек многих талантов, большинство из которых на публике показывать неприлично, — сделав паузу, продолжаю. — Если хочешь, то мне не составит труда достать такого и для тебя. Потренируешься против лучших ботов академии. Пирра скептически посмотрела на меня, скрестив руки. — Не уверена, что хочу ломать дорогостоящее оборудование без разрешения от школы. Деньги? Её реально волнуют подобные вещи? Хотя с другой стороны, половину моей мотивации идти против Белого Клыка составляли как раз деньги. Что же касается второй половины… эээээ. Забавно, но теперь, будучи до омерзения трезвым, я вспомнил, насколько мало денег мне платили в школьной литейной. Делать термит и взрывчатку, а затем продавать их обратно школе — довольно странный вид студенческой занятости. Возможно, было бы неплохо вернуться к этому занятию: немного денег то тут, то там, и вот, мне уже хватает на финансирование моих амбициозных проектов и зависимости. Махаю рукой, чтобы развеять как свои навязчивые мысли, так и её беспокойство. Наклоняюсь к компьютерному терминалу и произношу. — Эй, какой прок от всех этих крутых штук, если ты ни с кем ими не делишься? Кого волнует злость начальства, Никки? — У меня есть подозрение, что нарушение правил пагубно повлияет на твои шансы остаться в Биконе. Жму плечами. — Меня выгоняли из домов и получше этого. — Например? Я нахмурился. — Ну, например, из родного дома. Мама двинула мне по лицу, и я пьяный убежал в сторону болота, где покусался с аллигатором. Ты, наверное, думаешь, что я просто стебусь над тобой, но нет. Этот дом был лучше, чем школа. Вместо того, чтобы найти мою историю забавной, или раздражённо отмахнуться, как это сделала бы Вайсс, Пирра выглядела обеспокоенной. У неё на лице появилось материнское выражение. — Именно поэтому ты пришёл сюда? Не знал, что делать, и поэтому решил, что Бикон — твой единственный шанс? Подавив глумливую усмешку, я просто отвёл глаза и пожал плечами. — Мы с тобой на одни и те же уроки по психологии ходим. Я же вижу, что ты пытаешься сделать. Она чуть ли не с жалостью посмотрела на меня. — Моя жизнь, конечно, не была настолько суматошной, но в какой-то степени я могу тебя понять. Я решила поступить в Бикон вместо Хейвена, потому что больше не могла выносить жизнь в Мистрале. Мне эти названия ничего не говорили. Видимо, речь о школах Охотников на том континенте в форме дракона. Удивительно, но на трезвую голову вспоминать подобные детали в разы проще. Мне не нравилось это чувство. Но опять же, я вступил в армию Соединенных Штатов, чтобы оставить свою пустую жизнь позади. Пока снова не вернулся к старым привычкам. Прямо как и тут. — Люди, которые просыпаются в такую рань, вроде нас, вряд ли особо довольны своей жизнью. Пирра пожала плечами. — Не пойми меня неправильно, мне нравится, чем я занимаюсь. Даже когда моя напарница упорно пытается поднять меня раньше будильника своим храпом. — Руби? — На пару с Норой. Хм. Команда VYPR. Валькери, Янг, Пирра, Руби, по крайней мере, я так предполагал. Интересно, как тяжело Норе без своего Мулана? Единственной причиной, по которой они не объединились, был сделанный мной на коленке из пары пушек парашют, которым я протаранил не одного ученика по пути через Изумрудный Лес. Такова цена безопасного приземления, после которого мои сломанные ноги не вылезут через жопу. — Валькери держит на меня обиду за то, что я сбил её с курса? — спросил я, беспокоясь скорее о себе, чем о её чувствах. Едва заметная улыбка. — Не думаю, что ты ей особо нравишься. — А кому я вообще нравлюсь? — спрашиваю, качая головой. Она слегка поморщилась, подняв взгляд на потолок. — Мы способны контролировать очень многое в своей жизни. Всегда будут люди, которые будут любить тебя, несмотря ни на что. Верно и обратное. Но чтобы взять свою жизнь под контроль, необходимо начать с себя. Мы — Охотники, и должны помогать друг другу. И сначала ты должен помочь себе. Ведь ты сам — единственная причина, по которой люди могут относиться к тебе плохо. — Никогда не задумывалась бросить стезю Охотницы и податься в психохирурги? — полушутя спросил я. Проведя рукой по рыжим волосам, она тяжело вздохнула. — Нет. Мне нравится, чем я занимаюсь. Да и к тому же, слишком многое на мне завязано, чтобы мне позволили просто так уйти, — она пожала плечами. — Как скажешь, Эми Даллон, — отвечаю ей. Она лишь кинула на меня нечитаемый взгляд. Я притворно прокашлялся. — Короче, да. Спасибо за разговор, Пирра. Наверное, не знаю. Я… — меня одолевают сомнения. Ладно, хрен с ним. — Думаю, я могу быть с тобой откровенен, подруга. Сделаешь мне кое-какое крупное одолжение? — Я не буду покупать тебе алкоголь, — строго сказала она, вся её поза сквозила неодобрением. Из меня вырывается смешок. От столь резкого выдоха раненые лёгкие отдались болью. — С такой поспешностью выводов ты с лёгкостью выиграешь золотую медаль за стометровку, подруга. Нет, это касается работы Охотника. Поможешь мне разобраться с моей аурой? Вот так-то. Меня охватило волнение. Я точно знал, что она способна помочь Жону, и я был этим самым Жоном, вот так всё просто. Вайсс не смогла мне помочь. Блейк, скорее всего, тоже. Это мой последний шанс, всё или ничего. Пирра удивлённо моргнула и сделала шаг назад. — Прости? — Заставь меня светиться в темноте, пожалуйста, — выдаю самую свою обаятельную улыбку. — Как ты вообще умудрился поступить в Бикон без ауры? — спросила она, больше растерянная, чем что-либо ещё. Указываю пальцем на сражающихся роботов. — У меня настоящий талант в том, чтобы драться глупо, а не честно. Я несколько лет подряд занимал последнее место в классе, но при этом не достаточно низкое, чтобы меня отчислили из боевой школы, — ложь в каждом слове? Разумеется. Когда она покачала головой, моя душа упала в пятки. — С этим я тебе помочь не могу, — медленно произнесла девушка, которую внезапно охватил приступ необычайной скромности. Она вела себя так, будто я только что предложил ей попозировать мне без одежды для моих уроков изобразительного искусства. — Ты врёшь, — слова вырвались непроизвольно. Впервые, на лице Пирры проявилось раздражение. Непривычно видеть её такой. — Ты должен был открыть её уже давным-давно. При помощи родителей, из-за травмы или банально в первые годы обучения в боевой школе, со своим напарником. С этим я тебе помочь не могу. — Но! — я стиснул зубы. Она подняла палец, заставляя меня умолкнуть. — Это дело между тобой и твоей командой. Блейк, Вайсс или Шэмрок. Тем, кто тебе ближе всего. Почему я должна помогать тебе ещё больше отдалиться от них? Так ты пытаешься сделать из моей проблемы наглядный урок? Пирра, какая же ты самовлюблённая сука! К сожалению, всё, что мне оставалось — это злобно пялиться на девушку, пока её напыщенный вид не заставил меня остыть. — Ты права, — ответил я, уставившись себе под ноги. На самом деле, я не был с ней согласен и она это заметила. — Лишь они могут помочь тебе с этим, Жон. Если ты смог дойти так далеко без активной ауры, это значит, что ты гораздо более опытный и решительный, чем все вокруг думают. Иди и используй эти качества. Начни работать в команде. Вклиниваться между вами было бы неправильным с моей стороны. Тяжело вздыхаю. Не сегодня, крутые суперсилы, не сегодня. Лечение тоже откладывается, поэтому позаниматься в спортзале, побегать или просто чем-то физическим себя занять, чтобы снять стресс, не получится. — Скоро завтрак, — сказала она. — Думаю, люди, которые должны стать твоими друзьями, будут там. Пожалуйста, постарайся, Жон. Продолжая смотреть себе под ноги, я кивнул. — Да. Ты права. Блин, ненавижу, когда девушка права, а я нет. — Вот это, например, — добавила она, закатив глаза. — Прекратить подобное — хороший первый шаг. Ещё раз кивнув, я последовал её совету. Кафетерий. Команда BASS. Точно, нужно их найти, поговорить. После всей той заварушки с Белым Клыком, возможно, мы действительно станем ближе. Возможно, у меня и вправду, мать твою, получится. Нужно только найти их и воспользоваться этим шансом. — Эй, постой! — раздаётся мне в спину голос. — А кто будет всё это убирать? Точно не я, Пирра. Точно не я.