Ведущая сквозь тьму. Украденная жизнь

- Добро пожаловать в дом легендарного короля Артура!-  Сказал Джеральд, подхватив под руку Эмбер, пошатнувшуюся после очередной телепортации. - Разве могло бы быть более удачное место для столицы магической Британии, чем это? Помимо того, что здесь ещё сохранились камни, что помнят самого известного мага Британии, благодаря тому, что на полуострове совсем нет крупных городов, здесь все ещё пульсирует золотое сердце магии. Мы зовем сей город Треливел. У девочки дыхание перехватило от открывшихся перед ней видов. По зелёным склонам холмов скользили чёрные тени облаков, похожие на быстро движущиеся озёра. В отдалении лодки парили в воздухе над своими перевернутыми изображениями, точно моря вообще не было. Запах вереска пробивался сквозь запах соли и моря. Добродушно усмехнувшись, Джеральд повел Эмбер за собой извилистыми лабиринтами мощённых булыжником улочек, мостов через поросший бледно-розовыми цветами канал, островками двухэтажных домов из тёмно-серого камня с покатыми черепичными крышами. Везде слышалось эхо давно ушедших событий и давно смолкших голосов, и прошлое прикасалось к Эмбер сквозь века, трогая душу. И вот, наконец, они оказались на большой площади, и город неуловимо переменился. Эмбер захлестнули запахи и звуки. Сначала до ее носа донёсся запах каких-то цветов, потом жареных сосисок, яблок в карамели и кренделей. Где-то неподалёку играла незатейливая, но красивая и весёлая музыка. Столица магов бурлила, сверкала, сводила с ума. И Эмбер отчего-то стало легко и радостно. Во главе площади стояло величественное и строгое здание из белого мрамора с большими арочными окнами, напротив него, на другом конце площади возвышалась башня, представляющая собой смесь готического и романского стилей, подпирая безмятежную лазурь неба четырьмя острыми шпилями. Под ними, в углублениях стояли четыре бронзовые статуи  - две женщины в мантиях, старец с посохом и рыцарь. Эмбер высоко задрала голову, рассматривая башню. - Этим часам около шестиста лет. Говорят, что мастера, который их создал, ослепили, чтобы он не посмел сотворить подобное чудо в других городах. Впрочем, похожие предания об умерщвлении или ослеплении  мастеров существуют почти в каждой европейской стране. Видишь те бронзовые статуи? Это король Артур, фея Моргана, Мерлин и владычица озера Нимуэ. После каждого удара часов, они передают друг другу золотой меч. – Не скрывя гордости рассказал Джеральд. Часы на башне и впрямь были столь необычны и восхитительны, что Эмбер не могла оторвать от них изумлённого взгляда. Густо-синий циферблат, в обрамлении широкой белой рамы из белого мрамора, на которой выгравированы цифры, а ближе к центру на ультрамариновом фоне расположился мини-планетарий с зодиакальным кольцом и фигурками солнца и луны из золота. Все вместе составляло сложный механизм, популярный в средневековье – астролябию. Не только стрелки, но и сам диск вращался, таким образом, часы показывали не только время, но и положение Солнца, Луны, месяца и знака зодиака. К башне так же примыкал симметричный фасад четырехэтажного здания с небольшими окнами, украшенными резными готическими наличниками немыслеммо тонкой работы, с таким количеством изящных каменных завитушек, какого Эмбер в жизни не видела, и глубокой на вид проходной аркой. С двух сторон от площади выгнулись дугой лавки-мастерские над которыми висят вензеля или  фамильные гербы, а так же террасы пабов и кафе. Сама же площадь целиком превратилась в ярмарку или даже карнавал. Вертелись карусели с какими-то диковинными животными, вместо обычных лошадок, трепетали флаги, жарились сосики, пеклись пироги, раздавались крики торговцев расхваливающих свой товар, и зазывал, приглашающих народ на аттракционы, в пестрой толпе иногда мелькали пестрые цыганские юбки. Между рядами чинно прогуливались маги и чародеи, с вежливым интересом поглядывая на Джеральда и сопровождаемую им девочку. С некоторыми из них преподаватель остановливался поздороваться, большинство из них живо откликались на приветствие, другие ограничивались вежливым кивком, некоторые же лишь обдав холодным презрением, продолжали свой путь. Присмотревшись к местным жителям, Эмбер решила, что все они одеты престранно и старомодно. Очевидно, мода магического мира значительно отличалась от той, что была привычна девочке. Мужчины носили костюмы-тройки с шейными платками, контрастирующими жилетами или сюртуки. Встречались также маги в просторных полосатых фланелевых пальто с накладными карманами, кто-то щеголял в шляпах-канотье. В пестрой толпе Эмбер заметила  даже процессию, в килтах возглавляемую высоким сухопарым стариком с короткой седой бородкой в сопровождении нескольких очень похожих на него мужчин и юношей. Дамы были одеты горазо более разнообразно - начиная от эмоционально-экспрессивных и мрачно-тёмных цветов, тяжелых тканей и жестких форм, корсетов с передней шнурокой поверх платьев до простых узких силуэтов с широкими рукавами, многослойными кружевами, лентами и живыми цветами. Некоторые чародейки поражали экстравагантностью в нарядах из шёлка, расшитых бисером, а также обилием перьев и драгоценностей. Большинство дам предпочитало скромные блузы с высоким воротником и юбки-колокол, как Сара Доус и Шарлотта из Эппл-Ярд. И все же несколько общих тенденций объединяло всех встреченных Эмбер волшебниц – они все носили длинные юбки или платья, не считая самых маленьких и девочек-подростков, были без ума от шляп и многие из них скрывались от солнца под зонтом, рискуя пропустить этот погожий день. Среди всего этого цветастого великолепия Эмбер в своей кожаной куртке и потертых джинсах казалась горошинкой черного перца среди экзотических фруктов и десертов. - А обычные люди не считают, что посетители этого города выглядят, мягко говоря, необычно? – Обратилась Эмбер к своему провожатому. Особенно её впечатлил тунюр, делавший встречающихся ей дам похожих на гусынь, за счет выделяющейся задней части платьев. Но в этом Эмбер не призналась даже под пытками, делая вид, что каждый день видит накладные попы. - В Треливеле совсем нет неволшвов. Они даже не могут его увидеть, так как он скрыт защитным куполом. – Джеральд указал девочке кивком на небо, и только теперь она заметила едва видимую, отливающую радугой границу, словно город накрыл огромный мыльный пузырь. Джеральд шагал широко, размашисто, Эмбер отставала от него на несколько шагов, пытаясь на ходу заглядывать в витрины. Наконец они остановились у небольшой лавки, которую от других отличала только дверь, выкрашенная в васильковый цвет и медный герб с вороном и яблоком. Не снизойдя до объяснений заинтригованной и сбитой с ног атмосферой магической столицы Эмбер, Джеральд вошел внутрь. Стоило ей переступить порог, как она поняла, что их визита словно ожидали. Мужчина, стоявший в вестибюле, при виде гостей не удивился, на его смуглом, исчерченном морщинами лице появилась почти издевательская улыбочка. Он был полностью седой, низенький и худой, неопределенного возраста – то ли шестьдесят, то ли неизвестно насколько больше. Самым поразительным в его внешности были глаза, тёмно-карие, почти чёрные, зоркие, с на редкость светлыми белками. Не верилось, что они принадлежат человеку. Молчаливо приветствуя гостей, и скользящим шагом он устремился к бюро, минуя высокие резные стеллажи, заполненные волшебными палочками, весами и штанглассами с неизвестным содержимым. - Мистер Ласкарис, позвольте вам представить…- начал Джеральд, когда хозяин лавки обернулся. Но тот снова вскинул левую руку, на сей раз – чтобы профессор помолчал. Потом его вниманием завладела Эмбер, Ласкарис схватил её за руку, а затем потянул за собой и принялся внимательно изучать её лицо. Его манеры и порывистая самоуверенность поражали. От лавочника исходил тонкий шафрановый аромат. - Вашу палочку! – Потребовал грозно Ласкарис. Этот чародей был явно из тех, кто мало смеётся. Лицо его напоминало бесстрастную маску. От носа к уголкам рта пролегали глубокие складки, они словно намекали об опытности, властном характере и нетерпимости к глупости. Совершенно растеряная Эмбер полезла во внутренний карман куртки, чтобы достать палочку, переданную ей Ирмой. Запутавшись в ветоши, а после, неловко скомкав её в руках, девочка, наконец, передала палочку в руки лишь не притопавшего на месте мастера волшебных палочек. - Так-так, - медленно проговорил Ласкарис, поглаживая, нюхая и едва ли не облизывая полированное дерево её палочки. – Мисс Риверс, если я не ошибаюсь. Десять с половиной дюймов, вяз и волос феи Меллюзины. - Как вы всё это поняли? – Не сдержала изумлённого возгласа Эмбер. - Закройте глаза и протяните свою правую руку вперед ладонью вверх!- Продолжал чародей, словно не слыша её. Ничего не бойтесь! Будет немного больно. Когда я положу вам в руку палочку, крепко сожмите её и держите что есть силы. Все вопросы потом! Эмбер не оставалось ничего кроме как следовать инструкциям мастера волшебных палочек: она закрыла глаза и вытянула вперед правую руку. Её тут же обожгло болью, что-то острое быстро порезало ладонь, но не успела девочка испугаться и возмутиться, как почувствовала в ладони дерево палочки и крепко сжала её в кулаке. Ласкарис прошептал заклинание на непонятном языке, и палочка забилась в руке Эмбер словно птица, попавшая в силки. - Ну вот и всё. – Проговорил чародей, когда палочка успокоилась в руке своей хозяйки. – Можете открывать глаза мисс Риверс. - А что это сейчас было? - Ритуал уз, - ответил Ласкарис. – Давайте сюда вашу ладонь, я залечу рану. Мастер волшебных палочек распахнул полы пиджака и достал оттуда собственную волшебную палочку из кожаной кобуры, словно он был детективом из черно-белого нуара. Он произнес еще одно заклинание и небольшая, но глубокая царапина на ладони Эмбер затянулась сама собой, оставив бледно-розовую полоску. Все это Ласкарис проделал  с таким грозным и сосредоточенным видом, что девочка просто не рискнула лезть к нему с расспросами. - Не желаете ли лимонада, юная леди? На улицу жарко, к нему могу предложить свежую клубнику и отменный тминный кекс. Теперь я готов удовлетворить ваше любопытство. - Я бы с радостью, но Джеральд говорил, что у нас сегодня запланировано много дел в Треливеле… - В самом деле, времени у нас не так много, поэтому стоит ограничиться лимонадом и несколькими вопросами, ответы на которые я бы и сам с удовольствием послушал. Позвольте мне всё же первому задать один вопрос. Мистер Ласкарис, значит, вы подтверждаете, что Эмбер и в самом деле является Риверс? - О, так вы еще не были в Лепреконс-экспресс, чтобы пройти проверку на принадлежность к роду? Значит, мистер Кемпбелл, директор решил сначала устроить пробную проверку, чтобы не подвергать девочку напрасной опасности? Очаровательно. Эмбер пронзила Джеральда взглядом полным недоумения и возмущения. Тот же умудрился так пожать плечами, чтобы выразить своё сожаление и при этом не начать оправдываться. - Без всякого сомнения, Эмбер принадлежит роду Риверс. Ритуал уз, проведённый мной ранее, подтверждает, что в юной леди пробудилась сила рода. – Продолжил мистер Ласкарис, не отводя от  Эмбер загадочного взгляда. – Именно сила рода, а не длинная родословная делает чистокровных чародеев чистокровными. А шлейф благородных предков этому просто способствует. После того как юному чародею или ведьме изготавливают на заказ или передают от старшего родственника, в самом крайнем случае покупают готовую палочку, в чистокровных родах принято проводить ритуал уз. - Почему я про это ничего раньше не слышал? – Джеральд задумчиво почесал лоб. – Я понимаю, что это не моя специальность, но всё же неожиданно узнать, что можно почти всю жизнь прожить по эту сторону магического мира, а он не перестаёт тебя удивлять. - Слышали. Всенепременно слышали. В древних родах его ещё иногда называют первым совершеннолетием. - Первое совершеннолетие? Я думал, это просто старая полузабытая традиция устраивать приём после получения детьми палочки. - Приём – это просто официальная часть, - отмахнулся мистер Ласкарис. – Он начинается сразу после проведения ритуала уз. Чаще всего меня как мастера волшебных палочек приглашают провести ритуал в кругу семьи или же его проводит глава рода. Но на самом деле всё это -  лишь дань традиции. Ритуал может провести кто угодно, даже вы сами. На палочке или вас подобное никак не отразится. В любом случае, для меня большая честь провести ваш ритуал уз, мисс Риверс. - И что даёт ритуал уз? – спросила Эмбер, жадно разглядывая волшебные палочки в открытых стеллажах. - В сущности ничего, - пожал плечами мистер Ласкарис. – Магия у чистокровных менее стабильна, без ритуала палочке сложно под неё подстраиваться. А в остальном…Вас немного сложнее будет обезоружить, вот и всё, пожалуй. - А как вы поняли, осмотрев мою палочку, кому она раньше принадлежала? – Наконец-то Эмбер смогла озвучить вопрос, терзавший её буквально с первых минут посещения лавки. - Я помню каждую палочку, которую мне приводилось видеть. Волшебные палочки – вся моя жизнь. – Внезапно смутился мистер Ласкарис. – Мне достаточно пяти минут, проведённых в обществе чародея или чародейки, чтобы понять, какие составляющие требуются, чтобы создать идеально подходящую именно им палочку. У меня есть для этого своя особая схема. - Это так интересно! Вы расскажите мне, от чего это зависит, и какие вообще бывают волшебные палочки? – У Эмбер загорелись глаза, волшебные палочки, ведущие себя, словно живые, влекли её, ей внезапно захотелось познать их язык взаимодействия с чародеями, который был понятен пока, кажется, только одному мистеру Ласкарису. - Редко встретишь кого-то, кого бы занимали данные вопросы. Но я готов рассказать основные принципы создания волшебных палочек. Иногда я так увлекаюсь, что могу только о них и говорить. Моя жена и сын уже устали слушать про волшебные палочки. - Без сомнения, вам, сэр, есть что рассказать о вашем непривзойдённом мастерстве, но, видимо, для этого потребуется гораздо больше времени, чем мы можем себе позволить. – Джеральд выразительно посмотрел на Эмбер, чтобы та не вздумала перечить, и направился к выходу из лавки. – Благодарю, что уделили нам своё драгоценное внимание. - Глупости. Такие интересные посетители бывают у меня нечасто. – Мистер Ласкарис выглядел слегка расстроенным, что преподаватель Эппл-Ярд не позволил удовлетворить его словоохотливость. - Если возможно, мы бы хотели, чтобы всё это осталось в тайне до поры до времени. - Не переживайте, мистер Кемпбелл. Бежать в редакцию «Треливел тудей» с новостью о чудесном возрождении рода Риверс я не собираюсь. Всего доброго, юная леди. – Кивнул на прощание мистер Ласкарис, прежде чем его посетители покинули лавку. Стоило Эмбер и Джеральду выйти на улицу, как дорогу им преградила чародейка, которая вела за собой на поводке некоторое существо в блестящем ошейнике. На первый взгляд раба можно было принять за истощавшего человека невысокого роста, если бы не землистый оттенок кожи и острые кончики ушей. Было непонятно мужчина это или женщина. Создание можно было бы пожалеть, если бы не злобный взгляд на надменной физиономии, портивший тонкие красивые черты лица. Эмбер врезалась в спину провожатого и зашептала: - Кто это такой? И почему он в ошейнике? У магов до сих пор не отменили рабство? Джеспер растерялся от подобного напора, но в стремлении сгладить неловкую ситуацию, возникшую в лавке мастера волшебных палочек, попытался ответить на возникшие у Эмбер вопросы. - Это фэйри. Или «добрые соседи», если угодно. Раньше мир был полон магии и волшебный народ, такие как фэйри, цверги, фоморы соседствовали неволшвами и чародеями. Но со временем кровь чародеев рассеялась по миру, смешавшись с кровью неволшвов, на смену магии пришли технологии, а волшебный народ покинул наш мир, надежно запечатав проходы в Сид. Те из них, что пожелали остаться, оказались связаны с теми немногими местами силы, питающими уже потускневшее золотое сердце магии, таких как Треливел, Эппл-Ярд и, пожалуй, несколько усадьб, принадлежащие представителям древних родов. Вся беда оставшихся волшебных существ в том, что места силы принадлежат чародеям, поэтому для них, бедняжек, вопрос стоит так: смерть или вечное прислуживание. - Это просто ужасно! - Согласен, ситуация весьма плачевная. Но тут уже ничего не изменить - путь в Сид отрезан навсегда, а магии становится всё меньше. Когда-то давно волшебные существа пытались объединиться против чародеев, чтобы отвоевать себе независимость или хотя бы одно место силы для вольного существования. Однако они были слишком разрозенны, а численное преимущество было на стороне чародеев. Сейчас владеть одним или несколькими фэйри считается очень престижным, как ты уже видела, некоторые не брезуют похвалиться этим сомнительным достижением в обществе. Фэйри ненавидят волшебников и стараются напакостить им при первой возможности. Поэтому будь осторожна с ними в Эппл-Ярд. Хоть фэйри запрещено вступать в контакт со студентами, иногда их натура берёт свое, вопреки благоразумности. И главное, не заключай с ними никаких сделок. Подробнее о мироустройстве ты узнаешь на занятиях профессора Аспидса. Занятые этой непростой, зато познавательной беседой, Джеральд и Эмбер пересекли площадь, и пришли снова к зданию с необыкновенными часами. Внутри него, среди мраморых колонн и многочисленных контор из красного дерева туда-сюда сновали рыжебородые коротышки в зелёных сюртуках и высоких шляпах-котелках, другие такие же сидя за котрами на высоких стульях делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Один из них, заметив новых посетелей, направился прямо к вошедшим. - Добро пожаловать в банк Лепреконс-экспересс. Чего изволите? – Услужливо поинтересовался коротышка. Эмбер же старалась не слишком явно рассматривать подошедшего. Но судя по последовавшему вопросу, все её старания провалились. - Чего уставилась, лепреконов никогда не видела? – Голос рыжебородого коротышки с тёмными хитрыми глазами был под стать его внешности: надтреснуто-скрипучий. - Нет, не видела. Вас всегда оскорбляет внимание к собственной персоне? Лепрекон хмыкнул и перевел внимание на Джеральда: - Так с чем вы к нам пожаловали? - Юная леди желает пройти проверку на принадлежность к роду Риверс. Как последняя из рода. - Значит, вы считаете, что она может быть Риверс? – Коротышка удостоил Эмбер коротким подозрительным взглядом. – Что ж, ваше право. Проверка будет стоить двенадцать соверенов. Вы располагаете нужной суммой? Прежде, чем Эмбер успела что-то сказать, Джеральд ответил за неё: - Расходы за проверку Эппл-Ярд берёт на себя. Алчный блеск, вспыхнувший в глазах лепрекона тут же угас. - Сожалею, но вы…- Лепрекон кивнул Кемпбеллу.- Должны будете остаться в холле, а миз, пусть следует за мной. Служащий банка зашагал прочь. Джеральд ободряюще улыбнулся, и девочке не оставалось ничего другого, как пойти за лепреконом в глубины банка. «Сгорая от любопытства, она побежала за ним по полю и только-только успела заметить, что он юркнул в нору под изгородью. В тот же миг Алиса юркнула за ним следом, не думая о том, как же она будет выбираться обратно». Эти строки сами собой всплыли в голове девочки. Лепрекон, а вслед за ним и Эмбер прошли мимо небольшой группы чародеев, стоящих в очереди, негромко переговаривашихся между собой. Судя по всему, они обменивались сплетнями или же идеями по вложениям своих богатств. Колдунья в блузке небесного цвета, твидовой длинной юбке и узком жакете привлекла всеобщее внимание, воскликнув излишне громко: «Курс соверена снова упал по отношению к фунту, помяните мое слово, финансовый кризис не за горами». Свернув в коридор, они оказались у двери, стоило лепрекону приложить свою крохотную ладошку с острыми, словно у птицы, черными когтями, на ручку двери, как так засветилась красным цветом, а затем открылась сама собой. Эмбер осторожно заглянула внутрь, но там был всего лишь отдельный кабинет. - Проходи и присаживайся.- Лепрекон зашел внутрь и указал ей на кожаный диван перед большим письменным столом, оббитым сукном, а сам пошел к высокому стеллажу с передвижной лестницей, взобравшись на которую, он взял со стеллажа одну из папок. – Род Риверс… Род Риверс… Высоко метишь, а? Сразу видно – пройдоха. Рыжая, мелкая, может ты из наших? – Лепрекон гаденько захихикал над своей шуткой. Он последовал за стол и, открыв папку, стал заполнять пером бумаги. - Полное имя? - Эмбер Риверс. - До прохождения проверки на приндлежность к роду, нельзя использовать эту фамилию. - Тогда Эмбер Радовская. - Осталась простая формальность, подпиши здесь. – Лепрекон протянул девочке заполненный формуляр «Отказа от претензий». Эмбер пробежала глазами по строчкам: «Я, Эмбер Радовская, полностью сознаю степень риска и опасности…заявляю о своём добровольном решении…добровольно принимаю на себя все риски…освобождаю администрацию банка « Лепреконс-экспресс» и так далее», поставила протянутым пером корявую подпись. Пока она изучала формуляр, лепрекон достал из шкафа и поставил на стол серебряную чашу и несколько колб с неизвестными зельями. Когда подписанные бумаги исчезли в недрах стола, лепрекон вытащил пробки из колб и вылил их содержимое в чашу. - Протяни вперёд правую руку. – Сказал он, дождавшись пока смесь жидкостей в чаще приобретет насыщенный тёмно-синий цвет. - Что? Опять! На вас крови не напасёшься! Вы не чародеи, а кровопийцы!- Возмутилась Эмбер. Если бы взглядом можно было бы проджигать насквозь, то обугленный труп девочки уже лежал на полу кабинета. Потеряв всякое терпение, лепрекон схватил за руку Эмбер и легонько уколол ей палец словно ниоткуда взявшейся иглой. Он ловко подставил чашу, чтобы набухшая капля крови не упала мимо. Сначала ничего не происходила, а затем жидкость в чаше забурлила и начала резко менять цвета становясь то угольно-черной, то кроваво-красной. Содержимое чащи грозно шипело, пенилось. Сердце Эмбер ушло в пятки, но лепрекон оставался совершенно спокоен. Наконец-то бурная реакция, протекавшая в чаше, завершилась, и жидкость стала прозрачной. Удивленно поцокав языком, лепрекон достал из внутреннего кармана ливреи ещё один совсем небольшой хрустальный флакон, заполненный чем-то тёмно-красным, почти чёрным. Открыв флакон, он капнул несколько капель в чашу, после чего та слабо засветилась. - Пей! – Приказал лепрекон, протягивая Эмбер чашу. – Соискатель на имя и наследие рода Риверс должен испить из Чаши долга, чтобы предстать на суд крови рода. С сомнением разглядывая содержимое чаши, Эмбер всё же решилась сделать глоток. Тем временем лепрекон отошёл от неё поближе к выходу. К удивлению девочки жидкость не имела никакого вкуса, словно это была вода. - Кровь рода принимает тебя, Эмбер Риверс! – Торжественно провозгласил лепрекон, пристально наблюдавший все это время за ней. Дверь в кабинет отворилась, и на пороге возник еще один лепрекон со шкатулкой в руке. Он подошел к Эмбер, приподнял крышку, и девочка увидела внутри кольцо из потемневшего от времени золота с крупным сапфиром. - Надень перстень главы рода на указательный палец правой руки! Перстень показался Эмбер слишком большим, но едва она его надела, тот обхватил её палец словно влитой. - Сила рода присягает тебе,глава. Поздравляю, леди Риверс. – Произнес первый леперекон. – Все документы, необходимые для вашего юридического признания в новом статусе, будут готовы через три дня. Мы сами подадим их в Ковен и Палату магических родов Британии. С вас два соверена за оформление бумаг и ещё один соверен обязательного ковенского сбора. - Но у меня нет денег. Возможно, мистер Кемпбелл одолжит мне нужную сумму, прежде чем я обменяю свои деньги на эти ваши соверены. - В этом нет необходимости, миледи. За вашим родом зарезервирована банковская ячейка и счет. На данный момент на вашем счету числится два с половиной миллиона соверенов. Последняя операция по счету датируется мартом 1970 года. Пятнадцатого августа 1970 года перстень главы рода перешли на хранение банку «Лепреконс-экспресс» по воле главы рода Агаты Риверс. Эмбер слушала и не слушала. По её лицу расползалась блаженная улыбка свежеиспечённой богачки. Это была её первая искренняя улыбка после всего произошедшего на заводе Ширдевана. - Подскажите, уважаемый, какой на сегодня курс соверена? - Один соверен равен восьми фунтам и тридцати пенсам.- Не задумавшись ни на секунду ответил лепрекон. - А если фунт стерлингов к злотым? – Нервно облизнула губы Эмбер, пытаясь более точно оценить размер свалившегося на неё состояния. - Один фунт равен десяти злотым. Money, money, money Must be funny In the rich man’s world Money, money, money Always sunny In the rich man’s world Aha-ahaaa All the things I could do If I had a little money  In the rich man’s world Слова незамысловатой песни сами собой заиграли в голове Эмбер. - Кроме того в вашем владении находиться родовое имение Риверс-холл.  – После паса руками, сделанных лепреконов, прямо из воздуха в этих самых руках появился свиток и кристалл на цепочке. – Тут указаны координаты имения и одноразовый телепорт до него. Желаете чего-нибудь еще? Чековую книжку? Одноразовые порталы? Продлить срок резервирования ячейки? - А через сколько истекает срок резервирования? – Осторожно поинтересовалась Эмбер. - В 13 часов 28 минут 17 апреля 2139 года. - Нет, спасибо, не надо пока продлевать! – Чуть ли не выкрикнула девочка. – Подготовьте мне чековую книгу и двести соверенов наличными. Сколько стоят одноразовые телепорты? - Сто соверенов. - Тогда мне нужно шесть телепортов и координаты Треливела. - Как будет угодно. – Лепрекон открыл ящик стола, достал оттуда чековую книгу, шесть кристаллов на цепочке, а мешочек с деньгами он извлёк прямо из под своей шляпы. После чего написал на листочке какие-то закорючки, но прежде чем передать его Эмбер неприятно оскалился. – С вас еще два соверена за хлопоты. - Грабеж! – Возмутилась Эмбер, но всё-таки отсчитала из мешочка две золотые монеты. Спрятав под куртку кристаллы и листок с координатами, девочка вместе с провожающим вернулась в холл банка, где её ожидал порядком заскучавший Джеральд. - Всего доброго, миледи. Да не оскудеет сила вашего рода. – Лепрекон снизошел до поклона на прощание Эмбер.