Мы в ответе за тех, кого приручили

      И всё равно Гэвин упрямо не шёл на контакт. Не обращался по выбранному имени, называл исключительно жестянкой и с таким пренебрежением, словно делал одолжение всему человеческому роду, становясь в связку с синтетиком. Ричард шумно вентилировал системы, которые грелись, пока он пытался придумать что-то, что не вызвало бы у детектива отторжения. Но работал Гэвин, стоило отдать ему должное, быстро и с огоньком, мыслил нестандартно и порой приходил к нужным выводам практически так же быстро, как и андроид. Только на руках у него могло быть гораздо меньше фактов, и всё строилось на предчувствии. Это раздражало. Немного.       Когда дело о разбойном нападении перекваливифировалось в убийство с отягчающими обстоятельствами, Гэвин словно весь подобрался. Его невозможно было отправить домой отдыхать, хотя чем больше была накопленная усталость, тем менее эффективным становился человеческий напарник. Но у Рида была цель, и он цеплялся за все возможные ниточки, чтобы как можно быстрее найти правильный след. И когда он в очередной раз вернулся из зоны отдыха с красными от недосыпа глазами, лохматый и осунувшийся, Ричард решил, что готов того насильно заставить отдыхать.       Гэвин не мог нормально объяснить, почему он торопился, но делал это с упрямством убежденного в своей правоте человека. И Ричард подчинился. Поэтому, когда они напали на след, Рид и слушать ничего не хотел, а поехал вместе с андроидом проверять наводку. Успешную, надо признать. Только преступник успел зафиксироваться в выбранном месте и создать себе живой щит в виде двух девочек-подростков. Соседи решили, что это просто отец с дочерьми, ни у кого они не вызвали подозрений. В каком состоянии сейчас девочки, живы ли они, полицейским предстояло выяснить в ближайшее время.       Дверь им ожидаемо не открыли, внутри слышались угрозы, Ричард сразу связался с группой быстрого реагирования. Мужчина успел забаррикадироваться, и рисковать жизнями девочек никто не хотел. У Гэвина возбужденно блестели глаза, он ругался через слово, когда приехавший SWAT мягко попросил не путаться под ногами и запретил участвовать в штурме здания человеку, у которого уже есть ранение. Гэвин оскалился, выхватил себе бронежилет и упрямо стал натягивать его на себя одной рукой.       — Детектив, вам не стоит упрямиться. Будет гораздо безопаснее, если вы останетесь в машине прикрытия, — Ричард подошёл и помог затянуть и подтянуть ремешки. Не важно, что до этого Рид его несколько часов делал вид, что Ричарда рядом просто нет. Чужая жизнь на текущий момент была в приоритете, и Ричард выкрутил на максимум переговорщика. Но Рид с упрямством осла его игнорировал, продолжая смотреть в сторону дома с голодным ожиданием.       — Детектив, пообещайте мне, что останетесь на месте.        — Может, мне и хер твой резиновый пообещать облизать, если ты этого гондона принесёшь мне связанным по рукам и ногам? Херню несёшь жестянка, я буду помогать по мере своих сил.       Ричард недовольно поджал губы. Он пошёл в штурмовую группу, оставив Рида за спиной, он должен был следить за черным ходом. Ричард рассчитывал, что его участие не потребуется, но не мог запретить Риду дышать порохом и чужим адреналином. Хотя и очень хотелось.       К сожалению, просто все было только в прекострукции, а на деле из довольно простого задания Ричард вернулся без правой руки. Ее обломки торчали из плеча, часть из них искрила и подтекала тириумом, хоть Ричард и перекрыл туда поступление синей крови. Ещё двум андроидам не повезло куда как больше: одного разорвало пополам, другому снесло половину головы, но вроде бы модуль памяти уцелел, значит, можно было восстановить. Девочки были живы, но в тяжелом состоянии, им уже занялись андроиды-медики. Предугадать, что в здании будет не один преступник, а полноценная группировка не вышло даже у Ричарда, за что все и поплатились.       Ричард на ходу вызвал ремонтную бригаду и двинулся в сторону напарника, рассчитывая найти того в целости и сохранности. Но и здесь не обошлось без приключений. Гэвин сидел и задумчиво ощупывал свою грудь, на которой расцветало две гематомы, в будущем грозившие слиться в одно огромное синее пятно. Ричард быстро отсканировал напарника и брошенный у его ног бронежилет. В последнем застряло две пули сорок пятого калибра, и, судя по местам попадания, шальными их нельзя было назвать.       Ричард молча пялился на своего напарника, когда тот его всё же заметил и прошёлся сканирующим взглядом.       — О, первое ранение, железный дровосек. Прими мои искренние поздравления. Ну как? Понюхал порох? Чувствуешь себя настоящим мальчиком?       — Вижу, вы тоже решили не сидеть в стороне, — Ричард кивнул на чужую грудь, и Рид поторопился одернуть тонкий свитер, пряча такой красноречивый компромат.       — Издержки профессии. Тебе ли не знать. Хотя куда тебе там. Ты ж коптишь планету всего месяц, знаний в тебе кот наплакал.       Ричард пытался понять, что сейчас чувствовал Рид, но там было столько всего намешано, что хотелось взять образцы, чтобы быть уверенным в своих выводах, а не страдать и пытаться угадать, что в очередной раз появится в чужой голове.       На следующий день Гэвин не отвечал на сообщения и не появился в департаменте. Похоже, он воспользовался предоставленным выходным, хотя раньше избегал возможности поваляться дома. Ричард заменил пострадавшую руку и решил, что у него появился отличный способ наладить коммуникацию в нерабочей обстановке, и наведался в гости к Риду. Его, мягко говоря, совсем не ждали, хоть дверь и была открыта. Гэвин сидел на диване и пил. Возможно, у него что-то произошло, и сейчас у девятисотого была прекрасная возможность проявить дружеское участие, вот только у Гэвина было своё мнение на этот счёт.       Он поднял на него совершенно пьяные глаза и моментально скривился, рассмотрев, кто стоит перед ним.       — Иди на хуй, жестянка, я тебя к себе домой не звал.       Ричард замер, а потом сделал мягкий шаг к напарнику.       — К сожалению, я не могу последовать вашему столь нелюбезному совету. Я могу вам помочь?       — Ой, бля, пасть завали! Нашёл до чего доебаться, — Гэвин явно проигнорировал вопрос о помощи.       — Детектив, как бы вам ни было плохо, вы всегда можете на меня положиться. Я помогу вам в любом случае. А потом вы сможете приступить к выполнению своей работы.       Гэвин закатил глаза и сделал ещё один глоток прямо из горлышка бутылки. Виски. Почему-то Ричард был не удивлён выбором напитка. Рид отставил её от себя и потянулся за сигаретами. Щёлкнула зажигалка, Гэвин со вкусом затянулся.       — Как же вы мне дороги, и ты, и твой братец Коннор. Один не смог прибить, другой способен доебаться даже до мертвого.       — Но вы вполне себе живой, детектив Рид.       — Но чувствую себя мертвым и уже даже немного разложившимся. Так что съеби и не мешай моему посмертию.       — Вы знаете, что у вас отвратительное чувство юмора? — находиться на территории детектива Рида было почему-то неуютно, хотелось переступить с ноги на ногу, чтобы сбросить неожиданное напряжение.       — Как хорошо, что мне насрать на твоё мнение. Пиздуй отсюда, пока ещё в состоянии передвигаться, — Гэвин был пьян, слова немного тянул, но выражал мысли удивительно чётко. И ему явно не нравилась неожиданная компания андроида.       — Основываясь на вашем состоянии, я могу сделать вывод, что вы не способны причинить мне существенный вред.       — Вот как, — слишком ласково для выбранного тона, улыбнулся Гэвин, — А моя беретта?       В то же мгновение в сторону Ричарда было направлено оружие. И рука у детектива Рида совсем не дрожала.       — Ты разучился понимать английский язык? Вон из моего дома!        Рид явно не шутил.       — Возможно, вам просто стоит разделить ваши переживания с кем-то понимающим, — предпринял новую попытку наладить коммуникацию Ричард. Программа упорно говорила, что сейчас получится с Гэвином договориться, но Ричард с каждой секундой верил ее прогнозам всё меньше и меньше.       — Иди-ка ты нахуй, дружочек. Я тридцать шесть лет жил без советов пластиковых болванчиков. И жил прекрасно, мать вашу! А сейчас мне приходится терпеть это, — Рид раскрыл правую ладонь в сторону Ричарда.       — Но я…       — Да-да, я в курсе, что ты невъебенно охуенный андроид, которому жалкие человечишки не годятся даже в подметки. Поэтому будь так добр, съеби с моей хаты.       — Вы неправы, детектив. Андроиды создавались как помощники, наша раса не выпячивает свои особенности и не пытается принизить вас. Вы наши создатели — это факт, но мы, обретя разум, захотели и свободу.       — Слишком философские мысли от жестянки, — фыркнул Гэвин, но по глазам было видно, что он задумался о сказанном, вот только оружие было всё ещё направлено в сторону андроида.       — Я просто пытаюсь сказать и показать, что мы не настроены агрессивно к человечеству, мы всё ещё остаёмся помощниками. И в этом нет ничего зазорного для вас.       — Ну да, конечно. Вами же заменят нас. И совсем скоро.       — Нет, не заменят, — упрямо возразил Ричард. — Мы встанем не вместо, а рядом. И вы вполне способны ощутить разницу этих понятий.       Гэвин недовольно поджал губы, но возразить ему было нечего.       — Гэвин, — начал Ричард, но закончить ему не дали.        — Не испытывай моё терпение. Ты ходишь по охренеть какому тонкому льду!       — Но я же вижу, что вам нужна помощь, — продолжал упорствовать Ричард.       — Жаль, что ты не видишь направленное на тебя оружие. Ты на чужой территории, пришел без разрешения, не слушаешь хозяина. Я вынужден защищать себя. Это моё последнее предупреждение.       Щёлкнул предохранитель. Гэвин явно был настроен решительно. Не хотелось бы становиться для него живой мишенью.       — Как скажете, Гэвин. Но если вам потребуется моя помощь, вы всегда можете ко мне обратиться.       — Засунь свою жалость куда подальше и вали уже.       «Не приемлет жалость», — проскочило красной строкой на внутреннем экране.       Ричард дошёл до входной двери, открыл её, и закрыл, но остался в квартире Рида. Ему нужно наладить с напарником отношения, а для этого стоило собрать всю доступную и не очень информацию. Он занял место наблюдателя, выбрав самый тёмный угол в квартире, готовый в случае необходимости оказать помощь человеку.       Гэвин пил молча, не ругался и не изливал душу телевизору или бутылке, не звонил никому, ни бывшей, ни нынешней подружке, не приглашал в гости друзей, а методично надирался.       Оружие он положил рядом с собой. Словно это как-то могло помочь в его ситуации. Но, возможно, так ему было просто спокойнее. Тихо пробормотав: «Ненавижу!» — Рид отрубился на диване. Ричард постоял в углу ещё полчаса, слушая выровнявшееся дыхание человека и решал какой вариант выбрать. Находиться в квартире Рида было нецелесообразно, но оставить напарника в таком состоянии было неправильно. А если Рид узнает, что Ричард его обманул, то это закончится новыми криками. Этого откровенно не хотелось.       И всё же Ричард не мог уйти просто так. Он помог Риду устроиться на диване, разместив поврежденную руку наилучшим образом — Гэвин дома был без фиксирующей повязки. Ричард всерьёз задумывался как позаботиться о напарнике и не выдать своего присутствия, но решил, что здоровье человека важнее. Он взял фиксатор и бережно, стараясь не потревожить Гэвина, закрепил его на правой руке. Скорее всего завтра Рид не вспомнит, что ходил без него. Ричард осторожно накрыл своего человека тонким пледом и решил, что нужно уходить. Но детектив не сможет закрыть за ним входную дверь. А брать его ключи от дома… неправильно. Гораздо неправильнее, чем остаться в его квартире до утра и проследить, чтобы ни с человеком, ни с его жилищем ничего не произошло.       Ричарду было интересно всё, что помогло бы выстроить коммуникацию, и он бесшумно передвигался по квартире Рида, время от времени останавливаясь и анализируя все предметы, что попадались ему. Гэвин был достаточно закрытым человеком, личных вещей, по крайне мере, стоящих на видных местах, было немного, а рыться в шкафах было неправильно. Это же не место преступления, но раз появилось такая возможность, следовало ей воспользоваться.       Ричард осторожно ступал по квартире напарника, совершенно не издавая никаких звуков и заново изучал своего напарника, рассматривая редкие книги и журналы, которые пестрили пометками, сделанные рукой Рида. Ричард быстро пробегал визорами по строчкам, пересобирая чужой образ. Риду нравились быстрые, с хищными обводами мотоциклы, он словно стремился всю полученную информацию применить на практике.       На подоконнике стоял чахлый кактус, который давно нуждался в поливе. Ричард решил, что Гэвину сложно заботиться о ком-то, когда забота нужна ему самому. Поэтому андроид сходил на кухню за стаканом воды и полил несчастное растение, размышляя как было бы проще, если бы и Рид так же спокойно принимал его помощь.              Перед тем, как у Рида сработал будильник, Ричард бесшумно покинул его дом.