You

Флер-де-лис в переводе на русский — ’’цветок лилии’’. Это воплощение покоя и царственности. Каждый цвет лепестка имеет смысл, каждая луковица на кончиках имеет своё представление. Цветок может быть нежен, невинен, словно сама Дева Мария. С другой стороны, лилию связывают со смертью, ложью и распутством… но кому до этого дела? Это лишь эзотерика.

[Автор]

      Было ясное, субтильное весеннее утро на улицах Нью-Йорка. Чувство дрожи в теле от осознания того, что происходит в её жизни. Это не просто город, это мир, любовь и начало чего-то нового. Едя в жёлтом, привычном для города такси, Минна была полностью погружена в мысли. Многочисленные окна домов и тускловатые позади них небоскрёбы, словно гиганты, выглядывали и приковывали к себе всё внимание. Глупое радио, включённое водителем такси, у него, кажется, хорошо началось утро. Минне было страшно, город был ещё чужим для неё, несмотря на то, что она уже была тут раз. Решение переехать ради своего будущего в этот город, в эту страну было очень значимым для неё. Родители поддержали такое решение, к тому же у неё есть давняя подруга, к которой она сейчас едет. Вместе с Арин они учились в одной школе в их родном городе Сувон в Корее. Арин была старше Минны на два года, их дружба не была идеальной, но со временем они перестали ссориться. Год назад Арин переехала по контракту в Нью-Йорк, часто звала по сообщениям и звонкам Минну к себе, на что та отшучивалась, мол, обязательно как-нибудь приедет…       Тёплые воспоминания Минны вновь рассеялись, стоило ей приехать в нужный район и на нужную улицу. Она любезно попрощалась с таксистом, который на какое-то время успокоил своим настроением её мандраж внутри. Перед собой она увидела знакомый ей квартал — Верхний Ист-Сайд, и вход в жилой восьмиэтажный дом терракотового цвета. Всё как на картинках или в фильмах. Вот только это была реальность, самая настоящая и самая лучшая. Минна прошла ближе ко входу, держа в руках небольшой пакет с подарком из Кореи для Арин. Пальцы крепко сжимали пакет с белой лентой на ручке, завязанной лично Минной. Прохладный ветер заставлял просыпаться, а подол пальто слегка развевался. Осматривая винтажную раму входа в дом, Минна увидела чьё-то знакомое лицо с заметными розовыми волосами. Это была Арин. — Минна, милая! — яркая улыбка, развивающиеся розовые пряди прямых волос, Арин была лучом спокойствия и чего-то родного в глазах Минны. Девушки крепко обнялись, словно отрекаясь от внешнего мира. Одна пахла родным домом, другая — тёплыми воспоминаниями из детства. — Это тебе, прямо из Кореи, — Минна сразу же вручила пакет с белой лентой, чтобы не испортить его своими сжимающимися от страха пальцами. — Какая красота, спасибо большое! — её лицо отражало нежность, она любила подарки. Весенний ветер заставил опомниться от тёплого воссоединения двух давних подруг. Арин и вовсе стояла в коротких домашних шортах, это выглядело забавно. Они зашли в здание, и в нос сразу же ударил старознакомый запах кафельной плитки. Тёплые лучи солнца проникали, играя и вырисовывая силуэты веток деревьев. Девушки поднялись на второй этаж, параллельно Арин что-то рассказывала о своей жизни. Ей шёл Нью-Йорк, она часто приезжала сюда из-за модельных съёмок, пока не приняла окончательное решение переехать сюда жить. Возможно, на это её решение подтолкнул один мужчина, о котором она рассказывала Минне по телефону и в сообщениях. У Арин была белая с винтажными большими окнами квартира. Запах корицы и роз так и царил в комнатах, он словно олицетворял хозяйку квартиры. — Ну что, путешественница, рассказывай, как твои дела. — Знаешь, очень страшно от новой жизни. Я до конца не понимаю, что теперь живу здесь, что могу вновь видеть тебя вживую, — слабая улыбка и усталость в её глазах, она ещё летала в своих мыслях. — Я знаю, что это сложно, переезд на другой край Земли воспринимается сложно, — Арин наклоняется к ней, беря её ладонь в свою. — Но я чертовски рада, что ты здесь, что ты начала новую жизнь. Она умела успокаивать, умела выслушать и, одно из любимых качеств Минны у Арин — не навязывать своё мнение другим. Минна смотрела в те успокаивающие глаза, которые призывали к хорошему настроению и борьбе со страхом чего-то нового. — Ты права, это временный страх, — она улыбнулась, в большей степени для того чтобы успокоить подругу. Арин заварила двоим кофе в своей новой кофе машине. По её словам, её подарил ей ухажёр. Минна не стала сильно расспрашивать подругу, после долгого перелёта чувство усталости и джетлага всё ещё преследовало её. — Можешь закрыть глаза на минуту? Минна покорно закрыла глаза, в шутку ахнув от неожиданной просьбы подруги. Это было приятное чувство предвкушения или осознания тёплой дружбы между ними. — Можешь открывать. Она открыла глаза, видя перед собой белую коробку с ярко бросающейся надписью «Prada». — Арин, это шутка? — Это мой подарок на твой прошлый день рождения, с 19-летием, Минна. Минна бросилась обнимать подругу, крепко сжимая её спину, зарываясь лицом в её розовые пряди. Если бы Арин не была близка к ней, она бы точно не приняла такой дорогой подарок, даже в честь дня рождения. — Спасибо большое, это потрясающий подарок, — её пальцы потянулись развязывать розовый шёлковый бант, красиво украшавший коробку. Внутри всё словно сжалось, когда, открыв подарочную бумагу, она увидела красивые лаковые туфли. Аккуратная надпись «Prada» около острого носа, чёрные и под всё подходящие шикарные туфли. Этот подарок был очень ценным и приятным. Она сразу же примерила их на свои ноги, и тут любой мог бы сказать, что выглядела в них она волшебно красиво. — Только глянь, как они тебе идут! — Арин, ты… Я правда в шоке, — Минна не могла поверить, что такая красивая обувь достанется ей в виде подарка. — Добро пожаловать в Нью-Йорк! Ближе к вечеру они вышли на скромный открытый балкон, он выглядел очень уютным, прямо как в новой квартире Минны. Вечерний Нью-Йорк. Уже не город в качестве путешествия, а полноценный новый дом. Смотреть на улицы глазами американца было очень необычно. В Нью-Йорке все куда-то шли, думая о своём, и выглядели все такими разными. Метро в городе было самым необычным местом именно из-за людей. В вагоне можно было встретить бездомного спящего мужчину, а рядом стоял бизнесмен в красивом строгом костюме. Это та самая жизнь в Нью-Йорке. — Я хотела у тебя спросить, — Арин поворачивает голову к подруге, попивая вторую кружку горячего кофе. — Что с тем издательством? — Они одобрили меня, сказали завтра приезжать к ним в центр Манхэттена на собеседование. — Так оно находится в Манхэттене, поздравляю, — лисьи глаза и расплывчатая улыбка красовались на лице Арин. Минна лишь усмехнулась, глядя куда-то вдаль города и укутавшись в тёплый плед.        Позднее время, город стал ярче от фонарей и огней, он словно просыпался к этому часу. Минна вновь была в такси, вот только на этот раз попался молчаливый водитель. Мысли крутились вокруг по всей голове, внимание привлекал подарок от Арин, спокойно лежащий рядом, и мысли о предстоящем собеседовании в издательстве. Она отвлекалась на шум города, такси задержалось на светофоре, давая девушке возможность взглянуть подольше на улицы. Различные рестораны с местной кухней, магазины одежды и простые забегаловки. На одном из старых зданий был развешен баннер с мужчиной. Черно-белый снимок рекламы «Calvin Klein», красивый мужчина с татуировками на руке, переходящими к кисти. Он не был похож на модель, и когда Минна присмотрелась, внизу справа увидела надпись: «Создатель компании JJK Jeon Jungkook». «Чон Чонгук», — произнесла у себя в голове Минна, задерживая взгляд на его глазах, будто пытаясь запомнить эти темные, словно уголь, глаза, пока они бесследно не исчезли среди других домов и машин… Приехав в свою квартиру, Минна сразу же рухнула на кровать, переваривая информацию за проведенные сутки в Нью-Йорке. Жить и работать в издательстве журналисткой, самой писать колонки на выбранные темы — это больше не было внезапной идеей или мечтой. Это была реальность. Ее реальность.