Contritus animus fractus animae

Кубок огня и Палата Слизерина

Я в это не верю!" Ошеломленно произнес Рон, когда ученики Хогвартса вернулись в школу после прибытия иностранных студентов. "Крум, Гарри! Виктор Крум!" "Ради всего святого, Рон, он всего лишь игрок в квиддич". Гермиона презрительно закатила глаза. Рон, заикаясь, смотрел на нее в недоверчивом шоке, когда они садились за стол Гриффиндора. Гарри и Невилл смеялись, но близнецы казались такими же обиженными, как и их младший брат. Они были не единственными. Студенты буквально пускали слюни на Крама и искали вещи, которые звезда могла бы подписать. Одна девушка разрыдалась, когда поняла, что у нее нет с собой пера. В конце концов, Крам ничего не подписал и просто нахмурился на всех. Студенты Дурмстранга сидели со слизеринцами, а студенты Шармбатона - с равенкловцами, к большому разочарованию Рона. Он все еще скорбно смотрел на Крама, когда Дамблдор начал говорить. "Добрый вечер, дамы и господа, призраки и – особенно - гости!" - Весело воскликнул он, широко раскрыв объятия. "Я с большим удовольствием приветствую вас всех в Хогвартсе. Я надеюсь и доверяю, что ваше пребывание здесь будет комфортным и приятным. Официальное открытие Турнира состоится в конце праздника. А сейчас я приглашаю вас всех есть, пить и чувствуйте себя как дома!" Ужин длился дольше обычного, так как было очень много еды, которую нужно было попробовать. Все прошло гладко, за исключением того, что Рон споткнулся, когда подошла красивая шармбатонская девушка и попросила его подать блюдо на их стол. Только на Гарри, Гермиону и Невилла, казалось, не повлияли ее мерцающие светлые волосы и великолепная идеальная улыбка. Гермиона мгновенно приревновала и язвительно отчитала Рона за то, что он такой идиот, но Гарри и Невилл подозревали, что она, должно быть, отчасти Вейла, поскольку Рон был не единственным, кто, казалось, был очарован этой девушкой. Когда все закончили есть, Дамблдор убрал тарелки и представил двух новоприбывших, Барти Крауча и Людо Бэгмена, а также объяснил силу Кубка Огня и общие правила выполнения трех заданий. Они не знали точно, кем они были, пока не подошло время завершения. Ученики молчали, впитывая то, что говорил Дамблдор. "Как вы знаете, в турнире соревнуются три чемпиона, - спокойно продолжил Дамблдор, - по одному от каждой школы-участницы. Они будут отмечены в зависимости от того, насколько хорошо они выполнят каждое из турнирных заданий, а чемпионы с наибольшим количеством очков после третьего задания выиграют Кубок Трех волшебников. О чемпионах будут судить по их магическому мастерству, их смелости, их дедуктивным способностям и, конечно же, их способности справляться с опасностью. " Дамблдор поставил кубок на подставку перед преподавательским столом, где все ученики за четырьмя столами факультетов могли легко его увидеть. Он объяснил возрастную границу (для участия нужно было быть семнадцати или старше) и что у них есть двадцать четыре часа, чтобы войти. Три имени будут названы на следующую ночь после праздника Хэллоуина. "Возрастная черта"! Фред ухмыльнулся. "Ну, это должно быть обмануто зельем старения, не так ли?" "И как только твое имя будет выбрано, ты обязан участвовать в конкурсе! Они не смогут остановить нас!" Закончил Джордж. "Но я не думаю, что у кого-то моложе семнадцати лет есть шанс". Невилл нахмурился. "Это звучит действительно сложно". "Говори за себя". Джордж сверкнул глазами. "Мы компетентны, и нам действительно не помешал бы приз за победу". "Ты попытаешься поступить, не так ли, Рон?" Фред ухмыльнулся. Но Рон не ответил. Он был слишком занят, разглядывая студентов Дурмстранга, которые были немного впереди них, пытаясь выйти из Большого зала, как и все остальные. "Назад на корабль". Директор Каркаров звал своих учеников. "Виктор, как ты себя чувствуешь? Ты достаточно поел? Мне послать на кухню за глинтвейном?" Крам молча покачал головой в знак отказа, снова натягивая меха. "Профессор, я люблю виноградную лозу", - с надеждой сказал другой студент. "Я предлагал это не тебе, Поляков". Каркаров сплюнул. "Я заметил, что ты снова испачкал едой всю переднюю часть своей мантии, отвратительный мальчишка!" Гарри и его друзья остановились, чтобы пропустить их к выходу первыми, увидев, что Рон все равно не идет, и Каркаров рассеянно кивнул им. Его почти пропустили, когда он замер. Он снова повернул голову к Гарри и уставился на него так, словно не мог поверить своим глазам. Ученики Дурмстранга с любопытством изучали его, и когда они добрались до шрама на его голове, они застыли в таком же недоумении, как и их директор. "Да, это Гарри Поттер". Грозный Глаз Муди зарычал на студентов Дурмстранга, когда подошел к неподвижным гриффиндорцам. "Ты!" Каркаров закричал, бледный и испуганный, уставившись на Муди. "Я". Муди ухмыльнулся. "И если тебе нечего сказать Поттеру, Каркаров, тебе, возможно, захочется отойти. Ты загораживаешь дверной проем". Каркаров еще раз взглянул на Гарри и вышел из зала таким образом, что напомнил всем студентам Хогвартса Снейпа, но в лучшем случае это была плохая имитация. Ученики Дурмстранга последовали за ним в мрачном молчании. Гарри посмотрел на Муди в ожидании объяснений, но Муди уже уходил, возвращаясь к преподавательскому столу, где учителя все еще сидели, разговаривая с Дамблдором.

xXxXxXx

На следующее утро Гриффиндор смеялся, когда близнецы попробовали Зелье старения, и в итоге у них оказались седые волосы и длинные бороды, а их имена даже близко не попали в кубок. После этого близнецов отвезли в лазарет, а остальные решили, что вместо того, чтобы возвращаться к учебе, они проведут субботнее утро с Хагридом. В этом году они еще толком не провели с ним время из-за всего, с чем были связаны. Несмотря на свои намерения, в итоге они остались на весь день, и не успели они опомниться, как настало время празднования Хэллоуина. "Она ему нравится!" - Недоверчиво сказал Рон, когда они поднимались к замку, следуя за Хагридом и директрисой Шармбатона. "Ну, если у них в конце концов появятся дети, они установят мировой рекорд – держу пари, что любой их ребенок будет весить тонну". "Не будь таким бесчувственным, Рон". Пожурила Гермиона. "Я думаю, они милые вместе". "Ты бы так и сделал". Рон закатил глаза. Большой зал выглядел невероятно. Там были парящие тыквы, великолепно вырезанные, с горящими внутри свечами. Сотни белых свечей парили в небе, а украшения создавали прекрасное настроение. Тем не менее, все были слишком озабочены, чтобы по-настоящему насладиться праздничным угощением, и пир, казалось, длился целую вечность. Наконец тарелки были убраны, и Дамблдор встал. "Что ж, кубок почти готов принять свое решение. По моим оценкам, на это требуется еще минута. Теперь, когда будут названы имена чемпионов, я бы попросил их подняться наверх, пройти вдоль преподавательского стола и пройти в следующую комнату, – он указал на дверь позади себя, – где они получат свои первые инструкции ". Ученики взволнованно загудели, когда голубой огонь, вырывающийся из кубка, затих, а затем увеличился вдвое, вспыхнув красным. Как пепел, кусок пергамента развевался на волшебном ветерке и приземлился прямо в руку Дамблдора. Болтовня мгновенно стихла, когда старый волшебник медленно развернул бумагу. Все затаили дыхание. "Чемпион Дурмстранга -… Виктор Крам!" "Никаких сюрпризов!" Рон прокричал, перекрывая громкие аплодисменты, заполнившие зал. Гарри добродушно захлопал в ладоши и наблюдал, как Крам поднялся из-за стола Слизерина и своей слегка переваливающейся походкой подошел к Дамблдору. Он повернулся, как было указано, и прошел вдоль преподавательского стола, прежде чем исчезнуть за дверью в соседнюю комнату. Хлопки и одобрительные возгласы продолжались бы еще много минут, но Кубок уже снова вспыхнул красным, и в воздух взмыла еще одна бумажка. "Чемпионом Шармбатона является… Fleur Delacour!" "Это она, Рон!" Фред ухмыльнулся своему младшему брату. "Твоя возлюбленная, которая обожает твой буйабес". Джордж захлопал глазами. "Заткнись!" Рон покраснел. Красивая блондинка грациозно подошла к преподавательскому столу, просто покачивая бедрами. Взгляды многих людей были прикованы к ее совершенной фигуре, и идеи романтики и страстных встреч заполнили их умы. Гарри укрепил свои щиты, но прежде чем он это сделал, он заметил всплески отчаяния и сильного разочарования и, взглянув на стол Равенкло, увидел, что многие студенты Шармбатона в слезах. "Они все так разочарованы". Гермиона сочувственно нахмурилась. "Ты думаешь, им придется разойтись по домам теперь, когда их не выбрали?" Остальные пожали плечами и обратили свое внимание на начало, где кубок стал красным, а из его огненных глубин выплясывал третий пергамент. Дамблдор поймал газету и крикнул: "Чемпион Хогвартса -… Седрик Диггори!" Хаффлпаффцы пришли в неистовство, вскочив на ноги и выкрикивая свое одобрение. Седрик на мгновение выглядел ошеломленным, прежде чем ухмыльнуться и направиться к преподавательскому столу. Все аплодировали ему, хотя другие факультеты были разочарованы тем, что один из них не был выбран. Дамблдор уже собирался отпустить их, когда кубок в четвертый раз вспыхнул красным. Зал замолчал, наблюдая за происходящим, затаив дыхание. Дамблдор прочитал пергамент и на долю секунды удивился, прежде чем спрятать лицо. Гарри взбесился, когда Сайлас яростно зашипел в его голове, давая страшные обещания отомстить. Сбитый с толку, Гарри собирался спросить, почему он так расстроен, когда директор посмотрел прямо на него. "Гарри Поттер". Учителя и директора иностранных школ столпились вокруг Дамблдора, перешептываясь и отчаянно жестикулируя. Бледный и дрожащий, Гарри повернулся к своим друзьям. Они уставились на него с таким же потрясением. "Я не вписывал свое имя. Ты знаешь, что я этого не делал". Ему не ответили. Весь зал смотрел на него, шок перерос в гнев и неверие. Гарри вздрогнул. Как могло случиться, что он был выбран? Он не указал своего имени… Габриэль? Это ты сделал? Спросил он, закусив губу. Нет! Возмущенно воскликнул Габриэль. Я бы ему не позволил. Сайлас согласился. Дамблдор имеет к этому какое-то отношение. Разве вы не заметили его разочарования, когда он увидел имя Диггори? Он умолчал о том факте, что если Дамблдор этого не делал, то это сделали агенты Волдеморта. Сайлас не забыл свои видения. Он также не забыл всего, что узнал из писем Драко. "Гарри Поттер!" Дамблдор снова позвал. "Гарри! Поднимись сюда, пожалуйста!" "Продолжай", - еле слышно прошептала Гермиона. Гарри встал и разжал руки, сжимавшие предплечье Невилла. Его брат беспомощно смотрел на него в ответ. Сглотнув, подросток направился к директору. Он был уверен, что весь Зал видел, как он дрожит. Широко раскрытые невинные глаза уставились на Дамблдора, в то время как директор строго смотрел на него сверху вниз. Все учителя сгруппировались за спиной старого волшебника и уставились на него так же пристально. "Я – я не – я не знаю, как – " - заикаясь, пробормотал он. "Через дверь, Гарри". Ответил Дамблдор. "Но – " Глаза Дамблдора сузились, Гарри повернулся и поспешил к задней двери. Сердце бешено колотилось, когда он вошел в тускло освещенную комнату. Комната была размером с гостиную Гриффиндора, увешанная картинами и доспехами. В глубине находился огромный камин, в котором весело горел нежный огонь. Другие чемпионы встали перед ним и повернулись, чтобы посмотреть на него, когда он вошел. "Что это?" Спросила Флер. "Зей хочет, чтобы мы вернулись в зей Холл?" Гарри не мог ответить. Теперь, когда он был вдали от переполненного зала, его сочувствие ясно показало ему троих подростков. Виктор был зол и устал. Ему не понравилось, что выбрали его. Седрик нервничал и был на адреналине, счастливый, но уже передумавший. Счастлива была только Флер, амбиции и самодовольная уверенность исходили от ее обманчиво маленького тела. Прежде чем она смогла продолжить расспросы о Гарри, в комнату ввалились остальные учителя и директоры. Гарри отшатнулся от взрослых, когда злобный гнев, острое беспокойство и удушающее подозрение наполнили комнату подобно приливной волне. Они все орали друг на друга, и Гарри захныкал, проваливаясь в тревожные сны. Габриэль занял свое место и выпрямил спину, свирепо глядя на учителей и завучей, сражающихся за его судьбу. Бэгмен увидел хмурый взгляд Гарри и, оторвавшись от суматохи, подошел к нему. "Экстраординарно!" Людо воскликнул, сжимая руку Габриэля. Гриффиндорец с сердитым видом отпрянул. Людо нервно рассмеялся и продолжил. "Совершенно экстраординарно! Джентльмены и леди, могу я представить – каким бы невероятным это ни казалось – четвертого чемпиона Трех волшебников?" Крам выпрямился. Его угрюмое лицо стало непроницаемым, когда он оглядел Габриэля. Седрик выглядел сбитым с толку, его глаза метались взад-вперед между Бэгменом и его младшим школьным товарищем. Флер, однако, обезумела от ярости. Вскоре ее голос присоединился к крикам остальных. "Это абсурд! Поттеру четырнадцать лет! Он явно нарушил правила, войдя, и его не следует допускать к участию!" Северус накричал на Дамблдора, но притворился, что кричит на чиновников Министерства. "Два чемпиона Хогвартса? Этого нельзя допустить!" Каркаров кричал. "Это невозможно! Это в высшей степени несправедливо!" "Ваша возрастная линия, должно быть, была ошибочной ...!" "Он не подходит для такого рода начинаний, Альбус ..." "Один из них ДОЛЖЕН быть дисквалифицирован, и Диггори явно тот, кто продолжит ..." Дамблдор заставил их замолчать с помощью магии и повернулся к двум чиновникам министерства. "Мистер Крауч ... мистер Бэгмен… Вы наши объективные судьи. Что, по вашему мнению, лучше всего предпринять?" Людо вытер свое круглое мальчишеское лицо носовым платком и посмотрел на мистера Крауча. У темноволосого мужчины было унылое и скучающее выражение лица, но он ответил своему коллеге ровным, бесстрастным голосом. "Мы должны следовать правилам, а в правилах четко указано, что те люди, чьи имена выведены из Кубка Огня, обязаны участвовать в Турнире". С ним что-то не так. Мрачно сказал Сайлас. Он уже с подозрением относился ко всем с фамилией Крауч и внимательно наблюдал за ним. Его глаза… Они мне кое-что напоминают. "Что ж, Барти знает правила от начала до конца". Людо облегченно улыбнулся. "Я с ним полностью согласен! Гарри Поттер должен соревноваться!" Директора школ потребовали, чтобы у них был и второй чемпион, но им было отказано. Были даны правила Первого задания, и как только они были выполнены, директора школ ушли в ярости, увлекая за собой своих чемпионов. Представители министерства последовали за ним, и Габриэль остался наедине с Дамблдором и его учителями. Подросток сердито посмотрел на них. "Спасибо, что сделали все, что могли, чтобы помешать мне участвовать в опасном и легкомысленном соревновании. Вы с честью выполнили свой долг передо мной как перед своим учеником, и я никогда этого не забуду ". Они уставились на него, молчаливые и бледные. "Это был сарказм, если вы его не уловили". Он зарычал, но сосредоточил свою ярость на директоре. "Я не буду вашей пешкой и не буду соревноваться. Никто не спрашивал меня, хочу ли я, и я не хочу." "Мне глубоко жаль, мой мальчик, что я ничего не смог сделать, чтобы защитить тебя". Дамблдор сказал это с неподдельной искренностью. Габриэль насмехался над ним, но директора это не остановило. "Но это магически обязывающий контракт, и за его нарушение будут предусмотрены штрафы". "И каковы наказания за умышленное подвергание опасности уязвимого несовершеннолетнего ребенка, находящегося под твоей защитой?" Потребовал ответа Габриэль. "Какие за ЭТО предусмотрены наказания?" "В его словах есть смысл, Альбус". Муди зарычал из тени у двери. Его работой было следить за тем, чтобы никто не мог их подслушать. "Мальчик не указал своего имени. Это сделал кто-то другой. И этот кто-то должен был быть могущественным, чтобы обмануть кубок и заставить забыть, что в турнире участвуют только три школы. Я предполагаю, что они представили имя Поттера в четвертой школе, чтобы убедиться, что он был единственным выбранным. Зачем такому могущественному и находчивому человеку заходить так далеко, чтобы подвергнуть Поттера этому опасному соревнованию, если только они не пытались его убить? "Спасибо, Аластор". Резко сказал Дамблдор. "Этого достаточно". "Конечно, он ошибается". Обеспокоенно сказала Макгонагалл. "Это не имеет значения". Огрызнулся Габриэль. "Я этого не делаю. Меня не будут наказывать, потому что я не вписывал свое имя в этот кубок!" "Эти задания будут трудными и опасными, но все они преодолимы, если соблюдать осторожность перед началом участия. Гарри не единственный, кто может пострадать в соревновании". Серьезно сказал Дамблдор. "Седрик, Флер и Виктор сталкиваются с одинаковыми опасностями и могут получить серьезные травмы. По крайней мере, у Гарри есть кто-то из его собственной школы, кто присмотрит за ним и, возможно, защитит его от определенных нападений. И наоборот ". Габриэль напрягся, поскольку сразу понял, о чем говорил Дамблдор. Он не был обычным четырнадцатилетним подростком. Фактически, поскольку его специальностью были боевые действия и он был физически подготовлен для эффективного выхода из боевых ситуаций, у него было преимущество перед всеми другими чемпионами. Если бы он позволил себе продолжать этот фарс, он мог бы быть там, чтобы поймать любого из чемпионов, если они упадут, защитить их и, возможно, даже спасти их жизни. Конечно, они вступили в это дело по собственной воле, но никто из них не знал заданий, и кто знает, согласились бы они на это, если бы знали заранее, какие задания их ожидают. Нет! Габриэль, я отказываюсь! Ты не можешь этого сделать! Сайлас яростно кричал. Разве ты не помнишь мои видения? Волдеморт по какой-то причине положил глаз на Турнир Трех волшебников, и мы не можем участвовать. Плесневелый бородавочник - еще одна причина для соревнований. Если он придет, он будет преследовать меня, а другие чемпионы будут невинными наблюдателями. Габриэль выпрямился и посмотрел в глаза Дамблдору. "Хорошо. Я в деле". Его взгляд скользнул к Северусу. Мужчина смотрел на него в ответ, пораженный. Они с Сайласом просто должны были понять; ему не нужно было их разрешение. Это было то, что он должен был сделать. Габриэль! Ты идиот! Если Волан-де-Морт действительно охотится за нами, участие в Турнире только подвергнет других чемпионов БОЛЬШЕЙ опасности! Сайлас закричал. Извини, Сай. Габриэль искренне сказал, но его это не сдвинуло с намеченного курса. "Очень хорошо". Дамблдор склонил голову. "Тебе следует лечь спать. Я уверен, что Гриффиндор ждет возможности отпраздновать вместе с вами, и было бы позором лишать их этого прекрасного повода устроить большой беспорядок и шум. " Габриэль молча вышел из комнаты и направился в башню Гриффиндора, и такая же тишина эхом отдавалась в его голове. Сайлас был недоволен и дал ему это понять. Он поморщился, но ничего не мог с этим поделать. Вместо этого он собрался с духом и вошел в Логово Льва, готовый столкнуться с обвинениями и вопросами, которые, он был уверен, последуют.

xXxXxXx

Габриэль ожидал гнева, но обнаружил его совсем не там. Его подхватила ликующая толпа в общей комнате Гриффиндора. Они взвалили его на плечи, обернули знаменами и со смехом потребовали рассказать, как ему удалось добиться того, что его выбрали. Они похвалили его и заставили пообещать, что они будут гордиться им. Габриэль согласился с этим с облегчением. Было уже очень поздно, когда его наконец отпустили и он вприпрыжку добрался до своей спальни. Он не ожидал увидеть Дина и Шеймуса молчаливыми и внимательно наблюдающими за Роном, а Невилла, откровенно пялящегося на рыжего. Вскоре он понял почему, когда рыжая набросилась на него, не веря, что он не имеет никакого отношения к тому, что его имя вылетело из кубка, и позеленев от зависти. Конечно, Рон был не единственным, кто не поверил ему, когда он сказал, что не опускал свое имя в кубок, это сделали только Невилл и, возможно, Гермиона, но, по крайней мере, другие гриффиндорцы поддержали его. "Я не опускал свое имя в этот кубок!" "Да, хорошо". Рон усмехнулся. "Только ты сказал сегодня утром, что сделал бы это прошлой ночью, и никто бы тебя не увидел"… Я не дурак, ты знаешь". "Ты мог бы одурачить меня! Настоящий друг знал бы меня лучше, чем это". Габриэль огрызнулся, устав от отношения Рона. "Полагаю, ты не очень хороший друг". "Ну, ты тоже!" Рон плюнул в ответ. "Ты слишком занят, будучи знаменитостью, ищущей внимания, чтобы заботиться о нас, маленьких людях!" "Единственный маленький человечек в этой комнате - это ты! Я не могу поверить, что ты ревнуешь из-за этого! Ты должен был бы знать лучше, чем кто-либо другой, что это не прогулка в парке! Быть собой ВСЕГДА опасно!" "Бедный ты мой. Думаю, сегодня ночью я буду плакать, пока не усну". Рон стиснул зубы, прежде чем яростно задернуть шторы. "Не разговаривай со мной больше, Рон, пока не будешь готов извиниться за то, что был полным придурком для друга". Отлично сработано. Сайлас усмехнулся. Заткнись, Сай. Ты его терпеть не можешь, поэтому тебе на самом деле все равно. И не утруждай себя рассказами, что Гарри справился бы с этим по-другому. Я знаю, что он бы так и сделал, но меня тошнит от незрелого отношения этого идиота. Рону нужно повзрослеть! Габриэль забрался в их кровать и задернул шторы. Ему потребовалось некоторое время, чтобы заснуть, но когда он заснул, Сайлас был готов и вышел на поверхность. Он осторожно выбрался из кровати и схватил их мантию-невидимку. Никто не слышал, как он уходил. Он бесшумно скользил в темноте по направлению к подземельям, сгорая от раздражения и злости из-за действий Габриэля. Холодная улыбка тронула его губы. Он знал, что Габриэль не одобрил бы то, что он делал, и от этого его решение становилось еще приятнее, но он делал это не только из-за этого. Он чувствовал, что это было необходимо для их дальнейшего выживания. Чем больше у них будет информации и чем больше людей будут следить за влиянием Волан-де-Морта, тем лучше. Он добрался до гостиной Слизерина. Ее не охранял портрет. Вместо этого, как в Косом переулке, нужно было коснуться нужного камня в стене, и открывался дверной проем. Это было умно, и обойти его было сложнее, чем портрет, но он знал заклинание, которое легко справилось бы с ним. После четырех тихо произнесенных слов, взмаха его палочки стена засветилась. Чем чаще за последние двадцать четыре часа прикасались к камню, тем ярче он становился. Сайлас коснулся единственного выявленного узла света, и портал открылся с тихим рычанием. Гарри был в общей комнате Слизерина на втором курсе. Она не выглядела сильно изменившейся. Она отличалась от гриффиндорской тем фактом, что это была не одна большая круглая комната открытого пространства. Вместо этого в нем было много поворотов и лестниц, так что он был разделен на несколько приватных зон. Там было три камина, а ковер был темно-зеленого цвета. В общежитие вели три лестницы, и Сайлас произнес заклинание "Укажи на меня". Он пошел в крайний правый ряд и бесшумно полез наверх, его глаза внимательно искали и ощупывали остатки заклинаний, которые могли бы выдать ловушку. Там ничего не было. Конечно, подумал он с удивлением, слизеринцам не составило бы особого труда подняться в комнаты общежития, когда там были такие люди, как Крэбб и Гойл, которые, скорее всего, забывали и постоянно выводили их из себя. Он добрался до верха лестницы и увидел длинный коридор с несколькими дверями, а в конце еще одну лестницу, ведущую наверх. Снова применив заклинание "Укажи на меня", он с облегчением обнаружил Драко на этом этаже за второй дверью слева. Он почувствовал заклинания на двери и вздохнул. Тихо шепча, он произносил диагностические заклинания, которые начинали описывать ему тип используемой магии и ее наиболее вероятную цель. Исходя из этого, он мог определить, какие заклинания использовались, и наложить жетоны. Конечно, у Драко Малфоя был отец-пожиратель Смерти, и было весьма вероятно, что он не распознал подписи заклинаний. И он не распознал. Что ж, всегда был план Б. Он постучал в дверь, напрягая слух, чтобы услышать, не разбудил ли он кого-нибудь из других слизеринцев. Ничего. Он постучал снова, громче, но короче. Он услышал шорохи в комнате Драко. Блондинка открыла дверь, и Сайласу пришлось оценить, что, хотя он и разбудил слизеринца, глаза Драко были бодрыми и совсем не затуманенными сном. Гойл тоже открыл дверь, выглядя гораздо менее настороженным, и спросил, что происходит. Сайлас изогнулся и проскользнул мимо Драко в комнату блондинки, не прикасаясь к нему. "Это шутка?" Драко зарычал. "Кто постучал в мою дверь?" "Я никого не видел". Гойл заскулил. "Я этого не делал, Драко". "Иди спать, идиот, и если ты сделаешь это снова, я буду очень недоволен". Блондин решительно захлопнул дверь и с хмурым видом вернулся к своей кровати. Выражение лица быстро стерлось, когда он увидел Гарри Поттера, сидящего на его кровати со злобной ухмылкой. Рот Драко открылся от шока. "Очень интересно". Небрежно сказал Сайлас, переводя взгляд с блондинки на остальную часть комнаты. "Они часто стучатся в твою дверь и убегают обратно в свои комнаты?" "Что ты здесь делаешь?" Драко зашипел, приходя в себя. "Как ты сюда попал?" "Успокойся, Серпентайн". Сайлас встал и небрежно пожал плечами. "В своем письме ты сказал, что вам нужно кое-что обсудить, но конфиденциально и при личной встрече. Ну, вот и я. У меня также есть к тебе деловое предложение." Драко быстро восстановил равновесие и заинтересованно поднял бровь. Его серые глаза оглядели его с головы до ног. "Ты очень хороший актер, Поттер. Как ты можешь притворяться хнычущим Хаффлпаффцем? Он растягивал слова. "О. Это проще, чем ты думаешь". Сайлас улыбнулся, но его глаза опасно сверкнули. "Тебе интересно, Драко? Или нет?" "Мне интересно". Драко легко ответил, щелкнув пальцами в знак согласия. "Хорошо". Сайлас двинулся к нему. "Одевайся. Мы собираемся поговорить где-нибудь, где, я уверен, нас не подслушают". "Где?" Спросил Драко, подозрительно глядя на него. Однако он стоял на своем и не двинулся с места, когда Сайлас подошел к нему. Подросток был примерно на два дюйма ниже его, но почему-то он чувствовал себя намного меньше и уязвимее с этими пронзительными зелеными глазами, прикованными к нему. "Ты мне не доверяешь?" - Шепотом спросил Сайлас. Драко подумал об этом, а затем медленно кивнул. "Тогда двигайся. У нас нет времени на всю ночь. Я встречу тебя возле класса зелий, но долго ждать не буду. Открой свою дверь. " Драко повернулся и сделал, как его просили. Когда он обернулся, Гарри там не было. Он поспешил выглянуть за дверь, но коридор тоже был пуст. Нахмурившись и впечатленный, Драко поспешно переоделся из шелковой пижамы в брюки и плотный зеленый свитер из мягчайшего хлопка. Ему потребовалось около семи минут и еще около десяти, чтобы добраться до класса незамеченным. Гарри там не было, поэтому он потянулся к двери, думая, что тот может ждать внутри и скрыться из виду. "Не надо". Драко резко обернулся, и у него отвисла челюсть, когда он увидел Гарри, прислонившегося к стене напротив него, руки в карманах, а на губах играет веселая полуулыбка. Как он это делал? "У профессора Снейпа на двери установлена сигнализация, чтобы он знал, если кто-нибудь попытается сварить зелье вне класса". Сайлас объяснил и отошел от стены. "Следуй за мной и молчи". Драко закрыл рот, но колебался. Все становилось действительно странным, и ему было жутко наблюдать, как Гарри двигается и ведет себя так непохоже на то, что он делал днем. Это был тот мальчик, который заикался, когда его имя вылетело из кубка? Это был тот мальчик, который, по слухам, плакал в защиту от Темных искусств, когда этот ублюдок Муди продемонстрировал Смертельное проклятие? С другой стороны, этот человек соответствовал тому, кого он стал уважать и доверять благодаря их письмам. Поэтому он последовал за ним. Сайлас повел его в ванную Миртл. Его поступь была бесшумной, а походка плавной. Драко легко поспевал за ним и так же бесшумно наступал ему на пятки. Сайласу это очень нравилось. Он чувствовал, что Драко был родственной душой, и их молчаливое продвижение, когда он немного лидировал, а Драко слепо следовал за ним, наполняло его довольством. Возможно, Габриэль что-то заподозрил, когда Гриффиндорец сказал, что хочет чего-то только для себя. "Что мы здесь делаем?" Драко прошептал твердым голосом. Сайлас знал, что блондин теребит его палочку, и улыбнулся. Драко, может быть, и родственная душа, но это означало, что он также опасен и склонен к предательству. Это была еще одна причина, по которой он решил привести его сюда. Это была бы демонстрация силы, которой Драко вряд ли смог бы противостоять, и она дала бы ему преимущество, пока блондин не сравнял счет. Это также было бы очень явным невысказанным предупреждением о том, что предательство очень вредно для его здоровья, и он должен быть действительно, действительно уверен, что оно того стоило. "Я хочу тебе кое-что показать". Он ответил и вошел в ванную Плаксы Миртл. К счастью, призрака не было видно, и он без проблем подошел к раковине. "Ты идешь, Драко?" Блондин колебался, его мышцы были напряжены и готовы к прыжку. Он посмотрел в зеленые глаза Гарри, и хотя они были жесткими и полными веселого интеллекта, он не мог полностью забыть, что это был Гарри Поттер, герой, который не стал бы намеренно причинять вред другому. Он шагнул вперед. Сайлас улыбнулся про себя, угадав мысли блондинки по выражению его лица, и зашипел у раковины. "Что ... " Драко услышал Змеиный язык и на мгновение испугался, что его оценка была неверной, но его вопрос и мысли были прерваны, когда раковина открылась, обнажив темную дыру. Что-то толкнуло его сзади, и он обратил горящие глаза на Сайласа, который ухмылялся, падая. Он не закричал, но ему хотелось закричать. Его сердце бешено колотилось в груди, и он чувствовал головокружение, как будто вот-вот упадет в обморок. Единственное, что удерживало его в сознании, - это жгучая ярость. Он сильно ударился о землю, и весь воздух вышибло из его легких. Сайлас приземлился несколькими секундами позже, но остался на ногах. Драко вскочил и нацелил свою палочку. Глаза Сайласа сверкнули предупреждением, и абсолютная холодность в этом взгляде напомнила Драко об отце. Это заставило его заколебаться. "Добро пожаловать в Палату Слизерина, Драко Малфой. Ты всего лишь третий человек, ступивший сюда за последние пятьдесят лет". Это сбило гнев Драко с толку, и он с удивлением огляделся. Он действительно стоял в Тайной комнате? Любопытство и благоговейный трепет наполнили его, и он позволил своему раздражению на маленького Гриффиндорца улетучиться. Это было определенно интереснее. Сайлас снова ухмыльнулся и повел его по коридору. Обломки давно исчезли, как он и ожидал. Хогвартс не оставил бы его поврежденным, не тогда, когда он был любим одним из основателей. Он прошипел, двери открылись, и наконец показалась камера. Зажглись факелы, наполнив светом огромную комнату. Пол был гладким и ровным, как стекло, и был настолько отполирован, что фактически отражал свет, как спокойная поверхность озера. Памятник Салазару Слизерину стоял на прежнем месте, а труп василиска лежал там, где он умер. "Мерлин". Позади него раздался сдавленный шепот Драко. "Я победил его на втором курсе, как, я уверен, ты помнишь". Сайлас ответил небрежно. "Я также уничтожил шестнадцатилетнюю память Тома Риддла. Это настоящее имя Волан-де-Морта, если вы не знали. Его отец был магглом, а мать - чистокровной выходкой из Слизерина. Что касается василиска, я знаю, что его части очень ценны и полезны в зельеварении, и я подумал, что вам будет интересно помочь мне извлечь выгоду из этого существа. " "Конечно". Слабо ответил Драко. Его разум был в смятении от данных ему знаний. Волдеморт был полукровкой? Его взгляд вернулся к голове василиска, и он почувствовал уверенность, что никогда бы не смог победить зверя. Он лежал на земле, всего на несколько дюймов ниже, чем они были. Его тело было добрых четырех футов в обхвате, а длина - тридцати футов. Сайлас тоже уставился на змею. Он покачал головой, когда в его памяти всплыли воспоминания о Габриэле, бесстрашно бросившемся на такое существо. И этот идиот собирался повторить те безрассудные действия во время Турнира. Он подавил нарастающий гнев и повернулся к блондинке. "Как ты убил его?" Спросил Драко. "Если присмотреться, то можно увидеть рану от меча, которая прошла через небо и попала в мозг. Кажется, я упоминал об этом в письме ". Сайлас растягивал слова, снова развеселившись. Блондинка кивнула, снова глядя на василиска. "Что ты хотел мне сказать, Драко?" Внимание блондинки вернулось к нему, но он ничего не сказал. "Хорошо. Я начинаю". Сайлас засунул руки в карманы, пристально глядя на Драко. "Твое первое письмо мне было приглашением к временному прекращению огня. Ты сказал, что предполагаемое соперничество между нами останется." "Предполагается?" Драко усмехнулся. "Да. Предполагалось. Ты настроил себя против меня, но, честно говоря, я никогда не учитывал твои действия ". Сайлас пожал плечами, и лицо Драко покраснело от гнева. "Но ты также сказал, что был бы готов расстаться с информацией, собранной твоим отцом. Это было неожиданно, и я согласился. Однако в твоем последнем письме тон изменился. Ты намекнул, что нашел факультет Слизерин и, как следствие, Хогвартс, своим домом, а не поместьем Малфоев. Ты также сказал, что хочешь рассказать мне то, что не можешь позволить себе написать на бумаге. Я предполагаю, что все, что ты хочешь сказать, относится к тому, кому ты верен. К сожалению, что бы ты ни говорил, твоя надежность остается проблемой. Вот почему я решил встретиться с тобой. Я подумал, что таким образом смогу более честно понять твои намерения." "И это просто совпадение происходит в ночь, когда ты выбран четвертым чемпионом". Драко зарычал. "Я нахожу это маловероятным". "Ты прав. Это не совпадение. Но вряд ли это должно иметь значение". Сайлас снова пожал плечами. "Суть все та же". "Чего ты хочешь, Поттер?" Требовательно спросил Драко. "Зачем ты привел меня сюда?" "Ты мог бы быть полезен мне, но и другие люди тоже. Я подумал, что могу дать тебе шанс. Итак, вот он, Малфой. Что ты хочешь мне сказать?" "Ты бы дал мне шанс". Драко повторил с отвращением. "Мне ничего от тебя не нужно". "Позволю себе не согласиться". Сайлас серьезно сказал. "Не трать это впустую, Драко. Подумай о том, что гордость, по твоему мнению, уязвлена, и посмотри на картину в целом". "И что бы это могло быть?" Драко зарычал. Сайлас холодно встретил его горячий взгляд. Раздражение Драко испарилось, когда другой мальчик в отчаянии покачал головой. "Я не втягиваю тебя в это, Драко. Ты должен сделать это сам. Очевидно, ты не хочешь. Пошли." "Подожди". Драко выпалил, когда подросток начал уходить. "Хорошо. Я скажу". Сайлас рассмеялся: "Это не допрос. Я просто хочу знать, враг ты мне или нет". "Я тебе не враг". Драко уставился на труп василиска. "Я не буду отмечен и не буду служить Темному Лорду. Но я также не буду поддерживать Дамблдора". "Могу я спросить, почему ты восстаешь против своего отца?" "Он изменился". Драко мягко объяснил. Его плечи поникли. Не многие люди узнали бы печаль, скрытую в его голосе. "Со второго курса он начал меняться, и прошедшее лето было худшим. Он никогда не улыбается и всегда зол. Он целеустремленный и жестокий, и за его жестокостью нет причин. Я не хочу, чтобы это случилось со мной. Я поговорил со своей матерью, и она сказала мне, что он был таким все время, когда был активным Пожирателем Смерти, и поэтому она подозревает, что он снова участвует в деятельности Пожирателей Смерти. Мама говорит, что Темный Лорд порабощает своих последователей и пожирает их души ". Он поднял голову, и его глаза горели болезненной решимостью. "Я не позволю этому случиться со мной. Я Малфой. Я никому не служу, и моя душа принадлежит только мне. " "Хорошо". Сайлас улыбнулся, и это улыбка не была холодной или жесткой. Она была мягкой, с пониманием и искренним удовольствием. "Мне понадобится твоя помощь". Драко моргнул, услышав это. "С чем тебе нужна помощь?" "Этот василиск, например". Он протянул. "Но также и с этим турниром. Я не опускал свое имя в кубок и не просил никого другого делать это за меня. Кто-то хочет, чтобы я участвовал, и я верю, что этот человек работает на Волан-де-Морта ". Он драматично вздохнул. "Еще один год и еще одно покушение на мою жизнь. Как скучно ". Драко от неожиданности рассмеялся. Сайлас почувствовал прилив удовлетворения и улыбнулся. "Серьезно, я верю, что Крауч-старший каким-то образом причастен к этому. В любом случае, в этой школе есть кто-то, кто хочет моей смерти или попадания в лапы Волан-де-Морта. Я хочу знать, кто. Любая информация, которую вы сможете собрать, была бы полезна. " "Почему я должен?" Драко нахмурился, скрестив руки на груди. "Если кто-нибудь узнает, чем я занимался, у меня будут серьезные неприятности". "Потому что ты получишь компенсацию за свою помощь". Сайлас закатил глаза. Мальчик уже согласился помочь, так почему он спорил об этом? "И чем скорее я смогу избавиться от Волан-де-Морта, тем лучше будет для тебя и твоей семьи". Драко посмотрел на него: "Я не сражаюсь против Темного Лорда". "Я знаю". Сайлас успокоил. "Я никогда этого не ожидал. Я только попросил у тебя информацию". Драко коротко кивнул. "Хорошо. Я дам тебе знать, если что-нибудь услышу, но я не собираюсь лезть из кожи вон, чтобы найти для тебя ответы". "Это прекрасно". Сайлас улыбнулся. "Теперь, что нам делать с этим чудовищем?" "Давай вернемся завтра вечером. Я принесу контейнеры и инструменты для препарирования". Предложил Драко, его глаза наполнились жадностью, когда они блуждали по большой змее. "У меня есть книга о том, какие части более ценны и как их следует хранить". Небрежно сказал Сайлас. "Я принесу ее". "Хорошо". Драко посмотрел на брюнетку и улыбнулся. Сайлас отразил его ликующее выражение лица.

xXxXxXx

Гарри проснулся на следующее утро и застонал, уткнувшись лицом в подушку. Воспоминания о прошлой ночи нахлынули с новой силой, и он всем сердцем пожелал, чтобы это был всего лишь сон. Прости, Гарри. Мягко сказал Габриэль. У меня был шанс вытащить нас из этого, но я им не воспользовался. "Что? Почему?" Потрясенный Гарри ахнул. Потому что кто-то ввел твое имя и хочет, чтобы мы участвовали в этом турнире. Лучше встретиться с этим лицом к лицу, чем прятаться и спотыкаться о ловушки, которых мы не видели. Если это имеет смысл. К тому же, если они заминировали задания, другие чемпионы в опасности. Я не мог сидеть сложа руки и не воспользоваться шансом помочь им, если бы мог. "Седрик уже нервничал. Я не думаю, что он действительно думал, что его выберут, и Крам тоже не казался слишком взволнованным ". Гарри признался. "Вы думаете, директор Каркаров заставил его написать свое имя в кубке?" Возможно. Мрачно сказал Габриэль. Он знаменит квиддичем, и они могли ожидать, что он продолжит приносить им славу. Он, похоже, тоже не был в восторге от всех своих фанатов. "Нет". Гарри вздохнул. Итак, вы понимаете? Я намного опережаю программу четвертого курса и более способный, чем остальные. Я должен быть там, чтобы убедиться, что они не пострадали. "Я понимаю". Гарри прикусил губу. "Что Сайлас думает обо всем этом?" Он несчастлив. На самом деле, он сейчас со мной не разговаривает. Габриэль вздохнул. Я думаю, он спит, так как он в своей комнате с закрытой дверью. "О". Гарри нахмурился. "Может, тогда нам не стоит этого делать". Теперь уже слишком поздно. Габриэль покачал головой. Послушай. Сайлас мне тоже небезразличен, но я не собираюсь менять свое мнение. Я должен это сделать. "Хорошо". Гарри снова вздохнул. Есть еще одна вещь, которую я должен тебе сказать. Рон не поверил мне, когда я сказал, что мы не опускали твое имя в кубок. Мы подрались. Я не думаю, что он с тобой больше разговаривает, но остальной Гриффиндор поддерживает нас. Но только Невилл и, возможно, Гермиона верят нам насчет того, что мы не включили твое имя. "Почему он тебе не поверил?" Гарри сбросил одеяло и раздвинул шторы, намереваясь поговорить со своим другом, но когда он огляделся, то увидел, что поднялся последним. Он поспешно натянул одежду и помчался вниз по лестнице. Гриффиндорцы громко зааплодировали, как только он появился в поле зрения. Даже с включенными щитами он чувствовал волнение и предвкушение, кружащиеся вокруг него. Он сильно покраснел и опустил глаза, когда соседи по классу похлопали его по спине и поздравили. Ему потребовалось добрых пятнадцать минут, чтобы добраться до дыры с портретами, и он практически нырнул в нее, чуть не сбив с ног Гермиону и Невилла. "Гарри!" Гермиона отругала. "Мне жаль". Его румянец усилился. "Мы думали, ты не захочешь идти в Большой зал". Невилл помог им обоим встать на ноги. "Поэтому мы принесли тебе тарелку". "Спасибо". Гарри улыбнулся, его зеленые глаза сияли. "Я действительно, действительно ценю это". "Пошли". Гермиона потянула его за руку. "Пойдем поедим у озера. Там нас никто не побеспокоит".

xXxXxXx

Гарри сидел рядом со своими двумя друзьями и смотрел на корабль Дурмстранга, пришвартованный в озере, пока ел завтрак, который принесла ему Гермиона. Становилось холодно, но все они не забыли захватить свитера, так что все было не так уж плохо. К тому же, поскольку Невилл сидел с одной стороны, а Гермиона - с другой, у него было тепло их тел, чтобы согреться. "Гермиона, ты мне веришь? Насчет того, что я не поместил свое имя в кубок?" Спросил он, когда закончил. "Ну конечно, хочу!" Она удивленно фыркнула. "Выражение твоего лица, когда Дамблдор зачитал твое имя! Но вопрос в том, кто сделал это? Потому что Муди прав, Гарри… Я не думаю, что какой-либо студент мог это сделать… они никогда не смогли бы обмануть Кубок Огня или преодолеть возрастной рубеж Дамблдора." Гарри кивнул и закусил губу. "Ты видел Рона этим утром?" Гермиона колебалась, поэтому ответил Невилл. "Да. Мы видели его". "Он злится на меня?" "Ну ... нет, я так не думаю ... на самом деле нет". Гермиона попыталась. "Да". Невилл не согласился. "Он ведет себя как придурок". "Он просто ревнует". Защищалась Гермиона. "Все внимание всегда приковано к Гарри. Я знаю, что это не твоя вина, Гарри, но – ну – знаешь, у Рона дома столько братьев, с которыми ему приходится соревноваться, а ты его лучший друг, и ты действительно знаменит – он всегда отходит в сторону, когда люди видят тебя, и он мирится с этим, и он никогда не упоминает об этом, но я полагаю, что это всего лишь один раз из многих ..." "Это действительно неубедительное оправдание, Гермиона". Невилл сердито посмотрел на нее. "Он должен быть другом Гарри, и то, что его волнует все это дерьмо, заставляет думать, что он был его другом только из-за внимания, которое это могло привлечь к нему, и теперь, когда он видит, что это не работает, он закатывает истерику ". "Это неправда!" Гермиона закричала, а затем обратила умоляющий взгляд к Гарри. "Просто пойди поговори с ним. Я уверена, ты увидишь, что тогда все будет хорошо". Ни за что! Не твое дело гоняться за придурком, пытаясь заставить его повзрослеть! Это то, что ему просто придется делать самому. Габриэль кипел. Гарри вздохнул: "Не я разделяю нас, Гермиона. Я буду рад поговорить с ним, но я не могу заставить его. От этого будет только хуже. Рону просто придется прийти в себя самостоятельно." Они сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Через несколько минут Гермиона встала, скрестив руки на груди. "Я действительно беспокоюсь о тебе, Гарри. Этот турнир опасен, и кто-то приложил немало усилий, чтобы заставить тебя участвовать. Я думаю, тебе следует написать Сириусу и рассказать ему, что произошло. Он все равно рано или поздно прочтет об этом и, возможно, сможет тебе помочь. " Гарри посмотрел на Невилла, чтобы узнать его мнение, но его брат только пожал плечами. Он встал и решил, что оно того стоило, если это заставит Гермиону почувствовать себя лучше. Он чувствовал, что ее эмоции напряжены, как пружина, и готовы лопнуть, поэтому он кивнул, и она благодарно улыбнулась ему. И, возможно, будет лучше, если мы расскажем обо всем до того, как он услышит об этом, иначе он может примчаться в школу и быть пойманным. Добавил Габриэль. Хорошее замечание. Гарри согласился и ускорил шаг.

xXxXxXx

Дорогой Сириус, Вы просили меня держать вас в курсе того, что происходит в Хогвартсе, так что вот оно – В субботу вечером меня выбрали четвертым чемпионом. Я не знаю, кто поместил мое имя в Кубок Огня, потому что я этого не делал. Другой чемпион Хогвартса - Седрик Диггори из Хаффлпаффа. Пожалуйста, не волнуйся и не делай ничего опрометчивого. Мы с Ремусом беспокоимся о тебе. Мы не хотим, чтобы тебя поймали. Я обещаю, что дам тебе знать, если мне понадобится помощь. А пока береги себя. Гарри P.S. Привет, старина. Я просто хотел убедиться, что ты понял сообщение. У меня все под контролем. Ты знаешь, я могу позаботиться о себе. Происходит кое-что забавное, но мы смотрим правде в глаза. Не делай глупостей, или мне придется надрать тебе задницу. – Твой товарищ по Гриффиндору

xXxXxXx

Сайлас встретил Драко в ванной Миртл. Под мышкой у него была книга, которую он нашел в библиотеке Северуса и три часа переписывал с помощью магии. В нем подробно описаны все самые мощные части василиска и то, как их препарируют и хранят. Драко ухмыльнулся слизеринцу, и они спустились в комнату. Когда они добрались до трупа, Драко положил сморщенный сундук на землю и вернул ему прежний размер. Внутри были банки, флаконы и коробки, сделанные из разных металлов. Одна была даже хрустальной. Они приступили к работе, говоря только о василисках и зельях, в которых можно использовать ингредиенты, которые они собирали. Все было спокойно. Они работали два часа, прежде чем Сайлас объявил перерыв. У Габриэля не было назначено свидания с Северусом, так как были выходные, но он назначит встречу, как только начнется неделя, и он не хотел, чтобы Драко заподозрил, почему он уезжает раньше. Лучше всего было создать прецедент сейчас. Они собрали вещи и договорились встретиться снова в среду. Драко взял сундук (идея заключалась в том, что если бы его нашли при нем, ему было бы легче объяснить это, чем Гарри), и они поднялись по лестнице, найденной позади статуи Слизерина. Это привело их к потайной двери на втором этаже за гобеленом. Они попытались вернуться через нее, но как только она закрылась, ее нельзя было открыть или увидеть из коридора второго этажа. Это был единственный выход, а ванная на третьем этаже была единственным входом. "Увидимся, Тень". Сказал Драко. Сайлас кивнул, и они разошлись: Драко в свою комнату в общежитии, а Сайлас - в библиотеку. Конец главы.