Парадокс чёрной дыры

Что будет завтра? Они об этом не думают. Живут моментом, смотрят на звезды. И все очень даже хорошо. Пока не начинает дергать. Но не так сильно. Стив же держит. Стив же рядом. От этого и улыбка на лице Эдди, которая уже долго не сходила, до такой степени долго, что мышцы свело, и некое тепло внутри, смягчающее все последствия. Харрингтон теперь не стеснялся прикасаться к парню. Теперь можно. Теперь он все знает. Да и Эдди никогда не был против таких нежностей в его сторону. Ему этого не хватало. Чтобы кто-то давал свое тепло… По крайней мере. Такого не было долгое время, он уже отвык. —Мы отвлеклись от темы нашего разговора. — сказал Эдди, смотря куда-то в сторону, но не на Стива. Если бы он посмотрел на парня, то сразу бы начал путать слова, смущаться. — Как по мне, то мы пришли к хорошему завершению этой темы… — Эдди прикусил нижнюю губу на слова и всё-таки посмотрел на друга. Стив же поудобней лег обратно на траву, поворачиваясь к Мансону, тот повторил за ним. Рука под головой, конечно, уже начинала побаливать и затекать, но Харрингтон не предавал этому большого значения. Они просто молчали, не нарушая тишину. Ночь, вокруг уже все стихло. Даже сверчки звучали тише. Харрингтон осторожно лег поближе к Мансону, а тот только прижался к нему, слушая сердцебиение парня. Так тепло. Теперь он чувствует, что Стив настоящий, что это не какой-то бред, что все хорошо, что все наладится. Конечно, было даже слишком холодно, но он чувствовал горячие руки на спине, стук сердца. Это успокаивало. Это единственное, что вообще могло успокоить парня. — И как давно ты… Ко мне такое чувствуешь. Это же… — Мансон затих, когда Стив его перебил. — Полный бред? Я тоже так думал… Но… Мне кажется, что это произошло еще до того, как мы смотрели тот фильм. Когда ты залез ко мне в окно… И тот звонок, разговор. Все только подтвердилось. Я не знаю как это описать. То, что сейчас происходит… Это то, что нельзя объяснить… — И правильно. Настоящие чувства нельзя описать. Нельзя найти синонимы, подобрать слова. Это… Просто чувства. Настоящая… Любовь. Когда люди не понимают, что испытывают друг к другу, но это заставляет испытывать такой спектр эмоций. — И откуда у тебя такие познания были? Такое чувство, что у тебя было много отношений, раз ты это понимаешь. — Я? Нет. Мне это… Мама говорила. И все, что она говорила сейчас я испытываю тут. Рядом с тобой. Стивом мать его Харрингтоном. В жизни бы о таком не подумал. Но… Все… Как-то закрутилось. Это все. Может это судьба… Может ещё тогда мы… — Эдди немного поднялся, начиная разговаривать в своей привычной манере, — Ты… И я… Ещё тогда должны были быть вместе. Вместо того, чтобы бить друг друга. Мы должны были встречаться по другим поводам. — О Господи… — Стив засмеялся, одним движением скидывая длинные волосы с затылка Эдди ему же на лицо, тот сразу с улыбкой и смешком начал их поправлять, ложась обратно, поближе к Харрингтону, грея руки. Пытался греть. Тут уже тепло Стива не помогает. Просто стало слишком холодно. Харрингтон все понял. Встал с травы и поднял за собой Эдди, убирая всю траву и листья с его волос. Мансон только немного нагнулся. Да. Там не такая большая разница в росте и если он нагнется, то толком ничем не поможет, но этим дает понять, что ему только приятно от таких действий. Мансон в машине сразу включил музыку. Ту самую кассету. Он уже не помнил сколько раз она играла у них на повторе. —Ты, вроде бы, такое не слушаешь… А тут сам включил. — Не слушаю. Это исключение. Эдди просто понравилось то, что слушает Стив, что отдавалось ему в душу. Теперь это все перешло и к самому Мансону. Ассоциации не только со Харрингтоном, но и… С их… Парой? Можно ли это так назвать? — What to do next? Baby, we'll love it… Поехали ко мне. — Эдди открыл окно машины и закурил сигарету. Зажигалка Стива всегда лежала у него в кармане, а вот сигареты совсем недавно появились. — Откуда у тебя они? — Взял у тебя, когда мы лежали. Стив сразу проверил карман. Ключи на месте. Значит все нормально. Значит… Эдди и правда хочет оставить зависимость в прошлом? Это значит, что у них все постепенно наладится. Или уже налаживается. В трейлере Эдди уже сам пытался хозяйничать, оставив Стива у себя в комнате, а через некоторое время вынося парню чай. Единственное, что у него прекрасно получалось делать. Стив отпил немного, а потом еще. В итоге посмотрел на Эдди. — Это…? — Корица, апельсин, листья малины. Вот. Вот оно похоже. Ты же у меня спрашивал. Думаю, что так подать свой ответ. Будет самым верным решением. Харрингтон улыбнулся ему и… Как бы странно это не звучало, но попробовал свой голос на вкус. — А твой голос? — Такое не пьют. Такое… Либо покуривают. Либо… Ударяются этим в нос. — Как понять, "Ударяются этим в нос"? — Ну так и понять. Удариться в вену можно, в нос… Ну в смысле… — Все-все. Я понял. — Стив его быстро остановил, смотря на то, как Эдди расхаживает по комнате, рассматривает все своё. — Ты убрался у меня в комнате? — Мансон начал проверять каждую полку. Все чисто, все убрано. И на столе все лежало по стопкам, — Ты читал? — Нет. Оно же ещё не написано до конца… Попытался сложить по номерам страниц и по цветам нумерации… — Спасибо. Мансон улыбнулся, хотел уже сказать что-то, но Стив опередил. — И кто мы теперь? — парень прикусил нижнюю губу, ожидая ответа от Эдди. — Однозначно уже не друзья… Получается, что… Любовники? Звучит странно, но не думаю, что ты… И что я буду предавать это огласке. Таких влюблённых и вообще любящих людей… Называют именно так. — Звучит странно, но подходит. — Стив подозвал к себе рукой Мансона. Хотел просто немного нежности, но тот встал перед ним, оценивающе смотря на плечи парня, — Что-то не так? — У тебя правая рука случайно не болит? — Харрингтон от такого вопроса замешкался, слабо кивнул, — У меня была когда-то давно похожая ситуация. Все время из-за положения руки на гитаре болело плечо и тогда… Сними это чертово полло. — Эдди отдал Стиву одну из своих растянутых футболок и сел сзади. Стив последовал указаниям, быстро переоделся и сел, ожидая чего-то. Холодные руки на шее и плечах вызывали легкую дрожь, а их действия некое облегчение и спокойствие. Стив полностью забылся от этого всего, полностью отдаваясь, — А сейчас будет больно. — Харрингтон не успел опомниться, как почувствовал резкое давление на плечо, хруст и боль, а потом мгновенно стало намного легче. Рука не болела так сильно, точнее совсем перестала болеть, — Скажи, что сейчас намного лучше. — Да… Лучше. — Харрингтон подвигал плечом. Оно больше не болело. Наконец-то облегчение, — Боже, с каждым днем поражаюсь тобой все больше и больше… Мансон от такого засиял, положив голову на спину Стива. — Скажешь… еще что-нибудь?.. — Эдди обнял того, прижимаясь к парню. — Мне кажется, что это уже наглость. — Стив посмеялся с этого, но остался так сидеть, пока его не потянули назад. Харрингтон поддался и этому, лежа на Эдди, смотря куда-то в потолок. —Ха-а-аррингтон… — почему-то из уст Мансона фамилия Стива звучала не так противно и отталкивающе. Протяжный первый слог, "Р" переходящая в некое рычание. Такое произношение даже казалось правильным. Самым правильных из всех, что он слышал, а слышал он ее часто. От самых разных людей, — не будь таким занудным… Скажи мне еще что-нибудь… — парень усмехнулся и начал почесывать шею Стива рукой с длинными ногтями. Тот чуть дернулся, но потом сразу расслабился, наслаждаясь такими движениями, — Ну как? — Боже, ты прекрасен… — Наконец-то вздохнул Стив, закрывая глаза. У самого ногти не такие длинные. Такие. Нормальные. А у Мансона чуть ли не когти на одной руке. — Так бы сразу. — Эдди продолжил свои действия, иногда немного перемещал руку, пока вовсе не убрал. Слишком любил хоть какие-то хорошие слова в свою сторону. Слишком мало их слышать стал. Поэтому лесть с ним теперь всегда работает. — Как ты начал… Ну… Все это дело. Обычно такое в жизни людей не просто так появляется. — Ну знаешь. Когда ты с рождения денег не видел. Жил по принципу нужно — так укради. А потом появляется… Возможность… Отец… Так скажем… Без моего согласия устроил меня на работу. Чтобы я… Сначала прятал наркотики, а потом все закрутилось. Срочно нужны были деньги… Я решил перепродать. А один грамм такой штуки стоит не дешево… Все были готовы купить подороже. Главное не пачкать свои руки. Ну я и стал всем этим промышлять… Да и деньги появились. Стал себе иногда вкалывать… И это, иногда, нечаянно выливалось в марафоны… — На что нужны были те деньги… Из-за которых… — Оу… Сижу я значит… Где-то. Не помню где. Черт. Ничего уже не помню. Помню только, что пил что-то крепкое. Нужна была запись для альбома… Или хотя бы нескольких треков. Вот и все… Это не дешево. Сроки поджимали… И как итог… Я остался без всего. Мансон залез руками в волосы Стива, начиная просто их перебирать. Такие мягкие, ухоженные. А у самого… Такие беспорядочные, ломкие. — Ты получается…? — Хотел стать рок-звездой… Обрести славу, деньги. Чтобы меня заметили… — А сейчас? — Сейчас уже не знаю. Сейчас уже не нужны были эти слава, деньги, признание. Ему было достаточно того, что его заметил Стив, что полюбил его. Теперь хотелось только спокойствия. Так длилось весь вечер, пока свет в комнате не погас, пока тишина не охватила помещение. Да. Рядом Стив, которого Эдди обнимал со спины, но это не помогало. Он ворочался, вставал, ходил по комнате, крутил волосы на руки, кусал губы, запястья. Все кости ломали, суставы выкручивались в другую сторону. — Эддс… Ты… Ты чего не спишь? — Стив неохотно поднялся, протирая глаза и пытаясь поймать вечно убегающего Эдди взглядом. —Где они? — Что? Какие еще они? — Сука ключи! Отдай мне их сейчас же! — Мансон подошёл к Стиву. Сделал только шаг на встречу. — Нет. Эдди. Все. Ты мне их отдал. Считай, что их нет. — Сволочь! Стив! Мне они нужны, понимаешь! — парень стал опять ходить кругами по комнате, — Отдай мне эти чертовы ключи! Я же знаю, что они где-то у тебя! — Нет. Но… Подойди сюда. — несмотря на все свое нездоровое состояние, Эдди подошел. Сел рядом, хоть весь дрожал. Стив это видел, взял холодные руки в свои, — Ты хочешь бросить? — Мансон кивнул, — тогда нужно это перетерпеть. Я буду рядом. Понял? Мансон лег. Лег рядом. А в голове сам себя успокаивал, но от этого голосов больше. Больше трясло. Становилось только хуже. — Эддс. Эдди. Мансон. — Стив зарылся пальцами и носом в кудри, вдыхая тот самый запах. От него аж мурашки по коже. Сразу приятно, сразу так спокойно. — Ты… Нюхаешь меня? — посмеялся Эдди, чувствуя все, что делает парень. Даже разряжало обстановку. — Я?! Нет! Нет. Не-е-ет. Это заставило немного отвлечься, посмеяться и задремать, прижимаясь к Стиву. Харрингтон даже не думал, что бывают такие сдвиги и что это именно так проявляется. Понимал прекрасно, что они будут, но… Думал, что все будет поспокойнее. Что он только просить будет, но не орать. Это что-то другое. И так всю ночь. Приходилось просыпаться от каждого воздрога, гладить по спине, тихо шептать что-то. Все, чтобы успокоить парня. Утром русоволосый встал пораньше, уходя готовить хоть что-то. Наконец-то в холодильнике была еда. А точнее все нужные составляющие блюда. Так и начали постепенно получаться незамысловатые панкейки, запах которых чувствовался уже на улице. Стив даже не услышал звук открывшейся двери и возни в коридоре. Через несколько мгновений на кухне, которая так же являлась залом, появился мужчина, с непониманием смотревший на парня. Тот прокашлялся. Русоволосый сразу обернулся, немного теряясь. — Ох, доброе утро! Вы извините, что так хозяйничаю… — Где Эдди? — перебил того мужчина. — Он еще спит. — выпалил Харрингтон и мигом приступил обратно к готовке. Мужчина молча сел на диван, читая какую-то газету. Все молчали. Никто слова сказать не решился. — И… Что у вас с Эдди? — У нас. Мы… Все сложно. Там… Только начало… Рано что-либо говорить… Позор Харрингтона первал дверной хлопок, спутанные шаги и невнятное ворчание из коридора. Вскоре в поле зрения появился источник всего этого беспредела, махая дяде рукой и уходя к Стиву, осторожно обнимая того со спины и немного прикусывая шею парня. Так. Совсем легонько. Как будто вместо поцелуя. Стив сразу понял, что он не в состоянии разговаривать, но в прекрасном состоянии своровать у парня один панкейк и уйти с ним на диван к дяде. Тот лишь вопросительно на него посмотрел, на это Эдди хаотично помотал головой, а потом улыбнулся. Так завязался некий немой диалог, чтоб Стива своими разговорами не засмущать. Если в кратце его описать, то Уэйн больше спрашивал Эдди о том, как это получилось и почему именно с этим. Он бы принял любой его выбор, пусть то будет золотая рыбка или крыса, но это… Это Харрингтон, который доводил его всю школьную жизнь. Из-за него были все проблемы. Но… Видимо Эдди так не думал, уходя обратно за спину Стива. А тот и против не был. —Вы тут… Долго будете? — Мансон старший всё-таки поднял глаза на парней. — Думаю, что… Днем может куда-нибудь выйдем, а ночью тут. А что? — Эдди посмотрел на дядю с неким непониманием. —Я в том плане, что… Вы может. Мне нужно уйти ночью? От этого Харрингтон поперхнулся, смотря то на дядю Эдди, то на самого Эдди. Оба растерялись, понимали, на что намекали. — Нет. Нет. Мы… Ну… Как это сказать… Я не знаю, как это сказать. — Мы просто посидим тут всю ночь. Ничего такого. — Харрингтон разрулил ситуацию с неким стыдом от происходящего, а Эдди с улыбкой спокойно положил голову на плече парня. Рад, что хоть кто-то тут в состоянии разрулить ситуацию. Рад, что этим человеком оказался именно Стив. Уэйн только кивнул. Такой вопрос был ожидаем. Оба парня взрослые. И никто толком не знает, что у них там в головах творится. Харрингтон старался вести себя тише, даже не слушал о чем разговаривали эти двое. Стыдно как-то. За то, что сделал тогда. За то, как смотрел на этих двоих. Хотя сам был намного хуже. Эти мысли полностью поглотили разум. Заставили нервничать. Так, что нога сама начала дёргаться. Но сразу на ней оказалась холодная рука с кольцами, которая тоже немного поддрагивала. От этого стало спокойней. По Эдди было видно, что он тоже нервничает, кусает нижнюю губу, прикрывает лицо свободной рукой. Мансон всё-таки решился первый, встал из-за стола, убрал по-быстрому посуду и увел Стива за собой на улицу, прихватив кожанку и куртку Стива. Пасмурно. Опять. Опять гроза будет. Но это не пугало Мансона, который вел Стива куда-то в лес. — Ты точно уверен? Эддс, а если тебе плохо станет? — Ты во мне сомневаешься? Во мне! Все будет просто замечательно! — Мансон посмеялся, заводя его глубже в лес. Стив доверял, поддавался парню, шел за ним. С ним все было по-другому. Вроде погода пасмурная, а так все ярко, как во сне. Ранняя весна. Трава только появляется, а уже такая зеленая. Уже пробивается сквозь опавшую хвою. Его вели непойми куда, но потом вывели на поляну. Скала по середине давала о себе знать. Стив все понял. Улыбнулся. — Это… — Глупо, поверхностно, но… Раз мы… Вроде как… Вроде бы… — Мансон закрыл лицо прядью волос. — Не вроде бы. Вроде как. А точно. Эддс… Да это странно, но… — Стив посмеялся, отводя голову и взгляд в сторону. — Слушай. А можно… Ну… Еще раз… — Эдди сам отвел взгляд, когда на него посмотрели. — Я немного не понимаю, чего ты хочешь. На это слова Мансон невзначай указал пальцем на закрытые прядью губы. Покраснел немного. Так, что простуил легкий румянец на бледных щеках. Харрингтон улыбнулся, осторожно поворачивая убрал прядь с лица Эдди, стал одной рукой придерживать волосы парня, а второй притянул к себе его за талию. Нежно, но уверенно. В первый раз был немного в шоке, но сейчас знал, что нужно делать, как это правильно. Так еще и Эдди не против. Это уже понятно по рукам парня на плечах Стива. Просто поцелуй. Без всяких преувеличений. Отстранились только на миллиметр. И то, просто улыбнуться друг другу, а потом снова. Осторожно, нежно. Правда, все немного нарушил ещё покапывающий дождь, который усилился за то время, что парни стояли. Харрингтон хотел уже уйти от дождя, но Мансон не давал, держал за плечи, притягивал к себе. — Ты вроде воду не любишь. — Стив улыбнулся, убирая с лица Эдди мокрые волосы. — А тебе что-то не нравится? Стив умолк и еще раз осторожно затянул Эдди в поцелуй. Теперь уже запустил пальцы в мокрые кудри. Понял, что парень не против. Да и сам Харрингтон готов так стоять, пока полностью не промокнет. Ему и так было хорошо. Хоть это странно, но Мансон как-то согревал его холодными руками, такими же холодными губами. Неестественно холодным, как у мертвеца или что-то в этом роде, но Стив всегда находил в них частичку тепла. —Прости, ты теперь весь мокрый… — Эдди посмеялся, начиная убирать мокрые русые волосы с лица Стива. — И сейчас это так важно? Ты захотел постоять под дождём. Я теперь тоже хочу. Хочу высказаться, сказать, что сейчас… — Говори. — Эддс. Ты… Придурок. Из-за тебя я весь промок. И не представляешь, как я долго укладывал эти волосы… Но… Спасибо. Просто хочу тебе это сказать. Эддс. Ты прекрасен. Даже вот сейчас. Просто спасибо… И. Я всё-таки немного выше. Эдди с этого просто рассмеялся, целуя парня в губы. Стив тоже самое хотел сказать, но… Он знал, за что говорит спасибо. За поддержку, понимание. За то, что не испугался и остался. И просто за все. За то, что изменился… — Тебе не холодно? — А ты хочешь согреть? — Мансон завел парня под скалу, — есть немного. Конечно я промок не так, как ты, но… Лучше в мокрой куртке себя не чувствую. Мансон сел на сухой участок земли, а за ним и Стив, осторожно обнимая парня. Так они просидели достаточно долго, пока дождь хотя бы немного не утих. Главное, что вместе. Главное, что совсем рядом. — Я понимаю, что такое вспоминать не приятно, но как ты словил передозировку? Что послужило причинами? — Я был в коме… Раза два, вроде бы. Только два из них помню. Первый раз был давно. Это… Произошло, когда ее… Не стало. Там… — Эдди явно занервничал. Но посмотрел на Стива. Даже как-то успокоился. Почувствовал на своем плече его руку, — Там не очень хорошие обстоятельства… Так ещё и… Школа… А там сам помнишь. Как-то все наложилось, что вколол. А второй был после. На следующий год после ее смерти. Там… Я пришел во всем чёрном. Был ровно год, как ее не стало… — чем больше парень рассказывал, тем Больше сам Харрингтон понимал, какой он мерзкий человек. По крайней мере, был им, — Стив… Ты раскис. Соберись. На это русоволосый взял ладонь парня и прижал ее к своей щеке, тихо шептал слова, просящие простить. Понимал теперь все. Прекрасно понимал, испытывал к себе только одно – отвращение. Ненависть. Пытался показать, что изменился, но все равно все не так. Все равно он все рушит и ломает. — Стив мать его Харрингтон, возьми себя в руки! — Мансон недовольно посмотрел на парня, беря его лицо уже двумя руками, — соберись. Все. Все прошло. Я простил. Почти забыл все. Хотя забывать не стоит. Всё-таки прошлое. Но… Я в принципе не против создать новое будущее. Стив кивнул, осторожно прижался к Эдди, просидел так до последнего. Дождь совсем немного давал о себе знать. Мансон встал, беря парня за руки и уводя его в сторону трейлера, а там оба тихо вошли внутрь, вешая мокрые куртки на вешалку и уходя в комнату Эдди. Кучерявый сразу принялся искать хоть какую-то сухую одежду для обоих. Нашел. Достал две потрёпанные футболки. Тогда взгляды опять пересеклись. И опять те эмоции. Буря эмоций. Наивная улыбка. Лёгкий румянец. Эдди сам как-то к Стиву подошел, осторожно положил руки на плечи в родинках. У самого все не так. Плечи белые. Как будто через них скелет виден. Нет. Он не костлявый, но из-за нездорового образа жизни и из-за того, что он не выходит на улицу… Особенно днём. Как ходячий труп. Не то что Стив. Такой живой. Еще один взгляд. Еще один поцелуй.