Новое прошлое - 2: Настоящее

Зераббаль снова подошел к Хилини, взял ее за руку и, развернув лицом к Доктору, буквально швырнул ее в его сторону. - Забирай ее с собой! – прикрикнул он. – И вырежи ей что там надо вырезать, чтобы она всегда была готова! Я не намерен ждать ее по несколько дней в месяц! Затем он быстрыми шагами прошел мимо и, поднявшись по лестнице, покинул комнату. Почти минуту Доктор хранил молчание, а потом перевел взгляд на дрожащую от страха Хилини. - Как же ты мне надоела, – с усталой досадой произнес он. – Одевайся и поехали, - он направился к лестнице. – И подложи под себя хоть что-нибудь. Испачкаешь мне сидения – я не твой хозяин, засеку до полусмерти! Он поднялся и скрылся из виду, а Хилини закрыла глаза и до боли сжала веки… Ромина закрыла глаза и до боли сжала веки. - Ромина, - его руки легли на его плечи. – Ромина, что с тобой? Тебе плохо? Она распахнула ресницы и посмотрела на Джераба, чье лицо было совсем рядом. - Все хорошо, - она заставила себя улыбнуться. - Разве? – Джераб с сомнением смотрел на нее, пытаясь понять, что же произошло. - Лучше и быть не может, - кивнула Ромина и потянулась к молнии юбки. Через секунду та скользнула к ее ногам. - Не пугай меня так, - попросил Военный Комендант, отпуская ее плечи. Продолжая раздеваться, Ромина ничего ему не ответила, и он молча стянул с себя брюки и, скинув сорочку, взял ее за руку. - Доверься мне, - попросил он, заведя ее в воду по грудь. Ромина не успела понять, как уже через мгновение оказалась лежащей на поверхности воды. Его ладони поддерживали ее под шею и спину. Она дернулась, но Джераб шикнул на нее, и она снова выпрямилась. - Расслабься, - попросил он. – Вода и мои руки держат тебя. Ромина держалась на воде и как бы страшно ей не было, она дала себе слово верить Джерабу. - Я не отпущу тебя, - едва слышно проговорил он. – Я дал тебе слово, - его слова звучали так тихо, будто он говорил их сам себе. – В Третий день я поклялся тебе, что если пребывание рядом со мной не будет грозить твоей жизни, ты будешь рядом, пока не пожелаешь иного. Я не оставлю тебя, моя девочка. Не по доброй воле… Ромина закрыла глаза. Вода покачивала и убаюкивала, не смотря на ярко светившее солнце. И вдруг неожиданно для самой себя она почувствовала, как в ее душе едва заметно шевельнулось что-то уснувшее так давно, что не верилось, что это может быть ещё живо. - Моя девочка, - повторил он, и она почувствовала, как тепло его рук, которые касались ее кожи, помогая удерживаться на воде, проникло ей под кожу, яркими, светлыми огоньками пронеслось по венам и расплескалось красочной волной где-то под ребрами. Ромина резким движением поставила ноги на дно и обвила его шею руками. - Ну что ты, - пытаясь скрыть улыбку, Джераб обнял ее за талию и прижал к себе. – Пойдем, - он осторожно потянул ее к берегу. – Ты обещала мне хорошо поесть. - Но ведь еще… - Ромина! – в его голосе появились командные нотки. – Держи слово! Девушка вздохнула и нехотя поплелась к берегу. Джераб подобрал их одежду и, так и не выпуская руки супруги, вернулся в дом. Войдя с спальню, он тут же отбросил сухую одежду на постель, и снова утянул Ромину в душ, на этот раз не оставив её одну. - Быстро снимай с себя мокрое белье! – произнес он, настраивая смеситель. – Попробуй мне только заболеть. Он ворчал так смешно, что Ромина, хоть и с трудом, но подавила смущение, стягивая с себя остатки одежды. К ее удивлению, Джераб тоже разделся и шагнул под струи воды. - Быстро иди сюда! – старательно делая вид, что он не замечает того, как она прикрыла грудь рукой, буркнул он. – И я не шучу! Если только ты заболеешь… - То что? – спросила она с вызовом, подставляясь под душ. - То я… - на секунду Джераб растерялся. – Я… я… очень расстроюсь, - буркнул он. - Что? – изумилась Ромина. - Ничего! – отмахнулся Джераб, разворачивая ее спиной к себе и выдавливая на ладони средство для мытья волос. - Прям расстроишься-расстроишься? – она закрыла глаза, подставляясь под его руки, которые намыливали ее голову. - Помолчи! – Джераб снял душевую лейку с крепления и направил на нее, смывая пену. Промыв волосы до чистой воды, он легонько вытолкнул ее из-под душа. - Вытирайся, одевайся и иди кушать, - произнес он. – Я приму душ и тоже приду. Ромина поспешно обернулась в полотенце и юркнула за дверь. Джераб убавил температуру воды, встал под душ и закрыл глаза. Его мысли вернулись к увиденному в резиденции Верховного Консула и к разговору с ним. Несмотря на то, что все прошло хорошо, его присяга была принята, а выступление перед прессой означало то, что он получил официальную поддержку, Джераб никак не мог избавиться от неприятного осадка. Сомнения и предчувствия точили его изнутри, не давая расслабиться и насладиться отдыхом. - Если ты скоро не выйдешь, я съем все сама! – проговорил голос из-за двери, и Джераб непроизвольно улыбнулся. - На здоровье! – крикнул он, закрывая кран и беря в руки полотенце. Высушивая им волосы, Джераб с недовольством заметил, что те отросли. - Мне нужно постричься, - произнес он, обмотав полотенце вокруг бедер и выйдя в спальнют - Нет! – почти вскрикнула Ромина. – Пожалуйста, не надо. Она шагнула к нему и, подняв руку, коснулась волос. - Ну, перестань, - Джераб увернулся и прошел к постели, на котором лежала одежда. – Я солдат, а не один из этих смазливых штабных адъютантов, у которых есть время укладывать свои кудри от приема к приёму. - По-ожалуйста, - потянула Ромина и молитвенно сложила руку. - Да пойми ты меня, - Джераб натянул брюки и, взявшись за сорочку, обернулся к жене. Она смотрела на него своими полными просьбы широко распахнутыми наивными зелеными глазами, и Джераб понял, что сдается. - Кушать! – чтобы не показать своей слабости, он тут же сменил тему. – Немедленно! Джераб приобнял Ромину за плечи и подтолкнул к выходу. Оказавшись на террасе, Военный Комендант усадил жену в кресло и сам сел напротив. - Все уже остыло, - он покачал головой. – А я так старался довезти горячим. - Это странно, - ответила Ромина, - но я люблю остывшую еду. - Если бы ты меня слушалась и… - Клянусь слушаться вас, господин Военный Комендант! – сидя, Ромина выпрямилась и прижала кулак к сердцу. - Я! – Джераб подался вперед. – Найму! -каждое его слово было размеренным и четким. – Матрону! Из обществе блюстителей женской морали и непорочности! И она научит мою непокорную женушку, - Джераб протянул вперед правую руку и легонько стукнул указательным пальцем Ромине по лбу, - как надо уважать своего мужа! – палец снова коснулся лба. – Что ему нельзя перечить! – палец отсчитывал каждую новую фразу. – Что слово мужа закон! Что… Неожиданно Ромина дернула вперед и легонько прикусила его палец зубами. Джераб попытался дернуться, но она сжала челюсть чуточку сильнее. - Фто мне там еще долфжны будут объяфснить? – она хитро улыбнулась и отпустила его палец. - Это не жена! – пробурчал Джераб. – Это наказание… Но договорить он не успел. Ромина поднялась с места и уже через мгновение сидела у него на коленях, обвив его шею своими руками. - Спасибо тебе, - прошептала она в самое ухо и прижалась к нему всем телом. Джераб шумно выдохнул, обнял ее и уткнулся лицом в грудь. - Спасибо… - едва слышно повторила она. Джерабу показалось, что сердце его сначала замерло, а потом бешено заколотилось. - Ромина, - он подхватил ее на руки и, поднявшись, усадил обратно в кресло. – Если ты не поешь, я действительно очень расстроюсь. - Уже ем, - ответила она, не поднимая на него глаз. Джераб вдруг осознал, что она застеснялась своего порыва. Он присел на корточки перед ее креслом и, снизу вверх заглянув ей в глаза, осторожно убрал пряди, упавшие на её лицо. - Ешь, моя девочка, - попросил он. Ромина кивнула и потянулась за хлебом. Джераб поднялся на ноги и вернулся на свое место. - Мне так понравилось это блюдо на приеме у Военного Консула, - произнесла Ромина. - Я заметил, - довольно улыбнулся Джераб. – Поэтому и заказал его. - Ты сделал заказ под меня? – ошарашенно спросила она. - А что в этом такого? – удивился Джераб. – Кроме того, ты беременна, а мой ребенок заслуживает только самую вкусную еду. - Ах, ну да, - ответила она, опустив голову, и Джераб снова почувствовал, что сказал что-то лишнее. Ему ужасно захотелось добавить, что он так же поехал бы за этим блюдом, даже если б она не была беременна, но он промолчал. Ромина начала есть. Видя ее грустное лицо, настроение Джераба портилось каждую минуту. Но он молчал, чтобы новый разговор снова не отвлек ее от и без того очень позднего завтрака. Вскоре она отодвинула тарелку, в которой едва прикоснулась. - Тебе плохо, Ромина? – не выдержал Джераб. – Давай я отвезу тебя к доктору. Нормальному доктору, а не бордельному коновалу. - Нет! – Ромина испуганно вздрогнула. – Я не хочу к врачу. Я… я буду есть… Буду много есть! Обещаю! Она придвинула тарелку обратно и поспешно начала снова кушать. - Осторожно! – Джераб не смог сдержать улыбки. – Ты подавишься! Не хочешь к врачу, не поедем, но не набивай рот. Он рассмеялся, она подняла на него глаза и улыбнулась в ответ. - Офень фкусно! – проговорила она с набитым ртом. - Ты еще такой ребенок, девочка, - Джераб придвинул вторую тарелку к себе. – Приятного аппетита, жена. Спустя несколько минут Ромина пододвинула к Джерабу опустевшую тарелку. - Хорошая девочка, - он протянул руку вперед и погладил ее по волосам. - Сделаешь для меня кое-что? – спросила она - Я должен был предполагать, что будет подвох, - он отнял руку и с недоверием посмотрел на супругу. - Мансарда, - попросила Ромина. - Ро-омина, - Джераб закатил глаза и прикрыл лицо руками. - И только не говори, что… - А если я там рабов пытаю? – спросил он. - Саргон бы не советовал мне такое место, - ответила она. - А! – воскликнул Джераб. – То есть то, что Саргон бы такого не посоветовал – это тебе ясно. Но если б не он, то так ты вполне допускаешь наличие в доме моей собственной она пыточной. - Перестань, - Ромина покачала головой. – Покажи мансарду… Ну, пожалуйста… - Я уже давно ничего там не делал, и… - Пожалуйста, - повторила она. Ромина поднялась, подошла к вставшему ей навстречу Джерабу и взяла его ладони в свои руки. - Хорошо, - произнесла она. – Прости. Не хочешь показывать, не надо. Извини, я слишком навязчива и… Он подался вперед и поцеловал ее в лоб. - Пойдем, - позвал Джераб, сдавшись, и утянул ее за собой. Вернувшись к лестнице, они направились в противоположную от террасы сторону, и Джераб толкнул одну из дверей. Оказавшись на выходившей центральными окнами в сад мансарде, Ромина остановилась, чтобы оглядеться. Одна из стен была заставлена стеллажами с большими прозрачными маркированными коробочками. К противоположному окну был приставлен массивный деревянный стол, больше напоминавший станок, на котором стояли разные аппараты и инструменты, лежали лупы, пинцеты, куски мягкой материи и тому подобное. В дальнем углу темной материей был закрыт еще один, но уже небольшой столик. Ромина замерла в нерешительности, но Джераб уже прошел в глубину комнаты. - Иди сюда, - произнес он, останавливаясь у одной из полок. – Только посмотри на него. Он открыл коробочку и осторожно, словно боясь сломать вытащил оттуда кусок золотисто-зеленого кристалла. Ромина несмело шагнула вперед и подошла к нему. - Хризолит, - с восхищением произнес Джераб. – «Золотой Камень». Название на греческом – языке времен Первой Античности, но дал его римлянин – тоже из Первой Античности. Джераб повертел камень, давая Ромине заметить его переливы. - Но золотистый он только при дневном свете, - продолжил Военный Комендант. – А как только солнце заходит, становится почти зеленым. За это его зовут «вечерний изумруд». Джераб вернул камень в коробку и поставил его на место. Пройдя еще пару метров, он снял со стеллажа новую коробку и открыл ее. - Посмотри, какой чудесный и насыщенный лазурит, - произнес он, беря в руки красивый синий камень. – Хотя мне больше нравится его древнее название лажвард. А ты знала, - он вернул камень в коробку, - что считается, что лажвард помогает владельцу обрести мудрость, - Джераб улыбнулся, - но в полной мере – только если его хозяин брюнет или рыжий? Ромина отрицательно покачала головой. - Моя гордость, - вернув лазурит на место, он кивнул на коробку с зеленым и черным камнями. – Природный муассанит. Это огромная редкость, найти настоящий метеоритный муассанит. Джераб произносил слова своим обычным тоном, но при этом глаза его блестели и в них горели искры, которые Ромина видела впервые. - Бирмит, - он взял в руки камень цвета свежей смолы. – Бирманский янтарь. Сам электричество не проводит, но, если потереть его о шерстяную ткань, наэлектризуется. Говорят, само слово «электричество» происходит от «elektron» — «янтарь». А это, - он отложил бирмит и взял в руки аквамариновый камень с ярко золотистыми вкраплениями, - самый редкий в мире янтарь – голубой. И если бирмиту около девяносто семи миллионов лет, то этот рядом с ним – просто молокосос. Ему всего-то от сорока до пятнадцати миллионов годиков. А добывают его до сих пор вручную и только в одной единственной шахте в мире. А еще, - Джераб зажал его в ладонях, оставляя лишь узкую щель, - взгляни! Ромина склонилась и заметила, как камень слегка светится в искусственной темноте ладоней. - А тут, - Джераб кивнул на стол позади него, - я… - А что это за камень? – Ромина указала на коробку с черными камнями. - Это гишер или гагат, называй, как хочешь, - Джераб вернул голубой янтарь на место. – Технически это даже не минерал, а разновидность каменного угля. Джераб снял коробку и выбрал два небольших и схожих по форме гишера. - Иди сюда, - позвал он и отошел в сторону стола. – Хочешь попробовать сама? Джераб оглянулся на жену, и в его глазах читалась надежда на то, что она разделит с ним его увлеченность. Ромина кивнула и подошла к супругу. Джераб открыл один из ящиков, расположенных под столом и вытащил оттуда две емкости, похожие на небольшие продолговатые ванночки. - Наполни их водой, - попросил он, жестом указав на умывальник в дальнем углу. Ромина послушно забрала посуду и направилась к крану. - До краев? – спросила она. - Лучше больше половины, - ответил он, выбирая нужные инструменты. Когда Ромина вернулась к столу и поставила на него ванночки с водой, Джераб протянул ей тонкий металлический прямоугольник, вокруг которого была обернута наждачная бумага. - Хорошенько смочи его в воде, - произнес Джераб, точно так же поступаю и со своей наждачкой. – Затем начинай осторожно тереть камень о поверхность. Делай это над водой. - Под водой? – переспросила Ромина. - Над, - поправил ее Джераб. – Упри один конец в дно ванночки вот так, - он показал ей, как правильно, - и начинай стачивать все неровности. - Как будто яблоко на терке тру, – улыбнувшись, Ромина начала повторять его движения. – А зачем нужна вода? - А иначе пыль от гишера разлетится по всей мастерской, - ответил Джераб, внимательно следя за тем, что делала жена. – Вот увидишь, минут через пять вода вся почернеет. Ромина старалась повторять его движения точь в точь, но ей с непривычки это удавалось гораздо хуже. - Дави сильнее, - подбодрил ее Джераб. – Не бойся сломать, он хоть и каменный, но мягкий и гибкий, - Джераб мотнул головой, откидывая отросшую прядь волос со лба. – И кого-то он мне этим напоминает. Девушка ничего не ответила, а лишь улыбнулась краюшками губ. Хотя работа и была монотонной, но в какой-то момент она заметила, что процесс настолько сильно ее увлек, что она потеряла счет времени. Оглянувшись, Ромина увидела, что Джераб уже убрал свою ванночку и начал высверливать в камне небольшое отверстие. Закончив со своим, он подошел к Ромине и, взяв ее за руку, потянул держащую камень ладонь поближе к глазам. - А ты молодец, - произнес он забирая гишер и направляясь к тому месту, где высверливал свой. – Пожалуйста, вытащи из под стола черный ящик. Ромина нагнулась, пробежалась глазами по разноцветным коробочкам и вытащила черную. Подняв, она положила его на стол и открыла. Пара рядов небольших темных баночек красовались разноцветными маркировками. Закончив работу, Джераб снова вернулся к столу. - Теперь найдем нужную пасту, - он пробежался глазами по надписям на крышечках и выбрал одну из них. Затем Джераб снял чехол со стоявшего неподалёку небольшого столика, и Ромина увидела еще один станок. - Смотри, - Джераб нажал на какую-то кнопку и устройство на столе зажужжало. Ромина подошла ближе, чтобы получше разглядеть вертящийся круг. Джераб снова нажал на кнопку, и круг, сделав пару оборотов по инерции, остановился. - Наноси пасту, - он протянул Ромине открытую баночку. – Не слишком густо. Если что, потом добавим. Ромина аккуратно черпнула пальцами немного пасты и нанесла ее на круг. Джераб опять нажал на кнопку, и тот снова завертелся. Он вложил одну из заготовок Ромине в руки, а затем, взяв ее ладони в свои, поднес их к станку. - Не бойся, - он легонько поцеловал ее в висок, - круг брезентовый, вреда тебе не причинит. Держа ее руки в своих, он приблизил их к аппарату и начал полировать камень. Уже через пару минут Джераб отпустил ее ладони, полностью позволяя ей работать самой. Изредка он останавливал ее, добавляя на круг немного пасты или корректируя ее движения. Наконец, когда оба камня были отполированы и радовали глаз почти идеально блестящей поверхностью, Джераб набрал немного воды в один из пустых контейнеров. - Гишер, как и человек, стареет, - произнес он, погружая уже готовые кулоны в воду и плотно закрывая крышку. – Рано или поздно в нем могут появиться трещины. Но, если о нем позаботиться – он кивнул на контейнер, - оставить часа на три в воде, а затем протереть насухо, укутать в мягкую ткань и дать отлежаться в темном месте, то он будет жить десятилетиями. Джераб протянул коробочку Ромине. - Позже я покрою его лаком, найду подходящий шнурок или цепочки, и у нас с тобой будут похожие кулоны. Ромина приняла контейнер из его рук и вдруг догадка поразила ее. - Все те украшения, - тихо произнесла она, - все, которые ты дарил мне, это… эти камни… это твои камни? - Кроме маминого гребня, - кивнул он. – Я тогда еще был слишком маленьким. А все остальные – да. Я попросил отдать обработанные камни семейному ювелиру, и он потихонечку делает из них украшения. Ромина подняла на него глаза, и в них заблестели слезы, но впервые за всю ее полную мучений жизнь, эти слезы не были наполнены горечью. Джераб был смущен ее реакцией. Ему хотелось, чтобы она улыбалась, но его жена была готова вот-вот разрыдаться. Неожиданный шум внизу испугал ее настолько, что, дернувшись, она едва не выронила то, что было в ее руках. Кто-то сильно бил во входную дверь. - Ромина! – Джераб резко взял ее за плечи. – Во-первых, это кто-то из своих, раз уж он прошел через ворота; а во-вторых, перестань так бояться. Все будет хорошо. Я здесь. Я с тобой, девочка. Он отпустил жену и сбежал по ступенькам вниз. Не смотря на его слова, нехорошее предчувствие не отпускало ее. Через пару минут она услышала шум мотора и отъезжающего автомобиля. Ромина хотела было подойти к окну, но тут же уловила звуки приближающихся шагов. Аран возник на пороге, будто из ниоткуда, и тут же вошел в мастерскую. - Коман… Комендант велел отвезти тебя в дом Второго Отца, - не здороваясь, произнес он. - Что случилось? – Ромина прижала к себе емкость с погруженными в воду кулонами.