Новое прошлое - 2: Настоящее

Сделав пару шагов, Джераб снова замер: красивый статный мужчина примерно его лет приблизился к Ромине и явно представился, пытаясь познакомиться. Она смущённо улыбнулась и подала ему руку, которую он, на старинный манер времен Второй Античности, поднёс к губам. - Пла-а-амя, - потянул Саргон. – Только не ты… - Ахрун, - почти прошипел Джераб, замерев на месте. Но в этот момент Аран приблизился к Ромине, кивнул вперёд, указывая ей на Джераба, и мягко увлек её за собой, даже не заботясь о том, чтобы это было вежливо по отношению к её собеседнику. - Слава Провидению, - закатил глаза Саргон, а Джераб быстро подошёл к Ромине и взял её под руку. - Какого Пламени ему было нужно? – прохрипел он, сжимая её руку. - Добрый день, - ответила Ромина. – Мы сегодня не виделись. - Пожалуйста, - выдохнул Джераб, - держись от него подальше. - Хорошо, - кивнула она. - Где тебя Пламя носит! – голос Априма раздался, как гром среди ясного неба. – Рад вам, - он кивнул Ромине. - Добрый вечер, - ответила та, улыбаясь. – Поздравляю! - Спасибо, - Априм расплылся в улыбке. – Думаю, вы пережили не мало неспокойных минут. - Беспокоиться за мужа, - завидя приближение Сабрины, Ромина взяла Джераба под руку, - моя прямая обязанность. Но, думаю, победа того стоила. - Это ещё не победа, - Джераб демонстративно поцеловал её в макушку, - но важный шаг на пути к ней. - Военный Комендант! - Сабрина взяла мужа под руку. – Ромина! Ромина приветственно кивнула ей. - Рад тебе, - ответил Джераб. - Личная охрана Верховного Консула уже входит в здание, - шепнул Априму один из его адъютантов. - За мной, - приказал Априм, следуя к выходу. – И ради Провидения, Джераб, заткнись, чтобы ты ни хотел сказать. - Да, мой господин! - раболепно проговорил Джераб и прижал руку Ромины к себе, давая понять, что она идёт с ним. - Господин Верховный Консул, - Априм вытянулся по струнке и прижал кулак к сердцу. Через секунду Джераб выпустил руку супруги и также встал максимально прямо, тоже прижав руку к сердцу. - Господа, - Верховный Консул кивнул обоим, а затем, игнорируя подошедшую Сабрину, обратился к Ромине. – Рад знакомству, госпожа… - Ромина, - подсказала она. – Рада вам, господин Верховный Консул. - Знали бы вы знали, как в моем возрасте тяжело радовать столь очаровательных женщин, как вы. Ромина улыбнулась и опустила взгляд, но её щеки порозовели. - Ох, Проведение, - выдохнул Верховный Консул. – Я смутил вас, милая, - он сокрушенно покачал головой. – Ты хоть понимаешь, - его взгляд скользнул по Джерабу, - как тебе повезло? Джераб не отвечал, и Верховный Консул нахмурился. Априм поднял на него недоуменный взгляд, но тут же беззвучно ругнулся. - Я велел ему молчать, - наконец, выдохнул Априм. – Ответь же! Джераб шумно выдохнул, делая вид, что все это время задерживал воздух. - Каждое утро, господин Верховный Консул, - выпалил он, явно издеваясь над Апримом. - Засранец, - не выдержал Априм. - Господин Военный Консул, - Верховный Консул обернулся на Априма, - это крайне странно, что вы сначала отдаёте приказ, а потом выражает недовольство тем, что его исполняют. - Моя вина, - Априм снова прижал кулак к сердцу. - И иногда её надо признавать самостоятельно, - поучительно продолжил Верховный Консул, подавая Ромине руку и увлекая её за собой в центр зала. - Старый ублюдок, - едва слышно прошипела Сабрина. - Будь добра, заткнись, - процедил сквозь зубы Априм, - пока меня не повесили за измену на главной площади. - Так не меня же, - огрызнулась она и прошла вперёд, игнорируя руку мужа. - Сука, - выдохнул ей в след Априм, а затем обернулся к Джерабу. – Всю жизнь мечтал, чтоб ты сгинул, а теперь, когда ты оставил меня с ней один на один… Я придушу её когда-нибудь. - А стоило бы хоть раз обнять, - ответил Джераб, отходя и следуя за Верховным Консулом. Оставив Ромину у подножья сцены, Верховный Консул поднялся по ступенькам и встал за трибуну. Джераб подошёл к супруге, но склонился к уху стоявшего рядом Арана. - Посмотри туда, - он кивнул в угол комнаты, и взгляд телохранителя последовал за его кивком. В углу в форме обслуживающего персонала стояла Арбелла. - Провести её в качестве гостя на мероприятие, где будет сам Верховный Консул, я не смог, - продолжил шептать Джераб. – Но мне показалось, что в такой момент тебе бы хотелось, чтобы тут был кто-то, кто искренне за тебя порадуется. Пусть даже… девушка, следящая за тем, насколько полны бокалы остальных. - В какой момент? – Аран напряжённо посмотрел на Джераба, но тот лишь кивнул на сцену. - Терпение, заноза, терпение, - Джераб снова взял Ромину за руку и, переплетя их пальцы, прижал её ладонь к своей груди. - Дамы и Господа, - голос Верховного Консула прозвучал негромко, но в нем было столько властности, что зал мгновенно затих. – Граждане прославленного Консулата! В эти трудные дни войны, когда, управляемые безответственными, алчными и жаждущими наживы правителями, честные граждане Канцелярии вынуждены сражаться с нами, своими Консулатскими собратьями, я хотел бы поделиться с вами радостью нашей очередной победы. Я мог бы сейчас долго и гордо рассказывать вам о том, как Военный Консул Априм и его безупречные солдаты охраняют и берегут наш покой, как Военный Комендант Джераб, не щадя себя и принимая все риски, идёт вперёд, чтобы освободить угнетаемых в Канцелярии наших с вами братьев и Сестёр. Я, как отец, хотел бы выразить то, как невероятно горжусь теми молодыми офицерами, которых сегодня буду награждать. Но в первую очередь, хочу сказать, почему сегодня я особенно счастлив. Многим из вас известно о последнем бое, благодаря которому нам удалось предотвратить диверсионную операцию, которая, случись она, одному только Провидению известно сколько бы унесла за собой жизней. Стратегия Военного Консула, тактически верные решения Военного Коменданта, безупречная служба офицеров – все это, безусловно, невероятные поводы для гордости. Но ничему я не счастлив так, как тому, что в результате данного боя нет ни одного погибшего. И не только со стороны Консулата. Аплодисменты, сначала робкие, а затем и бурные наполнил пространство. - Ничего не отличает нас от низких и мелочных правителей несчастной Канцелярии так ярко, как то, как мы ценим жизни. Каждую жизнь. Свою, своего товарища и даже того, кто вынужден сегодня сражаться с нами будь то по принуждению или по незнанию. Все члены диверсионной группы были взяты в плен живыми. И хотя я не могу посвящать вас в некоторые аспекты операции, так как они все ещё являются предметом военной тайны, я могу заверить вас – это было крайне непростой задачей. Думаю, все вы согласитесь, что Военный Комендант Джераб и члены его команды заслуживают нашей признательности и восхищения. Аплодисменты снова ненадолго прервали его речь. - А теперь позвольте мне поблагодарить тех, благодаря кому мы можем гордиться нашей армией и быть уверены за наше будущее. Служащий под командованием Военного Коменданта Джераба, офицер Военного Консулата старшего звена Саргон. Не ожидавший услышать свое имя, Саргон недоуменно оглянулся на брата - Поторопись, - улыбнулся тот. Саргон растерянно улыбнулся и тут же быстрым шагом направился к лестнице и поднялся на сцену. Приняв знак отличия, который присоединился к двум уже имеющимся на лацкане его кителя, он вытянулся в струночку и прижал кулак к сердцу - Честь – привилегия храбрецов, сынок, - Верховный Консул похлопал его по плечу и снова обернулся к гостям. - Служащий под командованием Военного Коменданта Джераба, офицер Военного Консулата младшего звена Юнан. Услышав свое имя Юнан вздрогнул так, будто его легонько стукнуло током. - Вы… вы серьёзно? – он растерянно смотрел на Джераба, и то был вынужден мягко подтолкнуть парня в сторону сцены. - Первый шаг – это начало пути, - произнёс Верховный Консул, прикрепляя знак отличия, который для Юнана был действительно первым, - но именно он определяет направление. Продолжай идти верной дорогой, сынок. Юнан прижал кулак к сердцу и отступил назад, встав рядом с Саргоном. - Мы часто слышим о подвигах наших солдат на передовой, - Верховный Консул снова заговорил с людьми в зале. – И когда я, обсуждая это с Военным Консулом Апримом, спросил его, как он думает, почему Военный Комендант Джераб, его солдаты и все остальные командиры нашей армии будто не знают страха, он ответил мне, что это не так. Страшно бывает всем. Но вот чего они точно не знают, так это сомнений. И чтобы они были уверенными в безопасности своих семей есть те, кто остаётся в тылу и готов защищать женщин и детей. Эти парни, далеко не тыловые неженки, от продуманности их работы зависят жизни тех, кто не сможет постоять за себя сам. Итак! Служащий под командованием Военного Коменданта Джераба, офицер Военного Консулата среднего звена Аран. Арану показалось, что земля уходит у него из под ног. - Во имя Провидения, сейчас ничего не ляпни… - прошептал ему Джераб. - Как сказал мне Военный Комендант Джераб, - проговорил Верховный Консул, когда Аран, встав перед ним, прижал кулак к сердцу, - в бой надо идти с сердцем. А его сердце осталось бы дома, если бы ему некому было доверить самое дорогое, что есть в жизни каждого мужчины – его семью, супругу и дитя, которое должно родиться. Военный Комендант сказал, что только безграничное доверие тем, кто остаётся в тылу, позволяет тем, кто идёт в бой, возвращаться с победой. Не думай, что если ты не сражаешься с врагом лицом к лицу, ты не сражаешься. В твоём лице, сынок, я хотел бы поблагодарить за службу всех тех солдат, что охраняют нашу Родину в пределах её границ. Почувствовав, что его руки дрожат, Аран сжал их в кулаки. Его знак отличия был на два ранга ниже тех, что получили Саргон и Юнан, но это был первый прокол его кителя и то, о чем Аран не смел и мечтать. Встав рядом с Юнаном и Саргоном, он бросил мимолетный взгляд на Джераба и Ромину, которая, казалось, была счастливее, чем он сам, а затем снова посмотрел в угол, где стояла Арбелла. Её лицо искрилось улыбкой и теплотой. Больше всего на свете ему хотелось сейчас спрыгнуть в зал, пройти прямо к ней и обнять. А затем он почувствовал почти физический холод. Взгляд Сабрины испепелил бы его, будь у неё такая сила, но сегодня, впервые с той ночи, когда она бросила его избитого и, фактически, взятого в плен, ему было все равно. Таившаяся в глубине души обида исчезла и уступила место другому чувству - Чувству, что у него появилась семья. - Служащий под командованием Военного Консула Априма, Военный Комендант Джераб. Выпустив руку жены, Джераб поднялся на сцену. - Кажется, тебе нужен адъютант, - усмехнулся Верховный Консул, - который бы носил один твой китель с наградами, пока ты сам будешь во втором, чтобы там хотя бы было место. В зале раздался добродушный смех, и кто-то даже негромко похлопал. Джераб приложил кулак к сердцу и вытянулся в струнку. - Я бы мог сказать тебе что-то, - проговорил Верховный Консул, - но, наверное, самое правильное будет выразить благодарность за то, что все мы сегодня имеем возможность наградить этих доблестных парней. Хороший Командир, как отец. Желаю тебе всегда ими гордиться. - Благодарю, господин Верховный Консул, - Джераб с трудом нашёл место, куда на лацкан можно было вместить ещё один знак. Встав в ряд со своими офицерами он в пол уха дослушивал речь Верховного Консула, которая закончилась приглашением всех в банкетный зал, и внимательно смотрел на то, как Ахрун приблизился к его жене, нашептывая ей что-то, от чего она немного зарделась и смущённо улыбнулась. Поняв, что Верховный Консул направился к лесенке, Джераб, едва сдерживая себя, последовал за ним. Он шел к Ромине, но Априм преградил ему путь и кивнул на девушку. Красивая, высокая, в изысканном платье и с дорогими украшениями она выглядела невероятно утонченно и изысканно. - Человек, о котором ты спрашивал – она, - прошептал Военный Консул. – И не смотри так. - Пламя, - ругнулся Джераб. – Она же младше меня. Он завёл себе любовницу, годящуюся ему в дочери? - Идиот, - выдохнул Априм, стараясь встать так, чтобы Джераб не мог пристально её рассматривать. – Это не любовница. Это та самая… садовница, чьи парники ты оплачиваешь - Мы, - возразил Военный Комендант. - Ты, Джераб, ты! - Априм похлопал его по плечу. – А теперь к столу. Джераб обернулся в сторону, где ещё минуту назад была Ромина, но ни её, ни Арана уже не было в поле его зрения. - Какого пламени тут Ахрун? – на ходу спросил Военный Комендант. - Ты же знаешь этого змея, - выдохнул Априм, - везде пролезет. - И почему он вьётся вокруг моей жены? – Джераб начинал закипать. - Либо по тому, что она действительно красива, либо по тому, что он решил тебя достать. Хотя второе вовсе не исключает первого. - Пусть пристаёт к твоей, - огрызнулся Джераб. - Насколько я знаю, он предпочитает не спать с одной женщиной дважды, - Априм почти подошёл к столу. – Так что у Сабрины уже нет шансов. Джераб остановился и посмотрел на Априма. - Ну а что ты думал, - Априм пожал плечами и оглянулся в поисках Верховного Консула, - особенно если учесть, что вы грызлись и «навсегда расставались» минимум раз в квартал. Джераб же продолжал вглядываться в его лицо. Военный Консул казался сосредоточенным на приёме, но в глубине его глаз Джераб не мог не заметить боль. - Если ты её так любишь, - словно решившись на прыжок в пропасть, выдохнул Джераб, - почему не прекратил все это? Ты ведь… Априм резко обернулся и сверкнул глазами. - Потому что она не… Господин Верховный Консул! - лицо Априма тут же приняло непроницаемый вид. Опережая охрану, Априм отодвинул стул, и Верховный Консул сел во главе стола. - Госпожа, - Верховный Консул обратился к кому-то за спиной Джераба и, оглянувшись, он увидел Ромину, - если ваш супруг позволит, могли бы мы нарушить протокол и поменять вас местами, чтобы вы сели ближе ко мне? Верховный Консул посмотрел на Джераба и тот, взглянув на расставленные по столу таблички с именами, с облегчением выдохнул, понимая, что теперь Ромина будет сидеть между Верховным Консулом и им, а Ахрун останется по правую сторону от него. - Присаживайся, милая, - Джераб отодвинул ей стул, на котором должен был сидеть сам. - Я так рад, что Джераб привёз вас с собой, дитя, - Верховный Консул повернулся к Ромине. – Мне так хотелось познакомиться. - Благодарю за честь, господин Верховный Консул. - Не вейся коршуном, - он поднял глаза на все ещё стоявшего позади стула жены Джераба. - Присядь! Обещаю, я припрячу свое очарование, и к концу вечера она ещё не окончательно в тебе разочаруется. - Вы так великодушны, - Джераб улыбнулся и сел на стол. Сидящий по левую сторону от Верховного Консула Априм оказался напротив Ромины, а Сабрина смотрела прямо на Джераба. - Давно не виделись, - растекся в улыбке Ахрун. – Ты… изменился. - Серьёзно? – голос Джераба был полон желчи. – А ты?.. Хотя, некоторые вещи, - Джераб сделал ударение на слове «вещь», - всегда в своём репертуаре. - Господин Верховный Консул, - Ахрун подался вперёд, чтобы его стало видно, - вы, как впрочем и всегда, проницательны. Ромина намного более приятный собеседник, чем ее супруг. - С какого Пламени она тебе Ромина? – прошипел ему на ухо Джераб. - Не могу не согласиться. Госпожа, - теперь уже Военный Консул сделал ударение на слове «госпожа», - просто очаровательна. - Радость красит любого человека, - ответила Ромина. – А разве есть для жены большая радость, чем успехи её супруга? - Вы правда так считаете? – девушка, севшая за стол рядом с Сабриной, пристально посмотрела в глаза Ромине. - Если быть честной, - супруга Джераба повернулась к ней, - то на самом деле это относится ко всем и всему, кого и что любишь. Жену радуют успехи мужа, мать – успехи детей, сестру – её братьев или других сестер, ребёнок гордится родителями. Я правда считаю, что любовь стоит того. - А как же ваша собственная жизнь? - не унималась девушка. - Тут уже выбор за каждым человеком, - ответила Ромина. – Кто-то ставит в приоритет себя, а для кого-то жизнь ничто, если тот, кого он любит, далеко. У кого-то хватает сил жить дальше, а кто-то лишь существует, но верит и надеется, что дорогой ему человек рано или поздно снова будет рядом. За столом воцарилась недолгая пауза, которую прервал Верховный Консул. - Позвольте представить – Арамина, - проговорил он, - девушка, которая знает о растениях все, что только можно знать. - Представить себе не мог, какое это затратное хобби, - проворчал Джераб. - Так приятно видеть своего инвестора, - Арамина улыбнулась Джерабу. - А знаете, - Джераб поднял руку и подал знак Саргону, которого посадили за другой стол, - как инвестор я хотел бы посмотреть, во что именно вкладываюсь. Но, так как мне надо срочно возвращаться уже этой ночью, я думаю, что мой брат, - в этот момент Саргон подошёл к Джерабу, - может сделать это вместо меня. Я доверяю его мнению и, думаю, он донесет до меня всю информацию о проекте. - Давно ли ты вкладываешься во всякую ботанику типа фруктов-овощей? – Сабрина подняла на Джераба полный сарказма взгляд. - Вообще-то, с точки зрения ботаники, понятий «фрукты» и «овощи» не существует, - холодно проронила Арамина. - Это скорее кулинарный термин, - тихо добавила Ромина, чем вызвала заинтересованный взгляд Арамины. - Вот именно, - кивнула та. – И если уж говорить об этом, то ваш салат, указанный в меню как овощной, на самом деле ягодно-овощной, так как в нем есть помидор. Грецкий орех, лежащий в общей тарелке с орехами, должен был бы быть в тарелке с вишней. А жаркое из мяса ягненка с молодыми корнеплодами на самом деле ещё и со стеблями, так как съедобная часть картофеля скорее стебель-побег, чем корень. Да и арбуз не ягода уже с конца Второй Античности. Выдохнув, девушка поймала на себе взгляд Верховного Консула и осеклась. - Спасибо, - кивнул он. – Это было увлекательно. - Кажется, - вдруг заговорила Ромина, - вас тоже делает счастливой успех того, что вы любите. Арамина улыбнулась ей в ответ и даже будто немного смутилась, от чего черты её лица стали мягче, а холодная красота уступила место мягкому взгляду. - Присаживайся, - Верховный Консул указал Саргону на место рядом с Араминой. – Априм, вели поставить ещё один прибор и стул. Априм едва заметно кивнул одному из рабов и тот тут же подал новый стул. - Кстати, - Сабрина подняла голову, - Господин Верховный Консул, вы все же оговорились сегодня. Всё взгляды за столом, кроме Роминыного, обратились на неё. - Аран не служит под командованием Военного Коменданта. И если уж на то пошло, - она повернулась к мужу, - с каких это пор номинирование моего телохранителя на награждение со мной даже не обсуждается? - Наверное с тех, как он перешёл в прямое подчинение Джераба, - ответил тот, сжимая в руках вилку и нож так сильно, что костяшки его пальцев побелели. - И… - она запнулась, - как давно это случилось? - Думаю, это не важно! – резко оборвал её Верховный Консул. – Главное, чтоб в моей речи не было ошибки. Это недопустимо. - Вы абсолютно правы, - произнёс Априм и по тому, как он дёрнулся, всем стало понятно, что ноге Сабрины под столом не поздоровилось. - Простите, - едва слышно произнесла она. - Музыка! – Арамина встрепенулась и посмотрела на Верховного Консула. - Даже не думай, девушка, - усмехнулся он. – Я завязал с танцами ещё лет двадцать назад. Ищи себе другого партнёра. Глаза Арамины машинально скользнули на следующего мужчину за столом, и Джераб напрягся. - Я бы рад, но… - тихо произнёс он, стараясь придумать отговорку, которая бы не раскрывала правду о его ранении. - Врач рекомендовал мне покой, - перебила его Ромина. – И я не смогу танцевать с мужем. А если он будет танцевать без меня… я точно не найду покоя, - она демонстративно положила руку на его ладонь, делая вид, что ревнует. - Вот уж не думал, что первый повеса курса превратится в домашнего диванного кота, - усмехнулся Ахрун. - Ну что ж, - выдохнула Ромина, - как оказалось, никто не герой перед своей женой. - Он бы знал это, - обратился к супруге Джераб, - если бы хотя бы с одной женщиной провел времени больше, чем ему необходимо на один раз, - Джераб прищурился и усмехнулся, готовясь нанести ещё один удар. - А трёхминутное общение вряд ли поможет познать эту истину. Априм едва скрыл улыбку, Ромина покраснела, Арамина и Верховный Консул синхронно едва заметно кашлянули, а Ахрун побледнел от злости. - Госпожа,.. - наконец произнёс он, придя в себя и обращаясь к Арамине, но Саргон не дал ему шанса договорить. - Удостоите меня чести? – он встал и подал ей руку, которую она тут же приняла. - Бастардам лучше держаться вместе, -шепнул на ухо Джерабу Ахрун, явно пытаясь вывести его из себя, но Джераб демонстративно сел в пол оборота, чтобы лучше видеть Верховного Консула. - Любимая жена, - прошептал он на ухо Ромине, и она вздрогнула от обращения, которое он использовал, когда злился, - как думаешь, если с этого осла снять шкурку, что получится лучше – шагреневые туфли или ремень? - Господа, - Верховный Консул поднялся со своего места, - у меня ещё много дел. Прошу простить меня… Мужчины встали вслед за ним. - Пожалуйста, сидите, - он жестом велел всем опуститься на свои места. – Джераб, ты позволишь своей супруге проводить меня? Джераб поднял на него недоуменный взгляд, но Верховный Консул уже подал ей руку, и Ромина, отложив салфетку, поднялась на ноги. - Госпожа, - Верховный Консул взял её ладонь, вложил себе под локоть так, будто она взяла его под руку, и они последовали к выходу. - Думаю, мы все немного вам обязаны. И я очень надеюсь, что ваша позиция останется прежней в независимости от того, как изменится ваша жизнь в будущем. - Я не совсем понимаю, - ответила Ромина. - Я бы вам не поверил, - улыбнулся он. – Но, кажется, вы действительно не из тех, кто любит ложь… - Господин Верховный Консул? - Ромина замерла на месте, вынуждая его остановиться. - Давайте на будем юлить, - проговорил он. – Легитимность пребывания наших войск на той территории, на которой вы сейчас проживаете, напрямую зависит от вполне себе шаткого аргумента вашего приданного. Но, так или иначе… - он выдохнул. – Джераб человек сложный. Я не могу не сказать, что в последние дни он, как мне кажется, стал более… - Господин Верховный Консул, - Ромина выдохнула с облегчением. – Как бы ни сложилась моя будущая жизнь с Джерабом, это не изменит того факта, что я гражданка Консулата. Мой ребёнок так же будет гражданином Консулата. А все имущество, принадлежавшее мне до брака, подпадает от Свод Правил Консулата. - Вы сделали правильный выбор, дитя моё, - проговорил он, выпуская её руку. – Я рад, что, хоть и достаточно поздно, но Джерабу повезло, и теперь он познает, что такое настоящее счастье. - Благодарю, - Ромина улыбнулась ему. - А теперь вверяю вас во-он тому молодому человеку, - Ромина обернулась назад и увидела за спиной Арана. – Было бы крайне досадно, если б он достался столь истеричной особе, - Верховный Консул кивнул на сверлившую их взглядом Сабрину и, развернувшись, вышел из зала в сопровождении адъютантов и охраны. - Что он хотел? – Аран тут же подошёл к Ромине. - Быть уверенным, что когда Джераб решит, что брак не для него, я от отчаяния не решусь вернуться в Канцелярию, прихватив с собой земли, принадлежавшие Зераббабелю, - усмехнулась Ромина. – Знал бы он правду… - Не недооценивай Верховного Консула, - выдохнул Аран. – Он говорит лишь десятую долю того, что знает, и сотую от того, о чем догадывается. Джераб и Априм не зря так почтительны. - Тебя послушать, так он… - Поверь мне, - Аран многозначительно кивнул. – И ещё, держись подальше от Ахруна. Он тут явно неспроста… - Кто он? – Ромина немного замедлила шаг, чтобы Аран успел договорить до того, как проводит её к столу. - Один из ведущих чиновников Контрольного Консулата. - Инспектор? – уточнила Ромина. - Скорее аудитор, - ответил Аран. – И, если уж и говорить о «задницевых занозах», то он - эталон. Чтобы подавить смешок, Ромина прикрыла рот ладошкой. - Они с Джерабом ненавидят друг друга ещё со времен Военной Школы, - продолжил Аран. - Насколько я слышал, из десяти наказаний Джераба четыре случались из-за глупостей Саргона и шесть – из-за стукачества Ахруна. И если я правильно понял, сегодня вечером он планирует соблазнить тебя. - Что? – Ромина подняла на телохранителя ошеломленный взгляд. - Многие бы не устояли, - усмехнулся Аран. – Ходят слухи, что он искусный любовник. - Есть желание проверить? – буркнула Ромина, ускоряясь, так как красноречивый взгляд Джераба не судил ей ничего хорошего за долгое отсутствие. - Только посмотрите на них, - едва Ромина села за стол, как Сабрина кивнула на одну из пар, которая только что окончила свой танец и теперь направлялась к соседнему столику. Мужчина в возрасте отодвинул стул, чтобы женщина, поправив шлейф своего длинного платья, могла сесть. - Пока они танцуют, изображая благопристойное семейство, - заговорил Ахрун, - их поверенные перегрызают друг другу глотки, деля имущество. - Развод? – голос Джераба прозвучал удивлённо, из чего Ромина сделала вывод, что он тоже знает тех, о ком идёт речь. - И как всегда, - усмехнулся Ахрун, - виной всему юная рабыня. Джераб стиснул зубы, и Ромина заметила, как желваки загуляли у него на скулах. - Сын, - тут же вставил Априм. – Они разводятся из-за сына, а не из-за измены. Юный наследник влюбился в рабыню и попросил родителей ее освободить. - Сначала они оба были против, - подняв глаза на Джераба, заговорила Сабрина. – Но малыш, которому, видимо, впервые дали, умолял так слёзно, что сердце отца дрогнуло. А вот мать боится того, что если рабыня станет свободной, уже ничто не удержит сыночка от женитьбы. Джераб едва слышно выдохнул. - Теперь они так переругались, что разводятся и делят имущество, чтобы определить кому будет принадлежать рабыня. - Я этого никогда не пойму, - Джераб откинулся на спинку стула. – Ну как можно всерьёз считать, что рабыня тебя полюбила? - Что? – Ромина непроизвольно дернулась и подняла взгляд на мужа, сжав под столом кулаки. – Разве у рабыни не может быть чувств? Разве любовь определяется только тем, господин ли ты или нет? - Любимая жена, - Джераб сверкнул на неё взглядом, который был красноречивее любых слов. – Рабыня, наверное, хотя и не уверен, может полюбить. Но если это и так, то любить можно лишь равного. Лично я бы никогда не поверил в любовь рабыни. Как можно верить в искренность того, чья жизнь зависит от тебя? Любое животное мечтает выжить и жить лучшей жизнью. Как можно верить, что она любит тебя, а не твоё право её освободить, избавить от угрозы наказаний, сделать состоятельной и, в конце концов, поставить её над другими рабами, которые ещё вчера были ей равны? - А если бы ты сам полюбил рабыню? – усмехнулся Ахрун. - Это невозможно! – зло огрызнулся Джераб. – Но даже если представить невероятное, то, случись такое, я бы лучше умер, чем подчинился этому чувству. Что может быть хуже, - взгляд Джераба упёрся в Сабрину, - чем любить женщину, у которой к тебе лишь корысть. Чей статус и благополучие зависят от тебя на столько, что она готова заплатить за это телом и даже душой. Разве после такого рано или поздно ты не начнешь сам себя презирать? - И давно ты так… - голос Сабрины был полон желчи, - увлёкся презрением? - Все мы когда-нибудь прозреваем, - усмехнулся Джераб. – Вот и я прозрел. - Разве? Услышав эту реплику от Ромины, Джераб дёрнулся, словно его ударили кнутом. - Ромина? – осторожно произнёс он. - Госпожа, кажется, устала, - Аран возник за её спиной словно из неоткуда. – Господин Военный Комендант, позвольте мне проводить госпожу домой. - Ты, - Джераб поднялся и буквально заставил себя подать руку Ромине, - хочешь домой? - Какая жалость, - голосом, полным иронии, произнесла Сабрина. – Наверное, обидно уходить в самый разгар веселья? - Кажется, я достаточно повеселилась, - Ромина расплылась в злорадной улыбке. – Знаете, иногда очень важно вовремя остановиться. Хотя… не каждому это дано! - Возьми мою, - Джераб протянул Арану ключи. – Я пока останусь... Ромина подняла на него взгляд, в котором буквально читалась просьба уйти с ней, но Джераб смотрел только на Арана. - Госпожа? – телохранитель кивнул ей, но она продолжала смотреть на мужа. - Распорядись, чтобы автомобиль подали к ступенькам, - велел Арану Априм, - а Военный Комендант проводит супругу до выхода и постоит с ней на крыльце, пока вы не подъедешь. Аран кивнул и тут же направился к выходу. Поняв, что им дали возможность побыть одним, Джераб взял жену за руку и направился к выходу, пересекая танцпол. - И как он объяснит это Лилит? – Ромина кивнула на Саргона, который почти навис над облокотившейся на массивную колонну Араминой и что-то увлечённо ей рассказывал. Девушка явно была заинтересована в том, что он говорил, и внимательно его слушала. - Надеюсь, что никак, - ответил Джераб. – Много чести, объясняться. Да и даже если он бы занялся с ней любовью прямо тут, на танцполе, счёт настолько в пользу Лилит, что Саргон вряд ли её догонит. - Прекрати! – Ромина едва удержалась от того, чтобы закрыть уши руками. – Почему? Почему Лилит – бывшая рабыня из Дома Утех хуже бывшей рабыни из Дома Утех Хэмми? - У Хэмми никогда не было выбора! - Джераб начинал закипать, едва сдерживаясь, чтобы не повысить голос. – И она никогда не пыталась затащить в постель господина, чтобы он её спас. А Лилит – обманщица! И да, она-то, как раз, из тех рабынь, о которых я и говорил. Никогда в жизни не поверю в рабскую любовь… - Саргон! – перебила его Ромина. – Саргон – плод рабской любви. - Саргон плод похоти и предательства моего отца. - Поздравляю! - выпалила Ромина. – Человек, единственный человек, которого ты считаешь родным и близким, всего лишь олицетворение порока и малодушия. Знаешь что, Джераб, не тебе судить о любви. Ты ничего о ней не знаешь… - А тебе-то откуда знать? – огрызнулся он. – Папочка научил? Зераббабель был добр и чуток, и… Ромина не дослушала Джераба и, сбежав по ступенькам вниз, отошла подальше от крыльца, чтобы там дождаться Арана. - Какая идиллия, - Сабрина рассмеялась так сильно, что её смех услышала даже стоявшая в нескольких метрах Ромина. – С ней-то ты точно познаешь, что такое семья. Ты ведь так этого хотел. Поздравляю! Ведь именно эта, полная к тебе совершенно бескорыстной любви женщина, родит тебе ребёнка. Усмехнувшись, она развернулась на каблуках и хотела было вернуться обратно в зал, но голос Джераба заставил её остановиться. - Всего один вопрос, - произнёс он, вдруг осознав, что больше всего на свете боится её ответа. – Ромина… забеременела через три месяца. Неужели..? за те четырнадцать лет, что мы были вместе… Мы ведь делали это и пьяными… Да и трезвыми не всегда были осторожны… И мы… Неужели ни разу?.. Никогда?.. Гнетущая тишина и невероятно медленный разворот Сабрины лицом к нему уже были ответом. - Четырежды, - ответила она, а затем, отвернувшись, направилась в глубину аллеи, минуя Ромину и оставляя бывшего любовника наедине с его новой истиной.