В городе, который

***

Выпущенный заряд отражается в глазах Лино пылающими огнями. Он понятия не имеет, что может сделать. Чан на фоне чертыхается – ответная атака не проходит. Им осталось жить пару секунд. Сам Лино, конечно, выживет, но что это будет за жизнь после всего, что наворотилось за последнюю пару часов? Всё же было хорошо. Хотя, наверное, хорошо не было никогда. И ни с кем из них. Хенджин стоит прямо по центру попадания. Ему бесполезно спасаться, спасать его тоже бесполезно. Но тело Лино двигается само, он оттаскивает Хенджина в бок.Тот в руках Лино резко оживает. Молниеносное движение руки – Лино кажется, что Хенджин хочет ему вмазать, но на деле тот хватается за висящую на шее цепочку, из-за ворота является свету ключ. Лино не успевает его толком рассмотреть – ослепительный свет и нестерпимый жар настигают корабль, разбивается стекло. И наступает темнота. В ней Лино слышит ласковый смех Джисона. Тот смотрит на него своими милыми, совершенно круглыми глазами. Сидя на лавочке, болтает не достающими до земли ногами. Лино он кажется наивным маленьким ребёнком. По-другому любознательного ко всему окружающему Джисона и не опишешь. Это была одна из первых их встреч. Уже тогда Джисон очень нравился Лино. Ему хотелось защитить эту детскую беззаботность, чего бы то не стоило. Потому что Джисон был живым. Живым будто за них двоих. – Это больно – быть одному. Вдвоём мы можем стать гораздо счастливей. Лино слепит от его чистого сияния. В этом свете сгорает его ненависть, обиды обрывают свои голоса. И он готов стать на защиту Лино верным стражем. Хрупкая ладошка опустилась в его ладонь. И с тех пор Лино её никогда не отпускал. И сейчас тоже был не готов сделать это. Пусть Джисон и истошно пытался вырвать ее из хватки. Нежной. Но крепкой.

***

Лино открыл глаза. На него обрушилось небо с неестественно яркими неизвестными созвездиями. Лино на мгновение испугался, что всё же умер, он сел и огляделся. Его окружали песок и камень, о которые, по идее, он должен был приложиться при падении, но тело не отзывалось болью, только остаточно поднывала голова после Джисоновых примочек. К тому же, он оказался не один – все ребята Sandd так же как и он чуть ранее лежали без движения. Сердце, что уже давно остановилось, снова замерло в испуге. Они умерли? Ближе всех к нему лежал Хенджин. Лино дрожащими руками потряс его за плечи. Хенджин испуганно встрепенулся и взглянул на Лино чистым живым взглядом. Лино на секунду забыл обо всех таящихся за ним секретах и от чистой души его обнял. – Слава богам. Ты как, порядок? Хенджин смущённо отстранился – почувствовал, что ещё немного и Лино от шока начнёт с него пылинки сдувать. – Нужно проверить остальных. – говорит Хенджин ему. И под пристальным взглядом Лино делает попытку разбудить Феликса. Тот вздрагивает от его прикосновения, делает глубокий вдох. Хенджин помогает ему сесть и тянется к следующему, Чанбину. Лино мотает головой, прогоняя остатки шока. Будит Чонина. Тот испуганно оглядывается – ещё толком не придя в себя ищет Сынмина и находит лежащим неподалёку от себя. Трясущимися руками дёргает его за плечи. И вцепляется в него объятиями, когда Сынмин просыпается. Разбуженный Хенджином, Чанбин идёт к Чану. И замирает в двух шагах. В свете незнакомых звёзд он видит потеки крови на его лице и его охватывает ужас – память о произошедшем обрушивается валуном на голову. Когда стекло разбилось, Чан каким-то чудом успел оказаться рядом с ним и накрыть его собой. – Чан, эй! Чан! – Чанбину страшно прикоснуться к нему и ощутить на коже холод. Но он заставляет себя сделать это. И по ладони разливается тепло. Чан морщится от боли, приоткрывает мутные глаза и, поймав испуганный блеск глаз Чанбина, улыбается. Как всегда ярко. – Всё в порядке, не волнуйся. Я всегда буду рядом. В тысячи жизнях. И даже больше. Чанбин помогает ему сесть и вцепляется крепкими объятиями. Утыкается лбом в плечо. Хочет оставаться в таком положении, пока сердце не перестанет так больно стучать о рёбра. Он снова чуть не потерял Чана. Если так продолжится, он просто сойдёт с ума. – Обещай не делай так больше! – требует от него Чанбин. Чан в ответ мурчит что-то ласковое и неразборчивое. Он знает, что сделает так столько, сколько нужно. Чанбин ответ не принимает, но и с Чаном спорить бесполезно. Значит ему самому нужно быть в тысячу раз осторожней, чтобы сберечь их обоих. – Говорил тебе не молиться богу катастроф, – комментирует произошедшее Феликс, поймав взглядом Лино. Тот вдруг окончательно понимает, что им всем крупно повезло выжить. И с облегчением смеётся. – Не знал бы что ты бог, сжёг бы тебя на костре. А так вера в карму мешает. И Хенджина жалко, – Лино отсмеялся и похлопал Феликса по макушке. – И все же вряд ли это ты виноват. Не ты же ракету запускал. Да и посмотри на себя – ты такой маленький и хороший, просто солнышко. Разве бог катастроф может быть таким? – Ядовитые лягушки тоже маленькие и милые, Лино. – напоминает Феликс Лино, но тот притворяется глухим. – Этот полёт мой последний, – "оживает" от немого шока Чонин. – Сынмин, в свадебное путешествие поедем на поезде. Его веселье прерывает сдавленный крик. Чонина и всех ребят обдало холодом, а Чан позабыл про свое ранение и оказался рядом со свернушимся в комок в объятиях Чонина Сынмином. Адреналин спал. И нога напомнила ему, что сегодня он выполнял без ее согласия немыслимые пилотажи. – Я говорил тебе! – шипит Чан на Сынмина. Проходящая по его рукам лечебная сила подсвечивает темноту мягким сиянием, приковывая к себе взгляды ребят Sandd. И вызывая шок. Раньше Чан проворачивал трюки с лечением у них под носом, а они списывали это на что угодно, но не на то, что он особенный. Объявив же о том, что действительно обладает даром, Чан больше не прятался. Да и в такой ситуации не до собственных чувств. Если всегда сдержанный Сынмин срывается на крик, дело совсем плохо. С каждой секундой лечения боль отступала. Когда Сынмин смог приоткрыть глаза, увидел перед собой лицо Чана. Испещренное осколками. Боевой раскрас прям. Становящийся ярче. От использования лечебных сил кожа Чана постепенно бледнела. Сынмина осознание происходящего приложило по голове. Да Чан же, используя лечение, вредит себе! – Колдуй на себя, иначе это сделаю я, – говорит Сынмин, глядя Чану в глаза. Чан по взгляду понимает, что Сынмин догадался о существовании серьезной проблемы его дара. И злится из-за этого. – Только попробуй. – говорит Чан сквозь сжатые зубы. Сынмин же не шутил. Чан слышит непонятные слова заклинания, спорхнувшие с его губ, и пугается так сильно, что понимает – готов уступить. Черт с ним! Свечение перебрасывается на него самого. Под пристальным взглядом Сынмина глубокие царапины на щеках начинают затягиваться - не полностью, но теперь Чан хотя бы не похож на жертву мясника. – Вредный ребенок, – комментирует Чан ситуацию в итоге. "Во всех мирах" едва не добавляет он. Оборачивается к ребятам. И даже слегка ослепнув от собственного сияния силы, увидел на лицах шок. Прокашлялся. – Давайте мы сейчас дружно успокоимся и начнем решать проблемы по порядку. Главная сейчас – Хан Джисон, из-за которого мы оказались черти где. И даже не в родном доме Чонина. Это уже что-то новенькое. Лино, сейчас вся надежда на тебя и твои воспоминания. Хан точно к нам добр? Ты уверен, что он предупредил тебя? А то что-то он не остановил дружков, когда они по нам палили. Чудо, что мы остались целы. И как произошло это "чудо", тоже хотелось бы узнать. Как мы из космоса, – Чан указал в небо – Переместились сюда? И где мы вообще? Прежде чем Лино начал спорить о чистоте репутации Джисона, вмешался Феликс: – Помните нити жизней? Они хранят сильные воспоминания. Скажем так, показывают моменты, в которых человек видит себя сам – как негативные, так и позитивные. У Хана в воспоминаниях только Лино и вы. Он не мог предать вас. На этом вопрос об искренности Хана закрылся. Никто и не хотел верить в то, что Джисон предатель. Все почувствовали облегчение. Хорошо, что в их команде есть бог. Касательно ответов на остальные вопросы никто в курсе быть не мог. До сегодняшней ночи Sandd не знал об Аквамарине и настоящей личности Джисона. Хенджин тяжело вздохнул, понимая – только в его силах взять ситуацию под контроль. Раз уж они не смогли предотвратить проблему, придётся раскрыть несколько кусочков пазла из середины картинки. – Сейчас мы на планете Аквамарин. Я успел использовать кнопку экстренной телепортации, и нас перебросило сюда. – Там и такая кнопка была? Умно придумано, –комментирует Чан. Жалеет, что корабль погиб прежде чем он сам успел как следует покопаться в его устройстве и возможностях. Но сейчас проблема все еще в другом. – Хенджин. Прости, конечно, но я все же должен задать вопрос от всей команды. Откуда ты знаешь про Аквамарин? Хенджин и ожидал, что его начнут засыпать вопросами. Правда далась удивительно легко. – Я бывал здесь. И даже служил. И даже был знаком с Джисоном до вас. Я же герой, а у героев много тайн. Повисла глубокая тишина. В которой Чанбин беззвучно бился в конвульсиях. Когда? Вот просто когда Хенджин мог все это провернуть и как? И куда он сам смотрел в это время, не Чаном же любовался. Ему казалось, что он к Хенджину всегда достаточно внимателен. Но на деле что же это получается, из-под его носа можно незаметно смыться на другую планету и вернуться незамеченным? Бред какой-то! – Чанбин, ты сейчас закипишь, а у нас чая с собой нет. Так что не трать запал понапрасну, окей? – Шутит Сынмин. – Только благодаря этому мы сейчас здесь, на планете Джисона. – Что-нибудь ещё накинешь для общей картины мира? – продолжает осторожно спрашивать Чан. Хенджин чувствует прикованные к себе взгляды. Но и общее настроение тоже. Кажется, его никто не осуждает. Статус сумасшедшего можно убирать в чулан? Или он просто сейчас бредит на последней стадии? В любом случае, им нужно спасать беднягу Джисона. – В общем, если быть очень кратким, Джисон здесь один из капитанов-захватчиков. Точнее, бывший, и сейчас его забрали домой против его воли. Как мы поступим? – Конечно спасать его будем. Это даже не обсуждается, – и вновь успевают высказаться быстрее Лино. Чонин, которого совсем недавно так же вытаскивали из ямы, глядит на Хенджина, и глаза его полны решимости. – Если ты спрашиваешь, значит у тебя есть план? – наконец получает возможность вставить своё слово Лино. Хенджин кивает. – План есть, но он безумный. Мы можем провалиться. – Когда нас это останавливало? – улыбается Лино в ответ. – Выкладывай. – Для начала вы должны понять, что мы здесь чужаки, и если нас засекут, проблемы будут не только у нас, но и у Джисона. – Значит первая часть нашего плана – стать кем-то другим. – понимает Чан намёк и косится на Чанбина. – Или прикинуться другим. Чанбин тоже понимает намёк. К сожалению. – У тебя пять минут, чтобы научиться морочить голову гипнозом. Со Змейкой получилось, теперь берём более крупные масштабы, – буднично говорит Чан, будто просит его сгонять в магазин через дорогу, а не сделать невозможное. – Ды ты смерти моей хочешь! – А что? – Чан хитро щурится. – Не справишься? Боюсь, у тебя нет выбора, иначе инопланетяне быстро нас обнаружат и перебьют. Нас не так много, а их целая армия. – Хорошо, допустим, у Чанбина получится – рассуждает Лино. Ловит и игнорирует взгляд самого Чанбина, говорящий ему, что он крышей поехал. – Мы обретем личности и присоединимся к армии, чтобы уничтожить её изнутри? – Мы сами можем сыграть разве что эффектом неожиданности. Для разгрома армии нужно что-то ещё, – отвечает Хенджин. – В идеале, не просто попасть в космическую армию, а оказаться в отряде Джисона. Раз он вернулся, должны объявить о наборе кандидатов. – А где его предыдущий отряд? Не покажемся ли мы подозрительными, появившись даже под другими лицами и именами? – интересуется Феликс. – Отряд погиб, – отзывается Хенджин невесело. – Нам же самим нужно будет действовать быстро, пока никто ничего не понял. При этом ещё и самому Джисону нельзя знать, что мы это мы, чтобы его поведение тоже не казалось подозрительным. Командир армии очень осторожен. Он будет внимательно следить за Джисоном после возвращения. И это значит, что мы, чтобы попасть к нему в отряд и в итоге выбраться с этой планеты, должны пройти его испытания выбора кандидатов. – Он их заживо режет и смотрит, не откинется ли кто в процессе? – интересуется Сынмин, стараясь прикинуть уровень безумства их затеи. – Лучше бы резал. Вы просто не знаете, каким Джисон был до прибытия на Землю. Он изменился, но не факт, что после нашей смерти снова не впадет в злодейскую депрессию. До ребят дошло осознание, что ведь правда – Джисон думает, что они умерли. Это было плохо – его чистое сердце сейчас изнывало от потери близких. Но в то же время это их шанс без помех подобраться к нему и остаться рядом. Это будет жестоко по отношению к нему. Но всё ради него самого. Ребята понадеялись, что Хан их поймёт. – Все согласны с планом? – уточняет Чан. – Поднимите руки, проголосуем. Чан наблюдает за взлетающими вверх ладонями. Последняя, Чанбина, поднимается под его пристальным взглядом. Чан улыбается. – Чанбин, не переживай, всё у тебя получится. Ты гораздо способней, чем думаешь. – приободряет он его. – В худшем случае мы просто умрём. – В этом и проблема. – бурчит Чанбин. Чан же прекрасно слышит, но оставляет его наедине со своими мыслями. Он был уверен, что Чанбин найдёт решение. В конце концов, он тот, чьи воспоминания золотой нити показывают совершенно фантастические картины. Что-то же это должно значить. Чанбину пора начинать рассказывать правду. Хенджин обводит команду удовлетворенным взглядом. – Раз все согласны, рассчитываю на слаженную командную работу. Первый шаг – мне нужно "вернуться домой" в один день с Джисоном и получить распоряжения от капитана. Заодно определю кандидатов, чьи места мы можем занять. Вы же пока можете прогуляться к оживленной части района, чтобы не торчать на пустыре. В этом секторе живут пленные захваченных народов, каких только существ нет, потому подозрений не вызовете. Есть шанс найти ночлег. А еще слухи. Чан охотно принял команду выйти на разведку. Протянул ладонь Сынмину в знак примирения и помог подняться, тот за нее схватился, показывая, что вопрос исчерпан. – Справишься один? – уточняет Феликс у Хенджина. – Придётся. Иначе будет подозрительно. – отвечает Хёнджин с искренним сожалением. Он тоже очень хотел проходить через трудности рука об руку с Феликсом. Но нельзя. – Сейчас нам нужно разойтись. Вы направо, я налево. Позже я вас найду. Еще встретимся. Хенджин подмигивает Феликсу. И, не давая себе времени на долгие прощания, шагает в неизвестном для ребят направлении, через каждые несколько шагов проваливаясь в песок. Феликсу правда хотелось ему помочь, но пока было нечем. Разве что за ребятами присматривать. Главное, своим присутстием не принести еще больше проблем. Судя по лицу Сынмина, он жалеет, что его нелюбимая трость осталась дома. Доберется до обитаемого места, нужно будет что-то сообразить. А пока что ему предстоит передвигаться с чужой помощью. Чонин, опережая Чана, подхватывает его на свою спину. Феликс снимает лечебный талисман и набрасывает Сынмину на шею. – Мы справимся, с нами сам Бог, – комментирует Сынмин, подливая масла в огонь мыслям Феликса. – Катастроф. Напоминаю, – отзывается Феликс. Набирает скорость и вырывается вперед процессии. Если он просто пойдет прямо, не заведет же их в ловушку? Хотя бы удар на себя примет, если что. – Талисман из родного города катастроф! Точно принесёт удачу! – слышит Феликс позади голосом Чана. – Мне кажется, мы уже бредим на последней стадии, – это уже Чанбин. Он повышает интонацию, чтобы ушедший Хенджин мог его услышать. – Хенджин, это заразно! – Да не переживай ты так, – Чан смеется, понимая его обиду на Хенджина. – У всех однажды дети вырастают и вылетают из гнезда. – И у всех на летающих тарелках в космос? – Интересуется Чанбин и вызывает волну смеха уже у всей команды. – А где Лино? – как бы между прочим интересуется Чонин. – Сбежал, – беззаботно отзывается Чан. Потому что это было ожидаемо. Но за Лино можно было не переживать. Он знает, что делает.

***

Хенджин не слышал шагов позади себя, в какой-то момент просто оказалось, что Лино идет с ним рядом. Все как и положено дьяволу. – А как давно ты был здесь в последний раз? – спрашивает он у Хенджина, будто общий разговор в команде и не прерывался. – Уже давно, – подыгрывает ему Хенджин. – И как же планируешь объяснить свое длительное отсутствие? – Я улетел на длительное задание, токсичную местность изучать. – А в предоставленном отчете о проделанной работе будет упоминаться влюбленность в бога? – Хенджин поворачивает к Лино голову, бросает многозначительный взгляд. Лино поднимает ладони, защищаясь. – Сглупил, прости. – Мне ещё нужно подделать медицинские документы. Сказаться больным, чтобы меня списали с должности капитана. Я бы мог, конечно, как все, прикинуться кем-то другим, но тогда не смогу пользоваться в открытую знаниями, которых успел набраться. Заподозрят обман. – И то верно. Своя шкура удобней, –соглашается Лино. Он обогнал Хенджина и стал шагать задам наперед, внимательно глядя в его лицо. Хенджин все ждал, когда Лино начнет спрашивать про Джисона. – Не было там такой кнопки, – неожиданно говорит Лино вместо вопроса. – Что? – Хенджин теряется от резкой смены в диалоге. Лино наклоняет голову в бок. – Кнопки телепортации. Ты бы никак не успел дотянуться. Что это был за ключ? Хенджин молчит. Не прячась, глядит в бездонные глаза-омуты Лино и тот по взгляду понимает – даже начни он его пытать, Хенджин не расколется. Это его самая большая, главная тайна. И в ней скрываются все ответы на интересующие Лино за последние несколько лет вопросы. Как-то с этой тайной связан и Феликс. Обдумав в свободную минуту все как следует, Лино придет к ответу. – Все, что тебе нужно знать – я человек, а не какое-нибудь всемогущее существо, – единственное, что может Хенджин ему рассказать, чтобы совсем не обидеть. Но, Лино, кажется, и этого достаточно. Он просиял: – Именно поэтому я восхищен тобой. Ты невероятен, Хенджин. Спасибо тебе. У Хенджина на душе теплеет. Он понимает, что задолжал объяснение. И надеется, что однажды сможет Лино его вернуть. Сейчас же просто не до этого. – Это тебе спасибо, Лино. Ты выиграл секунду в момент, когда оттащил меня. Но я хотел бы попросить тебя не болтать про ключ. – Не буду, – честно обещает Лино. И решает сознаться в своих грехах. – И про Феликса тоже. В смысле, другого Феликса. - И там раскопал, дьявол. - морщится Хенджин. Чувствует себя перед Лино голым, испещренный ранами и шрамами. Но Лино не углубляется в историю Феликса, ровняется с ним и, придержав за плечо, осторожно говорит: – Раньше я правда думал, что у тебя с головой не в порядке. За что хочу попросить прощения. Ты очень сильный Хенджин. Спасибо тебе за все, правда. Ведь, если рассудить и как следует подумать, Хенджин является причиной, по которой Лино смог познакомиться с Джисоном. Ставшим его смыслом существования. Не было бы Хенджина, не было бы и их драгоценной любви. А от Города Катастроф не осталось бы и камня на камне. Хенджин читает недосказанное Лино между строк. Ему становится неловко, объяснить все как следует он тоже пока не в силах. Потому решает помочь другим. – Я расскажу тебе, куда идти. Только не твори глупостей и не попадайся на глаза. Ты дьявол, я уверен, что ты справишься.